ЭХО ЗАСНЕЖЕННЫХ ГОР | ʙʏ Lɪssᴀ

Чёткими, почти механическими движениями Кларис обчистила шкафчик, будто она проделывала это сотни раз. А всё, чтобы просто поскорее убраться. Шлем, чехол, сапоги, перчатки — всё метнулось в увесистую спортивную сумку. Девушки пилили её взглядами, пока она равнодушно накидывала пальто, а следом шарф от Lacoste. Ни о какой солидарности тут и речи не шло.
Она смогла вздохнуть только тогда, когда в попыхах вышла из раздевалки. Тогда её взгляд был холодным и мрачным, а сейчас — некое облегчение. «Больше я в эту раздевалку ни ногой, — подумала Клэр, щурясь, — к этим надоедливым рожам!»
Какое право они вообще имели так нагло её оценивать? Они не знали её истории. Не знали, кто она.
Всю дорогу она то и дело поправлялась: застегивала пальто, заправлялась, завязывала шарф. И молилась, только бы не забыла что-нибудь в раздевалке.
— Ой! — с наплывом мыслей она позабыла, что в проходе конюшни полно народу, и столкнулась с проходящем мимо Итаном.
— Осторожно, — мягко ответил парень.
Он сам был немного впопыхах, попрощался с ней и умчался в тренерскую.
Парковка располагалась на подъёме скалы. Отсюда открывался потрясающий вид на замок — конный центр и на весь Вермонт: крошечные домики посёлка «Звёздная пыль», дымящиеся трубы, огни, зажжённые вопреки раннему вечеру.
Кларис достала телефон, чтобы вызвать такси, набрала пару кнопок и замерла.
Мимо неё вихрем пронёсся Чарли верхом на вороном англичанине. Конь был в попоне, собранный и летел, словно на зов, а Чарли, ссутулившись в седле, держал поводья закоченевшими пальцами. Лицо — бледное, а глаза широко раскрыты, уставились вдаль. Он чуть не сбил саму Клэр!
А девушка как загипнотизированная отшатнулась к краю площадки, хотела крикнуть, спросить, что случилось, но мороз залепил губы. Нет, скорее это была просто отмазка. Через мгновение пара исчезла за поворотом — их растворил взментувшийся снег.
Под сопровождающий рёв два снегохода проехали следом. И коневоз, громоздкий, но на удивление быстрый, с включёнными фарами, режущими белизну снега. За рулём все водители давили педали в пол. Они умчались туда, где начиналась горная цепь, где вьюга крутила опасные спирали, отделяя мир от природной стихии.
Такси подъехало тихо. Мерседес — чёрная легковушка, ревущая мотором и почти потонувшая в сугробах. Его водитель даже не заглушил двигатель, а Кларис села, назвала адрес, но всё время оглядывалась в окно заднего вида, пытаясь разглядеть хоть что‑то сквозь пелену падающего снега.
«Что произошло? И почему Чарли гнался куда-то в дебри?» — весь день она не могла выбросить это из головы. Образ Чарли — испуганного, почти отчаянного преследовал её. Она пыталась отвлечься: приготовила вкусное рагу, пообедала, проверила сообщение на почте местной школы (пока не настали каникулы, она ещё подавала документы на обучение), посмотрела фильм и даже написала самому Чарли, но ответа так и не последовало. От слова совсем.
Вечер она провела, как подобает девушке высокого общества — в бурлящем джакузи. Но не с лепестками роз, как можно было бы ожидать, а с хвоей. Еловый аромат наполнял просторную ванную, смешиваясь с паром, успокаивая, но не совсем до конца. Мысли возвращались к тому мгновению на парковке, к конскому топоту, к машинам, утопающим в снежных горах.
В полночь она взяла телефон.
Её Instagram аккаунт ожил: истории с рассветом над Вермонтом (на парковке перед тренировкой), кадры из конюшни, короткий ролик, где Молибден мягко ступает по грунту. Посты — лаконичные, с хештегом #ЗвёзднаяПыль, что просто эталон для успешного аккаунта: красивая жизнь, успехи, мечты. Только это всего лишь картинка и, не смотря на то, что на её аккаунте был не один миллион подписчиков, ещё никто не знал о её жизни до Вермонта.

***

Следующий день, понедельник, выдался во славу ясным. Клэр привычно позавтракала, нет, скорее пообедала омлетом с греческим йогуртом. Пока все остальные учились, она спала себе спокойно, и проснулась только в час дня, привела себя в порядок, вызвала такси до конного центра.
В раздевалке она оставила пальто, переодевшись в облегающий барвинковый лонгслив и чёрные бриджи. Для Молибдена она специально взяла вальтрап в тон своему лонгсливу — блестящий, с переливом, как северное сияние. Таких у неё море.
Уже в деннике она быстро снарядила мерина, сбрызнула его шерсть ежевичным кондиционером и направилась к манежу. По пути ей встретился Чарли — тот, к которому вопросов было больше, чем о самой Клэр. Девушка так и горела от нетерпения, а когда группа всадников — Кларис, Итан, Чарли и две девушки вышагивала лошадей на распущенном поводу, она наконец решилась задать тот самый вопрос:
— Куда ты вчера так мчался?
Шатен ответил негромко, чтобы не привлекать лишнего внимания:
— Это долгая история. В воскресенье с конюшни сбежала тройка лошадей. После соревнований их выгружали из коневоза. Вот, одна испугалась и понесла, и за собой двоих остальных утянула.
— Ужас...
Он чуть улыбнулся, поглаживая шею своего жеребца:
— Да-а, а я в этих горах как дома — вот меня и позвали. Вольфрама, как и Молибдена — они братья, с детства приучали к горам. Только вот к морозам его порода что-то не приспособила. Англичанин всё-таки, вот и ходит везде в попоне.
Потом добавил:
— Кстати, я сегодня снова отправляюсь на поиски. Где-то через час-два. Погода щадящая, да и метели нет. Если миссис Миддлтон разрешит тебе взять Молибдена, то можешь присоединиться к нам.
Клэр приподняла бровь:
— «К нам»? — с улыбкой.
— Мы выезжаем поисковым отрядом: я, миссис Милдред за рулём коневоза, Мэтт на снегоходе и Хьюстон верхом.
Стефани, наблюдавшая тогда за их непринуждённым разговором сзади, почти не скрывала своего недоумения: почему они так охотно общаются с новенькой? «В ней же нет никакой харизмы!»
А Клэр без колебаний согласилась:
— Всегда мечтала погулять в горах! Если я смогу вам чем-то помочь, то почему бы и нет?
Мысль о горных ландшафтах будоражила её воображение.
Их беседу прервало появление Франчески. За тренером в манеж вошли остальные члены сборной: брюнет в очках, девушка с двумя косичками по бокам и рыжая, ненавистная всадница.
— Итак, добрый день! Позвольте мне представить вам новую участницу сборной — Кларис, — объявила миссис Миддлтон, включая остальной свет. — Все здесь уже взрослые люди и понимают, что если я набираю спортсменов, значит следом кого-то ждёт исключение. Того, кто, может быть, работает меньше остальных или лениться. И, нет, это не конец, а стимул работать больше. — Она взяла секунду молчания, на которой все спортсмены занервничали. — У вас есть неделя, прежде чем я пройдусь по досье каждого. Так... это какое у нас? Точно! Двадцать седьмое декабря.
Сейчас было двадцать первое.
Парни восприняли эту новость спокойно — они уже давно закрепили за собой статус надёжной опоры сборной. Девушки же заметно напряглись. На их лицах читалась тревога, а взгляды невольно скользили по Клэр.
Та, напротив, сохраняла невозмутимость. Её лёгкая улыбка казалась почти победной, особенно когда она встретилась глазами со Стефани — той самой блондинкой, восседавшей на сером жеребце с безупречно гладкой гривой и хвостом.
Тренировка шла напряжённо. Клэр полностью сосредоточилась на езде: чётко брала диагонали, виртуозно вписывалась в вольты и с лёгкостью преодолевала метровые барьеры. Её движения были отточенными, а посадка — безупречной.
Франческа то и дело останавливала других всадников, указывая на их ошибки: неверный шаг, неточная траектория, потеря ритма. На фоне их промахов успехи Клэр выглядели ещё ярче — и вызывали всё больше зависти. Особенно у Стефани: девушка понимала, что из‑за новенькой её лучшей подруге не выжить в сборной, когда она в ней — слабое звено.
— Лилит, ты снова заваливаешь корпус! — повторяла Франческа. — Брук, ты молодец, но дистанция! Ты слишком близко к Итану.
Напряжение достигло пика, когда Стефани вышла на оксер высотой 1,2 м. На повороте её серый француз неожиданно столкнулся с кобылой Брук — той самой шатенки в очках. Блондинка не успела среагировать: жеребец дёрнулся, сбился с курса и Стефани, уже привстав в полевую посадку, потеряла равновесие и кубарем полетела на грунт.
Её изумрудное поло запятнал песок, защитный жилет вздулся. Серый, испугавшись, сбил пару верхних брусьев оксёра — они с грохотом рухнули на манеж.
Итан дёрнулся к пострадавшей, но Франческа властно остановила его:
— Стоять! Все остаются на своих местах. — Она сама подошла к Стефани и внимательно её осмотрела. — Всё в порядке?
— Да, нормально… — девушка попыталась подняться.
— Не ври. — Франческа помогла ей встать, схватив под руки.  — Идём в медпункт. Остальные — рысь! Чарльз в главного.
Спустя полчаса что миссис Миддлтон, что Стефани так и не вернулись. Тренировка подходила к концу, и Чарли предложил всем:
— Давайте уже заканчивать.
А те закивали, как один: расседлали коней, промыли амуницию, даже сложили препятствия. Чарли тщательно проследил, чтобы все убрали за собой. Но атмосфера так и оставалась напряжённой.
По пути к раздевалкам Итан, Чарли и Клэр обсуждали произошедшее:
— Ну, частично это была вина Брук, — заметил Итан. — Она не должна была шагать по стенке.
— Случайность, — возразил Чарли. — Но её можно было предотвратить. Стефани слишком нервничала.
— Странно... почему? Обычно у неё гордости, хоть отбавляй.
Клэр тогда плелась позади и промолчала, но мысленно согласилась; в такой обстановке даже крохотная ошибка могла обернуться серьёзными последствиями. Тем более, для сборной «олимпийского резерва».