Прекрасные разбитые сердца

КОГДА СЛЕДУЮЩИМ УТРОМ спускаюсь, Хоук сидит за кухонным столом. Он пьет кофе, а Датч растянулся у его ног. Дядя выглядит так, будто не спал всю ночь.

Наливаю себе чашку и сажусь напротив.

– Ты хоть немного поспал?

Хоук качает головой.

– Пока нет. Потребовалось время, чтобы вытащить парней, а потом они хотели все мне рассказать. Но таким старикам, как я, долгий сон ни к чему.

Датч воет, словно согласен.

– Нельзя, чтобы мама это услышала. Ты всего на два года старше нее, – напоминаю ему. – Парни в порядке? Оказаться арестованными не так весело.

– Насчет этого не знаю. Кристиан был не против побывать в участке. А твоя подруга Грейс ждала у отделения, пока не выпустили Кэма, и он, казалось, был очень рад.

Копы, наверное, все еще собирали показания. Я как будто пробыла там с ними вечность, пока отвечала на вопросы.

– Грейс, наверное, ждала Кристиана. Она давно в него влюблена.

Хоук задумывается.

– Мне кажется, она переболела Кристианом.

– Почему ты так говоришь?

– Она целовалась с Кэмероном на парковке.

– Ты уверен?

Он кивает.

– Еще как.

Хоук откидывается на спинку стула и трет щетину на подбородке.

– Парни все рассказали мне, когда я их вытащил. Сказали, твоего бывшего арестовали за хранение наркотиков.

Делаю глоток кофе.

– Его теперь выгонят из MMA.

– Ты изгнала этого демона? Не хочу, чтобы воспоминание о плохих отношениях преследовало тебя всю жизнь.

– Кажется, да, но мне нужна твоя помощь, чтобы встретиться лицом к лицу с другим. – Глубоко вдыхаю. – Ты расскажешь, что случилось с папой в день его гибели?

– Я полтора года ждал, когда ты задашь мне этот вопрос. Мысленно сотни раз репетировал, что тебе скажу. Но теперь ты сидишь напротив меня, и я не помню ни слова. Сколько именно ты хочешь знать?

– Все.

– Хорошо. – Хоук некоторое время молчит. Ему непросто о таком говорить. – Задание проходило в Эль-Фаллудже. Мы проводили оценку степени повреждений в отеле, который разбомбили. Повстанцы хранили в подвале оружие и боеприпасы. Атака с воздуха уже сровняла район. Для нас это задание было рутинным. По крайней мере, мы так думали.

Мы отправились командой из пяти человек. Твой папа в качестве командира группы и снайпера, Руди в роли разведчика, Бешеный пес в качестве связного, а Большой Джон – пулеметчика.

– Почему тебя не было в тоннеле?

Впрочем, будь он там, он бы сейчас не рассказывал мне эту историю.

Глаза Хоука заволакивает, и он прочищает горло.

– В тот день я был ангелом-хранителем. Так мы называем члена команды, назначенного вести наблюдение.

– Что именно это значит?

Я привыкла слушать, как папа разговаривал на профессиональные темы с Хоуком и другими морпехами. Если мне везло, я понимала половину из того, что они говорили. Военная разведка была таким крепким братством, что мужчины для всего придумали свои условные обозначения.

– В мою задачу входило найти высокую точку и с помощью оптических приборов наблюдать за районом – следить за врагами и всем необычным. Еще я передавал сообщения между нашей командой и базой. С воздуха этот район уже обработали, и мы тоже провели зачистку, поэтому Бешеный пес рассказывал мне по связи, что они видели. А я передавал информацию на базу. Бешеный пес был со мной на связи, когда это произошло.

В моем горле формируется ком.

– Что произошло?

– Сначала все шло по плану. А потом вдруг раздался взрыв. Похоже, подвал был заминирован. Повстанцы скрыли гаубицы под нажимными пластинами пола. Мы и прежде такое видели. Когда эти штуки взрывались, они могли разнести армейский вседорожник.

– Значит, папа, возможно, умер сразу?

– В ограниченном пространстве, с таким сильным взрывом, даю голову на отсечение. Как только зону обезопасили, я вошел внутрь со спасательной эскадрильей в поисках... – Хоук смотрит на меня.

– Тел, – заканчиваю за него. – Все нормально. Ты можешь говорить.

Дядя кивает.

– Нам пришлось вытаскивать их из-под обломков. У твоего папы с собой было два личных предмета – голубая лента вокруг запястья и твоя фотография. Когда мы отправились в Ирак, твоя мама разрезала ленточку пополам, одну половину она повязала на запястье твоего папы, а вторую на свое. Она сказала, что ленточка будет их связывать друг с другом. А твою фотографию папа носил с собой на каждое задание. Мне хочется думать, что он обрел покой, зная, что часть тебя находилась рядом.

Вспоминаю книгу Тима О'Брайена и задание мисс Айвз. Солдаты носили с собой материальные и нематериальные вещи – фотографии и гальку, надежду и страх. И тогда я понимаю, что означала моя фотография.

Я – то, что нес мой папа.

Я всю свою жизнь помогала ему преодолевать тяжелые времена. А он помог мне в тоннеле.

Через мгновение слышу шаги по лестнице. И на кухню заходят близнецы. Кристиан вытягивает перед Хоуком запястья.

– Зацени синяки от наручников. Готов поспорить, они останутся до понедельника.

Хоук делает глоток кофе.

– Многие так аресту не радовались бы.

– Я помогал Пейтон. Это самое главное, верно?

Кэм сжимает кулак, и Кристиан ударяет по нему своим.

– Возможно, вы не так будете радоваться этому, когда тренер возьмется за вас за то, что покинули поле, – говорит Хоук.

– Ты хочешь сказать, нам не надо было уходить? – спрашивает Кристиан.

– Конечно, надо. Просто говорю, тренер вряд ли разделит вашу точку зрения.

Кэм открывает холодильник и достает упаковку молока.

– У Кристиана уже отлично получаются отжимания.

Кристиан скручивает кухонное полотенце и бьет им Кэма.

– Заткнись. Тебя никто не спрашивал.

Кэмерон поднимает упаковку, словно собирается пить прямо из нее, но затем останавливается, открывает шкаф и достает стакан.

Прогресс.

Ко мне подходит Кристиан и сжимает плечо.

– Ты в порядке?

– Все хорошо.

– Ты разговаривала с мамой? – спрашивает Хоук. – Она же в пути.

– Я звонила маме из полицейского участка.

Хоук становится серьезным.

– Этому парню повезло, что я до него не добрался.

– Не волнуйся, пап. Мы об этом позаботились.

Кристиан проталкивается мимо Кэма и роется в холодильнике. Достает упаковку яиц и смотрит на них, как на инопланетный источник пищи.

Жду, когда Кристиан попросит меня приготовить омлет. Он смотрит на меня.

Ну вот, началось.

– Давай, попроси, – говорю ему. После того, как прошлым вечером близнецы покинули ради меня поле, я приготовлю им все, что захотят.

– Я тут подумал... научишь меня готовить омлет? – робко говорит он.

Я сначала не уверена, что верно расслышала. Но потом вижу шокированное дядино лицо.

– Ты хочешь, чтобы я научила тебя готовить?

– Нас, – говорит Кэм. – Я тоже хочу научиться.

– Но готовка ведь для девчонок?

Я не издеваюсь над Кристианом.

Мне действительно любопытно.

– Я передумал. – Кристиан вытаскивает миску, которую я использую. – В смысле, ты же не останешься здесь на вечность. Не то, чтобы я жду твоего отъезда, но подумал, лучше научиться сейчас, потому что папин омлет – отстой.

Хоук показывает на него.

– После таких слов тебе точно лучше научиться готовить. Завтрака от меня больше не дождетесь.

Подхожу к стойке и беру коробку яиц.

– Тебе понадобится вилка.

Кристиан пытается разбить яйцо в миску, но вместо этого сминает его в руке.

– Мило. – Кэм смеется. – Попытайся хоть что-то донести до миски.

– Надо разбивать яйца о край миски. – Показываю с другим яйцом. – Вот так.

– И ты только сейчас об этом говоришь. – Кристиан ополаскивает руки под краном. – Надо было предупредить с самого начала.

Кэм берет яйцо.

– Я буду разбивать.

Он делает это чуть лучше и умудряется донести до миски большую часть яйца – вместе со скорлупой.

– Видишь? Не так просто, как кажется. У тебя тоже хреново получается, – говорит Кристиан.

Кэм вытирает руки о штаны.

– Готовка куда сложнее, чем кажется.

Я достаю из упаковки еще одно яйцо и отдаю Кэму.

– Попробуй снова. Если можешь помешать двухсотфунтовому парню сбить тебя с ног, то сможешь и омлет приготовить.

Стою между кузенами и наблюдаю, как они соревнуются в том, кто закинет в миску как можно меньше скорлупы.

Я буду по ним скучать, когда вернусь домой.

Они совсем не такие, какими я их считала, когда приехала в Блэкуотер. Но и я, возможно, совсем не такая, какой они меня считали.

В дверь звонят, и Датч начинает завывать. Хоук смотрит на часы.

– Твоя мама не могла так быстро добраться.

Кэм вытирает руки о кухонное полотенце.

– Вообще-то, это Грейс. Я пригласил ее к нам. Знаете, после того, как она ждала меня... – Он смотрит на Кристиана. – В смысле, нас прошлым вечером.

– Мы оба знаем, что она ждала не меня.

Кристиан берет вилку и мешает яйца по часовой стрелке, а не взбивает их.

Кэмерон убирает руки в карманы штанов.

– Ты не против?

– Немного поздно спрашивать. Ты уже ее поцеловал, – говорит Кристиан. – Но это здорово.

– Я слышала про поцелуи, – кричу вслед Кэму, когда он бежит открывать дверь.

– Один поцелуй, – кричит он в ответ.

Кристиан все еще мешает яйца, как тесто.

– Ты должен их взбивать.

Беру вилку и показываю, но Кристиан выхватывает ее и отталкивает меня от миски.

– Я сам. Можешь снова начинать учить меня, когда выльем яйца на сковородку. – Он случайно расплескивает смесь по кухне. – Воу. Как я и говорил, это сложнее, чем кажется.

Датч снова воет, когда Кэм открывает входную дверь.

Я подталкиваю Кристиана плечом.

– Ты довольно спокойно отреагировал.

– Не понимаю, о чем ты говоришь. Я все время знал, что Кэмерон и Грейс созданы друг для друга.

Он врет, но я не давлю на него.

– Поосторожнее, Кристиан Картер. Тебя могут посчитать мягкотелым.

– Тс. Не шуми. Здесь Грейс. Такой разговор испортит мою репутацию.

Он достает сковородку и масло. Я стараюсь не смеяться, когда он кидает на сковородку целый брикет.

– Сколько именно омлетов ты решил приготовить? – спрашиваю я.

– Что? Слишком много?

Кристиан тянется к куску масла, тающему посреди сковороды.

– Не прикасайся...

Он касается масла – и сковородки – и отдергивает руку.

– Черт побери. Горячо!

– Иди сюда. – Включаю холодную воду. – Засунь руку. Может, тебе начать с чего-то попроще, чем омлет?

Мельком замечаю в коридоре Грейс и Кэма. Он что-то шепчет ей на ухо, а она улыбается ему. Никогда не видела его таким спокойным. И счастливым. Жаль, здесь нет Оуэна. Но он объясняется с мамой.

– Всем привет, – говорит Грейс, заходя на кухню. Кэмерон рядом с ней, берет ее палец своим. Она нервничает.

– Хочешь кофе? – спрашиваю ее.

Она зевает.

– Я готова выпить целый чайник.

Кристиан смотрит на них, и Грейс отпускает палец Кэма. Обхватывает себя руками и неуверенно идет к столу.

Дядя поднимается из-за стола.

– Я сейчас вернусь. Созвонюсь с Сисси.

Грейс ждет, когда выйдет Хоук, и поворачивается к Кристиану.

– Я просто... – она мешкает. – Я просто хотела убедиться, что ты не против меня и Кэма.

Она смотрит на Кэмерона, который ей улыбается.

Жду, когда Кристиан отшутится. Но он вместо этого смотрит на нее, как грустный щенок.

– Я не скажу, что мне легко видеть тебя с кем-то. Но если вы с Кэмом счастливы вместе, пусть так и будет. Я не против.

И подмигивает мне.

– Спасибо.

Грейс улыбается от гордости и возвращается к Кэму.

– Давай вернемся к яйцам. Сколько именно масла нам нужно? – спрашивает Кристиан.

Только я думаю, что все решилось, как жизнь снова подкидывает мне лимоны.