I
Вы были зависимы? Нет, я не про намеренное отравление организма. Вы были зависимы от человека? Когда каждое его слово, движение и взгляд заставляли задыхаться от желания прикоснуться. Если да – мне очень жаль.
Вспоминая эту относительно недолгую историю, мое сердце вздрагивает даже спустя несколько лет. Той дождливой осенью выпускного класса школы, я активно готовилась к экзаменам, даже не подозревая, что запланированной и спокойной жизни скоро придёт конец.
Нервно перелистывая страницы учебника по физике, я понимала, что вовсе не готова.
В голове смешались мысли о теореме Эренфеста и «Как после подобного казуса можно носить статус отличницы?»
За окном сигналила машина.
— Аурелия, будь любезна, поторопись! — донеслось с первого этажа.
— Иду, мама!
Последний раз, из сотен, перечитав абзацы, я бросила все книги в сумку и поспешно вышла из комнаты. Весь дом пропах вкусным завтраком, вероятно фирменной запеканкой мамы, которую я, к великому сожалению, просто не успею поесть.
— Возьмёшь с собой в школу, милая? — скромно улыбаясь, мама протягивала мне контейнер с двумя кусочками, — Для хорошей учебы тебе обязательно быть сытой.
Я попыталась мягко отказаться, но врожденное «не могу сказать нет» было сильнее. Схватив розовый контейнер, я направилась к выходу:
— Спасибо, люблю тебя, до вечера!
Рёв заводящегося мотора и вибрация всего салона вывели меня из состояния транса, наполненного формулами. Папа вдавил педаль в пол и, возможно, весь наш район слышал этот мерзкий свист от резко разгоняющихся шин. Вскоре он сбавил скорость и мы размеренно ехали по сырым улицам Лондона.
Я съежилась и подняла глаза на окно – солнце, впрочем, как и всегда, закрывала пелена туч. Мрачная погода придавала особенный серо-голубой оттенок всему вокруг... В памяти возникли тусклые картинки из прошлого — маленькая Аури с большими глазками цвета хмурого неба. Может и странно, но имя мне досталось за цвет глаз.
Обычно, по такому принципу дают клички домашним животным, что довольно забавно, но на самом деле – мои родители просто запредельно любят этот город и его климат. Точнее атмосферу... Готика, старые традиции, темные цвета, запах мокрого асфальта и все в этом роде. Я и сама обожаю. Особенно запах. Правда, за тонированным стеклом заднего сиденья ни цветом неба, ни запахом не насладишься...
— Папа, открой окно, будь добр.
В машине играла одна из песен старой группы «The Beatles» и мужчина в костюме с галстуком громко подпевал, постукивая пальцами об руль Форда в ритм мелодии. Меня он не слышал.
— Папа, — повторила я более громко.
Скорее всего, в песне начался припев. Я сделала такой вывод, потому что этот мужчина почти перешёл на крик.
— Папа! — я постаралась его перекричать.
Оборвавшись на половине слова он повернулся ко мне и я увидела его гримасу удивления:
— Да, милая?
— Ты не мог бы открыть окно? — я перевела взгляд на лобовое стекло. — Следи за дорогой, пожалуйста...
— Все в порядке? Тебя укачало? — папа внимательно посмотрел на мое лицо. — Ты бледная, Аури.
— Нет, все в порядке, я просто хотела... Человек! Папа, тормози, тормози! — я вцепилась в переднее сиденье и оцепенела.
— Что?! — резко повернувшись вперёд, он нажал на тормоз. — Боже!
Машина, с тем самым, мерзким свистом, быстро сбрасывала скорость. Наверное, все произошло за считанные секунды, но для меня тот момент длился вечность. Казалось, будто сзади давила сила равная тонне. Мысли остановились и я не могла сделать ничего, кроме как сидеть и жадно глотать воздух.
— Аури!.. — папа сжал мое плечо. — С тобой все нормально?
— Я... Все... Все хорошо. — я прибывала в состоянии шока. Голова кружилась из-за легкого удара о сиденье.
— Какого хрена?! — раздался громкий бас снаружи.
Мы повернулись к эпицентру звука. Прямо перед машиной, буквально в метре от капота, стоял высокий парень, разводящий руки в стороны. На его лице застыл ужас с нотками ярости. Он поправил рюкзак и пошёл прочь с проезжей части.
— Разве не он пробегал на красный? — возмутилась я.
— Именно так. Неадекватные дети. Ты знаешь его? — папа потирал переносицу. У него заметно поднялось давление. Тяжело вздохнув, он открыл небольшую бутылку с водой и немного отпил.
— Нет, и я очень этому рада! А если бы ты не успел остановиться? Невыносимо! — я откинулась назад и пыталась привести дыхание в норму. Терпеть не могу неожиданные ситуации.
Через пару секунд я поняла, почему папа задал вопрос касаемо нашего знакомства. Этот парень шёл в сторону Вестминстера. В сторону школы. Моей школы. Ещё пару раз злобно оглянувшись, он скрылся за воротами.
— Мы ещё не доехали, остался квартал, — папа опять повернулся и посмотрел мне в глаза. — Ты точно ничего себе не повредила?
— Точно. Не переживай. Оставь меня здесь, я пройдусь, — я постаралась показать нечто похожее на улыбку. — Ты в офис?
— В офис. Ты уверенна, что сможешь дойти?
— Надо привести в порядок мысли. Вечером добираться на автобусе или ты успеешь подъехать?
— Я постараюсь, но ничего не обещаю. Будь на связи. — он поцеловал меня в лоб.
Я кивнула и вышла из машины, хлопнув дверью.
— И Аури, — папа спустил переднее стекло. Я подошла ближе. — Если тебе станет плохо, пожалуйста, сообщи нам сразу. Экзамен - это важно, я не спорю, но...
— Да, я понимаю. В случае чего, я сразу позвоню. Целую.
Он едва заметно улыбнулся, завёл двигатель и, закрыв окно, тронулся с места. Недолго посмотрев вслед Форду, я подняла взгляд к небу. Запах, к которому я так рвалась в машине, освежил разум и почти успокоил меня. Я стояла на обочине и вдыхала аромат приближающегося дождя. А он вот-вот начнётся.
Туриста от коренного жителя Англии можно отличить по одной маленькой способности. Приезжие, смотря на тучи скажут, что скоро будет дождь, в то время как человек, который с рождения проживает в этом чудном месте, может на интуитивном уровне предсказывать в каком случае дождь пойдёт, а в каком – погода останется пасмурной, без каких-либо осадков. Сейчас я могу с уверенностью сказать, что дождь будет.
Я была одета в школьную форму и в чёрный редингот, поэтому переживать стоило только о прическе. Можно было бы сказать, что я также волнуюсь за вид своего лица, например, вдруг потечёт тушь, но – интересный факт – я не крашусь. Румяна, чтобы не быть похожей на мертвеца, и совсем чуть-чуть блеска для губ. Блеск, насколько я знаю, не течёт.
Поправив сумочку, я скрестила руки на груди и зашагала в сторону школы. Людей на улице оказалось крайне мало, свидетелей нашего несостоявшегося ДТП почти не было, а следовательно, на меня никто не пялился, чему я была рада.
Я посмотрела на циферблат наручных часов. Занятия начнутся через полчаса. Учитывая пару минут на дорогу и пятнадцать на повторение материала, я решила, что стоит ускориться. Небольшие каблуки платформы ботильонов застучали быстрее. Вскоре я переступила порог Вестминстера.
***
— Ты серьезно? — удивлено произнесла милая блондинка, стоявшая рядом с моей партой. Оперевшись на стол, она разглядывала мой еле заметный синячок над правой бровью. — Бедняжка... Нам нужно в уборную. Я захватила с собой тональный крем.
— Да. И мы бы его сбили, если бы мой отец не успел остановить машину, — ответила я, складывая тетради в сумку и аккуратно вставая с места. — Насчёт крема... Было бы неплохо. Буду благодарна, Ди.
— Всегда пожалуйста. — блонди взяла меня под руку и мы вышли из класса. — Ты поняла кто это был? Этот парень ведь с нашей школы.
— Нет, без вариантов. Я была слишком растеряна, чтобы запомнить что-нибудь кроме высокого роста и цвета куртки.
Мы вальяжно шли по коридору второго этажа к лестнице. Ужасно измотанная произошедшими событиями, а именно – экзаменом и инцидентом на дороге, я с трудом передвигала ноги.
Диана в свою очередь, наоборот, была в приподнятом настроении и гордо шла, буквально волоча меня за собой. От неё пахло фруктовым парфюмом, оставляющим ароматный шлейф, из-за чего внимания к своей персоне, эта дама, привлекала более обычного.
Минуя кабинеты, повороты и её поклонников, мы добрались до туалета. Подойдя и подтащив меня к длинному мраморному столу с раковинами вдоль стены, она поставила сумочку и принялась рыться в ней.
Ди выглядела действительно мило со своим жемчужным ободочком, убирающим волосы за уши, в серой короткой юбке, в белой рубашке с расстегнутыми пуговицами, открывающими зону декольте, в жилете с эмблемой школы и в белых длинных чулках с чёрными туфлями на каблуке. А-ля маленькая стервочка, коей она и являлась.
Наконец закончив поиски, она с сосредоточенным видом выдавила каплю крема на тыльную сторону руки и повернулась ко мне:
— Сейчас сделаем из тебя настоящую красотку! — звонко проговорила Ди и взяв немного средним пальцем, начала осторожно наносить тональный мне на лоб.
Я стояла вполоборота к зеркалу и могла наблюдать за ее махинациями. Несмотря на то, что она постоянно касалась ушиба, больно мне не было.
— Ты не зря заканчивала свои курсы визажа, — подметила я.
— Ещё бы. Я рада, что ты наконец это признала, — Диана подняла уголок губ.
— Что именно?
— Что кроме учебников и вечной зубрёжки есть другие полезные вещи, — она ухмыльнулась. — А ещё есть люди, с которыми можно общаться... Но ты, право, построишь прекрасные взаимоотношения с ручками и карандашами.
— Не утрируй! — я не сдержала смех. — Мне и тебя хватает сполна, вредина.
— Милая, — самодовольно проговорила Ди, доставая влажные салфетки и стирая остаток крема с руки. — Я бы очень удивилась, если бы общаясь со мной, у тебя хватало бы сил на кого-нибудь ещё. Я закончила. Вуаля!
Я повернулась к зеркалу лицом. Оттуда на меня смотрела светлоглазая брюнетка с двумя белыми заколками по бокам, украшающими длинные прямые волосы. Теперь уже без изъянов в виде ушибов. Я достала из сумочки розоватый блеск для губ и освежила свой «макияж». Стерев пальчиком места, где блеск зашёл за контур, я расчесала слегка запутавшиеся концы волос и ещё раз осмотрела себя:
— Ты волшебница, Лоренс.
Ди мягко улыбнулась и поправив свою прическу, взяла меня за руку и вывела из туалета.