sublimation » hs [rus]

Adele Kelly 

Я уже три дня хожу в офис моего отца, и это намного удобнее и быстрее, чем возвращаться домой. Действительно, деловой район находится всего в пятнадцати минутах езды от школы. Я использую возможностью сделать домашнее задание в Styles Investment, а затем папа отвозит нас домой около 7 вечера.

Генеральный директор компании должен быть старым и грязным богатым парнем, который даже не знает, что делать со всеми деньгами, которые он зарабатывает. Он должен владеть десятью дизайнерскими автомобилями, недвижимостью по всему миру и, прежде всего, женами по всему миру. Говорят, что большую часть времени бизнесмены теряют все ценности из-за суммы денег, которую они имеют. Они полностью теряют рассудок. Но папа хорошо знает своего босса, он работает на него почти пять лет и, по его словам, мистер Стайлс - хороший человек. Ну, видимо.

Я иду в холл здания и ... здесь он снова, прислонился к стойке приема. Я не знаю, кто этот парень, но он здесь каждый день, внимательно следит за всеми, кто входит. Он должно быть каждый день носит другой костюм, и все они хорошо смотрятся на нем. Он был на том же месте вчера и на следующий день, и он все равно будет на том же месте завтра. Таким образом, он может работать на приеме, или он может флиртовать с леди, которая работает здесь. Саманта сказала мне, что некоторые молодые люди предпочитают пожилых женщин. А почему бы  и нет.

Тем не менее, я чувствую, что он просто смотрит на меня с того момента, как я иду в здание, и до самого момента, когда двери лифта закрываются позади меня. Я чувствую, что он смотрит на меня в течение пятнадцати секунд, когда мне нужно пересечь зал, и это доставляет мне дискомфорт. Я стараюсь сосредоточиться на своих ногах, держа голову все время и пытаясь остаться незамеченной.

Я добираюсь до лифта, и я чувствую облегчение только тогда, когда двери наконец закрываются позади меня. Вчера папа дал мне немного денег, поэтому я могу купить себе что-то в торговых автоматах в обеденном зале. Это на пятьдесят пятом этаже, последний. Я стараюсь быть сдержанной, когда я выхожу на последний этаж, пока не доберусь до столовой.

Комната представляет собой обширный зал с огромным окном на всей стене напротив входной двери. Здесь есть много круглых столов, справа от них стоят два торговых автомата вместе со всем необходимым на кухне. Я выбираю IceTea и M&M's. Когда я кидаю монеты в машину, я слышу, как кто-то открывает стеклянную дверь комнаты. Я поворачиваю голову, чтобы поздороваться, но я стою разинув рот, роняя свои монеты.

О, господи.

Парень, который постоянно стоял у приемной только что вошел. Это становится реально неудобно. Я смотрю, как он идет к кофеварке и берет себе чашку кофе. Но на этот раз он даже не смотрит на меня. Я подбираю монеты, которые упали, и продолжаю кидать их в машину, как будто все было в порядке. Человек с длинными вьющимися коричневыми волосами сидит за столом, когда я набираю код на машине. Я смотрю на него краем глаза, делая вид, что жду, пока моя бутылка упадет. Он вытаскивает свой телефон из кармана брюк и не обращает на меня никакого внимания, что облегчает меня.

Я хочу уйти отсюда как можно скорее, потому что, даже если он не следит за каждым шагом, который я делаю, поскольку он пользуется тем, что он в зале, его простое присутствие делает меня неудобным и не остается незамеченным. Я чувствую, что краснею, когда я нетерпеливо и нервно постукиваю пальцами по моей руке. Это становится для меня неудобным. Но угадайте, я такая удачливая, что моя бутылка застряла в машине. Я дважды пытаюсь заставить ее упасть, слегка нажав на машину бедром, но это бесполезно. Дерьмо.

Очевидно, человек в конце концов замечает это. Он поднимает голову и смотрит на меня, нахмурившись, но его лицо остается не читаемым. Дерьмо, дерьмо, дерьмо, надеюсь, я не сломала его.

– Иногда это случается, оно застревает. Думаю, я должен позвонить кое-кому, чтобы заменить его, - мягко говорит он. Я слышу английский акцент в его голосе, теперь очень тонкий из-за того, что он мог потерять его в течение лет, проведенных в Америке.

Я наблюдаю, как он роется в кармане костюма, и я нахмурилась.

– Вот, пять долларов, возьми их и купите что-нибудь еще, - говорит он, вручая мне монеты, но я качаю головой.

– Большое спасибо, я очень ценю это, но все в порядке. Я просто пойду, - благодарю его, поскольку я уже чувствую, как мои щеки краснеют.

– Возьми их, это ничего, на самом деле, - настаивает он, и его сладкий, но твердый тон заставляет меня чувствовать, что я должна повиноваться ему.

– Благодарю вас, - говорю я. Он улыбается мне, и я кладу деньги в другую машину.

– Я видел тебя несколько раз здесь. Как тебя зовут? - он прямо спрашивает. Бутылка падает, и я подбираю ее немедленно, прижимая к груди. Благодарная за его щедрость, я улыбаюсь ему.

– Адель, зовут меня Адель, - бормотала я, не нарушая с ним глазного контакта.

– Это прекрасное имя. Сколько тебе лет, Адель? - он снова спрашивает с улыбкой, и я краснею. Его глаза - яркий оттенок зеленого, и то, как они теперь сверкают, когда он смотрит на меня, завораживает.

Голос моей матери внезапно появляется у меня в голове, напоминая мне, что я не должна разговаривать с незнакомыми людьми или принимать что-либо от них. Ну, я сделала оба, не говоря уже о том, что я сказала ему свое имя. Я расширяю глаза, когда мое поведение меня поражает. Есть ли риск? Я абсолютно ничего не знаю об этом парне, и он дает мне деньги, он всегда присутствует на приеме, наблюдая за каждым моим шагом, и теперь кажется, что он пытается узнать что-то обо мне. Должна ли я паниковать сейчас?

– Я ... мне жаль, мой отец ждет меня, мне нужно идти, - говорю я ему торопясь и мчась к двери. Я быстро убираюсь отсюда и от того человека, который был так хорош со мной.

* * *

Harry Styles

Сегодня, я спустился в холл, чтобы увидеть маленькую девочку Адель в четвертый раз. Поскольку она обычно приходит около пяти, мне всегда нужно найти повод для прихода на прием и поговорить с Миссис Джонс. Даже если у меня будет целый день подумать об этом, это не легко. Вчера, я попросил миссис Джонс сделать мне чай и потребовал сделать ксерокопию, потому что мой принтер не работает. Сегодня у меня будет страшная головная боль, и мне нужно спросить миссис Джонс о некоторых таблетках, которых, надеюсь, у нее нет.

Менее чем через неделю Адель начала мою новую мотивацию вставать утром и мои новые развлечения в некотором роде.

Я видел ее вчера с тем же самым пучком на голове и с тем же симпатичным лицом. Она была прекрасна. К сожалению, это продолжалось всего несколько секунд, прежде чем она исчезла за дверьми лифта. Снова. Я вернулся в свой офис, имея в виду, что вернусь на следующий день.

Тем не менее, я не хотел, чтобы она была на пятидесятом пятом этаже, на моем этаже. Разве она не должна была идти в офис своего отца? Я молча наблюдал за ней, пока я не узнал, куда она идет. Вот тогда я сдался. Мне не следовало этого делать, мне еще предстояло много работы, но я хотел узнать больше об этой нахальной маленькой девчушке, которая даже не потрудилась посмотреть на меня, когда она входит в мое здание.

Я нашел ее и был рад увидеть, как она была удивлена ​​и неуверенна. Я улыбнулся и засмеялся, когда ее обманул торговый автомат. Поэтому я сразу воспользовался возможностью, чтобы поговорить. К сожалению, она убежала, когда я спросил про ее возраст.

Суть в том, что это четвертый день, и эта девушка все чаще и чаще была в моем сознании. Я ничего не ожидаю от нее, но я не могу не найти ее увлекательной и ... интересной. Теперь я задаюсь вопросом, как она отреагирует сегодня, когда увидит меня на приеме. Будет ли она игнорировать меня, как всегда, или она по крайней мере соизволит поздороваться?

Уже четверть четвертого, и я сижу один за столом в кафетерии, заканчивая уровень в Candy Crush, так и мою чашку кофе. Как только я закончил, я встаю со стула, иду и выбрасываю свою чашку. В середине комнаты три человека все еще сидят за одним столом, заканчивая свой обед. Один из них, Джон, приближается ко мне. Он работает на меня уже более пяти лет, и он может быть одним из немногих сотрудников, с которыми я думаю, что у меня более дружеские отношения.

– Привет, Гарри, как ты? - он спрашивает меня и заказывает эспрессо. Джон также является единственным сотрудником, который может назвать меня по имени.

– Хорошо, но очень устал, - честно говорю я.

– В последнее время я думал, что ты уже долгое время не возвращался домой. Почему бы тебе не отправиться завтра на ужин? - он неожиданно предлагает.

Он прав. Все пять лет мы только видели друг друга на работе, принимая его предложение - это наименьшее, что я могу сделать. Кроме того, было бы неплохо, чтобы выйти, но не для делового обеда. Мне просто нужно проверить свою учетную книгу.

– Мне было бы очень приятно, Джон. Позволь мне подумать, и я пошлю тебе Елену днем, чтобы подтвердить, - отвечаю я, и он улыбается, прежде чем вытащить чашку из машины. Он попрощался, положив руку мне на плечо, прежде чем уйти.

Что касается меня, я выхожу из комнаты, в коридор, обратно в свой кабинет. У меня уже есть ужин сегодня вечером с Лиамом, но я не думаю, что на завтра все запланировано. Жозефина будет расстроена наверняка, потому что я не буду дома обедать две ночи подряд, но это не так, как будто она не идет со мной сегодня вечером. Без разницы.

* * *

Эндрю, мой водитель, подвозит нас с Жозефиной перед воротами дома. Мы просто вернулись с обеда, который у нас был с Лиамом и Софией, и я не могу дождаться, чтобы лечь спать. Мы подтвердили запуск Payne Design и мои инвестиции в его общество. Что касается Жозефины, она, похоже, хорошо общается с Софией. У них было несколько небольших разговоров, и обе, казалось, хорошо проводили время.

Я помогаю Жозефине вылезти из машины, возвращаясь к дому и поднимаясь по передним ступенькам, обняв ее за спину для поддержки. Интересно, как она может встать на ноги с такими туфлями - Louis Vuitton, которые я купил на прошлой неделе. Когда мы наконец добрались до двери, она снимает их и облегченно вздыхает. Жозефина поднимается по мраморной лестнице, ведущей в нашу спальню на втором этаже, когда я запираю дверь позади. Затем я следую за ней, начиная снимать галстук и расстегивать рубашку, поднимаясь наверх.

Когда я захожу в комнату, она стоит в сексуальных черных кружевных трусиках и подходящем бюстгальтере. Жозефина всегда прекрасна, особенно когда она в этом нижнем белье, но сегодня я едва смотрю на нее. Вместо этого я снимаю штаны и ложусь в постель. Жозефина залезает на нее и ползет ко мне, оставляя на груди грубые и мокрые поцелуи.

– Что ты делаешь, Жо? - спросил я усталым голосом, выгув бровь и немного поправляя локти.

– Я хочу заняться любовью сегодня вечером. Знаешь, прошло шесть дней, - говорит она сладким тоном, продолжая целовать мою грудь. Затем она тянется вверх к моей шее и подбородку. Я закрываю глаза, и почти сдаюсь, но в конце концов сдерживаю себя.

Честно говоря, я даже не заметил, что прошло уже шесть дней. У меня нет времени думать о сексе, когда еще есть много работы, которую я должен сделать.

– Малыш, завтра у меня встреча в семь, и уже почти полночь. Мне нужно спать сейчас, - говорю я ей нежным тоном. Она надувается и складывает руки на груди. Я поместил прядь светлых волос за ухо и слегка наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в лоб.

– Завтра? - спрашивает она с улыбкой, ее глаза сверкают надеждой.

В этот самый момент, я знаю, что она не будет счастлива моим ответом. Я еще не сказал ей об ужине, который я планировал завтра вечером. Она убьет меня. Или кастрирует меня.

– Ну, эмм ... У меня завтра кое-что другое. Ужин. Прошу прощения, - говорю я ей с извиняющейся улыбкой.

Выражение ее лица внезапно меняется. Ее улыбка пропадает, и она сердито смотрит на меня. Она сразу же отползает от меня, чтобы залезть под одеяло. Я могу сказать, что она действительно раздражена. Затем она поворачивается, чтобы отвернуться от меня.

– Ты такой хуй, надеюсь, ты это знаешь! - она плюет и выключает прикроватную лампу.

Я закатываю глаза и делаю то же самое, чтобы погрузиться в полную темноту. Еще одна ночь, еще один аргумент. Я не могу не чувствовать себя виноватым. Она ничего не просила, и я должен признать, что я не очень помогаю. Она только пытается провести со мной больше времени и вернуть все, как раньше. Но мы просто не можем, у меня больше нет времени, которое я имел. Или оно у меня есть я попытаюсь, бессознательно, провести его по-другому, чем с ней?