девочка в белом платье
Примечания:
*Продолжаю возвращать главы*
Пишите в комментариях, нравится ли вам эта история🤔❤️
Люблю, целую, обнимаю🧚♀️🧚♀️🧚♀️
Для атмосферы включите на повтор: Diabolus o — 03:00
Постояв несколько секунд без ответа, Чхве дрожащей рукой потянулась к ржавой ручке дверей. Когда она уже почти дотянулась, её остановил звук жуткого скрипа, и девушка одёрнула руку. Дверь медленно начала открываться, из-за чего группа подростков стояла в тихой панике. Глаза расширились от увиденного.
Скрип двери пробирался в уши, щекоча нервные клетки. Все переглянулись и медленно, стараясь не делать резких движений, зашли в дом.
Попав внутрь, первым, что они заметили, была прогнившая лестница на второй этаж. Слева от них находился большой деревянный шкаф с лишь одной стеклянной дверцей. Посреди комнаты стоял старый ободранный диван, маленький кофейный столик с резными ножками и истоптанный ковёр с большими дырами.
У дальней стены находится зеркало с треснувшим стеклом, покрытое слоем пыли и паутины, ещё один шкаф, наполненный старыми книгами, а на самой стене висят несколько картин, которые тяжело разглядеть при таком освещении.
Здесь царит мёртвая тишина, лишь слышно, как где-то пробегают мыши. Света из окна достаточно, чтобы нормально передвигаться по комнате, но подростки всё также боятся лишний раз пошевельнуться.
По телу проходит скользкий мороз ветра, исходящий от разбитых окон. Мурашки табунами пробегают по коже, но стоять на месте — не вариант: они обязаны двигаться дальше.
Первыми решают пройти вглубь помещения Намджун и Чонгук, а Тэхёну пришлось лишь идти вслед за Чоном. Другие уже последовали за ними на небольшом расстоянии.
— И что мы тут ищем? — спросила Нико.
— Нас почему-то сюда завели, значит, где-то может быть подсказка, — предположил Джин.
— Эй, смотрите под ноги, — предупредил Хосок, пиная кусок стекла в сторону.
Чимин решил заглянуть в шкаф без одной дверки. Внутри него были несколько полочек, на каждой из которых находились мелкие предметы интерьера — разбитые статуэтки, осколки фарфорового сервиза, рамки с фотографиями.
Взяв одну рамку в руки, Пак начал приглядываться к изображению: несколько людей с добрыми улыбками на лицах, но с тёмными, пустыми глазами. Такая картина немного напугала парня, и он положил её назад.
В то же время Хосок решил осмотреть потрёпанный диван. Пройдясь рукой между подушками, он нащупал там кусочек чего-то. Выудив найденное «нечто», это оказалась записка.
«...74.03.14...»
— Опять даты? И что нам делать с этим? — недовольно спросил Чон, когда к нему подошли остальные.
— Эй, Записочник, дай нам ещё подсказку, мы не догоняем, — громко сказала Юла в надежде, что её услышат. Но, как и ожидалось, на её слова не было никакой реакции.
— Загадки, загадки... Мы-то точно тупые, раз уж не взяли фонариков! — Даён посмотрела на всех присутствующих в этой комнате, но в какой-то момент её взгляд остановился на картине позади Юнги. Подойдя ближе, она смогла рассмотреть красивый вечерний пейзаж, но, к сожалению, краска в течение времени потрескалась. В углу Сон заметила небольшую подпись: «Ли Кюнгми».
— Ребята, вы что-нибудь слышали о Ли Кюнгми? Он художник? — она обратилась к другим. Все лишь переглянулись и отрицательно покачали головами.
— Я знаю почти всех корейских художников, но об этом впервые слышу... — ответил Кай. Когда-то в детстве его интересовала живопись и он посещал кружок по рисованию.
— Может, это картина не художника, а прошлого жителя этого дома? — начала размышлять Наён, подойдя к сестре.
— Возможно... Эй, Джин, сними картину, пожалуйста, — Ким, услышав просьбу девушки, сразу же сделал это. Задняя сторона рамки немного отсырела и покрылась плесенью, но, осмотрев её, они заметили ещё одну надпись.
«74.03.12».
— А это ещё что за дата? — спросил Чонгук, закатывая глаза.
— Может быть, дата, когда была нарисована эта картина?.. Если подумать, то масляная краска бывает разной... Значит, время, за которое она высыхает, бывает разным... — Осуя приложила указательный палец к виску, массируя его, чтобы лучше думать. — Два дня... Между этими датами два дня, — Намджун довольно посмотрел на друзей, пытаясь найти поддержку его теории. — Выходит, что двенадцатого марта нарисовали картину, а четырнадцатого что-то случилось...
Из второго этажа послышался страшный грохот от падения какого-то предмета, из-за чего все перепугались, громко ругаясь, а Сокджин уронил картину. Когда звук пропал, подростки ещё некоторое время приходили в себя.
Посмотрев под ноги, они увидели, что рамка картины разломилась, а из-под обломков что-то торчит. Протянув руку, Тэхён отодвинул один кусок и увидел, что это «что-то» — очередная записка.
«...Идите на второй этаж...»
— Вы точно уверены, что хотите продолжать всё это? Мы же могли просто сидеть дома и отдыхать, а вместо этого сейчас торчим в этой грёбанной заброшке! — дрожащим от страха голосом спросил Чонгук. Сам того не замечая, он взял руку Тэхёна и сильно сжал. Когда на его вопрос не последовало ответа, он, опустив голову, свободной рукой подозвал всех к лестнице.
Старая прогнившая лестница, скрипящая от малейшего движения, была даже без перил. Медленно поднимаясь и шугаясь от каждого звука, они всё же оказались на втором этаже. Перед ними развилка в две стороны, собственно, в две комнаты. Решая не разделяться, первым делом они направились вправо.
Почти дойдя до двери и делая последний шаг, Юла случайно наступила на шаткую половицу, которая с неприятным скрежетом сильно прогнулась и треснула. Среагировав на звук, все начали кричать: «Осторожно!»
Тан, ничего не понимая, чуть было не провалилась вместе с этой доской, так как её нога уже фактически была на первом этаже.
Секунду анализируя сложившуюся ситуацию и пытаясь понять, что произошло, она почувствовала сильную хватку на своей талии.
Посмотрев вверх, она увидела взволновано-напуганные глаза Намджуна. Другие лишь облегчённо выдохнули, понимая, что опасность миновала.
— Спасибо... — поблагодарила Юла.
— Да не за что, — увидев довольную ухмылку Кима, Тан опустила голову, рукой незаметно сбрасывая его руку со своей талии. Её лицо немного покраснело, что удачно скрывала темнота.
Дёрнув за ручку двери, она с громким скрипом начала открываться. Осматривая комнату, они поняли, что это спальня.
Посреди комнаты стояла одинокая деревянная кровать, постель превратилась в посеревший дырявый кусок ткани, даже для тряпок не пригодный. В углу находится большой письменный стол со стулом, заваленные всяким хламом, а по обе стороны комнаты есть громоздкие шкафы с резными дверками, которые издают жуткий скрежет. По полу разбросаны пыльные книги, оторванные альбомные листы, какие-то наброски рисунков...
С каждой минутой, проведённой в этом заброшенном доме, атмосфера становится всё мрачнее и мрачнее. Нехватка света ещё больше ухудшает способность спокойно мыслить, а странные звуки вызывают дрожь по телу. Они чувствуют что-то необъяснимое и неизвестное в этой обстановке каждой клеточкой своих тел.
Немного постояв, Чонгук и Тэхён подошли к столу в надежде найти хоть малейшую подсказку или информацию. Пока все были заняты исследованиями других мест в комнате, они стали изучать до малейшей детали вещи, находящиеся на письменном столе.
На нём воцарил хаос юного художника — повсюду разбросаны огрызки карандашей, тюбики высохшей краски, пожелтевшие листы бумаги и прочая мелочь. Среди кучи художественных принадлежностей они так и не смогли найти что-то стоящее.
В то же время Нико и Даён, несмотря на взаимную неприязнь, стали обыскивать один из шкафов. В нём, как и в том, что на первом этаже, было много полочек, но некоторые из них просто обвалились. На самой верхней полке они смогли нащупать несколько старых потрёпанный тетрадей. Достав одну из них, они прочитали название:
«Личный дневник Ли Кюнгми, не трогать».
— Ребята, так и есть, этот Ли Кюнгми — прошлый житель этого дома! — радуясь своей находке, Чои обратилась к остальным участникам их «отряда спасения». Все сразу же оглянулись и подошли к девушкам, после чего Сон начала вслух читать одну из записей внутри, написанных очень красивым и аккуратным почерком:
«73.10.04 Привет, дневник. Я Ли Кюнгми, мне 19 лет. Совсем недавно, а именно 01.10, у меня был день рождения. Я учусь в колледже искусств. Многие считают меня странным, ведь я веду дневники, но меня это не волнует. Главное, что я могу заниматься своим хобби — рисовать. Недавно, когда я продавал некоторые свои картины на улице, ко мне подошла девочка в белом платье, что очень странно для середины осени, лет так 12-ти. Она долго рассматривала картины, пока не заговорила со мной...»
«73.10.10 Привет. Сегодня ко мне опять подошла эта девочка. Как и в прошлый раз, она сначала рассматривала картины и только потом заговорила со мной. Странно как-то, но не суть. В колледже я делаю большие успехи и даже попал в список лучших учеников!»
«73.10.20 Здравствуй, дневник. Жизнь в колледже становится более интересной с каждым днём, но выплачивать обучение приходится из денег, собранных на продаже картин. Кстати, та девчонка всё так же приходит ко мне. Она никогда не называла мне своего имени, да и это не сильно важно мне...»
Пролистав несколько листов, заполненных записями и рисункам, они остановились почти что на последних страницах.
«74.02.14 С днём святого Валентина! Я хоть и не блещу красотой, но в колледже получил несколько шоколадок от подруг. Что меня больше всего удивило, девочка в белом платье тоже подарила мне шоколадку! Единственное, что я о ней знаю, так это то, что ей реально 12. Странно, что мы кое-как общаемся, у нас ведь разница в 7 лет...»
«74.03.12 Я только что закончил рисовать картину заката! Кажется, это моя лучшая работа:) Повешу её в гостиной... Кстати, девочка почему-то перестала приходить... Ну, мне как-то всё равно».
— И что нам это даёт? Какой-то художник, зарабатывающий на продаже собственных картин, и двенадцатилетняя поклонница... Непонятно... — Кай трёт переносицу, нервно хмуря брови, в попытке хоть как-то связать прочитанное с их ситуацией.
— Ну не может же быть такое, что нас просто так сюда отправили! — размахивая руками, сказал Чимин.
Из первого этажа послышались странные звуки падения и бьющегося стекла. От услышанного все испуганно переглянулись, невольно ступая подальше от дверей. Тела бросает в дрожь, в венах остывает кровь. Они стоят неподвижно, будто в эту же секунду их приковали к земле тяжёлыми цепями. Расширенные глаза бегают по комнате в поиске источника звука.
Через полминуты приходит понимание, что звук был моментальным. Когда они немного пришли в себя, взгляд пал на дверь, которая с жутким скрипом начала открываться, вызывая новый прилив страха и непонимания. Сердца бешено колотятся, сдавливая рёбра и лёгкие. Воздух всё тяжелее двигается по дыхательным путям. Хочется кричать, но из открытых ртов не исходит никакого звука.
Первым, кто всё-таки смог пошевельнуться, был Хосок. Несмотря на холодный пот, льющийся по коже, и повторяющийся в мыслях скрип дверей, он обернулся в сторону своих соратников. Сглотнув вязкую слюну, скопившуюся во рту, он дрожащим голосом сказал:
— Давайте уйдём отсюда...
После этой фразы глаза других, затуманенные пеленой страха, немного прояснились, будто они только что проснулись от долгого сна. Молча кивнув, они медленно направились в сторону дверей, стараясь игнорировать скрипящие половицы.
***
Как только подростки вышли в коридор второго этажа, дверь за ними резко захлопнулась. Громыхание эхом отбивалось от стен дома, новыми ударами несясь к барабанным перепонкам.
Желание поскорее уйти отсюда — единственное, что сдерживало порыв упасть на пол, крича и прося о помощи. Они должны двигаться дальше. Они должны дойти до выхода. Ничто их не остановит. Даже сдавливающие разум мысли.
Медленно спустившись на первый этаж, стараясь не делать никаких резких движений, они вздохнули с тяжёлым облегчением.
Вроде бы их уже ничего не держит, но Юнги, не в силах подавить своё любопытство, решил узнать, что это был за звук бьющегося стекла.
— Эй, что ты делаешь? — тихо и удивлённо спросила Осуя.
Мин ступился внутрь гостиной, осматриваясь вокруг. Все лишь стали непонимающе следить за действиями Юнги. Ещё раз пройдясь взглядом по комнате, он подошёл к шкафу с одной дверцей.
На полу лежали осколки стекла, сломанная рамка и перевёрнутая фотография, которую раньше держал Чимин. Чонгук неуверенно подошёл к Мину и поднял фотокарту.
По вискам потёк холодный пот. Глаза широко раскрылись, руки резко отдёрнулись от фотографии, будто бы от горячего предмета, и Чон громко закричал, из-за чего все ужаснулись.
Вместо раньше увиденных Паком нескольких людей, на изображение оказался лишь один человек.
Изувеченное тело, покрытое трупными пятнами и мазками краски, лежащее у берега реки. Молодой парень, изуродованный бесконечными глубокими порезами с застывшей кровью.
Жестокое убийство, приводящее в ужас.
Побледневший, как мертвец на фото, Чонгук пошатнулся назад, но упёрся в дверцу шкафа. Все взволновано подбежали: кто-то, чтобы проверить состояние Чона; кто-то, чтобы увидеть то, что так напугало его. Последние очень пожалели о своём любопытстве, когда сами взяли фотографию в руки. Некоторые даже не заметили, как по холодным щекам потекли горячие слёзы.
— Чонгук, что с тобой?.. — сквозь ужас спросил Тэхён.
Он взял лицо Чона в руки, пытаясь заглянуть в его глаза, которые прикрыла длинная чёлка. Дрожащие пальцы отодвинули её, тогда Ким смог увидеть его эмоции, спрятанные во взгляде.
Ужас.
Пустота.
Холод.
Страх.
Беспомощность.
И... Воспоминания...
То, что Чонгук давно запечатал в своей памяти, закрыв на несколько замков.
То, что валялось где-то на дне сознания, прикрытое новыми воспоминаниями.
То, что когда-то сломало, оставив сотни осколков, которые он тщательно пытался собрать, склеить.
— Чонгук~а... — нежно позвал Ким, стараясь скрыть дрожь в голосе, поглаживая побледневшую кожу щеки Чона большим пальцем.
Взгляд опустевших глаз, в уголках которых скопились слёзы, поднялся на него. Никто ещё не видел Чонгука таким. Таким разбитым...
Медленно подняв руку к лицу, он осторожно вытер слёзы.
— Что случилось? — в недоумении спросил Джин, но его вопрос был проигнорирован.
Остальным лишь оставалось догадываться, что же именно вызвало такую реакцию у парня, ведь это явно что-то серьёзнее, нежели их испуг от увиденного.
***
Входная дверь непривычно тихо заскрипела, медленно открываясь. Считая это разрешением «уйти на хрен отсюда подальше», наша Команда Х направилась к выходу, аккуратно передвигая дрожащими конечностями.
Когда дверь за ними с грохотом захлопнулась, они уже быстрым шагом вышли со двора этого дьявольского дома.
— Вы видели то же, что и я? — тихо спросила Наён, бегая взглядом по земле.
— Что бы там не произошло, это... Я даже не могу подобрать слова... — немного закусив губу, ответил Намджун.
— Что бы мы там не увидели, мы должны сейчас же уносить ноги отсюда, — выйдя из шокового состояния, скомандовала Юла. Её голос звучал непривычно холодно.
— И что потом? Ждать, когда это «нечто», которому мы, по непонятным причинам, подчиняемся, ещё раз вызовет нас? — раздражённо спросил Тэхён. — Это ведь точно не конец... — разводя руки в стороны, закончил он.
— Ладно, давайте... Давайте мы завтра, после школы, соберёмся где-то и обсудим сложившуюся ситуацию?! — терпение Осуи было уже на исходе.
— Ну уж нет, я не собираюсь сидеть с вами за одним столом в школьной столовке, хоть убейте, — гордо приподняв голову, произнесла Ирэн.
— Это точно, — подхватили Юла и Нико.
— Вы можете хоть иногда забывать о своём... «статусе» в обществе и вести себя не как стервы? — Даён уверенно смотрела в сторону трёх девиц.
— Девочки, не ссорьтесь, у нас есть проблемы поважнее, — решил вмешаться Юнги, без прикосновений разводя их по обе стороны, дабы избежать очередной передряги.
— Он прав... — впервые после долгого молчания внедрился Чонгук.
Он стал выглядеть более человечно, но в вечно весёлых глазах сейчас густой непроглядный туман. Все обернулись в его сторону, вспоминая случай с фотографией и то, что на ней изображено. Лица заметно скривились от таких воспоминаний.
— Раз уж наш Записочник сейчас нас отпускает, то давайте спокойно приедем домой, выспимся и уже завтра обговорим детали? — предложил Хосок.
Все лишь кивнули, направляясь к машинам.
***
Следующее утро выдалось не самым радужным. Вроде бы всё, как обычно. Но не для наших героев. Каждый из них с головой погружён в раздумия, не покидающие их ещё с того момента, когда они получили свои куски одной записки.
Сейчас каждая мысль о том, что же случилось с парнем на фотографии и что их ждёт дальше, пугает до мурашек по коже. Но, несмотря на это, самым главным вопросом, ответ на который они так желают узнать: зачем и кто именно посылает им эти задания?