1
Author
Девушка стояла возле двери двухэтажного коттеджа, пытаясь открыть замок. Её руки дрожали, и ключи не слушались — они сыпались на землю, звеня о плитку. Улица была погружена в темноту, лишь редкие фонари разрывали ночную мглу, создавая длинные тени. Время приближалось к двум часам ночи, и каждый звук казался громче в тишине. После нескольких неудачных попыток ей наконец удалось открыть дверь. Она тихо вошла в дом и, сбросив кроссовки, положила сумочку на пол.
Подняв глаза, девушка резко отпрянула назад. В полумраке на неё смотрел отец — Даниил Матвеев, собственной персоной. Его лицо было серьёзным, а глаза полны недовольства.
— Ну и где мы ходим? — проговорил он низким голосом, который звучал как грозовое предупреждение.
— В библиотеке была, — пробормотала девушка, стараясь изобразить невинность и искренность, но внутри неё росло волнение.
— Да ты что! — протянул он, не отрывая взгляда от дочери. Его тон был полон недоумения и лёгкого раздражения.
— И где ж у нас находится эта чудо-библиотека, круглосуточного режима? — продолжил он с сарказмом, его голос напоминал хрустальный звон, отражавший его недовольство.
Девушка почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она старалась сохранять спокойствие, но в голове мелькали мысли о том, как объяснить своё отсутствие. Отец шагнул ближе, и в его взгляде читалось не только раздражение, но и беспокойство. Она поняла, что его вопросы не просто о времени — это был призыв к честности и открытости.
— Пап, ну зачем эти пустые разговоры? — произнесла девушка, стараясь не встречаться с его взглядом
Тихо прошмыгнув мимо него и направляясь к лестнице на второй этаж. Она чувствовала, как напряжение в воздухе давит на неё, но не хотела, чтобы это затянулось.
— Ну, немного задержалась, — добавила она, стараясь придать своему тону лёгкость, но внутри всё ещё бурлило волнение.
Даниил Матвеев стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на дочь с недобрым выражением лица. В его взгляде читалось недовольство, и он явно не собирался принимать её слова за чистую монету. Его молчание было выразительным — оно говорило о том, что он не собирается позволить ей уйти от ответственности.
— Мы с тобой договаривались, что в двенадцать ты будешь в своей кроватке и мирно спать, — произнёс он мягким, но настойчивым голосом, который звучал как предостережение.
— А что мы видим? — голос резко изменился на грубый, и в нём послышались нотки гнева.
— Три часа ночи, а тебя нет!
Девушка резко округлила глаза и подняла голову к отцу. Внутри неё закипала смесь страха и непонимания. Она знала, что его гнев был вызван не только её опозданием, но и теми переживаниями, которые он испытывал за неё.
— Тихо! — проговорила она шепотом, стараясь успокоить ситуацию.
— Маму же разбудишь! Ну, папа, никакого такта! — добавила она с лёгкой улыбкой, пытаясь разрядить обстановку и показать, что она не воспринимает ситуацию слишком серьёзно.
Она заметила недоумение на лице отца — он явно не ожидал такой реакции. Но это было её единственным оружием в этой ситуации: сохранять спокойствие и уверенность. Быстро развернувшись, она побежала к себе в комнату, чувствуя на себе его пристальный взгляд.
— Завтра мы продолжим разговор! — донеслось из-за спины, и девушка замерла на мгновение.
Внутри неё вспыхнула волна сопротивления, но она лишь кивнула и исчезла за дверью своей комнаты. Теперь ей нужно было успокоиться и придумать, как объяснить своё отсутствие.
Забежав в свою комнату, девушка тихо закрыла дверь, как будто преграждая путь всем неприятным эмоциям и напряжению, оставшимся за пределами. Она оперлась на дверь, закрыв глаза на мгновение, позволяя себе выдохнуть, словно сбрасывая тяжесть с плеч.
Постепенно она подошла к окну, открыв его на проветривание. Свежий воздух ворвался в комнату, наполняя её лёгким холодком и запахом ночи. Девушка вдохнула глубоко, ощущая, как напряжение начинает утихать. Она всегда находила утешение в простом акте открытия окна — это было как пропуск в другой мир, где не существовало забот и ожиданий.
После этого она направилась к кровати, где мягкий матрас манил её усталое тело. Она упала на него, словно сдавшись под натиском усталости и эмоций. В этот момент все заботы о том, что она не выполнила обещание быть дома вовремя, о гневе отца и о том, как ей объяснить своё отсутствие, растворились в воздухе.
Она не успела даже переодеться, просто закрыла глаза и позволила себе погрузиться в мир сна. Мысли о прошедших событиях медленно ускользнули от неё, а тело наконец-то нашло покой. В тишине комнаты лишь слышалось тихое дыхание, и вскоре она уже погрузилась в безмятежный сон, оставив все переживания за пределами своего маленького убежища.
Sofia Matveeva
— Вставай! Вставай! Вставай! — кровать качалась из стороны в сторону под неумолимыми прыжками кого-то.
После предыдущей ночи просыпаться совершенно не хотелось. Глаза словно приросли к векам, и я с трудом приоткрыла их, чтобы взглянуть на этого мелкого нарушителя моего спокойствия.
— Кирилл, ты что здесь делаешь? — недовольно проговорила я, пытаясь придать голосу хоть каплю строгости, хотя сама понимала, что это вряд ли сработает.
Он был слишком полон энергии, чтобы обращать внимание на моё недовольство.
— Папа сказал тебя разбудить! — заявил он с невинным выражением лица, которое всегда заставляло меня сдерживать улыбку. Затем он совершил ещё один прыжок и приземлился рядом со мной, заставляя меня подвинуться к краю кровати.
Я посмотрела на него, как на настоящего непоседу. Его светлые волосы растрепались, а глаза сияли от восторга. В такие моменты мне было сложно сердиться на него, даже несмотря на то, что мой сон был нарушен.
— Что ещё сказал наш любимый папочка? — проговорила я с улыбкой, явно не от восторга.
— Он сказал, если ты сейчас же не спустишься на завтрак, то до приезда Миры ты будешь голодная! — воскликнул Кирилл, снова подпрыгнув на месте. Его смех раздавался в комнате, как солнечные лучи, пробивающиеся сквозь облака.
Это известие мгновенно вернуло меня к реальности.
— Мира приезжает! — закричала я во весь голос, чмокнув брата в щеку.
Он удивлённо потер её, словно не ожидал такой нежности, а потом развалился на кровати, смотря на меня с любопытством.
Прибытие любимой сестры стало главным событием дня. Для меня Мира не просто сестра — она моя лучшая подруга и самый близкий человек на свете. Казалось, мы знали друг друга всю жизнь, и каждая встреча приносила радость и новые впечатления.
Быстро забежав в ванную, я первым делом смыла вчерашний макияж. За ночь он слегка потёк, и я выглядела как панда. Интересно, почему Кирилл промолчал об этом — обычно он любит подшучивать надо мной.
Затем я помыла голову и приняла душ. Выходя из ванной, расположенной прямо в моей комнате, я обнаружила, что братишка уже ушёл. Наверное, лучше так — мне нужно было немного личного пространства. Сняв полотенце с тела, я подошла к шкафу и стала выбирать одежду. Решила остановиться на бежевых штанах и таком же по цвету топе — простой, но стильный наряд.
Одевшись, я взяла фен и принялась сушить волосы. Моё главное испытание каждое утро — уложить кудрявые волосы, доставшиеся мне от матери. Волосы постоянно сопротивлялись укладке, и я тратила много усилий, чтобы выглядеть аккуратно. Утюжок и расчёска с феном стали моими лучшими друзьями в борьбе с непокорными локонами.
Закончив с волосами, я нанесла на лицо тонкий слой крема и выскочила из комнаты. Сердце билось от предвкушения встречи с Мирой. Уже строились планы, как провести вместе время: прогулки по парку, вечера с фильмами и попкорном... Всё, что угодно, лишь бы быть рядом с сестрой.
Зайдя на кухню, я увидела, как папа с Кириллом сидят за столом и весело беседуют. Их разговор был наполнен смехом и дружескими подколами, что сразу подняло мне настроение. Подбежав к маме, стоящей у плиты и готовящей бутерброды, я нежно обняла её с боку, ощущая привычную теплоту и уют.
— Доброе утро, дорогая, — проговорила мама, нежно поцеловав меня в макушку. Эти объятия всегда дарили мне чувство счастья.
— Доброе утро! — радостно отозвалась я, широко улыбаясь. Мысль о предстоящем дне кружилась в голове.
— Правда ли, что Таня с Олегом приезжают? — взволнованно спросила я, не удержавшись от вопроса.
Папа неодобрительно посмотрел на меня, его взгляд был полон юмора и сарказма одновременно.
— Сколько раз я тебе говорил: дядя, дядя Олег, — напомнил он со сдержанной улыбкой. Мама укоризненно покачала головой.
Олег был другом семьи, бывшем преподавателем папы, и их отношения всегда сопровождались шуточками и взаимными подколами. Однажды Олег сам позволил мне называть его просто по имени, но папа упорствовал, считая правильным обращение «дядя».
— Да, милая, они придут около пяти часов. Давай садись завтракать, — ласково предложила мама, награждая меня тёплой улыбкой.
Радостно пританцовывая, я присела рядом с братом, небрежно взлохматив его волосы. Он возмущённо фыркнул, но я лишь рассмеялась в ответ. Мама присоединилась к нам, ставя на стол тарелку с аппетитными бутербродами. Я немедленно схватила один и надкусила, наслаждаясь свежестью хлеба и ароматом масла.
— Кстати, Черновы приедут раньше, — сообщил папа, отвлекаясь от телефона.
Тут я резко поперхнулась, подавившись бутербродом. Кирилл захохотал и начал похлопывать меня по спине.
— Кто приедет? — испуганно поинтересовалась я, хватая ртом воздух.
— Софа, твой жених едет! Как ты думаешь? — съязвил он, заливаясь смехом.