ПРОЛОГ
Декабрь накрыл горы Вермонта безмолвной пеленой. За окном автомобиля, пробиравшегося по извилистой дороге, мелькала краса призрачной тайги, укутанной в снежную мантию.
Волосы, как после парикмахерской, ложились на сапфировый пиджак ночным небом. Шестнадцатилетняя Кларис держала на коленях кожаную сумку и смотрела, как позади импалы растворяются в метели последние огни цивилизации.
«М-да, совсем как моя прежняя жизнь, — мелькнуло в голове. — Растворилась, исчезла, и осталась только пустота». На этот раз, белая.
Водитель молча кивнул на силуэт впереди:
— Здесь?
— Да, двенадцатый коттедж.
«Звёздная пыль» — посёлок относительно новый, расположенный под студёной рекой и застывшим водопадом в горах. А в объятьях скал, подобно декорации к рождественской сказке, сиял огнями комплекс зданий из тёмного камня. Прямо замок. Конюшни, манежи, административный корпус — всё утопало в снегу, но излучало истомное чувство гордости, будто Клэр гордилась, что на свете есть настолько потрясающее место.
В нескольких шагах у подножья раскидывался небольшой посёлок — её новое пристанище.
Здесь было всё: церкви, сады, парки, магазины, полицейский участок и поликлиники.
Когда девушка переступила порог собственного коттеджа с парой чемоданов, поданых личным водителем, её окутал аромат кедрового дерева и горячего шоколада. Невольно пройдясь по одноэтажному зданию, Клэр оценила место. В зале стояла небольшая кухня, панорамное окно с видом на лес, диван, стол из дерева, стулья, тёплая плитка под ногами и большой мраморный камин. Над ним — просто огромный телевизор. Первым делом Клэр включила на нём тру-крайм фоном.
Ни одной живой души! Должно быть, круто? Только записка на столе: «Добро пожаловать в Звёздную пыль», а рядом с ней стеклянная бутылка минералки. Прямиком из горных источников Вермонта.
Сумерки минули быстро. Можно сказать, как по взмаху волшебной палочки. За этот вечер девушка разобрала все три чемодана: один с экипировкой, второй с рождественским декором, и третий с личными предметами необходимости. Она переоделась в домашнюю рубашку и шорты, когда на её номер пришло сообщение от менеджера конного центра «***»: «Здравствуйте, Кларис Беннет. Завтра планируется тренировка нынешнего состава сборной в 9.00. Можно согласовать занятие в 10.00 с тренером — Франческой Миддлтон. Подскажите, вам будет удобно?»
На что девушка безоговорочно ответила: «Да», — при этом находясь в просторной ванной и раскладывая баночки — скляночки. Её волосы были собраны в пучок, а тяжёлые две пары серьг Cartier лежали в шкатулке на прикроватной тумбочке.
В тяжелую дверь постучали. Курьер привёз доставку, а то есть два пакета продуктов. Среди них мохито — швепс и небольшой сет роллов из морепродуктов.
— Штрафные пять минут, — Клэр ухмыльнулась, высовывая из своего кошелька наличку крупными.
Парень перед ней виновато шмыгнул. Зима всё-таки.
— Ничего, — она достала пятитысячную купюру и аккуратно сунула ему в кармашек пуховика. — Сдачу оставь себе — на шапку.
Весь остальной вечер она провела за марафоном фильмов: Гарри Поттер, Фантастические твари, Сумерки и дело дошло до Сайлент Хилла. А ночью легла пораньше. Завтра будет непростой день. Воскресенье.
***
Наутро она появилась в конном центре отнюдь не как новичок. На ней был элегантный брендовый жилет из водоотталкивающей мембраны, а на голове — блестящая лакричная каска, подобранная точно в тон сапфировому жилету. Она въехала в манеж (прямиком внутри здания) верхом на лошади тренера — статном караковом мерине с ирокезом, которого мало кто из учеников осмеливался даже трогать. Не то что подсаживаться.
На нём была уникальная английская уздечка, ониксовый вальтрап Toskana и мартингал с меховушкой.
По манежу прокатился шёпот сборной, вышагивающей своих лошадей после тяжёлой тренировки. Девушки в безупречно подогнанной форме замерли с раскрытыми ртами. Кто‑то тихо процедил:
— Откуда она взялась? И почему ей доверили «его»?..
Тренер — сухопарая женщина с невозмутимыми серыми глазами встретила Клэр молчанием, а потом резко спросила:
— Кларис Беннет?
Она остановила мерина шлюзом, нависла над ней, не потеряв ни капли достоинства, ведь заранее продумала все ответы.
— Да. Пришла пораньше, — произнесла она ровно, глядя ей прямо в глаза.
Франческа медленно обошла вокруг мерина, внимательно разглядывая, как Кларис поседлала её коня. Её сухие губы дрогнули в едва заметной улыбке.
— Ладно, Беннет, в седловке, я погляжу, вы мастер. Ступайте.
Всадница кивнула, распустив поводья. Глаза блеснули. Мерин, будто сразу почувствовал её уверенность, покорно тронулся с места.
А между тем миссис Миддлтон разрезала тишину и резко хлопнула в ладоши:
— А теперь все марш по конюшням! — повернувшись к всадникам сборной. — И не дай бог я снова увижу в амуничнике седло без чехла — завтра все будете прыгать без стремян!
Те, перешёптываясь, потянулись к выходу, поочерёдно спускаясь с сёдел и заправляя стремена, но уже через полчаса они начали украдкой возвращаться в манеж — кто за трибуны, а кто лесенки или бортики. Почти все собрались наблюдать за новенькой.
Кларис тем временем настроилась. Не соврать, работа на новой лошади настроилась не сразу, но на рыси девушка явно показала мерину: «Со мной не будет проверок», — на что не только обомлела Франческа, но и сам караковый. Позднее, по её запросу, всадница взяла первый барьер — крестик. Невысокий. И всё чисто, без единой ошибки! На такое попросту не способна девочка с захолустья.
Мерин летел, подобно стрижу, а она сидела в седле так, будто родилась в нём. Позавидовали даже опытные прохожие.
Следующий прыжок — оксер на семьдесят — ещё выше, и ещё чище. Она вела коня с невероятной точностью, чувствуя каждый темп.
— Да кто она вообще такая?! — прошептала одна из девушек, сжимая крафтовый стаканчик латте.
— Ясновидящая... — восхищённо выдохнул какой-то очкарик.
— О-оу... — их сокомандник усмехнулся, глядя на раскрасневшееся лицо блондинки. — Похоже, кто-то боится конкуренции.
— Заткнись, Чарли.
Франческа, скрестив руки на груди, не отрывала взгляда от всадницы.
— Едьте, едьте на брусья!
На её лицо постепенно проступало выражение, близкое к изумлению. Но оно то спадало морщинами, то нарастало очередными прыжками.
— Похвально, мисс Беннет! — крикнула она, когда Клэр уже перешла в рысь.
Мерин рычал, отжёвывая железо, и по бокам трензеля на его мускулистую грудь плескала бледная пена. На своём законном круге отдыха он наконец-то получил повод.
Через ещё пару крестиков, когда тренировка подошла к концу, миссис Миддлтон подошла к Кларис и зашагала поодаль.
— В каком заведении вы обучались до этого?
По её статной фигуре казалось, что она знала всех мастеров спорта, а всадница не проходила на их подопечную или местную.
Кларис легко улыбнулась, поглаживая мыльную шею мерина.
— Много где, если честно. Меня обучали лучшие тренера Германии, а там, вы знаете, конный спорт отлично развит.
— Хорошо... — Франческа приподняла бровь, но не стала настаивать — Очень хорошо. Я вижу за вами большой потенциал, так, скажите же мне в завершение, умеете ли вы работать в команде?
— О, конечно! Когда я была в Нидерландах, я занималась со сборной олимпийского резерва.
— Отлично, тогда завтра в пол третьего я снова жду вас на Молибдене.
Кларис кивнула, но краем глаза заметила, как среди гула на трибунах молчала Стефани, по глазам — чемпионка Нидерландов. Её свита переглядывалась, но блондинка не произнесла ни слова. Только взгляд, полный недоумения и едва уловимой тревоги, скользил по фигуре всадницы. Слишком уж она «опрятная» — шепнула только. Максимально тихо.
Когда Кларис вышла из манежа с тяжёлой отдышкой, двое парней застали её в проходе.
— Давай помогу, — улыбнулся блондин — тот самый курьер, что накануне доставлял ей сет роллов, продукты и швепс.
— Ой!
— Куда тебе, Итан, — ухмыльнулся шатен с ярко-зелёными глазами, ловко подхватывая поводья Молибдена. — Ты ещё помогалку не отрастил, а я уже бывал на Дене.
Кларис слегка кивнула ему, не скрывая своего женского любопытства. Она вспомнила Итана и позвала его рукой, когда пошла за шатеном.
— И как? — поинтересовалась девушка.
— О-о-о, тебе лучше не знать. Расскажи ей, Ит, как ты сломал на нём ребро.
— На Дене-то? Вспоминать не хочу.
— Ладно-ладно, не буду позорить тебя перед девушкой, — и ухмыльнулся.
Мерин в его руках затоптался.
Начался коридор с денниками, а там и кобылы, и жеребята. Прямо сборная солянка.
Вместе парни оперативно разобрали амуницию, развесили её в амуничнике и даже помыли трензель! Конечно, ведь у Клэр маникюр. Их движения были настолько слаженными, что было видно — они не новички в конюшенном быту.
— Точно, я же совсем не представился! — он оглянулся на Клэр, чтобы та ради приличия оторвалась от телефона, пока брела за ними хвостиком.
Брюнетка деликатно сунула мобильник в белые бриджи.
— М?
— Я Чарльз. По-простому — Чарли, двухкр...
— Не запаривайся, я умею выговаривать сочетания согласных, — она перебила с насмешливой ухмылкой, похлопала его по плечу и отвела Молибдена в денник.
— Ты ведь новенькая? — спросил Итан, протирая влажной тряпкой уздечку. — До тебя двенадцатый коттедж пустовал не один месяц.
Чарли уставился на них в недоумении. Даже презрением в какой-то степени.
— Я чего-то не знаю?
И все трое засмеялись.
— Хах, да, я только приехала, — Кларис отдышалась, стараясь говорить непринуждённо. — Как видите, мечусь в сборную.
Шатен хмыкнул:
— «Мечусь в сборную»… ага. Ты чуть не заставила нас поверить, что умеешь летать. Где ты так научилась?
Кларис опустила взгляд, зависла посередине прохода, словно вспоминая что‑то болезненное.
— Это личное. Недавно развелись мои родители. На плохой ноте. Мама не пережила этого и… умерла от инсульта. А отец отказался от меня, бросив на произвол судьбы. У них было что-то вроде семейного бизнеса, и потом благодаря хорошему нотариусу половина финансов перешла мне. Со мной остался только спорт и шанс... шанс доказать, что я сама могу себя обеспечивать.
Парни переглянулись, и в их глазах мелькнуло искреннее сочувствие.
— Слушай, — Итан достал телефон, — может, обменяемся контактами?
— Да, мы рады помочь тебе освоиться, — закивал Чарли.
— Конечно, — Кларис шмыгнула, диктуя номер. — Буду рада.
Чарли даже подмигнул:
— Только предупреждаю: Итан может писать без остановки НЕДЕЛЯМИ. Но мы его сдерживаем.
— Эй! Сам-то?
Тот шутливо пихнул его в плечо, а Кларис рассмеялась. Напряжение, сковывавшее её рассказом, понемногу развеялось.
Когда же она, наконец, добралась до женской раздевалки, тяжёлый вздох вырвался сам собой. Дверь захлопнулась, и перед ней кругом оказались спортсменки с трибун. Их взгляды отнюдь не выражали гостеприимство.
— Ну что, звезда, — процедила одна из них с пирсингом и лиловым каре, скрестив на груди руки. — Думаешь, пару раз прыгнула, и уже в сборной?
На лавочке рыдала их подруга.
Кларис медленно сняла шлем, пустила струистые локоны и взглянула на них без вызова.
— Что? Я просто делаю свою работу.
— Свою работу? — вторая шагнула ближе. Сверстница, вечно смахивая рыжие волосы. — Ты пришла сюда непонятно откуда и непонятно зачем. Ты хотя бы знаешь, сколько мы тут пахали, чтобы заслужить место в команде?
Она помолчала, полоснула её длинную копну взглядом, а затем твёрдо возразила:
— Я не забираю у вас место, а просто хочу ездить. И побеждать. Как и вы все.
Девушки переглянулись.
Блондинка ответила ей более-менее сдержанно:
— Набор закрыт, ты знала? Если миссис Миддлтон набирает учеников — это значит, что кто-то из нас должен вылететь.