2
Sofia Matveeva
—Софа, твой жених едет! Ты чего? — проговорил Кирилл с хохотом.
— Пап, а Тёма же тоже приедет? — спросил брат, стараясь сдерживать смешки.
— Тёмка приедет, но скорее всего завтра, у него там вроде последний экзамен, — произнес папа с легкой улыбкой, будто это должно было её успокоить.
Я выдохнула, покусывая нижнюю губу, пытаясь подавить нарастающее волнение. Мысли о предстоящей встрече с Черновым смешивались с нервозностью. Встав из-за стола, я направилась к выходу из кухни, словно в этом действии заключалась возможность сбежать от собственных чувств.
— Доченька, ты куда? Ничего же не съела! — обратилась ко мне мама с заботой в голосе.
— Мам, я не голодна, я на пробежку, потом поем, — ответила я, стараясь звучать уверенно.
Бросив на мать быстрый взгляд, говоривший о том, что я не хочу сейчас обсуждать свои эмоции, вышла к входной двери.
На улице было свежо. Надев кроссовки, я почувствовала, как напряжение немного отпускает её. Сделав глубокий вдох, я вышла из дома. В голове кружились мысли о завтрашней встрече с Артемом — о том, как он будет выглядеть. Каким он стал интересно?
Выходя за калитку, стараясь успокоить своё сердце, которое стучало так, будто вот-вот выпрыгнет из груди. Улицы были знакомы, но в этот момент казались чужими. Все мысли занимал чертов Артем Чернов — первая любовь, оставившая глубокий след в её сердце. Воспоминания о нём приносили невыносимую боль, накатывающую волнами.
Ладошки вспотели от напряжения, и я пыталась изо всех сил унять тревогу, но та лишь усиливалась. Вдруг телефон зазвонил, отбросив мысли о Чернове, ответила на звонок. На экране высветилось имя Миры.
— Сестра, почему так долго? Чем занята, что не можешь ответить любимой кузине? — веселый голос Миры звучал как глоток свежего воздуха.
— Прости, просто не сразу услышала, — проговорила я, глядя под ноги и стараясь сосредоточиться на разговоре.
— Что с голосом? Тебе разве ничего не сказали? — не унималась Мира, её беспокойство было слышно даже на расстоянии.
Я вздохнула, пытаясь найти слова. Я знала, что она ждет от меня каких-то новостей.
— Знаю, что вы приедете, просто... обо всём расскажу, когда приедешь, — произнесла я с натяжкой.
— Ладно, ловлю на слове! — отозвалась Мира с легким смехом.
— Пап, да сейчас, подожди, да сейчас! — сказала Мира.
— С папой разговаривала, вообще мы будем не скоро, но сегодня...
— Супер, не терпится с тобой встретиться... — начала я, но вдруг во, что то врезалась, не удержав равновесие полетела на землю, приземляясь на пятую точку. Телефон выскользнул из её рук и отлетел недалеко от головы.
Подняв голову, я увидела перед собой высокого парня, выглядящего слегка растерянным. Я смотрела на него как заворожённая, пытаясь понять, кто передо мной и что произошло. В этот момент из трубки раздались громкие звуки.
— Соня?! Соня, что с тобой??? — закричала сестра в панике.
— Всё нормально! — проговорила я, поднимаясь и стряхивая со штанов грязь, продолжая смотреть на парня, который всё ещё стоял передо мной с легкой улыбкой на лице.
— Просто врезалась в двухметровую шпалу! — добавила я с улыбкой.
Парень только рассмеялся в ответ на мои слова. Его реакция вызвала у меня чувство удивления. Закончив разговор с сестрой, я вновь посмотрела на него, ожидая хоть каких-то извинений или объяснений от незнакомца.
— Иии? — произнесла я, подняв голову взглянув на него.
Мой рост составлял примерно метр шестьдесят пять, а этот парень явно достигал двух метров. Его уверенная улыбка вызывала во мне смешанные чувства — от раздражения до легкого возмущения.
Он только рассмеялся в ответ на мои слова и сделал шаг ближе. Я же инстинктивно отступила назад, стараясь избежать его приближения.
— Что и? — произнес он низким голосом, не сводя с меня взгляда. В его глазах читалось любопытство, и это меня раздражало еще больше.
— Извиниться собираешься? — выпалила я, пытаясь звучать как можно более недовольной.
Он что, издевается? Я не могла поверить, что он даже не пытается как то извиниться. Он буквально сбил меня с ног.
— А, ну да, прошу прощения, что ты шла и болталась по телефону, а потом врезалась в меня, — произнес он с явным сарказмом, его губы искривились в насмешливой улыбке.
Мои глаза расширились от удивления и негодования. Я не хотела продолжать этот бессмысленный диалог. Стиснув зубы, я развернулась и прошла мимо него, задевая плечом. Его смех звучал мне вслед как вызов, но я пропустила это мимо ушей.
— Эй, как тебя зовут? — крикнул он мне в спину, когда я уже отошла на безопасное расстояние.
Я обернулась и, не удержавшись, улыбнулась. Но ничего не ответила. Зачем мне это? Просто уйду домой и забуду об этой глупой встрече — вот что было сейчас важнее. Направившись домой, я оставила позади этого странного парня с его насмешками и высокомерными взглядами.
┈┈・୨ ✦ ୧・┈┈
Сидя в своей комнате, я готовилась к приезду Владыко и Черновых. Они позвонили и сообщили, что где-то пересеклись, поэтому немного задержатся и приедут уже вместе к вечеру. Вспоминая Черновых, в мыслях сразу возник образ Чернова-младшего — его уверенную улыбку и легкую насмешку, которую он всегда носил на лице. Мне невольно пришлось усмехнуться, вспоминая, как он заставлял меня чувствовать себя одновременно раздражённой и заинтересованной.
Закончив с макияжем, я приступила к выбору одежды. Ужин был семейным мероприятием, и я решила не ннаряжаться, но и не выглядеть слишком просто. Подойдя к шкафу, я внимательно изучала содержимое. Наконец, выбор пал на чёрную костюмную жилетку и юбку чуть выше колен. Такое сочетание выглядело элегантно и стильно, что идеально подходило для подобного события. Осталось сделать укладку волос.
Накручивая локоны, в комнату кто-то постучался. Это оказался отец. Получив разрешение войти, он вошёл внутрь. Его крупная фигура эффектно смотрелась в чёрной рубашке и брюках. Оглядев меня, он присел на кровать, наблюдая за ней через зеркало.
— Не понимаю вас с мамой, — сказал отец, размышляя вслух. Тон его был достаточно спокойным.
— У вас такие прекрасные кудри, — продолжил он,
— Зачем вы их постоянно выпрямляете, а потом снова накручиваете? Вам природа жизнь облегчила.
— Она её осложнила, — пробормотала я, распыляя лак на волосы.
— Соня, пожалуйста, когда придут Черновы и Владыко, забудь про свои прогулки, — попросил отец, посмотрев на меня серьёзно.
Стоило один раз сходить в клуб, так теперь он мне это будет припоминать на каждом шагу.
— Пап, я это и так знаю, — ответила я, вставая со стула и поправляя волосы. Стараясь держаться уверенно, несмотря на внутренние переживания.
— Не переживай, — добавила я, увидев его обеспокоенность.
Отец поднялся с кровати и приблизился ко мне.
— Красавица моя, выросла уж, — с гордостью в голосе произнес он, прижимая меня к себе и крепко обнимая.
Обняв отца в ответ, я прижалась теснее. Такие моменты имели большое значение для обеих сторон: они дарили поддержку и любовь. Находясь в отцовских объятьях, я ощущала защиту, и все тревоги вечера ненадолго исчезли.
Комната наполнилась приятной атмосферой, когда мама, заметив нас в объятиях, входя в комнату с доброй улыбкой на лице. Она подошла ближе, нежно потрепав волосы мужа, на что тот лишь ответил ей теплой улыбкой, а затем посмотрел на дочь.
— Прямо папина доченька, — произнесла мама ласково, и в её голосе звучала гордость.
— Да папина! — восторженно откликнулся отец, крепче прижимая меня к себе, подчеркивая таким образом нашу близость.
— Ладно, идите-ка, Таня звонила, говорят, подъезжают, — сообщила мама, с лёгкой ноткой нетерпения в голосе.
Отец разочарованно вздохнул, словно не желал прерывать этот приятный момент, однако быстро переключился на маму и заключил её в объятия. Следуя за родителями вниз по лестнице, я ощутила себя невероятно счастливой. В какой же я все таки чудесной семье живу.
Оказавшись внизу, в гостиной, я заметила брата Кирилла, удобно расположившегося на диване с пультом в руке и смотревшего телевизор. Он выглядел непринуждённо в своих джинсах-шортах и футболке, но мое внимание мгновенно переключилось на дверь, когда прозвучал звонок.
Я тут же побежала к двери, осознавая, что наконец прибыли долгожданные гости. Открывая её, я столкнулась лицом к лицу с молодым человеком, которого ввстретила сегодня утром. Он смотрел на меня с улыбкой, но я была настолько ошарашена, что даже слова вымолвить не могла.
— Что ты здесь делаеш.., — начала было я, но меня перебили.
— Артем, чего застыл, проходи! — громко объявил Стас Чернов, толкая парня вперед и вынуждая меня отступить.
— Сонька, какая красавица! — добавил он с широкой улыбкой, ставя чемодан на пол и явно наслаждаясь ситуацией.
Присоединившиеся к шуму родители оживлённо вступили в беседу, полную смеха и радостных возгласов. Я обратила внимание, что парень, находившийся рядом, неотрывно смотрел на меня. Смятение охватило моментально, и я инстинктивно провела рукой по волосам, стараясь скрыть свою неуверенность. Артем? Это он. В моменте я забыла как дышать.
— А где Таня? — поинтересовалась мама, осматриваясь кругом. Семья Владыко пока не появилась.
— Кира испачкалась, отправились покупать новое платье, — пояснил Стас, захлопывая дверь за собой. Голос его звучал с легкой иронией.
— Повезло же Владыко! — заметил отец с улыбкой, направляясь на кухню. Остальные взрослые последовали за ним, оставив молодых наедине.
Только я уже собралась пойти за ними, когда Артем резко схватил меня за запястье, требуя удалиться. Его взгляд был настойчивым, он понятул меня обратно, заставляя посмотреть на него.
— Правда, не узнала меня? Или притворялась? — произнес он, слегка прищурившись, словно пытаясь разгадать мои мысли.
Я опустила глаза, чувствуя прилив смущения.
— Нет, правда не узнала, — произнесла я тихо. Однако, тут же подняла взгляд, встретившись с его глазами.
— Ведь мы не виделись четыре года. Откуда мне было узнать тебя?
— Я так сильно изменился? — уточнил он, оценивающе оглядывая меня с любопытством.
— А вот ты очень изменилась, стала еще красивее.
Возникшая между нами напряжённость оказалась сложной для восприятия. Простые слова скрывали гораздо больше — воспоминания прошлого, ностальгия и нечто совершенно новое.
— Спасибо, — поблагодарила я с улыбкой, ощущая, как что-то внутри меня меняется.
Артём стоял запредельно близко, вторгаясь в моё личное пространство так бесцеремонно, что у меня перехватило дыхание. В этот миг я поймала себя на пугающей мысли: вся та жгучая ненависть, которую я бережно взращивала в себе годами, вдруг осыпалась сухим пеплом. Его взгляд, настойчивый и непривычно глубокий, прошивал насквозь.
Я невольно засмотрелась на него, коря себя за это, но не в силах отрицать очевидное — он стал другим. Взрослее, чертовски привлекательнее, и это пугало меня больше, чем его прежняя враждебность.
Наше наэлектризованное оцепенение взорвал резкий звонок в дверь. Звук ворвался в комнату спасительным кругом. Это точно была Мира. Я почувствовала, как напряжение в плечах сменяется облегчением. Стоило мне повернуть замок, как я едва не полетела на пол — сестра налетела на меня стремительным вихрем, стискивая в объятиях.
— Моя любимая сестрёнка! — восторженно закричала она, не давая мне и шанса выдохнуть.
Я искренне рассмеялась, утыкаясь носом в её плечо. Мира всегда была моим личным солнцем, способным разогнать любые тучи.
Следом в квартиру шумно ввалилось остальное семейство Владыко. Тётя Таня, как и подобает ей, мгновенно заполнила собой всё пространство.
— Матвеевы! Почему нас встречает только ваша дочь?! — громко провозгласила она, призывая родителей.
В её голосе, как всегда, сквозил игривый упрёк, заставивший меня невольно улыбнуться.
Выпутавшись из рук Миры, я поспешила к тёте. Её объятия пахли уютом и теплом — тем самым, что всегда дарило мне чувство защищённости. Затем я быстро обняла Олега, и в этот момент из кухни, привлечённые шумом, наконец вышли родители.
— Дочь, ты бы так на шее не висла, дядя-то уже в возрасте! — со смешком заметил папа, лукаво подмигнув мне.
— Матвеев, не ревнуй! — отозвался Олег, направляясь к отцу и протягивая руку.
Я заметила, как они обменялись крепким рукопожатием и коротким, понятным только им двоим взглядом — мужская солидарность старых друзей.
┈┈・୨ ✦ ୧・┈┈
Ужин тёк своим чередом в облаке ароматов домашней еды и душевного тепла. Смех, словно невидимая мелодия, перекатывался от одного угла стола к другому. Несмотря на общую весёлость, я то и дело ловила себя на том, что мои глаза сами собой ищут Артёма.
Он сидел напротив, погружённый в беседу с Кириллом. Мой младший братишка, размахивая руками, увлечённо пересказывал какую-то историю, а Артём слушал его с поразительным вниманием. Он чуть наклонился к мальчику, на его губах играла мягкая, искренняя улыбка.
Видя их такими, я почувствовала странный укол в груди — смесь удивления и лёгкой, необъяснимой зависти к тому, как быстро они нашли общий язык.
— Софья, ну рассказывай, парень-то появился? — неожиданно звонко спросила Таня, в упор глядя на меня.
Она всегда называла меня полным именем, и в её устах это звучало особенно ласково. В этом вопросе не было праздного любопытства — искренняя забота, но я всё равно почувствовала, как к щекам приливает жар смущения.
На слова тети Артём моментально переключил все своё внимание на меня. Его взгляд, только что мягкий, вдруг стал суровым и тяжёлым. Он уставился на меня, и я ощутила, как внутри всё ёкнуло и предательски сжалось под этим настороженным прицелом его глаз.
— Какой парень? Ей только-только семнадцать исполнилось! — тут же вмешался папа. Голос его звучал шутливо, но в нём прорезались те самые ревностные нотки, которые всегда заставляли меня улыбаться.
— Пап, вообще-то через пять месяцев мне восемнадцать! — парировала я, стараясь придать голосу уверенности.
Я демонстративно наколола на вилку ломтик огурца и отправила его в рот, пытаясь скрыть за этим жестом бушующий внутри вихрь эмоций.
— Всё равно рано ещё о парнях думать, — изрёк отец, откидываясь на спинку стула с видом человека, чей авторитет не подлежит сомнению.
— Матвеев, ты просто невозможен! — всплеснула руками Таня, насмешливо глядя на него. Её глаза искрились весельем. — А когда ей о них думать? На пенсии? Ты учти, тогда внуков точно не дождёшься!
— Это ещё почему? — папа приподнял бровь, ввязываясь в привычную перепалку.
— Не доживёшь просто, — вставил Олег, и за столом взорвалась новая волна хохота.
Я смеялась вместе со всеми, чувствуя уют родного дома. Но где-то на периферии сознания я всё ещё ощущала на себе колючий, напряжённый взгляд Артёма. Это молчаливое давление не исчезало, напоминая о том, что между нами зависло нечто гораздо более сложное и опасное, чем просто старая недосказанность.