Глава 11. Ночной зверь
Сомнения не утихли. Они кристаллизовались. Превратились из хаотичного огня внутри в холодный, отточенный шип целеустремлённости. Когда в коридорах погас основной свет, перейдя на тусклое ночное голубое свечение, Говард не спал. Он стоял у двери, прислушиваясь к ритму комплекса — смене удалённых патрулей, щелчкам автоматических замков, гулу дальних генераторов.
Его план был безумием с точки зрения логики, но единственно возможным с точки зрения инстинкта. Проникнуть в главный серверный узел Бета-сектора. Не через взлом — его навыков не хватит. Через физическое проникновение. Старые, аварийные вентшахты, о которых он когда-то (как? память была мышечной) знал. Схему он выцарапал в пыли на полу, полагаясь на смутные ощущения в пальцах, когда водил ими по холодному бетону.
Действовал он не как призрак, а как раненый зверь — медленно, с остановками, прислушиваясь к каждой ноющей кости. Один раз, в узком техническом тоннеле, он наткнулся на техника. Мужчина обернулся, удивлённо открыл рот. Мысли Говарда пронеслись со скоростью паники: Опознают. Вернут. Сотрут на этот раз навсегда. И прежде чем сознание успело вынести приговор, его тело выполнило манёвр. Короткий, жёсткий удар ребром ладони в точку под ключицей. Техник осел беззвучно, глаза закатились. Говард поймал его, сердце колотясь где-то в горле от ужаса содеянного. Он только что атаковал своего. Не врага. Своего. Эта граница была перейдена. Обратного пути не было.
Серверный зал встретил его ледяным сиянием мигающих лампочек и тихим гулом. Он нашёл терминал с маркировкой «ПСИ-ОПЕРАТИВЫ. ПРОТОКОЛЫ ИНЦИДЕНТОВ». Его пальцы, дрожа, вывели дату своей последней миссии и имя: САЙМОН.
Досье было скудным, как отчёт о погоде. «Саймон. Опер BARS. Кодовое имя „Хрон“. Способность: тактическое предвидение (подтверждённый диапазон 2.8-3.1 сек). Статус: АКТИВЕН. Последний контакт: Инцидент „Падение Молота“. Цель: Агент Сильвер. Результат: Цель нейтрализована (амнезия). Потери BARS: нулевые.»
Ничего. Ни происхождения, ни слабостей. Только подтверждение его кошмара.
Тогда он ввёл другое имя: КАИН. НАСТАВНИК.
И тут информация посыпалась потоком. Не личная, а тактическая. Детальные отчёты о тысячах тренировочных сессий с сотнями агентов. Статистика. Проценты. Паттерны. Говард впился в данные. Его сознание, ещё минуту назад путаное, вдруг сфокусировалось. Он не понимал цифры, но он видел закономерности. Любимый приём Каина при контратаке после третьего выпада. Микроскопическая задержка перед разворотом на 180 градусов. Предсказуемая реакция на серию низких ударов. Это не были воспоминания. Это был анализ. Тот самый, который когда-то делал его стратегом. Он выцарапывал ключевые моменты когтями на внутренней стороне своего ума, чувствуя, как что-то давно забытое щёлкает в голове, как расчехляемый затвор.
Потом он нашёл своё досье. СИЛЬВЕР, ГОВАРД. Агент класса «ОМЕГА». Страницы и страницы миссий, оценок, физиологических данных. И красным шрифтом в конце: «ПОСЛЕ ИНЦИДЕНТА „ПАДЕНИЕ МОЛОТА“: ДЕКОГЕРЕЦИЯ ПАМЯТИ — 94%. РЕАБИЛИТАЦИЯ: ПРИОРИТЕТ АЛЬФА. ЦЕЛЬ: ВОССТАНОВЛЕНИЕ СТРАТЕГИЧЕСКОГО АКТИВА. ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ.»
«Любой ценой», — прошептал он, глядя на экран. Ценой его собственной личности. Он закрыл терминал. Рассвет уже серел за герметичными иллюминаторами. У него не было доказательств, только знание. И ярость.