Мой родной Нежданчик или мой Брат- идиот

***

Ася замычала мне в губу и попыталась оттолкнуть. Её попытки были очень слабыми. И у меня возникали мысли, что она вовсе не хотела прерывать сие действие. Хотя, как только она начала невинно отвечать на поцелуй, все мысли и «думалки» выветрились из моей головы, помахав на прощенье здравым смыслом.

Я прижал Рыжика к стене своим телом, одной рукой обнимая за талию, а другой, перебирая волосы. Так как весь здравый смысл покинул мою головушку, я, не сдерживаясь, целовал девушку, вкладывая в поцелуй всю злость от её слов и всю радость оттого, что я целую её, а она отвечает. Отвечает также яро, не отличаясь от меня. Ася обхватила меня ногами и запустила руку в мои волосы, оттягивая их. Похоже, что и Ася вкладывала в этот поцелуй все свои чувства. А когда она запустила одну руку под мою футболку, я улыбнулся ей в губы и решил, что всё должно быть честно, поэтому я тоже запусти ей руку под футболку, поглаживая спину и сжимая талию.

Каждый наш поцелуй я думаю о том, что Ася отвечает как-то невинно, что ли. Так, что появляются мысли о её неопытности в этом хитром деле. Вспоминается наш первый поцелуй. Тогда она хотела отделаться поцелуем в щеку. Наивная. Кажется, что это было так давно, но прошло всего несколько недель.

— Саш, посмотри договор… — отвлёк нас от нашей «ссоры» голос моего помощника. Он же будущий труп. — Ага! Я всё видел! Развратом тут занимаетесь? А, братики и сестрёнки?

— Женя! Чёрт ты гнилой! Вышел! — зарычал я, немного отстранился я от Ася, но, не отпуская её.

— Ну, Александр Игоревич! Я, конечно же, всё понимаю. Братские отношения требуют их выражения, но у нас много дел! Там такая запара без тебя! А ты тут… Тут ты!

— Какой у тебя огромный лексикон. — пробубнил я зарываясь носом в волосы моей сестры. — Какой идиот тебя на работу принял?

— На работу меня принял ТЫ! — заявил Женя, просматривая какие-то документы. — Идиот. Ты работать собираешься?

— Да иду я, иду. — вздохнул я, отпуская Асю и подходя к помощнику. — Какие у вас там проблемы?

Мы сели за мой стол, и приступили к долгой и нудной работе с документами.

-Эй! А я? — возмущенно спросила Ася, которая всё ещё стояла там, где я её, так сказать, оставил.

— Что ты? — не понимая, спросил я, не отрываясь от документов.

— Ну, что мне делать? — недовольно спросила Ася, надув губу и сложив руки на груди.

— Ася, — начал я, с улыбкой смотря на девушку, — а ты чем хочешь заняться?

— Эм, чем-нибудь веселым! — не заметив моего намека, воскликнула Ася. — Ты меня суда привез, так и развлекай, давай. Чего расселся старый дед?

— Нарываешься. — буркнул я, стараясь не обращать внимания на тихо ржущего и сползающего под стол Женю. — А ты хочешь, чтобы я по полной программе воспользовался этим днём рабства?

— Не-не-не, — энергично замотала головой девушка.

— Вот и отлично! — сказал я, возвращаясь к работе. — Можешь погулять по этажу.

— Ну и погуляю! — показала она язык, неосознанно напомнив мне про поцелуй.

— Ребёнок, — пробормотал я, думая, куда деть вновь появившееся возбуждение и уже громче добавил, — не натвори там дел! Мне еще здесь деньги делать!

Ничего не ответив, Ася вышла из кабинета, хлопнув дверью. Точнее, попытавшись. Она попытался эффектно хлопнуть дверью, но она не знала, что у меня стоит специальное приспособление, и у моего недовольного Рыжика ничего не получилось. От картины, развивающейся перед нами, мы уже сползали под стол от смеха на пару с Жекой. Рыжик выглядела очень смешно, своими жалкими попытками хлопнуть дверь и лицом а-ля, так и задумано. Но работа не ждёт! И нам пришлось вернуться к документам.

POV Aся.

Вот дурачка кусок! Сам привел меня в эту скукотень, а потом сам же и бросил! И что мне здесь делать? Еще и эта дурацкая дверь помешала мне эффектно покинуть кабинет! Хотя у меня же есть потрясающее занятие. Я буду ходить по этажу и мысленно жаловаться себе на Сашу. Хорошая идея!

Зачем он меня поцеловал? Вот зачем?! Теперь все мысли крутятся вокруг этого поцелуя… этих двух поцелуев… Почему, когда он меня целует, коленки дрожат, мысли пропадают, внутри всё переворачивается, а я не могу его оттолкнуть?! Почему? Я могла поняла, если бы именно с Сашей у меня был первый поцелуй, но это ложь.

Но не с одним из моих бывших парней, а их было всего двое, я не испытывала такого. И это раздражает. Он мой брат! Будущий сводный брат! А я так реагирую на его прикосновения и искренне жажду поцелуев! Я запуталась. Серьёзно. Я ненавидела его до 17 лет, мечтала о мести, а сейчас я отказалась от мести, млею от его поцелуев и гуляю по коридорам ЕГО компании. Но я ведь не всегда его ненавидела. Но это секрет. О нём не знает никто… И, надеюсь, узнает только перед моей смертью.

— Простите, Вы что-нибудь ищете? — вежливо поинтересовалась девушка с грудью больше, чем моя голова и улыбкой, больше похожей на оскал.

— Нет, — честно ответила я и попыталась обойти преграду.

— Да? Тогда, может, Вы покинете наш этаж? — она преградила мне путь своими большими… глазами.

— С какой это стати? — возмутилась я, мысленно обещая Саше смерть, ведь это он меня сюда привёл, а я должна общаться с этой особой.

— С такой! Здесь идёт работа! Если вы клиент, вы должны посетить кабинет Александра Игоревича или Евгения Захаровича!

— Саши? Но я только что оттуда! А кабинет Жени посещать не имеет смысла, ведь он сейчас у Саши! И именно они сказали, чтобы я погуляла по этажу! — заявила я, наблюдая, как от удивления вытягивается лицо девушки.

— С-саш-аа? Ж-жен-ня? — заикаясь, переспросила девушка.

— Ага! Я пошла, — спокойно сказала я и, обойдя удивленную девушку, пошла на продолжение моей индивидуальной экскурсии.

Девушка не стала меня догонять, она так и стояла, удивленная тем, что я называю её боссов по именам. А я с улыбкой и в приподнятом настроении шла по коридорам, с интересом разглядывая всё вокруг. Пока не увидела автомат с кофе! Я обожаю такие автоматы! Я не люблю кофе, но мне нравится сама мысль, что его сделала мне машина! И я, переполняемая энтузиазмом, бросилась к этому детищу современной техники. Постояла минут пять, рассматривая незнакомые названия напитков. И, наконец, выбрав кнопочку с самым красивым рисунком, я стала счастливой обладательницей горячего напитка. И с радостной улыбкой пошла в сторону Сашиного кабинета.

Шла я очень довольная и готовая простить Сашу! Правда, я не решила, в чем он виноват, но это и неважно! Главное, что Анастасия Всепрощающая готова дать своё прощение. Но вдруг случилось то, что заставило мою улыбку слететь с губ, а потом вернуться на место в более широком и радостном состоянии.

— Ой, — пискнула я, стараясь не засмеяться, глядя на застывшую девушку.

Передо мной стояла та самая девушка, которая хотела выгнать меня с этажа, а сейчас стояла, открывала и закрывала рот.

— Ты что натворила? Курица в пупырышку! — зашипела она на меня, намекая на мои веснушки.

— Я нечаянно! — попыталась я свести конфликт к минимуму.

Но тут из своего кабинета выглянул Саша, спрашивая, что случилось

Эта белобрысая великогрудная девушка сначала посмотрела на меня потом на Сашу. А потом как завизжит на всё здание… Из своих кабинетов стали выглядывать работники. А чего, собственно, так визжать, ну, подумаешь, кофе на неё вылила! Так оно уже остыло. И она сама мне дорогу преградила!

— Так, Алина! Что случилось? — Саша тут же подбежал к ней. Так вот как её зовут.

— Я просто иду, работаю, и тут выскочила эта нахалка и облила меня кипятком! — со слезами на глазах начала рассказывать Алина. Слезы были также поддельны, как и её грудь! В её рассказе не было ни капли правды, кроме того, что она шла!

— Ася, — укоризненно посмотрел на меня Саша. Стало так стыдно, хотя я и не виновата.

— Саша! Но это неправда! Всё было не так! — попыталась я всё объяснить. — Она сама выскочила неожиданно и толкнула меня! А в кружке не было кипятка! Кофе уже давно остыл!

— Ася, хватит, иди в кабинет! — грозно приказал Саша, обнимая Алину и помогая вытереть ей блузку.

Стало очень обидно. Он так легко её поверил. А меня и слушать не хочет. На глаза навернулись слёзы, в душе начала рождаться злость, а в мыслях строился план мести этому напыщенному индюку.

— О, привет, золотце! — весело приветствовал меня Женя, когда я зашла в кабинет.

— Не называй меня так, — буркнула я, падая на диван.

— Что-то случилось? — встревожено спросил парень.

— Босс твой случился! Идиотина он.

— Да ты что? — неожиданно раздался голос Саши.

— Женечка, мой хороший, передай этому человеку, что Анастасия Обиженная не желает с ним разговаривать, — продекламировала я, не смотря в сторону вошедшего парня.

— Саш, тебе Ася передала, — начал Женя.

— Я слышал, что она мне передала! — буркнул Саша. — Ася, чего ты?

— Женюшка, передай этому идиоту, что я не собираюсь разговаривать с тем, кто больше верит напыщенной девки с огромной грудью, чем… чем мне!

— Саша, Ася перед…

— Заткнись! Я слышал, что она передала! — зло прикрикнул на помощника виновник моей злости. — Ну, Ась. Ну, не обижайся.

— Отстань!

— Ну, Асенька, — он сел радом со мной, состроив умоляющую моську.

— Нет.

— Ры-ыжи-ик, — он опустил свою голову на моё плечо и, обняв за талию, притянул к себе.

— Нет, — сказала я, отворачиваясь, чтобы он не видел моей улыбки.

— Но я не виноват в том, что у тебя талант!

— Какой талант? — удивленно спросила я.

— Находить приключений на свою привлекательную попу, — заявил Саша и засмеялся, увидев моё возмущенно-удивленное лицо.

— Эй! Ты сам меня сюда привёл! Не знал, что так будет?

— Так! Ладно, — вставая, сказал парень, — чтобы ты не вляпалась ещё куда-нибудь, мы поедем проверять, как идёт строительство. А с документами закончит мой помощник

— Да? О, круто, поехали! — радостно соскочил со своего места Женя.

— Жень, я так-то про тебя говорил. Ты же мой помощник.

— Блин, — у Жени было очень смешное выражение лица. Будто бы его отправили на каторгу, — как же мне дальше жить? Бедный я, бедный. Тру-уженик!

— Ой, хватит, а. Я за что тебе деньги плачу? — посмеиваясь, спросил Саша. — Всё, мы ушли!

— Ушли! — весело поддакнула я. Хорошее настроение возвращалось.

Алекс взял меня за руку, переплёл наши пальцы и вышел из кабинета. А в коридоре нас ждал сюрприз.

— Александр Игоревич? А Вы куда? — спросила, угадайте, кто, правильно, Алина!

— Куда надо, туда и идём! — не давая Саше и слова сказать, воскликнула я.

— Да, Алина, — с улыбкой спокойно проговорил парень, — мой рабочий день в офисе на сегодня закончен.

— Но…

— Без «но», Алина! Работайте! — включил начальника Саша. Даже мне захотелось пойти и работать!

Не дожидаясь реакции девушки, парень повёл меня в сторону лифта. Почему он постоянно меня куда-то тащит? Я же и сама могу идти.

— Ага, может она. Знаю я тебя. Там заблудишься, там кого-нибудь убьёшь, там ещё во что-нибудь вляпаешься! — засмеялся Саша, посмотрев на меня.

— Я в слух это сказала? — с опаской спросила я, уже зная ответ.

— Ага.

— Ой, всё! Я так и хотела, да! — как можно убедительней заявила я.

— Ну-ну. Пошли уже, — он ускорил шаг, а я еле поспевала за ним, — смотри, твой любимый лифт.

— Эй! Он, скорее, твой любимый! — засмеялась я. — Да, братик?

— А это запрещенный приём!

Было так здорово. Идти с Сашей, держась за руки, смеяться. Мы разговаривали ни о чём. И этот путь от кабинета до лифта, который занял от силы минуты 2, показался мне гораздо длиннее.

— Прошу! Мой дорогой раб, — Саша галантно пропустил меня в кабинку лифта. Как-то это странно звучит.

— Благодарю, мой дешёвый хозяин, — съехидничала я, нажимая кнопку с номером «один».

— Я не дешёвый! — возмутился Саша. — А очень даже дорогой!

— Конечно-конечно.

— Мне кажется, или я слышу нотку сарказма в твоём голосе?

— Тебе кажется, — уверенно заявила я и спокойно добавила, — в моём голосе не нотка, а целая нотища сарказма!

— Очень смешно, — буркнул Саша и, сложив руки на грудь, отчего его футболка натянулась на выделяющихся мышцах, отвернулся от меня.

А я решила, что это отличный шанс помолчать. И мы в тишине опускались всё ниже и ниже.

Только лифт остановился на нашем этаже, выпуская нас, мой обидчивый брат нежно, но резко взял меня за руку и повёл к выходу, на ходу с кем-то здороваясь, с кем-то прощаясь.

Когда мы подошли к машине, Саша аккуратно запихнул меня в неё, сам пристегнул и, обойдя средство передвижения, уселся на своё место.

Я всё это время молча наблюдала за его действия. А от его молчания становилось неуютно и грустно. Но я же ничего такого не сказала. Чего он давит на моё сердечко, слабенькое на душевные драмы? Наверно, на моём лице отразилась вся та печаль, которая зародилась у меня внутри от его молчания. Иначе я не знаю, как объяснить то, что он резко наклонился ко мне и впился в губы резким, но одновременно и нежным поцелуем. А та самая печалька, зародившееся у меня внутри, помахала мне грустной рукой и уступила место какому-то больному наслаждению. Я запустила руку в его волосы, притягивая ближе. Я отвечала на поцелуй, вкладывая в него все свои чувства. Я слегка прикусила его губу, чтобы показать, как я недовольна его поведением и жажду мести. А Саша улыбался мне в губы и отвечал мне также рьяно.

— Больше не молчи так долго! Это пугает и расстраивает, — спокойно заявил Саша, возвращаясь на своё место и довольно посматривая на задыхающуюся соседку по машине, то есть, меня.

— Если уж на то пошло, — я старалась вернуть дыхание в норму и не обращать внимания на ухмыляющегося Сашу, — это ты молчал! А с моей стороны это была вынужденная мера поведения!

— Если уж на то пошло, — передразнил парень, демонстрируя свой «талант шутника», одновременно заводя машину и выезжая с парковки, — это ты обозвала меня дешёвым!

— Но это была шутка! Ты понимаешь, шутка-шуточка-шутеичка! Я не собиралась тебя оскорблять! И тебя же никто не собирается покупать, — я попыталась объяснить ему такую простую истину и свести всё к шутке.

— Да при чём здесь покупать?! — удивился Алекс, а я стала понимать всё меньше и меньше. — Слово «дорогой» я подразумеваю под смыслом «нужный»! Дорогой не кошельку, а сердцу!

— А-а, так вот в чём дело! — поняла я, мне стало так смешно от понимания, что такой, можно сказать, взрослый и гордый парень обиделся на меня из-за такого. — В таком случаи, я скажу, тебе, что вполне дорогой.

— Не понял, — парень хмуро на меня взглянул.

— Эм, я имела в виду, что ты дорогой как особняк твоего отца.

— Всё равно не понял — настойчиво повторил Саша.

— Ну, — я пыталась подобрать что-нибудь очень дорогое, но ничего не приходило в голову, — ты дорогой как полёт на луну.

— И-и-и, — протянул этот вымогатель, ожидающе на меня посмотрев.

— И-и-и… Достал ты! Вот пристал ко мне! Да дорогой ты, дорогой! Очень дорогой! Дороже всего, что существует в нашей стране! Нет, в мире! Не-не, во всей галактике! Только отстань от меня!

— Вот, теперь молодец! — похвалил Саша, самодовольно улыбаясь.

— Гад, — сказала, как отрезала я, стукнув его по плечо.

Посчитав, что свой долг я выполнила, стукнув брата, я спокойно отвернулась к окну, состроив обиженную невинность. И я даже не обратила внимания на смех, доносящийся с соседнего сидения. Какая я всё-таки молодец!

— Ладно, поехали, — примирительно проговорил Саша.

— Но мы уже едем, — люблю я придираться к словам, это так людей бесит, что мне становится очень весело. А так я хорошая и добрая девочка.

Он на мгновенье отвлёкся, чтобы посмотреть на меня своим фирменным испепеляющим взглядом, но мне вполне хватило этой минуты, чтобы почувствовать себя провинившимся маленьким ребенком. Как у него это получается? Иногда мне кажется, что мой будущий брат как сериал. Постоянно разбивает моё душевное спокойствие вдребезги и заставляет меня на него злиться, но тут же прощать!

— Так, мы едем на стройку, — начал Саша спустя нескольких минут поездки, — а там очень опасно! Особенно тебе с твоей потрясающей криворукостью и удачливостью! Поэтому ты должна соблюдать многие правила…

— Да-да-да, папочка.

— Закрой рот и слушай, — почти нежно заткнул меня парень, — как выйдешь из машины, сразу надень каску! По самой стройке ходишь аккуратно! Смотришь, куда идёшь и по сторонам! Там любая ерунда может вылезти, откуда угодно!

— Да-да, — пробормотала я, не отрывая взгляд от его профиля, волнуется за меня, как приятно. Но, по большей части, я не услышала ничего из его монолога.

— Та меня поняла?! Это очень важно! Внимательно смотри по сторонам! Ты знаешь, сколько людей страдает вот на таких вот стойках? — более настойчиво сказал парень.

— Да поняла я! Поняла!

— Ладно, приехали, — останавливая машину, заявил парень, протягивая мне оранжевую каску, — надень.

— Хорошо, папочка, — последний раз съехидничала я, но всё-таки надела средство защиты.

— Отлично, — Саша проверил все застёжки, правда, она там только одна, но больно уж тщательно он проверял, и, чмокнув меня в нос, повел в сторону шума и грязи.

Теперь я понимаю, почему Саша так отчаянно заставлял меня надеть каску. Здесь постоянно что-то падало, кто-то ругался, где-то что-то шумело. Но не так уж и страшно! Не понятно, что он так волновался? Осталось только понять, что он мне пытался донести в машине, и всё будет замечательно.

А сейчас меня это не волновало, я, отстав от Саши, шла по грудам мусора и стройматериалов, смотря себе под ноги. До тех пор, пока, не услышав какой-то шум и отчаянный крик Саши, я подняла голову, а дальше темнота…

***

— АСЯ! НЕТ! — закричал темноволосый парень и бросился к девушке, которая, не обращая не на кого внимания, шла и смотрела себе под ноги, ничего не замечая.

И всё бы было хорошо, если бы девушка осмотрелась по сторонам и заметила большую тележку, котящуюся на всей скорости прямо на неё. А потом был удар. Такой силы, что девушку отбросило немного назад.

— НЕТ! «СКОРУЮ»! ВЫЗОВИТЕ «СКОРУЮ»! БЫСТРЕЕ! — отчаянно закричал Саша, подбегая к девушке.

Он, стараясь не навредить пострадавшей ещё больше, аккуратно взял её на руки, не замечать, как кровь марает одежду и капает на землю. Ему было очень страшно. Страшно за девушку. В какой-то момент пришло понимание, что он не сможет без неё. Пусть она будет хотя бы в роли сестры! Он не сможет без неё! И он сделает всё, чтобы успеть довезти её до больницы.

Заботливо уложив Асю на заднее сиденье своей машины, парень, нарушая все существующие и несуществующее правила дорожного движения, гнал своё средство передвижения на максимальной скорости. Молясь, чтобы с девушкой было всё в порядке.

***

— Давайте быстрее! Аккуратно! В операционную её! Зовите доктора Симонова, — даже не со скоростью метеора, а со скоростью обычного врача, который считает своим долгом и обязанностью спасать людские жизни, раздавала приказы старшая медсестра.

И ни у кого не возникло желания ослушаться человека, ниже по должности. Ведь сейчас главное другое. Спасти Романову Анастасию.

— Вы куда, молодой человек? — всё та же медсестра перегадила путь Саше, который на всех парах собирался вбежать в операционную.

— Там моя… моя сестра! — запыхаясь, умоляюще ответил парень.

— Значит так, брат! Сидите тут и ждите! Как только что-нибудь станет известно, кто-нибудь Вам сообщит!

— Но… — начал Саша, но его перебил очень знакомый голос.

— Мы поняли и подождём столько, сколько понадобится, — на Сашино плечо легла тяжёлая мужская рука.

— Папа? Юля? Что вы здесь делаете?

— Врач Симонов — мой друг, поэтому в этой больнице меня знают и позвонили, сообщил эту… новость, — сбившись, объяснил Игорь.

Он старался не показывать, как сильно он переживает. Все и так на нервах. А Асина мама просто тихо плакала, надеясь на лучшее. Она не любила больницы. Да и кто их любит? Но Юле было особенно страшно, здесь находится, в своё время она очень много времени пробыла в стенах самых разных больниц.

— Там же Ася! Нужно к ней! — Саша нервничала всё больше, хотя, куда уж больше. — Почему они ничего не сообщают?

— Саша, её только привезли! Не переживая, здесь хорошие врачи, они помогут! — Юля не знала, кого она убеждает. Сашу? Игоря? Или всё-таки себя?

***

Они просидели несколько часов. Из операционной постоянно кто-то выбегал, кто-то вбегал, а на все вопросы волнующейся семьи отвечали: «Ждите!».

Они и ждали. Стараясь думать о хорошем, они, с постаревшими лицами и трясущимися конечностями, сидели на жестких стульях в коридоре больницы. Но, казалось, что больше всего переживал темноволосый молодой парень. Он не мог сидеть на месте, зная, что в паре метров от него страдает под ярким светом лампы Ася. Возможно, у него появились пару седых волосков. Он винил себя. Саша не скажет этого вслух, но он всегда будет винить себя, если что-то пойдет не так. Ведь это он потащил её на эту стройку! Он оставил ей одну! Он не смог её спасти! Но самое главное, он многое не сказал ей из того, что должен был сказать. Парень пообещал сам себе, что он станет идеальным братом! Он станет идеальным тем, кем захочет Ася. Он сделает всё…

— Вы Романовы? — неожиданно раздался голос, очень напугавший всю троицу.

— Мы! — первым к доктору, вышедшему из операционной, подбежал Саша. — Что с ней? Всё хорошо? Что-нибудь нужно? Что я смогу сделать?

— Дело в том, что… — начал врач Симонов, проведя рукой по уставшему лицу и грустно посмотрев на всех присутствующих.