для прохождения второго задания...
Чонгук снимает с себя мокрую одежду, оголяя подкачанное тело. Если бы они не были промокшими до ниточки, это казалось бы странным. Вода каплями спускалась по телу, очёрчивая все изгибы фигуры, собираясь лужицей у ног.
Тэхён старается не смотреть на него, чтобы не выдать своего смущения и некого желания, но всё же иногда поглядывает в его сторону, попутно раздеваясь. Чон уже собирается снимать джинсы, но нащупывает в кармане что-то. Это оказалась та записка, которую он нашёл в воде. Он совсем забыл о ней, но сейчас решил прочитать написанное.
— Эй, Тэ, гляди, — Чонгук подозвал Кима к себе.
— Что там?
— Я нашёл это тогда... В реке...
«...Для прохождения второго задания вернитесь к реке...»
— Снова задание? Мы ещё от первого не отдохнули, — Тэхён закатил глаза, показывая своё недовольство.
— Это так, но нужно предупредить других, — Чонгук взял телефон с тумбочки и начал печатать сообщение.
***
Разойдясь с Чои и Тан, Осуя и Юнги продолжили свой путь. Разговаривая, они нашли ещё больше схожестей между ними и узнали много интересной информации друг о друге, даже такой, которую далеко не все близкие люди знают.
— Вот что грустно, так это то, что жизнь под одной крышей с братом бывает о-очень утомительной, — смеясь рассказывала Ким.
— И чем же тебе не нравится жизнь с братом? — улыбаясь, спросил Мин.
— Нет, ну ты подумай, он хоть и старается, но готовить не умеет, если дело доходит до уборки, то большую часть делаю я, а если уж приду поздно, то он как «очень хороший братик» начинает читать мне морали, хоть и сам иногда допоздна где-то бродит, — с притворной обидой ответила Осуя.
Они уже почти дошли к месту, которое хотел показать Мин, а именно его тайную беседку в глубине леса, но из-за неожиданного телефонного звонка Юнги пришлось остановиться. Звонил его отец.
— Да?
— Юнги, маме плохо.
— Что?! Как плохо?! Что случилось?! — в его глазах читается испуг и волнение.
— Я вызвал скорую, мы сейчас едем в больницу, быстро приезжай!
— Да, хорошо.
— Что случилось? Ты весь побледнел... — Осуя с некой опаской посмотрела на Мина. Такое ощущение, что он старается не заплакать.
— У мамы проблемы с сердцем, ей стало плохо и сейчас её везут в больницу! — на эмоциях кричит Юнги. Он, сам того не желая, накричал на ни в чём невинную Ким. Хоть её такое поведение друга и напугало, что она сама чуть было не начала плакать, но всё же спокойно сказала:
— Мы сейчас же едем в больницу.
***
Сёстры Сон сидят в своей комнате в поиске развлечения. Быть под домашним арестом — не особо весело. Уже умирая со скуки, они начали разговаривать обо всём, что творится в последнее время. Незаметно речь зашла о парнях, а точнее, о двух конкретных особях.
— Даён~а, и когда же вы с Джином начнёте встречаться? — как ни в чём не бывало, спросила Наён, запихивая ложку творога с бананами в рот.
— Ой, да что ты говоришь? Сама-то почему Чимина игноришь? Он-то точно тебя не считает простым другом, — подколола сестра, из-за чего получила ложкой по носу.
— Я никого не игнорю, но мы же только несколько недель знакомы... — девушки услышали какой-то стук со стороны окна. Обернувшись, они увидели за ним знакомое лицо — Пак Чимин собственной персоной каким-то чудом очутился на втором этаже.
— Вспомнишь чёрта... — Наён ошарашено смотрела в окно на улыбающееся лицо Пака. Когда она открыла окно, тот залез в комнату, приветствуясь. Но он был не единственным «подарочком» — вслед за ним поднялся и Джин.
— Я даже не знаю, как на это реагировать... — Даён удивлённо смотрит на Кима, что мило улыбался Сон. От его улыбки ей стало тепло на душе.
— Девчонки, собирайтесь, мы идём на вечернюю прогулку! — радостно объявил Чимин, кладя руку на плечи рядом стоящей Наён.
— Не кричи, родители услышат, — предупреждающе сказала Даён, в то время как к ней подсел Джин.
— Ладно, буду тихо... Так вот, как я и сказал, собирайтесь.
— Мы не можем, мы под домашним арестом... — раздражённо ответила Наён.
— Это не проблема, не обязательно же выходить через дверь, — сказал Сокджин, смеясь.
— Но нас же заметят... — Даён расстроенно опустила голову. Ей очень хотелось пойти со всеми... С Джином на прогулку, к тому же вечером, но страх быть наказанной за ещё одну проделку останавливает её.
— Мы всё сделаем так, чтобы никто не узнал, — с хитрым взглядом сказал Пак.
Всё-таки купившись на уговоры парней, девочки быстро переоделись и уже через окно стали по очереди спускаться. Чимин и Джин, поддерживая девушек, дабы те не упали, ступили на землю.
Уже было достаточно поздно, солнце почти что зашло, но это даже добавляло романтичную атмосферу. Незаметно перелезши через забор, они направились в центр города.
Чем темнее становилось, тем красивее смотрелись огни зданий. Сеул — город, который живёт и днём, и ночью. Яркие вывески закусочных, баров, клубов, фонари вдоль дороги, фары проезжающих машин...
Подростки дошли до главной площади, где как раз проходил осенний фестиваль. Вокруг стояли ларьки, от которых исходил приятный запах вкусной еды. Танцовщицы в ханбоках исполняли народные танцы, музыканты играли на традиционных инструментах, пели песни.
Такая домашняя атмосфера вызывала улыбку и радостный смех у сестёр, которые сразу же вспомнили, как когда-то их родители водили на фестивали, выставки, концерты... Но это было до развода.
Сейчас же, несмотря на то, что они так и не рассказали им об этом, продолжая жить под одной крышей, девочки сами разузнали об этой ситуации, найдя свидетельство о разводе.
В какой-то момент сёстры уже могли загрустить, но мальчишки не дали им этого сделать — они принесли сладкие булочки пунгоппан. От этого грусть улетучилась сразу, а не самые приятные воспоминания развеялись. Яркие улыбки парней при просмотре представлений, интересных разговорах и поедании вкусностей веселили Сон.
Дурманящая атмосфера ещё больше их сблизила, но в какой-то момент Джин с Даён и Чимин с Наён где-то потерялись. Большая толпа разделила подростков, и они уже даже не видели друг друга.
Посчитав, что так даже в какой-то степени лучше, Джин отвёл Даён к ближайшей лавочке, чтобы отдохнуть. Некое переживание о том, куда делась сестра и Пак, напрягало девушку, но вечно шутящий и смеющийся Ким не давал ей скучать. Опьяневший этим вечером, Сокджин взял себя в руки и решил сделать один из самых волнительных шагов — поцеловать свой предмет обожания. Чувства к Сон у него появились ещё при первой встрече, но это была лишь некая заинтересованность, или же симпатия.
— Даён~и...
— Да? — девушка обернулась.
Кофейного цвета глаза смотрели на неё зачарованно. В них разгорелась та самая искорка, присущая влюблённым людям. Понимая намерения Кима, Сон стала медленно приближаться к нему лицом.
Уже находясь неприлично близко друг к другу, чувствуя горячее дыхание на губах, они услышали громкий звук фейерверков. Моментально опомнившись, Джин и Даён одновременно обернулись, смотря на небо.
На нём яркие вспышки фейерверков вырисовывали причудливые фигуры, завораживая глаз. Снова глянув друг на друга, Ким и Сон начали по-доброму смеяться.
— Такой момент прервали, — шутливо возмущался Джин. Немного засмущавшись, он опустил голову вниз, смотря на свою обувь. Спустя полминуты Даён сказала:
— Джин~а, — парень поднял к ней голову.
Одним резким движением Сон притянула голову парня к себе рукой. Губы девушки оказались на губах Кима. Он сначала даже не понял, что произошло. Придя в себя, он сам начал отвечать на поцелуй, нежно двигая своими пухлыми губами по губам Даён. Легко оттягивая нижнюю губу, он начал поглаживать большим пальцем щеку девушки. Совсем нежный, но такой чувственный поцелуй вызывал ощущение бабочек в животе.
***
Тем временем Наён и Чимин даже не вспоминали о «пропаже». Они резвились, подтанцовывали под музыку, весело разговаривали и ели сахарную вату, тающую во рту.
— Чимин~а, улыбнись, — Наён наставила камеру телефона на Пака, сделавшего себе усы из ваты.
— Эй, я же не ожидал, — возмущается Чимин. — Зачем тебе это?
— Я очень люблю фотографировать приятные моменты из своей жизни, чтобы в будущем пересматривать их... Это хобби у меня появилось после развода родителей, когда я поняла, что у нас мало совместных фотографий... И, быть может, они уже не любят друг друга, но я всё равно хочу запечатлеть их улыбки хоть на телефоне...
— Оу, прости, что спросил...
— Да ничего, глупенький, это же я начала тебе рассказывать об этом, — посмеялась Сон. — Главное, что за последний год школы я смогу собрать ещё больше фотографий с воспоминаниями, — она искренне улыбнулась.
«Как же я хочу, чтобы эта улыбка никогда не исчезала».
***
Приехав в больницу, они сразу же почувствовали, как в нос ударил неприятный запах различных медикаментов. Спеша что есть мочи к приёмной, Мин и Ким чуть бы не сваливали всех прохожих. Юнги всё равно на других, пока в этой чёртовой больнице лежит важный ему человек.
Подбежав к регистратуре, своим измученным видом и тяжёлым дыханием, будто он был участником марафона, он немного напугал девушку в белом халате, спокойно сидящую за своим компьютером.
— Чем я могу Вам помочь? — с небольшим удивлением, но с той же вежливостью, присущей всем работникам, поинтересовалась девушка. Немного отдышавшись, Юнги ответил:
— Мин Миок... В какой палате сейчас Мин Миок?!
— Палата номер шестьдесят один, это на втором этаже, вправо по коридору, — без колебаний ответила девушка, даже забыв спросить о том, кем ему приходится миссис Мин.
Даже не поблагодарив, Юнги снова сорвался с места, схватив за руку рядом стоящую Ким. Его сердце бьёт со всей силы, то ли от бега, то ли от волнения, или же всего вместе. В голову прокрадываются глупые мысли о худших вариантах исходов, которые он старается игнорировать.
Они добежали до нужных дверей, рядом с ними на лавочке сидел отец Юнги, которому всё же не удалось остановить порыв сына попасть в комнату, пока Осуя осталась ждать друга. Внутри его встречает доктор, старающийся объяснить парню, что его матери нужен сейчас покой, но тот даже не обращает на это внимания и припадает к кровати.
Стоя на коленях, он дрожащей рукой берёт мамину, прикладывая её к своей щеке и немного поглаживая большим пальцем.
— Ты как?.. — тихо спрашивает Юнги.
— Сахарочек, со мной всё будет хорошо, просто сердце немного прихватило... — от этого прозвища, которое раньше раздражало Мина, сейчас стало немного теплее на душе. Он с неверием смотрит на лицо матери, наблюдая тёмные круги под глазами и непривычно бледный цвет кожи, скорее даже болезненный.
— Молодой человек, вы должны покинуть палату. Пациентке нужен покой. Мы поставили ей капельницу, пускай поспит несколько часов, тогда можете навестить её снова, — у врача совсем спокойное, в какой-то мере даже серьёзное лицо, натренированное не показывать никаких эмоций за столько лет работы.
Мин напоследок оставил лёгкий чмок на тыльной стороне ладони мамы и вышел из комнаты на ватных ногах, измученных после непривычного бега, вместе с доктором. Прислонившись к двери, Юнги напряжённо закрыл глаза, медленно спускаясь, и обессиленно сел на холодный кафель.
Осуя и отец Мина встревожено смотрят на него, ожидая хотя бы малейшей фразы. Спустя минуту гробовой тишины он всё же решил задать тревожащий его вопрос.
— Её же не просто сердце прихватило?.. — тихим дрожащим голосом спросил Юнги, поднимая свой взгляд на отца, в чьих глазах затаился скрытый страх и волнение. Врать сыну он не хочет, приходится говорить так, как есть.
— У твоей матери врождённый порок сердца... Думаю, ты замечал, что она всегда принимает таблетки, которые теперь даже не помогают... — в уголках глаз Мин Юонга, отца Юнги, скапливаются слёзы. Он старается незаметно их стереть, чтобы ещё больше не нагнетать.
Младший Мин опустил голову, смотря на свои руки. Ким тихо присела рядом, кладя подбородок на плечо друга, рукой массируя второе. Юнги мимолётно содрогнулся, но не хотел подавать виду. Закусив губу до крови, он старался сдерживать находящие слёзы.
Облизнув ранку, Мин начал подниматься на ноги, всё так же не поднимая голову. Ким поднялась вместе с ним, не отрывая руки от плеча парня. Немного постояв, Юнги обратился к отцу:
— Я останусь здесь, а ты привези все необходимые вещи.
— Но как же ты и Осуя... Вам же завтра в школу, — Юонг смотрел то на сына, то на его подругу, которая уже успела познакомиться с отцом Мина.
Услышав вибрацию своего телефона в кармане, она выудила его и решила посмотреть, что за оповещение ей пришло. По глазам Ким было видно, что сообщение чем-то встревожило её.
— Юнги, смотри... — парень нагнулся, чтобы прочитать.
Чонгук:
«Есть информация о втором задании, завтра в школе обговорим детали».
Лицо парня перестало отображать какие-либо эмоции. Он молча переглянулся с Ким, понимая, что ему всё же придётся вернуться домой.
— Ладно, пап, тогда вместе едем домой, а ты уже сам вернёшься в больницу... Как раз подвезём Осую, — она растерянно глянула на Юнги, но он лишь легко кивнул.
По приезду домой Тэхён всеми силами пытался расспросить сестру о том, где она была и что делала, но в ответ лишь услышал хлопок двери. В эту ночь Мин не смог нормально уснуть.
***
На следующий день об отношениях Даён и Джина уже знали почти все. Да и невозможно не заметить, как они смотрят друг на друга, держатся за руки, что-то шепчут друг другу на ухо. Некоторые б посчитали, что всё это слишком мило, в какой-то мере даже смазливо, но этим двоим не важны глупые замечания глупых людей.
На одной из перемен в школе вся группа собралась в одном из пустых классов. Некоторые, конечно, не были рады находиться в этой компании, но приходится мириться с правилами этого странного Записочника.
— И что же за задание нас ждёт? — незаинтересованно спросил Кай, держа Нико за талию.
— Как было сказано, нам нужно направиться к реке, на которой были мы с Тэхёном... — ответил Чонгук, усердно пытаясь найти нужную записку среди всех тетрадок в рюкзаке.
— Даже спрашивать не хочу, что вы там делали вдвоём, — фыркнул Хосок, из-за чего щёки Кима залились румянцем. — Но, выходит, нам нужно поехать туда. На месте разберёмся, что да как.
— После школы у главных ворот. Только не опаздывайте, — добавила Юла и вышла из класса, а за ней и Ирэн с Нико.
***
Дорога к реке была довольно-таки долгой. Чёрный хендай Чонгука вёл за собой другие две машины. Уже за несколько километров от нужного места погода начала ухудшаться, о чём в прогнозе не было сказано ни слова.
По небу тянулись тёмные серые тучи, резкий ветер срывал осенние листья с деревьев, а сухие ветки трещали. И вот на лобовом стекле появились первые капли дождя. Несколько раз машины даже останавливались, ожидая, что дождь перестанет лить.
Некоторые начали ругаться и спорить, потому что: «Нужно возвращаться, мы же промокнем!» — «И что вы собираетесь делать в дождь? Да находиться у реки сейчас опасно!» — «Может, лучше завтра приехать? Возможно, погода будет получше...» Несмотря на все разногласия, возвращаться было поздно, ведь они почти доехали.
Дождь так и не остановился, но и не сильно усилился. Температура опустилась довольно-таки низко для осени. Трава и цветы уже выглядели не так ярко, даже немного подсохли.
Подойдя к месту, где ещё вчера сидели Чон и Ким, они заметили очередную записку, которая совсем не промокла, будто отталкивая от себя воду. Взяв её в руки, Намджун начал читать написанное:
«...Ваше задание — исследовать старый дом...»
— Дом? Где оно здесь видит дом? Мы же у реки и поля! — недовольно хмыкнула Даён. Немного подумав, Тэхёна осенило:
— Тот заброшенный дом, что мы видели! — Ким начал что-то неразборчиво объяснять Чонгуку, но тот, видимо, понял его.
— Что за дом и где он находится? — спросил Чимин.
— Здесь неподалёку есть один, по всей видимости, заброшенный домик. Он где-то в той стороне, — ответил Чон, указывая рукой куда-то влево.
Все решили довериться познаниям Чонгука и Тэхёна в этой местности. Неприятный гул ветра и удары веток ещё больше напрягали. Чем ближе они подходили, тем всё страшнее и страшнее становился этот дом.
Издалека не видно, но у него уже прогнили деревянные стены, через разбитые окна не было видно ничего, лишь черноту. В некоторых местах валялись обломки крыши, стекла. Где-то позади находился заброшенный сад с упавшим забором.
Когда они подошли к входу, под ногами начала неприятно скрипеть половица террасы, из-за чего девушки вздрогнули. Дверь выглядела так, будто её расцарапал медведь, хоть они и не водятся в этой местности. Подростки даже не заметили, как прижались друг к другу неприлично близко — то ли от страха, то ли от холода.
— Ита-ак, кто первый входит? — спросила Ирэн, до побеления сжимая руку Хосока.