Пролог
Ты очнулась от резкого запаха нашатыря, который кто-то поднес слишком близко к твоему носу. Голова раскалывалась, как после долгого запоя, но ты не пила - по крайней мере, не сегодня.
Первое, что ты осознала - холод металла на запястьях. Наручники. Не полицейские, а какие-то изящные, почти декоративные, но от этого не менее прочные.
Второе - платье. Черное, облегающее, с высоким разрезом на бедре. Ты никогда бы не надела такое добровольно.
Третье - красное кресло. Бархатное, с высокой спинкой, как трон. Ты сидела в нем, будто кукла на витрине.
- Наконец-то, - мужской голос где-то справа.
Ты медленно повернула голову - мир плыл, как в дурном сне.
Комната напоминала старинный кабинет: дубовые панели, ковер с восточным орнаментом, массивный стол с резными ножками. За ним сидел мужчина лет сорока - темные волосы с проседью, дорогой костюм, пальцы, украшенные перстнями.
- Где я? - твой голос звучал чужим, хриплым.
Мужчина улыбнулся, но глаза остались холодными.
- В своем новом доме, дорогая.
Он поднялся и медленно обошел стол. Его туфли бесшумно ступали по ковру.
- Моя семья...
- Получила очень хорошие деньги, - он остановился перед тобой и наклонился, чтобы ты могла разглядеть шрам у него над бровью - тонкий, как нитка. - Твой отец проиграл в пух и прах. А ты... ты оказалась самым ценным его активом.
Ты попыталась встать, но наручники звякнули, приковывая к подлокотникам кресла.
- Это... это невозможно.
- Очень даже возможно, - он провел пальцем по твоей щеке, и ты вздрогнула от прикосновения. - Контракт подписан, деньги переведены. Ты теперь моя собственность.
Твой желудок сжался в комок.
- Что вы собираетесь со мной делать?
Мужчина рассмеялся и отошел к камину, где уже ждал слуга с серебряным подносом.
- Ничего ужасного, - он налил в хрустальный бокал коньяк. - Ты будешь петь. Развлекать моих гостей. Украшать собой этот дом.
- Я не...
- Ты закончила консерваторию с отличием, - он прервал тебя, делая глоток. - У тебя голос ангела. Жаль, что твой отец ценил его так низко.
Ты сжала кулаки, чувствуя, как металл впивается в кожу.
- Я не буду ничего для вас делать.
Мужчина поставил бокал и вздохнул, как взрослый перед капризным ребенком.
- Милая, - он подошел ближе, и теперь ты разглядела пистолет в кобуре у него под мышкой, - ты будешь делать то, что я скажу. Или твоя мама случайно попадет под машину. Понятно?
Его дыхание пахло коньяком и мятой.
Ты не ответила.
- Хорошая девочка, - он погладил тебя по голове, как собаку, затем повернулся к двери. - Джованни покажет тебе твои комнаты. Завтра начнем подготовку.
Когда дверь закрылась, ты наконец позволила себе задрожать.
Наручники все еще сковывали руки.
Платье все еще казалось чужим.
Но самое страшное - ты не верила, что он сказал правду. Твоя семья не могла тебя продать. Мама всегда с любовью поправляла одеяло перед сном, отец спрашивал, как дела на работе..
Но раз ты здесь - значит, помощи ждать неоткуда.
Ты подняла глаза к окну - за ним мерцали огни незнакомого города.
Где-то там была твоя прежняя жизнь.
Но добраться до нее теперь было все равно, что доплыть до луны.