Прости.
Опять утро, недовольные жмурки из за солнечного света, и кувырканья на кровати, дабы как нибудь проснуться.
Двое котиков пытались нежиться до последнего, пока весь кайф не обломал будильник.
- Ой.. - хныкала девушка в полудрёме, - Выключи..
Пока кудрявый послушно выполнял её просьбу, пытаясь одним глазом найти кнопку выключения.
Спустя жалкие минуты, парень плюхнулся на кровать, и резко протёр лицо двумя ладонями, дабы проснуться окончательно.
Следом, на выдохе, заявил:
- Нужно вставать.
Но девица, видимо, не была настроена просыпаться, как минимум, ближайшие полтора часа.
Поэтому она, в знак протеста, повернулась на живот, и аккуратно уложилась головой на мягкую подушку Кислова.
- Не хочу-у..
- Нужно, родная, нужно, - хрипло промурлыкал Киса, медленно потягиваясь телом на Смирнову.
Укладывая руки по обе стороны от Маши, юноша наклонился головой к затылку девчушки, и медленно вдохнул родной запах, от которого у того происходил отвал всего на свете.
- Ваня-я.. - продолжала сопротивляться та, пока её не подняли на руки, и силком не утащили в ванную.
- Малых, не бурчи. Нам нужно в шарагу, как никак.
- Мм-м.. - хныкала вновь Смирнова.
- Ебучая шарага.. - по прежнему не открывая своих глаз, произнесла шёпотом девица, пока её нёс Иван.
.
- Слыш, ты че-нить понимаешь? - легонько пихая девушку в плечо, указал головой на доску, на которой упорно что то писала Марь Иванна.
- Ты меня спрашиваешь? - тоже смотря на женщину, задумчиво заявила Машка, выгибая одну бровь.
Видимо тоже пыталась что то понять.
- Сколько время? - перебивая задумчивость Смирновой, спросил Киса.
Девица небрежно подняла телефон экраном на себя, и включила его, следом обессиленно проговаривая:
- 13:25, скоро закончим..
.
- Малых, - в игривом тоне обратился к персоне напротив Киса, осторожно заслоняя её своим телом, где то в глубине толпы, рядом с лестницей.
Дабы никто их не увидел.
- Чего тебе? - скрещивая руки на груди, спросила низенькая.
- Мне? Ну-у, я хочу.. - тыкая пару раз указательным пальцем по левой щеке, чуть повернулся в профиль высокий.
- А ты заслужил? - еле улыбаясь, но не теряя строгости в голосе, сказала Смирнова.
Словно с детем малым, ей богу.
- Думаю, что да, - не меняясь в лице, выдал кудряш, - С меня же хата, и еда. А с тебя хорошее времяпровождения, - следом толкая язык во внутреннюю щеку, расплылся в повторной лыбе Иван, принимаясь аккуратно притягивать к себе довольно приятную «пассию».
Следом, зарываясь носом в приторно-приятный запах, медленно вдохнул его. Пока не столкнулся с покрасневшими ушками.
- Стесняешься? - хмыкая, произнёс Кислов, следом выпрямляясь во весь рост.
Лишь крепче прижимая к себе девчушку.
- Ничего я не стесняюсь, - старалась заявить та твёрдо, пока не заметила, что кудряш с каждой секундой сокращает между ними дистанцию, и не отрывает взгляда от нежно-розовых губ Смирновой.
.
И вот, блять, в самый важный момент, когда их разделяли какие то жалкие миллиметры, прежде чем не начать долбиться в десна, из карманов парня послышался отвратительный звук телефона. Опять какой то пидор звонит из за ебучей хуйни, явно.
Недовольно выдохнув, Киса всё же отстраняется от девчушки, и лезет одной рукой в карман, а вторую по прежнему не убирает из чужой талии, время от времени несильно сжимая её.
Всё же нервы дают о себе знать.
Да и Машка не особо жаловалась. Видать привыкла.
Оглядывая на секунду смарт, недовольное лицо резко перенимает какое то замешательство, а после минутного принятия звонка, вторая рука, которая по-хозяйски находилась на теле Смирновой, обессиленно отпускает её.
По началу девушка не до конца догоняла прикола такого поведения со стороны кудрявого, ровно до того момента, пока из его уст не прозвучало:
- Гендос куда то пропал.
.
Спустя считанные секунды, и подростки вылетают из шараги. Бегут в сторону мотика, запрыгивают на него, и выезжают из двора школы.
Едут настолько быстро, насколько это возможно.
С каждой минутой напряжение лишь сильнее ударяет по двум головам. А желание кричать, и ударять всё, что попадётся под руку - всё выше и выше.
.
- Гендос! - залетая в хату старшего, крикнул кудряш. Принимаясь тут же оглядывать помещение, которое, видимо, уже не один день пустует.
В голову прилетает только одна, не самая положительная мысль:
«барыги» - которые, с большой, и точной вероятностью, искали бедолагу. И вполне также возможно, что именно они стали причиной его внезапного исчезновения.
Пока Кислов метался из стороны в сторону, из комнаты в комнату, словно пытаясь найти хоть какую то зацепку, его останавливает шокирующее лицо Марии, которая держала в руке листок немного помятой бумаги. Следом, молча встречаясь взглядами, Киса подходит к ней, и осторожно берет её в свою руку, начиная вчитываться в текст, оставленный на листке:
«братан, не кипишуй из за меня. со мной всё нормально! просто, пожалуйста, не пытайся меня искать, ведь я знаю, как я близок тебе, и как ты мною дорожишь. тоже самое передай мелу и хэнку, если им уже не заявили об моём внезапном исчезновении. просто дам знать, что этих тварей я завалил. так что можешь спокойно топтать родную землю, и не прятаться!
твой Гендос.»
- Что за нахуй? - постепенно сжимая в руке письмо друга, Киса вновь оглядывает хату, а затем глядит на Машу.
Его ощущения после прочтения письма начинают смешиваться в сплошную бурю, вызывая этим не самые положительные эмоции.
Но ярость, вперемешку с печалью дают о себе знать..
.
.
.
- Сука-а!! - истошно начинает кричать Кислов, тут же падая на колени, следом за ним валится Мария, припадая к его голове обеими руками, стараясь как нибудь помочь ему, и дать понять, что Ваня не один.
- Пожалуйста, успокойся, Ванюша! - пыталась докричаться до юноши девушка, не переставая того гладить по голове. Она сама не ожидала подобной реакции со стороны Кислова, ведь до конца думала, что он аморальный урод. И до конца убеждала себя в том, что даже в самый отчаянный момент в жизни кудрявого, она ни за что не поможет ему, и ни за что не протянет руку помощи.
Но после этой ситуации, буквально держит того в своих рука.. словно в её руках не когда то там давний паренёк, который совсем на днях был готов смешать Машу с дерьмом и сожрать только таким образом.
А маленький, и совсем невинный ребёнок, который ударился мизинцем об стул, и дабы как нибудь унять ту боль, что засела в нём из за этой ситуации - побежал плакаться к Смирновой.
- Зачем он это сделал, блять, зачем?! - взвизгивал Киса, ведь не мог отрицать того факта, как дорожил этим человеком. Ведь именно он заменил младшему всех. От старшего брата - до отца.
Стараясь как можно крепче ухватиться за девушку, лишь сильнее сжимал в обеих ладонях куртку Марии.
.
Кислов - просто обиженный ребёнок. Словно ему когда то сказали правду по поводу деда мороза. Но как бы это не являлось дичайшим романтизмом, в своём детстве он узнал совсем более печальную новость. А именно о своём отце. Ему с самого детства собственная мать твердила одно: отец умер. Отец умер. Отец умер.
И Кислов вправду жил с этой мыслью, что его отец умер ещё до его рождения. Ровно до того момента, пока не выяснилась правда в роковую ночь, когда мама из за горького разрыва с Хенкиным-старшим, выпила, и на пьяную голову не заявила всю правду на всеобщее обозрение собственного сына. Только этот сын прекрасно понимал, что на следующий день его мама даже и не вспомнит об этой ситуации.
Поэтому сделал вид, словно этого разговора в истории никогда не имелось.
После этой ситуации, он стал цепляться за Гену всеми ногами и руками, даже сами Мел с Хэнком поняли, как Киса дорожит старшим товарищем, и что ни за что не оставит того в беде, ведь именно он был с кудрявым и в радость, и в горечь. Именно он в глубокую ночь сидел, и делил с Кисловым последнюю бутылку темного пива, параллельно выслушивая «нытьё» младшего, и поддерживая того время от времени. Именно он научил Кису крутить самокрутки. Именно он показал младшему истинную, родственную любовь.
Да, не отрицаем того факта, что сам Гендос рос без должного внимания со стороны отца, но даже несмотря на это, он увидел в Кисе что то родное, что то такое, которое хочется беречь от всего опасного.
.
Бумага, что находилась ранее в руке кудрявого, поспешно выпала из неё задней стороной, на которой было написано одинокое, и печальное слово:
«прости.»