Индульгент (RU)

Амелия

Проходило время, и жизнь в особняке стала для меня привычной. Мы редко выходили за пределы двора, все время проводя вчетвером.

Лео практически каждый день давал мне телефон, чтобы я позвонила родителям или Дане. Мы четко следовали нашему уговору: я не должна была говорить, где нахожусь, или жаловаться на жизнь с Лео. За хорошее поведение он позволял мне звонить близким чаще и даже пару раз оставлял меня одну, не слушая, о чем мы говорим. Обычно мама рассказывала о жизни в оккупации, но, по правде говоря, у них было довольно тихо. Иногда они спускались в подвал и часто слышали взрывы, но их никто не трогал, и это было самое главное. У отца же заело пластинку, и он постоянно угрожал, что прикончит Лео, как только появится возможность. При каждом разговоре мама говорила, чтобы я не приезжала, потому что это опасно.

Когда я впервые позвонила Дане, она расплакалась от счастья и долго причитала, что уже меня похоронила, а мой телефон кто-то выкрал, чтобы отправлять ей одинокие сообщения. Я тоже не сдержала эмоций, и рыдала в три ручья, говоря ей, как сильно соскучилась. Даня рассказывала о жизни в Могилев-Подольском: они жили в маленькой квартире вместе с родственниками и Борей, и иногда жизнь там казалась ей невыносимой. Когда в замкнутом тесном пространстве закрывают семь взрослых людей, но наладить быт может быть слишком сложно, от чего возникает множество ссор и недопониманий. Даня уже дождаться не могла, когда сможет сбежать оттуда и вернуться в Киев. В Борю она была влюблена по уши, и надеялась, что они смогут и дальше жить вместе, но теперь без родителей.

По отношению ко мне Лео бил все рекорды по доброжелательности, заботе и мягкому отношению. Если мне что-то не нравилось — он находил компромиссы, если я радовалась — он радовался вместе со мной, разделяя это чувство. Он всегда становился между нами с Егором, вечно подшучивающим надо мной и бросающим едкие или двусмысленные комментарии. Поддерживал мое стремление больше общаться с Даниилом, который оказался неплохим парнем. То, что я не закрылась, и проводила время с друзьями Лео, его только радовало и приводило в восторг. Нет, я не хотела угодить Лео, мне было действительно интересно узнать парней получше и понять их.

Лео с друзьями часто занимались в спортзале, который находился в этом же доме. Каждый день по часу-полтора они потели на беговых дорожках и таскали тяжести для того, чтобы их тела выглядели так же изумительно, как и всегда. Однажды я тоже присоединилась к ним, чисто из любопытства, но измоталась уже через двадцать минут и устала от наставлений, которыми они закидывали меня со всех сторон. Ты двигаешь педалями слишком медленно, так не будет результата. Что за маленький вес ты взяла? Держи спину ровно, а не то надорвешь ее! Поэтому быстро покинула их и решила, что это время они будут проводить в чисто мужской компании.

И, конечно же, каждый день мы занимались с Лео сексом. Теперь в моей жизни присутствовало очень много секса, и я привыкла к тому, каким ненасытным любовником оказался этот мужчина. Кажется, мы трахались уже на каждой поверхности в доме: на кроватях и полу, обеденных столах, в сауне и в бассейне, на заднем дворе среди невыносимого холода, который мы не замечали, греясь разгоряченными телами друг друга.

И каждый раз Лео придумывал что-то новенькое, чтобы удивить меня. Я поняла, что ему нравится не только придушивать меня, но и чтобы я придушила его в ответ, он любил меня связывать и жестко шлепать по груди и заднице, от чего моя кожа краснела, а иногда и появлялись синяки. После этого он нежно целовал меня в лоб, в знак почтения за выдержку. А еще часто он использовал в наших играх различные предметы, при виде которых я начинала течь еще до того, как он прикоснулся ко мне. Например, вчера он неожиданно вытащил из холодильника длинный гладкий огурец, который полностью засунул мне в рот, пока сам истязал мою киску. Он любил играть с моей задницей, но пока что ни разу не вставил туда свой член. Я чувствовала, что рано или поздно это случится, поэтому морально готовилась, но пока что он меня щадил, возможно, думал, что я еще не готова к анальному сексу. Сама же я настолько боялась этого момента, что никогда не подталкивала его к подобным действиям.

Через несколько дней после нашего приезда я бесцельно бродила по дому в поисках развлечений, пока Лео был занят рабочими вопросами в своём кабинете. Мне стало скучно, и я решила взять одну из книг в библиотеке, которую мельком заметила, когда исследовала особняк.

Войдя в библиотеку, я увидела Даниила, который был погружён в какие-то бумаги.

— О, прости, если помешала, — сказала я, неловко переминаясь с ноги на ногу у входа. — Я просто хотела выбрать книгу.

Даниил поднял голову и жестом пригласил меня войти. Я чувствовала себя немного неуютно, ведь я была гостем в доме, за который они платили.

Пока я водила пальцем по корешкам книг в поисках чего-то интересного для чтения, Даниил вдруг произнёс:

— Ты помнишь наш разговор месяц назад?

Я обернулась, вспоминая, как мы разговаривали в «Веранде». Тогда это казалось частью другой жизни, такой далёкой от теперешней реальности.

— Да, конечно, — ответила я, снова обращая внимание на книжные полки. Но почему здесь ни одного любовного романа? Что же мне теперь читать?

— Ты что-нибудь выяснила? — спросил Даниил, понижая голос, как будто опасался, что нас могут подслушать.

— Я у Лео не спрашивала ничего напрямую, если ты о его странном поведении перед началом войны, — ответила я. — Но, думаю, уже знаю ответ на твой вопрос.

Я взяла в руки старенький детектив Агаты Кристи и пошла обратно к выходу. На ходу Даниил жестом попросил меня присесть.

Я неуверенно опустилась на край стула, ощущая странное напряжение, как будто была на приёме у гинеколога, который готовился сказать, что у меня хламидиоз.

— Мне придётся вытягивать из тебя информацию по одному слову? — поднял бровь Даниил, ожидая продолжения.

— Если кратко, то когда Лео решил... застрелить моего отца и похитить меня, он был одет в форму российского военного. Пару раз во время нашего пути мы сталкивались с боевиками, и Лео говорил, что он "свой", называя себя позывным "Череп". Они обычно верили ему, учитывая его внешний вид, — выпалила я. — Если сложить дважды два...

— Ты хочешь сказать, что Лео работает на русских? — закончил за меня Даниил, мрачно на меня глядя.

— Мне так кажется. Подумай сам, откуда бы он знал о начале войны и так вовремя предложил вам уехать из Киева? — продолжила я, закусив губу от тревоги и грусти. — Мне самой противно об этом думать, поверь. Но другого объяснения я не вижу.

Даниил откинулся на спинку кресла, не сводя с меня нахмуренного взгляда, но не возразил. Всё звучало слишком очевидно. Но осознать такую правду было ужасно неприятно. Не каждый день узнаешь, что твой друг мог предать вас ради врага.

— Есть над чем подумать... — протянул он, не соглашаясь и не отрицая моё предположение.
Тут в библиотеку вошёл сам Лео и с удивлением посмотрел на нас. Я встрепенулась, как будто меня застали на месте преступления.
— Что это вы тут обсуждаете? — спросил Лео, прищурив глаза.
— Да так... — я показала Лео на книжку, которую выбрала для чтения. — Жалуюсь Даниилу, что в этой библиотеке нет ни одного любовного романа, поэтому придётся пробовать себя в чтении детективов.
На следующий день мне пришла целая коробка различных любовных романов. Я не могла поверить своим глазам. Мало того, что Лео выбрал достойные для прочтения книги, он ещё и организовал доставку так быстро! И теперь у меня было чем заняться в перерывах между занятиями любовью.

Так прошёл месяц жизни в этом доме. Через месяц русские покинули Киевскую область, что означало, что мои родители наконец могли уехать из Ирпеня и вернуться в родной дом в Конче-Заспе.
В те дни произошло множество событий: я почувствовала невероятное облегчение от того, что эти места наконец освободили, а также глубокую грусть от правды, открывшейся после новостей из Бучи и других городов. Просматривая фотографии мёртвых тел на улицах, я закрылась в туалете и плакала, пытаясь выплеснуть все эмоции от осознания того, в какой реальности я живу.
Буквально на следующий день родители и правда уехали. Отец чувствовал себя хорошо, они снова смогли нанять охрану и домработниц и, кажется, зажили прежней жизнью. Теперь дело оставалось за мной — я могла попытаться сбежать, чтобы вернуться домой.

Время тянулось, один день сменялся другим, я всё раздумывала над побегом, но ничего не предпринимала. Я чувствовала неуверенность и не знала, как поступить правильно.
Пора было признаться себе, что я привязалась к Лео, и мне даже нравились его друзья. Здесь я была в безопасности, жила в достатке, все мои прихоти исполнялись. Я даже не знала, смогу ли отказаться от секса с Лео — ведь понимала, что больше никогда не встречу такого любовника. Мне нравился тот вымышленный мир, в котором я жила вместе с Лео. По сути, он всё-таки посадил меня в стеклянный куб, а сам ежедневно любовался мной.

Я думала, что со временем смогу убедить Лео приехать к моим родителям и серьёзно с ними поговорить. Он ведь не мог запретить мне видеть их всю жизнь. Начать разговор с ним об этом было непросто, ведь я предвидела его ответ, но всё-таки надеялась когда-нибудь выполнить свой план.

Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих. Утром я дочитала очередную книгу и отложила её в стопку прочитанных, которая росла с каждым днём. Я считала, что мне нужны отдельные полки, где я могла бы расставлять книги по тематикам и по тому, насколько они мне понравились. Не хотела держать их вместе с остальными в библиотеке и подумывала попросить Лео выделить мне отдельный уголок. Чтение любовных романов стало моим новым хобби. Раньше я тоже читала в любую свободную минуту, но это была учебная литература по медицине. Сейчас же учебников под рукой не было, да и мне хотелось отвлечься, поэтому я решила переключиться на художественные книги.

Потом я пошла в душ. Стоя под струями воды, я думала о том, как лучше сказать Лео, что хочу поехать в Киев и увидеть родителей. Я не заметила, как открылась дверь в ванную, и Лео, собственной персоной, вошёл в просторную комнату. Он стал скидывать одежду, хищно глядя на моё обнажённое тело в мыльной пене.

В первую секунду, увидев его, я испугалась. Но вскоре поняла, что мое тело жаждет его прикосновений, источая волнение и возбуждение. Лео подошел ко мне под горячие струи воды и обнял, не давая возможности двинуться.
— Встань на колени, ангел, — прошептал он мне на ухо, и я почувствовала, как его напряжённый член упирается в мои ягодицы.
Он ослабил хватку, и я повернулась к нему лицом.
— А может, лучше ты встанешь на колени передо мной? — нахально заявила я, демонстрируя неповиновение. Он обожал, когда я нарушала правила в наших играх, ведь это давало ему возможность сильнее меня наказать.
— М-м-м... — промычал Лео, медленно опускаясь на колени, при этом не отрывая взгляда от моих глаз. Я ощутила внезапную власть, что вскружила мне голову.
— Да, моя королева, — сказал он, склонившись к моей промежности и прикоснувшись губами к клитору, будто это был его любимый деликатес.
Мои ноги подогнулись, но я заставила себя стоять прямо, разведя их пошире, чтобы ему было удобнее. Я провела рукой по его мокрым волосам, ощущая каждое его движение, каждое прикосновение его языка. Лео не отрывал глаз от моего лица, с жадностью лаская меня.
— Как хорошо... — пробормотала я, сжимая его волосы сильнее. В ответ он неожиданно укусил мой клитор, вызвав стон удовольствия и заставив мои бедра двигаться. Боль, ставшая привычной в наших слияниях, нравилась мне, и я сознательно провоцировала его. Лео, конечно, охотно поддерживал эту игру.
Он яростно облизывал мой клитор, одновременно вводя в меня два пальца, довольный тем, как я текла для него. Ритм его языка и пальцев ускорялся, приближая меня к грани. Я терялась в ощущениях, готовая сорваться с пропасти в объятия оргазма, но в этот момент он внезапно остановился. Поднявшись на ноги, Лео развернул меня спиной и поставил на четвереньки, открывая путь сзади.
Я не успела осознать происходящее, как он уже был внутри меня, крепко держа за шею и подставляя мое лицо под струи воды.
— Подожди, подожди, ты же без защиты... — слабо запротестовала я, пытаясь вырваться.
— Боишься, что я сделаю тебе ребенка? — его голос был прерывистым от толчков.
— Нет, никаких детей! — тверже заявила я. В попытке увернуться от его настойчивого члена, я прижалась щекой к стене, по которой текла вода. Лео надавил мне на голову, припечатывая меня к стене и обездвиживая, одной рукой держа мою голову, а второй захватив руки за спиной.
— У нас будут дети, ангел, рано или поздно, — сказал Лео, вбиваясь в меня сзади. — Просто расслабься и доверься мне.

Как я могла доверять ему, если не была согласна? Доверие ведь не заслуживается так легко, особенно с его прошлым. Шлепки наших тел эхом разносились по ванной, и я, закусив губу, боялась, что его друзья могут нас услышать. Но Лео никогда не заботился о том, насколько громкими мы были.

Его движения сводили меня с ума, заставляя забыть о протестах. Он вошел глубже, ускоряя темп, и внутри меня вновь разгорелся огонь. Еще несколько толчков — и я снова почувствовала приближающийся оргазм.
Я задыхалась, пытаясь унять дыхание, в то время, как его рука переместилась с затылка на мое лицо. Затем Лео ввел пальцы мне в рот, двигая ими в такт с ритмом своих толчков. Я слегка прикусила его пальцы, на что он зарычал и с силой шлепнул меня по ягодицам. Этот удар стал последним толчком, отправившим меня прямо в объятия оргазма. Я закричала, накрытая волной наслаждения, и перед глазами потемнело.

Пока я кончала, Лео ускорил темп и начал хрипло дышать сквозь стиснутые зубы. Но когда пришла его очередь, он резко вышел из меня, повернул лицом к себе и усадил на колени. Двигая рукой по своему стволу, он сказал:
— Открой ротик, ангел.
Я подчинилась, и он кончил мне в рот и на лицо. Сперма попала мне в глаз, от чего Лео рассмеялся, пару раз хлопнул меня членом по щеке, а потом сказал:
— Поднимайся. Тебе нужно умыться.
С закрытыми глазами я встала, и он умыл меня под струями душа. Затем намылил все мое тело, не забывая про интимные зоны.
— Вот так, теперь можно выходить.

После грубого секса он всегда становился вежливым и галантным, словно извинялся за свои звериные порывы, когда переставал себя контролировать. Мне нравилось, когда он ухаживал за мной, но извинения были лишними — то, что происходило, мне было вполне по вкусу.

Завернув меня в большое пушистое полотенце, Лео сказал:
— Сегодня я буду учить тебя кататься на велосипеде. Мне нужно уладить кое-какие дела, и через пару часов мы сможем начать.

Я моргнула, глядя на него. Велосипед казался мне чем-то недосягаемым, и я не была уверена, стоит ли начинать.
— Не боишься, что стоит мне научиться ездить, и я укачу от тебя куда глаза глядят? — с насмешкой спросила я.
— Я думал, ты бросила эту затею, — серьёзно ответил Лео. Я же пожала плечами.
— Не знаю, вряд ли я когда-нибудь откажусь от попыток, — ухмыльнулась я.

Лео не ответил, только вышел из комнаты, оставив меня одну. Я удивилась, что действительно зацепила его этими словами.

Следующие два часа я провела на кухне за книгой и чаем с шоколадкой. Друзья Лео куда-то уехали, и в этом огромном доме мы остались вдвоем. Лео не выходил из кабинета, занимаясь работой. Он рассказал мне, что после того, как Киеву перестала угрожать оккупация, жизнь начала потихоньку возвращаться. Они решили открыть первое производство и сейчас организовывали людей, которые должны были выйти на работу на следующей неделе. Многие из персонала уехали, поэтому будут работать не на полную мощность, но хотя бы начнут покрывать убытки компании.

Когда прошло два часа, я оделась потеплее и вышла ждать Лео во двор. На улице был апрель, и хотя было теплее, чем во время нашего путешествия по лесам Ирпеня, холодный ветер всё ещё пробирал до костей. Я надела тёплую куртку и повязала шею толстым вязаным шарфом.

Лео вышел на улицу, одобрительно посмотрел на меня и выкатил из гаража новенький велосипед. Каким бы красивым и блестящим он ни был, я смотрела на него с недоверием, как будто этот железный монстр мог наброситься на меня в любую минуту.
— Ты так храбро справилась с тем русским, а боишься простого велосипеда? — усмехнулся Лео, заметив мой взгляд.
— Ох, тот русский был в тысячу раз менее опасен, чем этот велосипед, — проворчала я.

Мы вышли на просторную подъездную дорожку, пустую от машин. Лео усадил меня на велосипед и сказал:
— Просто держись за руль и постарайся почувствовать его габариты. Я буду держать тебя, и не дам упасть.

Я вцепилась в руль, ноги поставила на педали, и, с помощью Лео, поехала вокруг фонтана. Сначала руль не слушался, крутился во все стороны, и я чуть было не врезалась в фонтан. Но со временем я приноровилась, начала чувствовать себя увереннее и даже представляла себя древним рыцарем, разъезжающим на железном коне.

Лео начал катить велосипед быстрее, и я завизжала от восторга, снимая ноги с педалей и раскидывая их в стороны.

— Ангел, следи за педалями. Так ты не научишься, — наставлял меня Лео.

Мне было хорошо и тепло, я много смеялась, когда он отпускал какие-то комментарии или выписывал виражи, выкручивая руль зигзагами по двору.

— Только не отпускай меня! — кричала я, когда он слишком быстро катил велосипед, и мне казалось, что еще чуть-чуть, и я потеряю управление.

— Я тебя пока что не отпускаю, — успокаивал меня Лео.

Он перестал держаться за руль и управлял велосипедом, удерживая его за сиденье. Кажется, он развил такую скорость, какую принимают самолеты перед взлетом. Мы ехали все быстрее, пока я не поняла, что еду сама, без его помощи. Мне было страшно, но я справилась и удивительно легко поехала.

— У тебя получается! — крикнул Лео, когда я отъехала от него достаточно далеко. — Теперь поворачивай и едь ко мне!

Неловко выкрутив руль и чуть не упав, я все-таки смогла повернуть, чтобы направиться к нему, но тут кое-что заметила.

Калитка была настежь открыта. По двору пробирались несколько человек в балаклавах с прорезями для глаз, одетые во все черное. В руках у них были пистолеты, направленные прямо на Лео. Видимо, в моем взгляде что-то изменилось, потому что Лео тут же развернулся, и один из них сразу выстрелил, попав ему в больную ногу.

— Не-е-ет! — закричала я, спрыгивая с велосипеда и со всех ног подбегая к Лео. Велосипед так и остался лежать посреди двора.

Лео упал на одно колено, закрывая рану, из которой начинала сочиться кровь.

— Не подходи! — крикнул он, от чего у меня екнуло сердце. В смертельной опасности он все равно думал о моей защите.

Люди в черном быстро приблизились к Лео и связали ему руки за спиной. Один из них держал мешок, собираясь накинуть его на голову Лео.

В этот момент Лео посмотрел мне в глаза, понимая, что его, вероятно, убьют, и сказал:

— Ангел, я люблю тебя.

После этих слов ему накинули мешок на голову, взяли под руки и повели за калитку. Он волочил простреленную ногу, на асфальте остались следы крови. Мужчины же вели себя с ним бесцеремонно, волоча за собой, тогда как он пытался ступить на ногу и не мог.

Я обхватила себя руками. Все произошло так быстро, что я не знала, что делать. Я побежала за ними, намереваясь... я даже не знала, что хотела сделать против троих вооруженных мужчин.

В калитке я столкнулась с кем-то огромным, подняла глаза и, не веря, прошептала:

— Отец?..