Игра на любовь.Ирина Молчанова

  Я шагала в сторону кинотеатра и ела мороженое - эскимо в шоколаде.Перешла на него с сахарных трубочек,думала,станет легче.Но,кажется,только хуже.Какая разница,буду ли я есть трубочку и думать,что мы постоянно ели такие с Антоном,или лизать эскимо а палочке,отмечая,как редко мы с Антоном его покупали.В данной задаче Антон - неизменная производная.Стремление исключить из жизни все те вещи,которые мы делали и любили вместе,примерно то же самое,что из жизни исключить жизнь.
  Наверное,уже год не встречалась с парнями.Ни капли волнения,даже обидно.Похоже,моё сердце способно радоваться только одному человеку во всей вселенной.
  Смешно сейчас вспоминать,как год назад я каждый день ходила гулять с разными мальчишками,вовсю флиртовала,смеялась с новоиспечёнными подружками и вообще,как это называется,зажигала.Ненадолго меня не хватило.Мне хотелось доказать себе,что я могу без Тоши,мир не сошёлся клином на каком-то мальчишке.А ведь тогда всё ещё можно было исправить.Всего один звонок...

  Проходит день за днём,а мне каждый раз кажется,что ещё вчера,сделай я шаг навстречу,всё могло бы стать хорошо,а сегодня... уже слишком поздно.Наступает новое утро,и с ним наступает острое чувство упущенного времени.Я жалею,жалею о "вчера",которое прошло и уже не вернётся,и ненавижу "сегодня",отрывающий очередной листок календаря,отдаляющий меня от Антона.

  Кусочек шоколада с эскимо упал на асфальт.С кустов,растущих у обочины тротуара,тут же спорхнули три воробья,устремившихся к неожиданному угощению.На низенькую чёрную решётку прыгнул галчонок с зажатой в клюве блестящей пробкой от пива.

  Сердце болезненно сжалось.Так случается всякий раз,когда я вижу птенцов.Не люблю об этом вспоминать.И не вспоминаю.Не хочу.

  Я вынула из кармана серебристый фантик и показала галчонку.Тот заинтересовался,наклонил голову набок.

  Когда Тоша был маленьким,он,как галчонок,тащил домой всё блестящее.Тётя Оля без конца ругалась из-за хлама - не помогало.А уж сколько у меня самой раньше в ящиках даров Антошкиных валялись - не счесть.Множество всяких разноцветных шариков,меленьких сердечек,игрушек,бусинок,красивых ленточек.Я ничего не выкинула,не смогла.Сложила всё в огромную коробку и убрала на антресоли.Даже смотреть боюсь в сторону кладовки,если увижу все эти маленькие глупые штучки,подаренные мне,наверное,умру.

  -Вероника! - замахал мне издалека Петров.

  Я тоже ему махнула.

  Он встретил меня с попкорном,фантой и двумя билетами на последний ряд.

  Говорят,они для поцелуев.Не знаю,не довелось испытать... Мы с Антоном были просто друзьями,хоть и сидели всегда по центру,на последнем ряду."Просто друзья" - что за ничтожные слова?Они ничего не стоят,описать ими наши чувства невозможно.В целом свете не найдётся слов,способных измерить глубину того,что бездонно,передать,как рождается счастье - от одного лишь взгляда,улыбки,прикосновения.

  -Думаю,прикольный фильмец! - заметил Лёха,пропуская меня вперёд в полупустой тёмный зал.

  -Ага, - отозвалась я.

  От Аполлона Петрова по-прежнему вкусно пахло,даже лучше,чем утром.Наверное,брызнулся перед выходом.

  Мы уселись на свои места,Лёша посмотрел на меня.

  Не хочу встречаться с ним глазами.Зачем давать надежду?Хотя в случае с главным красавцем школы это скорее не надежда,а повод.Не влюблён же он в меня,в самом деле.Так,просто интересно:"А чего это она такая неприступная?"

  -Не скажешь,зачем меня фоткала сегодня? - спросил парень.

  -Ты симпатичный, - равнодушно ответила я.

  Да что же такое с голосом?Представляю,как Лёха потом опишет наше свидание:"Нам с резиновой куклой по имени Вероника фильм очень понравился!"

  -Да много симпатичных, - пожал плечами Петров.

  Хочет поговорить о себе.Ну что ж...

  -А ты самый симпатичный! - отрезала я и уставилась в белый экран,демонстрируя тем самым - разговор окончен.

  А он не дурак,всё понял и больше не приставал.Мне это даже понравилось.

  Начался фильм.Американская комедия.Я люблю такие - яркие,глупые и романтичные.

  Петров смотрел кино молча,не словечка не проронил.В очередной раз убеждаюсь,что мне не нужно общаться с кем-то похожим на Антона,чтобы помнить его.Отличия всех прочих парней ничуть не хуже провоцируют на воспоминая.

  Тоша всегда комментировал фильмы,при этом совсем не мешая смотреть и слушать.С его добавления получалось смешнее,как будто так и надо,только сценаристы не догадывались.
  Я давно не смеялась - по-настоящему.Лицемерно,просто ради звука - сколько угодно,а от души чего-то не получается.Может,разучилась?А такое вообще возможно?

  Мы с Петровым вышли из кинотеатра.На улице уже стемнело.

  Я люблю смотреть на фонари и прищуривать глаза.Люблю,и всё тут.И Антону это нравилось.По вечерам мы часто возвращались откуда-нибудь домой,шли,чуть-чуть касаясь друг друга плечами,щурили глаза на и говорили о том,чего вкусненького хотел бы съесть каждый из нас.

  -А ты в школе подходила бы ко мне,что ли, - сказал Лёха,внимательно глядя на меня.

  Так не хочется ему отвечать,и смотреть на него - тоже.Хочу щурить глаза,чтобы круглый свет фонарей превращался в звёздочку,а мокрый асфальт блестел,слушать,как мимо проезжают машины.Такой умиротворяющий,но в то же время грустный звук.
  -Подойду, - со вздохом пообещала я и,подумав,прибавила: - Не провожай.

  Он удивился:

  -Почему?
  Как ответить?У тебя не каре-зелёные глаза с лукавыми изумрудными крапинками и зовут тебя не Антоном?Не стоило мне никуда идти.Если больна - лечись!Совсем плохо - ступай к врачу,а не к тем,кого легко заразить своим безразличием.Мальчишкам нужны победы,особенно самым лучшим,тем,кто покорил не одну крепость.Красавчик Аполлон из таких.

  -Я люблю гулять в одиночестве, - сказала я.

  Петров озадаченно покусал нижнюю губу и уточнил:
  -Что-то не так?Я тебя обидел?

  -Всё отлично! - я приятельски хлопнула его по плечу и,замедлив шаг,со всей признательностью,на какую только была способна,сказала: - Спасибо,что сводил на фильм.Всё правда здорово!

  Ускоряя шаг и машу на прощание.Нелепо,конечно,но щурить глаза на фонари в Аполлона совсем не то...

  Всё - не то.И кроме меня никто в этом не виноват.

  -До завтра!Увидимся! - крикнул вслед Петров.
  В голосе разочарование,а мне сразу хорошо стало.Когда можно наконец расслабиться и даже заплакать,если совсем подкатит,на душе становится легче.Самое настоящее освобождение.
  Я бы съела сейчас жареную куриную ножку,только без шкурки,ненавижу её,и жареные макарошки,такие чтоб со шкварками.Смотрю на фонари - много звёздочек вдоль длинного тротуара.Сырые жёлтые листья на асфальте приглушают мои шаги.Мне не хватает звука Его шагов.В груди жарко-жарко и сердце бьётся тоскливо.Где он сейчас?Что делает?Думает ли обо мне,как я о нём?
  -Девчонка!Девочка,плак-плак! - послышалось совсем рядом.

  Я от испуга замерла.

  На другой стороне дороги под фонарём трое мальчишек окружили светловолосого мальчика в клетчатой курточке,прижимающего что-то к себе.

  -Да он девчонка!Плаки-плаки,малютка! - издевались малолетние хулиганы.

  Один из них толкнул светловолосого и пискляво протянул:

  -Давай сюда этого одноглазого!

  Я присмотрелась.

  Мальчик держал на руках серго котёнка.

  -О-ой,девчоночка наша,посмотрите,он плачет!

  Отголоски прошлого ворвались в голову,и я слышала:"Девчонка,он девочка,две подружки,две девочки,смотрите,смотрите!"

  Я перебежала дорогу и приблизилась к ребятам.Хулиганы заметили меня и бросились бежать,мальчик с котёнком,не поднимая на меня глаз,пробормотал:"Спасибо" - и со всех ног припустил в другую сторону.

  Я осталась стоять по фонарём,глядя на свою длинную тень.Голоса из прошлого ещё звучали в ушах,но всё тише и тише...