3 ГЛАВА
— Нет-нет, все в порядке, — произношу в панике, отступая назад, и понимаю, что быстро бежать не смогу.
— На самом деле я хотел поговорить с вами, поэтому давайте я все же подвезу вас домой.
— Говорите здесь. Или давайте лучше на остановке, — предлагаю я, желая как можно быстрее оказаться в людном месте. Мало ли что стукнет ему в голову? А что, если Кораблин маньяк какой-нибудь?
— Нет, Дарья, мы все же поговорим в моей машине. Давайте. — Он хватает меня за руку, с силой утягивая на себя. Я дергаюсь, пытаясь вырваться, страх вновь накатывает волнами. Надо было бежать, а не разглядывать Егора, раззявив рот. Вот дуреха.
— Эй, у вас все в порядке? — слышится издалека, и я бросаю взгляд вперед, где быстрым шагом к нам приближается мужская фигура.
Я выдыхаю от облегчения, когда Егор отпускает меня, и, пользуясь моментом, я решаю свалить.
— Всего хорошего, увидимся завтра утром, как обычно. И не забудьте форму для занятий гимнастикой, в прошлый раз Лиза не смогла посетить тренировку и из-за этого, — произношу беззаботно, словно и не было между нами напряжения и внутри меня не плескался первобытный ужас от этой встречи.
— Обязательно, — басит мужчина, после чего я отворачиваюсь от него и быстрым шагом, насколько это вообще возможно, ковыляю в сторону остановки.
Домой возвращаюсь, оглядываясь по сторонам. Все боюсь увидеть Егора, боюсь, что затянет меня за угол и… и что дальше — так и не придумала. Ну не убьет же, в самом-то деле? Но зачем тогда шел за мной?
Этот мужчина начал пугать меня все больше и больше. А может, у меня просто развилась паранойя на его счет, а на самом деле он просто хотел извиниться за то, что вспылил в тот день?
Из-за Кораблина я на какое-то время забываю о кредите, ровно до того момента, пока не переступаю порог квартиры.
Нога болит, а мою обувь можно выбрасывать, вряд ли такое подлежит ремонту. Грустно выдыхаю и снимаю верхнюю одежду. Оглядываюсь по сторонам и сглатываю застрявший в горле ком. Из кухни слышны звуки музыки, и я сразу же направляюсь туда. Застываю у двери, брови удивленно взлетают вверх, когда взгляд натыкается на деньги, разложенные на столе. Коля что-то подсчитывает, не сразу заметив меня.
— Что ты делаешь? Откуда… откуда деньги? — спрашиваю, надеясь на чудо.
Коля вскидывает на меня взгляд, на его лице растягивается улыбка, в глазах азартный блеск. Мужчина откидывается на спинку стула и устало трет глаза.
— Я продал свой ноут, все равно не пользуюсь им. Часы, — указывает на запястье, где до этого всегда красовались модные смарт-часы, — и еще парочку гаджетов сбыл на радиорынке, но удалось собрать только восемьдесят тысяч, — устало вздыхает он, собирая со стола разбросанные купюры. — Этого, конечно, недостаточно, но для начала нормально, да, малыш? — нервно усмехается, перетягивая резинкой пачку с деньгами.
— Да, Коль. Жаль только, что ты сейчас бросился искать деньги, а не полгода назад хотя бы, — произношу устало, подходя к раковине с грязной посудой.
— Я не понял, это сейчас был упрек? Я же все объяснил, да и не мог ниоткуда деньги взять. Ты же знаешь, что с работой напряг. Ну что мне, грузчиком устроиться на двадцать тысяч или что? Ну да, я бы тогда точно долг отдал, — язвит он в своей любимой манере.
— Ты мог хотя бы мне сказать, — злюсь и с силой бросаю обратно в раковину тарелку. Из глаз невольно катятся слезы, день и так был отвратительным, еще и это…
— А что бы от этого изменилось? Или ты бы деньги нашла? А, Даш?
— Я бы, может, хотя бы часть собрала, все же столько времени прошло. Устроилась бы на вторую работу…
— А чего же ты прошлый кредит не погасила, о котором знала? — ехидно спрашивает он.
— Ты сейчас серьезно? — разворачиваюсь к нему лицом. — Я должна была думать о нем? Я, а не ты? Помнится, ты сказал, что месяца через четыре все погасишь. Я и думать забыла о том кредите. На тебя понадеялась. Это твоя забота, Коля, тво-я!
— Я, вообще-то, брал его для нас с тобой. Чтобы с тобой, дурой, ничего не сделали, — чеканит холодно, словно я упрекаю его ни за что.
— Если бы ты не лез в сомнительные дела, ни с кем ничего не сделали бы. Этот спор бесполезен, Коля, лучше думай, где деньги брать. Я не хочу оказаться на улице. Одолжи у кого-то, — настаиваю я.
— Не у кого одалживать, — повышает голос в ответ и сверлит меня хмурым взглядом.
— Отлично, — злюсь еще больше и отворачиваюсь от него, с силой натираю губкой посуду, вымещая на ней свою злость и отчаяние.
Слышу, как Коля встает со своего места, медлит, а потом, не говоря ни слова, выходит из кухни. Я вздрагиваю, когда через несколько минут с силой хлопает входная дверь. Руки безвольно опускаются. Наверное, будет лучше, если он сегодня не вернется. Нам обоим стоит остыть, обдумать все, а потом как-то вместе обсудить сложившуюся ситуацию. Но что-то подсказывает мне, что решения нет, несмотря на то что сумма не запредельная, но с моей зарплатой собрать ее в такие короткие сроки невозможно. Разве что кто-то из нас продаст свою почку.
— Да пошло оно все к черту. — С размаху бросаю на пол тарелку и уже не сдерживаю слезы внутри себя.
Разворачиваюсь и упираюсь в столешницу. В квартире так непривычно тихо и пусто. Окидываю взглядом кухню: каждая мелочь здесь напоминает о моем детстве, все здесь пропитано мной, воспоминаниями, родителями. И из-за своей глупости, из-за Коли я могу лишиться этого маленького уютного уголка.
Денег на столе нет, Коля, скорее всего, спрятал их где-то, я иду в спальню и достаю свою заначку. Тридцать тысяч от родителей, ещё двадцать — моя зарплата за прошлый месяц, в этом ещё тридцать должно быть. Подсчитываю в уме сумму — с теми, что нашёл Коля, получается сто шестьдесят тысяч. Неплохо для начала. А если продать что-то из мебели и… телевизор, например? Это же можно почти половину отдать. Правда, без учета процентов, но этого ведь должно быть достаточно, чтобы нам дали отсрочку? Эти мысли поднимают мне настроение, я наконец-то собираюсь с духом, чтобы перестать оттягивать визит в банк и узнать реальное положение дел. Завтра утром же пойду туда, а пока посмотрю, что еще можно продать.
*
— Дарья! — Я подпрыгиваю на месте, когда рядом со мной раздается басистый мужской голос. Очень знакомый голос. Резко поворачиваю голову в сторону и натыкаюсь взглядом на вызывающую улыбку Кораблина.
Сердце начинает биться так быстро, что вот-вот пробьет грудную клетку. Я в страхе оглядываюсь по сторонам, ища пути к отступлению, и пытаюсь понять, что ему нужно. Как вообще нашел меня?
— Садитесь, думаю, нам по пути, — как ни в чем не бывало произносит мужчина, кивком указывая на пустое пассажирское сиденье рядом с собой.
Я растерянно взираю на него. На лице вновь ссадины, скула опухшая, бровь рассечена. Неужели его кто-то встретил в том переулке и хорошенько отделал? Я бы даже благодарность выразила такому смельчаку.
— Простите, но вы ошибаетесь, я не на работу. Всего хорошего.
Бровь Егора выгибается, он смотрит на меня прищуренным взглядом, и мне становится неуютно от того, как он рассматривает меня с ног до головы. Крепче сжимаю ручки сумочки, чтобы скрыть свое волнение, а потом киваю ему в знак прощания и быстрым шагом иду в сторону дороги.
Черный внедорожник двигается параллельно мне, заставляя меня ускорить шаг. Вокруг лишь редкие прохожие, но, если закричать, кто-то точно успеет прийти мне на помощь.
— Мне нужно поговорить с вами кое о чем. Садитесь, не будьте такой упертой.
Я резко останавливаюсь из-за его слов. Кораблин реагирует не сразу, поэтому тормозит метрах в двух от меня и дает задний ход.
— Я никуда с вами не поеду. Пожалуйста, прекратите преследовать меня. — Я оборачиваюсь в сторону дома и скольжу взглядом по окнам своей квартиры. Где-то там должен быть Коля, может, он увидит, что ко мне пристает мужчина, и выбежит на помощь?
— Я не преследую вас, Дарья, что вы, — произносит таким голосом, что сразу понятно: врет. — Я лишь хотел… хм… — Он щурится, задумчиво смотря перед собой, и барабанит пальцами по рулю. — Вы боитесь меня, — заключает он, вновь поворачивая голову в мою сторону. — Я понимаю, что тогда повел себя как идиот, но у меня были причины. Я волновался за дочь, вы должны понять меня. А сейчас я бы хотел извиниться и поговорить с вами.
Я не сразу отвечаю ему. Делаю глубокий вдох, оглядываюсь по сторонам, желая наконец-то сбежать от этого грубого мужчины.
— К вам в машину я не сяду. Всего хорошего, — выдыхаю устало и вновь иду в сторону остановки.
Машина едет рядом, боковое окно открывается, и слышится громкое детское:
— Доброе утро!
Лиза счастливо улыбается, сидя в детском кресле. Машет мне ручкой и с восторгом смотрит на меня. На голове два хвостика, ладони разрисованы розовым фломастером. Смешная такая.
— У меня на заднем сиденье ребенок, неужели думаете, что на его глазах я могу вам что-то сделать? — с насмешкой спрашивает меня Егор. — Залазьте уже, можете рядом с Лизой сесть, она будет рада. Все уши мне прожужжала о вашем вкусном тортике, который ей, кстати, нельзя, — последние слова, кажется, прозвучали с упреком.
Я не спешу принимать его предложение, но также понимаю, что он не отстанет. Не поговорим сейчас — вернётся вечером. И без дочери. Я снова обвожу двор взглядом в надежде встретить кого-то из знакомых, но, как назло, даже бабы Люси, главной сплетницы дома, рядом нет.
— Хорошо. Но знайте, я предупрежу родных по телефону, что села к вам в машину. Поэтому, если со мной что-то случится, первым, к кому заявятся, будете вы.
— Можем даже сделать общую фотографию, я не против, — насмехается он надо мной, когда я открываю дверцу и пытаюсь влезть в его огромного монстра.
— Мне на Королева двадцать шесть, пожалуйста, — произношу, стараясь, чтобы мой голос не дрожал от страха. Правда, улыбчивое лицо Лизы немного успокаивает и дарит надежду, что Кораблин при дочери в самом деле будет вести себя прилично. — И о чем же вы хотели поговорить со мной? — спрашиваю, когда он выруливает на дорогу.
В салоне автомобиля царит напряженная обстановка. Или же мне это просто кажется? Егор ведет машину и не спешит начинать разговор, я же сижу, натянутая словно струна, внимательно слежу за дорогой, чтобы убедиться, что Егор везет меня именно туда, куда надо, и чувствую, как ладонь обжигает телефон, за который я ухватилась как за спасительную шлюпку. Если Егор свернет в какой-то переулок или увезет меня за город, я смогу позвонить Коле или же сразу в полицию.
Но Кораблин едет по проспекту в сторону банка, и я наконец-то расслабляюсь. Расстегиваю пуговицы пальто и снимаю шарф. Обмениваюсь несколькими фразами с Лизой, игнорировать ее просто невозможно. И, конечно же, разглядываю профиль мужчины. Он красив. По-своему. Мужественная красота, граничащая с харизмой и каким-то непонятным диким шармом. С одного взгляда ясно, что такого просто так не приручить, если это вообще возможно. Хотя блондинке же удалось?
— Так о чем вы хотели поговорить? — прочищаю горло и произношу, осмелев, когда понимаю, что от Кораблина не дождусь ни слова.
— Я ищу няню для Лизы, — медленно протягивает он, отрывает взгляд от дороги и встречается с моим в зеркале заднего вида. — Не хотите занять эту вакансию? — усмехается он, словно предлагает совершенно другое.
От его наглого взгляда у меня вспыхивают щеки, мысленно же пытаюсь прикинуть, сколько бы смогла заработать. Этого, возможно, могло бы хватить, чтобы покрыть часть кредита. Если бы мне предложил это кто-то другой, я бы согласилась не задумываясь, но не с Кораблиным. Я уже убедилась, что от него стоит держаться как можно дальше. «Вот только это «как можно дальше» обернулось тем, что я сижу в его машине», — нашептывает противный голосок, подначивая сказать ему «да».
— Я заплачу вам хорошо, не волнуйтесь за это. Это временная работа — забрать дочь из сада, покормить, уложить, утром, возможно, снова отвезти в сад. Что скажете?
— Предложение заманчивое, но я вынуждена отказаться, — отворачиваюсь в сторону окна, чтобы избежать прямого взгляда с мужчиной.
Его предложение и в самом деле очень заманчивое, и теперь я начинаю жалеть, что села к Кораблину в машину. Весь день же буду думать об этом и прокручивать в голове разные варианты.
Несколько минут проходят в напряжённой тишине. Я чувствую на себе взгляд мужчины каждой клеточкой своего тела. Слышу, как тяжело он дышит, краем глаза замечаю, с какой силой сжимает руль. Мой ответ ему явно не понравился.
— Я могу свести вас с Ангелиной Николаевной, я знаю, что она подрабатывала какое-то время нянечкой, у нее есть опыт в таких делах. Поверьте, она ничем не хуже меня.
— Правда? — оживился. — Сколько ей лет? Я видел ее в саду?
— Где-то за пятьдесят. Она воспитательница в яслях, — мой голос наконец-то становится увереннее, а внутри уже нет того страха, который я чувствовала изначально. Похоже, ему и в самом деле просто нужна няня для дочери, а я уже успела напридумывать себе черт знает что.
— За пятьдесят, — протягивает он, тормозит перед светофором и поворачивает голову в мою сторону.
Мне показалось или в его голосе и в самом деле проскользнуло разочарование?
— Слишком старая, Лиза ее изведет. Она очень энергичная и непоседливая девочка, — заключает он, с улыбкой смотря на дочь.
— Поверьте, в саду все очень энергичные и непоседы, — возражаю я и вжимаюсь в спинку сиденья. Слишком уж близко оказывается мужчина.
— Возможно, но вы мне подходите больше. Подумайте над моим предложением, не спешите с ответом. Один день, например, — столько же достаточно на раздумья? За цену не волнуйтесь, заплачу, сколько скажете.
Мне становится не по себе от его пристального внимания и настойчивости. Я делаю глубокий вдох. Предложение и в самом деле заманчивое, и отказываться от него невероятно глупо в моей ситуации, но стоит лишь взглянуть на мужчину передо мной, как коленки начинают дрожать, а мысли разбегаться в разные стороны.
— Обещайте, что подумаете, Дарья. К тому же Лиза будет очень рада вам.
— Да, соглашайся! — подхватывает
малышка— Будем дома играть в куклы!
— Я… я подумаю, но не уверена, что мой ответ изменится, — выдаю скупо, радуясь, что мы наконец-то доехали до банка. — Спасибо вам, — произношу, хватаясь за ручку на дверце, желая как можно быстрее увеличить расстояние между нами.
— Вас подождать? — неожиданно интересуется Егор.
— Нет, это может занять прилично времени. Встретимся в саду, Лиза. — Машу рукой девочке и спешу скрыться в здании банка, подальше от колючего взгляда мужчины.
Триста тысяч. Именно столько составляют проценты по кредиту и пени. Я выхожу на улицу и жадно глотаю воздух. Руки дрожат, ноги не слушают меня. Не замечаю ничего вокруг, просто бреду по тротуару куда глаза глядят. Господи, ну почему так? За что мне все это? Смахиваю ладонью слезу со щеки и пытаюсь прикинуть, где раздобыть такие деньги. Сегодня вечером серьезно поговорю об этом с Колей. Он мужчина, он сильнее меня, у него должны остаться какие-то связи, он обязательно решит эту проблему.
Прихожу в себя, когда понимаю, что иду в противоположную от детского сада сторону. На часах уже десять, через час мне нужно быть на работе, чтобы не получить выговор от заведующей. А идти никуда не хочется. Как и видеть лица людей. Хочется опуститься на первую попавшуюся лавочку и залить слезами весь город.
Я останавливаюсь и прислоняюсь спиной к стене здания, на несколько мгновений прикрываю глаза, дышу так, словно у меня кислородная недостаточность. Кажется, кто-то из прохожих даже спрашивает, все ли у меня в порядке, я киваю на автомате и нахожу в себе силы собраться с мыслями и вернуться на работу.
К счастью, сегодня никто из детей не капризничает, никто не дерется и не пытается поделить игрушки. Они словно чувствуют, что мне нужны тишина и покой, тихонько рисуют за столиками и играют на разноцветном коврике.
Я не замечаю, как заканчивается день, не замечаю, как пустеет группа. Какое-то время после того, как забирают последнего ребенка, я все еще сижу за своим столом и тупо пялюсь в одну точку.
— Даш, ну ты идешь домой? — подняться и начать собираться меня заставляет голос нянечки. Я хватаю со стула свою сумку, непослушными пальцами застегиваю пуговицы пальто и, напрочь забыв о шарфе и шапке, выхожу на улицу.
Ничего не замечаю вокруг, опустив голову, бреду вдоль дороги, когда рядом со скрипом шин об асфальт тормозит черный внедорожник.
— Садись, — звучит приказным тоном. Стекло опущено, и я натыкаюсь на решительный взгляд Егора. Даже не сомневаюсь, что если откажу, то бросится следом за мной и сам усадит в машину.
Я отвожу взгляд в сторону, рука тянется к дверце. Понимаю, что ничего хуже уже случиться не может, страх перед мужчиной отошел на второй план в сравнении со страхом лишиться всего.
В салоне тепло, тихо играет музыка и пахнет мужским парфюмом вперемешку с табачным дымом. На костяшках Егора уже привычные ссадины, лицо выглядит лучше, чем до этого, но выглядит мужчина все равно не менее пугающе.
— Что вам нужно? Если вы по поводу работы няни, то я уже озвучила вам свой ответ, и за то время, что мы не виделись, он ни капли не изменился, — произношу устало, откидываясь на спинку сиденья.
— У меня к тебе предложение, Даша. Немного иного характера, — слегка кривясь, произносит он, так, словно его самого выворачивает от того, что он собирается сказать мне.
— Меня не интересует, я же вам сказала уже. Почему вы пристали именно ко мне? — с вызовом смотрю в его глаза и чувствую, как сердце пропускает удар, а потом ускоряется, и снова пауза.
Омут его глаз затягивает, отвернуться почти невозможно, а еще он так близко, и это почему-то будоражит меня. Тело покрывается мелкой дрожью, губы пересыхают, и я с трудом сдерживаю себя от того, чтобы не облизать их кончиком языка.
•
Актив=глава
Если хотите ещё одну главу СЕГОДНЯ,то набирайте 52 звёзды ✨💕
_______________
Ставь ⭐ пиши комментарии ❤️🔥