ГЛАВА 1 - Сон
За окнами виднелся ночной город, а на небе уже показалась луна.Этот город шумел машинами, голосами людей, ветром.
В каждом окне дома был свой маленький мир. Кто-то готовил ужин и ждал, когда вернётся их любимый или любимая, кто-то готовился к контрольной, заучивая темы из тетради. Некоторые смеялись с какой-то передачи на телевизоре, а кто-то плакал в одиночестве из-за плохого дня. Но в каждой квартире, в каждой комнате была жизнь.
Но не в этой квартире. Последний этаж престижного жилого комплекса, где даже с деньгами не купишь квартиру просто так. Огромные панорамные окна наблюдали за этим шумным городом. Было прохладно и как будто сыро.А запах табака уже въелся в стены и мебель. В этом доме не было души, и казалось, что тут никто не живёт, хотя это не так.
В свои 25 он уже мог позволить себе и эту квартиру, и вообще купить весь этот город, если потребуется. Хван Хёнджин. Его знали не так много людей, и тебе точно повезло, если ты с ним не знаком.Мафия Кореи — это не шутка, и в реальности она совсем не то, что описывают в дорамах или книгах.
Все, кто знают Хвана, скажут одно: он бессердечный, жёсткий и чертовски гениальный.
Он попал в мафию в 19 лет и уверенными шагами всего за шесть лет добился того, что многие не могут за десятилетия. Он понравился тогдашнему главе, и после его смерти «унаследовал» его место. Никто не смел перечить, ибо знали, какая участь ждёт тех, кто выступает против.
Стоя у окна, он пристально всматривался в город, будто пытался что-то найти, кого-то увидеть. Внутри давно не осталось никаких чувств — лишь жёсткая расчётливость и холод.
Из спальни вышла растрёпанная девушка, завернутая в простыню. Длинные ноги, тонкая фигура. Она пыталась что-то сказать, коснулась плеча Хёнджина, но услышала лишь холодное:
— Ушла.
Хван так всегда. Она не первая и не последняя. Его не интересовали отношения, любовь. Он использовал людей лишь как материал, не видя в них души. Но что стало причиной такого? Что-то же должно произойти с человеком, чтобы он стал таким.
Он достал из полки бутылку дорогого алкоголя, налил в стакан со льдом и уселся в кресло. Молча. Снова пристально наблюдал в окно.
— С Днём Рождения, Ликси... — Голос потревожил тишину своей вибрацией. Сделав ещё один глоток, он закрыл глаза, и по щеке потекла одна слеза. Она казалась серебряной на его бледной коже при свете луны.
Все таки одно чувство у него осталось. Чувство боли.
Одна бутылка быстро опустошилась, за ней последовала вторая. Он пил, пока не наступило утро. Хван опустил голову на подлокотник кресла. Всё начало плыть, голова кружилась от опьянения, веки стали тяжелыми. Звуки за окном стихли, расплылись, сознание помутнело, и он провалился в сон.
Во сне было ярко и тепло. Перед ним появилось лицо — знакомое и родное. Светлые волосы, та самая тёплая улыбка, от которой внутри всё трепетало, и сердце будто пропускало удары.
— Джинни... — шептал голос, манил его, заставляя идти за собой, но тело отказывалось слушаться, ноги словно приросли к месту.
Взгляд Феликса скользил по нему, как свет по воде, и каждый жест отзывался эхом в груди Хвана. Каждое движение, каждый взгляд — и боль, и радость одновременно, словно он снова ощущал всё, что когда-то потерял.
— Почему?... Ликс... Постой... — Хван пытался издать звук, попытался удержать фигуру, но она медленно удалялась, растворяясь в свете. Он протянул руки, но всё было напрасно.
Хван резко проснулся, задыхаясь. Сердце вырывалось из груди, колотилось так, что казалось, его тело вот-вот не выдержит. Панорамные окна показывали холодный, серый город; шум машин и ветра проникал в пустую квартиру, пропитанную запахом табака и спиртного.
Он сел на кресло, обхватив руками голову, дыхание пыталось успокоиться, но сердце всё ещё стучало как безумное. Воспоминания о сне — свет, смех, взгляд Феликса — врезались в память, оставляя жгучую пустоту.
На мгновение всё вокруг исчезло, пока резкий звонок телефона не разрезал тишину. Хван дернулся, пытаясь подняться, но похмелье давало о себе знать: голова гудела, тело тяжело подчинялось. Он с трудом нашёл телефон на столе и, почти машинально, прижал трубку к уху.
— Слушаю, — его голос звучал хрипло, едва скрывая усталость и раздражение.
— Босс, у вас сегодня запланирована встреча глав на 18:00, — прозвучал ровный, деловой голос в динамике.
Хван тихо выдохнул, с силой опустив плечи. — Хорошо, — сказал он спокойно. Звонок вернул его в реальность, где этот город и его люди уже ждали его решений.
Хван встал с кресла, быстро стряхнул остатки сна с плеч и подошёл к шкафу. Он выбрал пальто — тёмное, без лишних деталей — и надел его с привычной точностью. Обувь застучала по полу, когда он прошёл к двери.
Он вышел на улицу. Ветер холодил лицо, но он почти не почувствовал его. Город шумел, машины, сирены, голоса — всё это было просто фоном. Он шёл спокойно, шаг за шагом, словно сканируя пространство вокруг.