37
Artem Chernov
— И прикинь, я пытаюсь ей помочь быть рядом, а она тупо френдзонит меня, — произнес Матвеев, выписывая очередной напиток.
Его голос был чуть хриплым, но в нем звучала искренность, смешанная с раздражением. Он с силой тряснул бутылкой, что на секунду мне показалось, что он хочет швырнуть её в стену.
— Да ты что? — спросил я, поднимая брови.
— Ты же всегда был на шаг впереди! Почему она не видит, что ты лучший вариант?
Матвеев откинулся на спинку стула, закатив глаза.
— Не знаю, может, я слишком за ней бегаю. Она говорит, что ценит дружбу больше всего, а я... — он замялся, подбирая слова.
— Я просто не знаю, как ей объяснить, что хочу большего.
Никита ухмыльнулся и налил себе еще немного.
— Ну, ты же можешь просто взять и сказать: «Эй, я хочу быть с тобой!»
— Почему бы и нет? — согласился Никита, его голос стал чуть более решительным.
Бармен наполнил мой стакан, и я не долго думая выпил его. Сладковато-горький вкус алкоголя моментально заполнил рот, а затем, словно огненный поток, разлился по всему телу. Разум вновь начал туманить, и я почувствовал, как мысли расплываются, как краски на холсте под дождем. Трудно было уже соображать, и каждый новый глоток казался мне шагом в неведомое.
Я поставил стакан на стойку, звук стекла отразился в шумном баре, как последний аккорд в симфонии. Вокруг меня сновали люди, их голоса сливались в один гул, и я чувствовал себя как будто в центре урагана.
— В любом случае, моя ситуация в 10 раз хуже, чем твоя, — проговорил я, стараясь вложить в слова всю тяжесть своего положения. Я чувствовал, как слова вырываются из меня, словно крики о помощи.
— Это точно, — согласился Никита, его голос звучал уверенно и спокойно. Но в его глазах я заметил искорку сочувствия. Он понимал, что за этими словами скрывается не просто жалоба, а целая буря эмоций и переживаний.
Я взглянул на него и увидел, как он налил себе еще один стакан. Его движения были уверенными и размеренными, но в этом был какой-то ритуал — ритуал попытки забыть или хотя бы облегчить груз на душе.
В этот момент я ощутил, как мир вокруг меня начинает вращаться быстрее. Я попытался снова сосредоточиться на разговоре, но мысли ускользали от меня, как песчинки сквозь пальцы. В голове роились образы — лица людей, которые когда-то были важны для меня, события, которые оставили шрамы. Но сейчас это все казалось далеким и несоответствующим тому состоянию, в котором я находился.
Встреча с Соней стала для меня, как удар в спину. Я не ожидал, что она изменится так сильно за тот месяц, что мы не виделись. Мы провели вместе много времени, и за это время я успел привязаться к ней, но теперь, когда я увидел её снова, что-то внутри меня сломалось.
Это было как холодный душ, который заставил меня осознать, что она больше не та девочка, которую я знал.
Каждый день я думал о ней. Как она, все ли хорошо? Никто её не обижает? Эти мысли терзали меня, словно острые ножи, и я не мог избавиться от чувства вины. Я сам все разрушил. Я помню тот вечер, когда всё пошло наперекосяк.
Теперь, глядя на Соню, я понимал, что последняя наша встреча была решающей — она поставила точку невозврата. В её взгляде я увидел печать разочарования и усталости. Она больше не верила в наши мечты и планы. Я чувствовал себя предателем, который потерял доверие того, кто был ему так дорог. Почему чувствовал? Я и есть предатель.
Когда она заговорила, её голос звучал тихо и отстранённо. Я пытался уловить каждое слово, но они пролетали мимо меня, как осенние листья на ветру. Я хотел сказать что-то важное, объяснить свои чувства, но слова застревали у меня в горле. Я боялся, что даже если я открыл бы рот, то лишь усугубил ситуацию.
С каждым мгновением я чувствовал, как между нами растет пропасть — пропасть, которую я сам же и создал. Внутри меня бушевала буря: гнев на себя за то, что позволил этому случиться; страх потерять её навсегда; и глубокая печаль от того, что наши пути расходятся. Я хотел бы вернуть время назад, исправить свои ошибки, но понимал: это невозможно.
В голове постоянно появлялись мысли. Что было бы, если бы я не пошёл в тот клуб? Все было бы хорошо или нет? Я бы всё равно изменил Соне. Я бы никогда этого не сделал на трезвую голову. Эти вопросы терзали меня, как острые шипы, не давая покоя ни днём, ни ночью.
Я смотря в пустоту, пытаясь вспомнить тот вечер, когда я, поддавшись на уговоры друзей, решил провести время в клубе. Музыка гремела, и атмосфера была насыщенной весельем и свободой. Я помню, как сначала всё шло весело: смех, разговоры, танцы. Но потом пришло алкогольное опьянение, и я потерял контроль над собой. Как будто часть меня отключилась, и я стал просто марионеткой в чьих то руках.
Я даже не помню, как так сильно напился, что не осознал, что изменил девушке, которая была для меня всем. В тот момент, когда я это сделал, у меня не было ни капли разума — лишь безумное желание уйти от реальности и забыть о своих проблемах. Но теперь я понимал, что за эту минуту слабости мне придётся расплачиваться всю жизнь.
Без Сони мне дышать трудно. Я теряюсь в этой тёмной бездне своих мыслей. Каждый миг без неё кажется вечностью. Я вспоминаю её улыбку, её смех, как она смотрела на меня с нежностью и верой. И сейчас эта вера разрушена. Я понимаю, что сам же её уничтожил. Тоска по ней сжимает моё сердце так сильно, что порой кажется, будто я задыхаюсь.
Каждый день я пытаюсь найти способ искупить свою вину. Я мечтаю о том, чтобы вернуть время назад, чтобы снова оказаться с ней в том уютном кафе, где мы сидели и делились мечтами о будущем. Но реальность такова, что я сам всё разрушил. Я не знаю, смогу ли когда-нибудь исправить свои ошибки или хотя бы получить прощение.
— О Соне думаешь? — неожиданно спросил Никита, и в его голосе не было ни капли осуждения, только простое любопытство.
Я не успел даже задуматься, прежде чем ответил:
— Да, — произнёс я, и в этот момент осознал, что вся моя неуверенность и смятение отражаются на моём лице. Я не мог скрыть своих чувств, и Никита это прекрасно знал.
Он нахмурился, как будто обдумывая свои слова, а затем произнёс:
— Сам виноват.
Эти слова пронзили меня, и я почувствовал, как внутри всё сжалось от раздражения. Я закрыл глаза, пытаясь подавить нарастающее чувство отчаяния.
— Не начинай, — простонал я, словно это могло остановить поток его упрёков.
Мне было тяжело слышать правду, которую я сам же не хотел признавать. Я знал, что Никита говорит правду, но в этот момент это было последним, чего мне хотелось.
— Ладно, прости, — быстро среагировал он, заметив моё состояние.
В его голосе появилось сочувствие, и я почувствовал, как напряжение немного спало. Он всегда был рядом в трудные моменты, даже когда его слова были непростыми для восприятия.
— Именно поэтому я и не хотел, чтобы вы встречались, — произнес он с легким раздражением.
В его голосе слышалась нотка усталости, будто он уже много раз обсуждал эту тему. Хотя это так и было. Я знал, что он переживает за нас обоих, но в этом состоянии это больше походило на бред.
— Знал, что если поругаетесь, я останусь между двух огней, — добавил он, поднимая взгляд и встречаясь с моими глазами. В его взгляде читалось нечто большее — страх потерять дружбу из-за каких-то глупых разногласий. Я понимал его, хотя и не мог сдержать улыбку.
Никита откинулся на спинку стула, и его лицо стало более расслабленным. Я заметил, как он потёр лоб рукой, словно пытаясь найти правильные слова. В этот момент я понял: несмотря на то что между нами возникло напряжение из-за Сони, он всё равно оставался моим другом, готовым поддержать меня даже в самые трудные времена.
— Поехали к ним, — неожиданно сказал он, словно это было самым логичным решением на свете, за долгое время.
— К кому? — отозвался я, пытаясь понять, о чём он вообще говорит.
— К Соне и Арине, — уверенно произнёс Матвеев, его глаза сверкали от возбуждения.
— Признаемся им во всем!
Я приподнял бровь и с недоумением посмотрел на него.
— Признаемся в чем? — спросил я, искренне не понимая, что у него на уме.
— Я в том, что люблю Арину, ты, в том, что я не могу жить без твоей сестры, — произнёс он с таким пафосом, что мне стало смешно. Он даже слез со стула , как будто это придавало его словам больше веса.
— У меня нет сестры! — произнёс я, поворачиваясь к нему с лёгким недоумением.
Никита замер на секунду, а потом его лицо исказилось от осознания.
— Ой... Ну ты не можешь жить без моей сестры! — исправил он себя, и в его голосе послышался оттенок смеха.
Смех раздался, и я не смог удержаться. Его уверенность и нелепость ситуации были просто невыносимыми. Я представил себе, как мы действительно едем к Соне и Арине и начинаем рассказывать им о своих чувствах, словно это было чем-то нормальным.
Никита продолжал говорить, его слова становились всё более запутанными и смешными. Он начал изображать сцену признания, размахивая руками и делая серьезное лицо, которое заставило меня ещё больше смеяться.
— Я скажу: "Арина, я не могу жить без тебя!" — произнёс он с трагическим выражением лица.
Я встал за ним, забирая свою куртку, и почувствовал, как холодный воздух клуба обжигает мою кожу. Снаружи уже стемнело, и огни неоновых вывесок ярко светили в темноте, создавая атмосферу праздника. Я натянул куртку и, повернувшись к Никите, спросил:
— Когда ты успел влюбиться в неё?
Он застыл на мгновение, словно сам не мог поверить в свои чувства. Я заметил, как его глаза слегка блестят от выпитого алкоголя, а на губах играет нерешительная улыбка.
— Не спрашивай, это случилось сразу, — произнёс он, выходя из клуба, и его голос звучал так, будто он делился самым сокровенным.
Мы шагнули на улицу, и я услышал, как за спиной нас закрывается дверь. Ветер трепал наши волосы, и я заметил, как Никита глубоко вдохнул, словно пытаясь уловить аромат ночи.
— Слушай, — продолжил он, оборачиваясь ко мне с искренним выражением лица,
— Ты понимаешь, когда ты видишь человека и просто... бам! — он хлопнул ладонью по ладони, изобразив момент осознания.
— Это как удар молнии!
Мы шли по сугробам, слегка пиная снег, и каждый шаг отдавался в ногах, как будто мы пробирались через пушистые облака. Метель утихла, но ветер всё ещё завывал, и я чувствовал, как холодный воздух проникает в лёгкие, смешиваясь с остатками алкоголя, что придавали мне смелости.
— У вас как будто с Соней было по-другому, хоть и знакомы с детства, те самые чувства появились не так давно, — произнес Никита, уставившись в пустоту, словно искал ответы на вопросы, которые никто не задавал. Его голос звучал немного хрипло, и я заметил, как он теребит край своего свитера, будто это помогало ему собраться с мыслями.
Я смотрел на Никиту, и в его глазах было что-то такое, что заставляло меня задуматься о том, как же все на самом деле было.
Нет. Не так. У нас было совершенно по-другому. Но ему об этом я гоавить не стал.
— И что дальше? — спросил я, пытаясь понять, как он собирается действовать.
— Ну... я не знаю! — Никита развёл руками, и его лицо стало ещё более комичным.
— Я просто думал: "Вот она, моя судьба!"
Я засмеялся и покачал головой.
— Так ты собираешься признаться ей в любви? — поинтересовался я.
— Да! — воскликнул он с такой решимостью, что я не мог не удивиться. — Но сначала мне нужно узнать её лучше!
— И что ты будешь делать? — спросил я.
— Ну... может, приглашу её на кофе или что-то такое? — сказал он с задумчивым выражением лица.
— Или... о боже! Может, на каток?
Я не удержался от смеха.
— Ты же не умеешь кататься на коньках!
— Ну и что? Это придаст мне романтики! — ответил он с серьезным видом.
— Представь: я падаю на неё и говорю: "Простите за беспокойство, но я просто не могу жить без вас!"
Мы оба расхохотались, представляя эту комичную сцену. Я понимал, что Никита был пьяным и его идеи были довольно абсурдными, но в этот момент я чувствовал себя частью чего-то особенного. Наша дружба это безумие, наши планы скрасили холодную ночь и сделали её ярче.
*******************
Спустя кажется час мы смогли дойти до дома Арины. Зайти в дом оказалось проблематично, и нам пришлось ждать, пока кто-нибудь выйдет. Наконец, дверь открылась, и мы, как два героя комедии, ввалились внутрь.
Поднявшись на этаж, мы стояли в холодном коридоре, обмениваясь взглядами, и я чувствовал, как волнение нарастает. Я посмотрел на дверь, украшенную маленькой гирляндой, которая всё ещё светилась, несмотря на утренний свет.
— Может, они спят? — неожиданно спросил я, всматриваясь в тусклый глазок двери.
Никита стряхнул снег с волос, и его лицо выглядело немного потрепанным, как будто он только проснулся.
— Думаешь? — проговорил он, поднимая брови.
Я посмотрел на телефон: 8 утра.
— Кто спит в такое время? — произнёс Никита с лёгкой насмешкой, как будто это было чем-то совершенно абсурдным.
— Ты прав! — ответил я, нажимая на звонок. Звук раздался в тишине коридора, и я почувствовал, как сердце забилось быстрее.
Мы оба замерли, прислушиваясь к звукам из квартиры. Я уже начал представлять себе, как они с недоумением смотрят на часы и недоумевают, кто мог прийти в столь ранний час.
— Может, они просто не хотят нас видеть? — прошептал Никита, глядя на дверь так, будто она могла ответить ему.
— Да ладно тебе! — отмахнулся я.
— Рады, точно рады!
Мы снова замерли в ожидании, и я почувствовал, как в голове начинает проноситься множество сценариев. Что если они действительно спят? Или что если они просто не хотят открывать?
— Если не откроют, мы можем устроить тут снежный бой! — предложил Никита с хитрой улыбкой, изображая бросок снежка.
— Отличная идея! Надо будет снег принести— поддержал я его и начал прикидывать, где можно взять снег для атаки.
Неожиданно замок щелкнул, и дверь открылась. Перед нами стояла сонная Арина, её волосы были растрепаны, а глаза полузакрыты. Она смотрела на нас с лёгким недоумением, как будто только что проснулась от глубокого сна и не совсем понимала, что происходит.
Я заметил, как её взгляд сначала метнулся к Никите, потом на меня, и в этот момент мне показалось, что она пытается собрать свои мысли.
— Привет, — с улыбкой произнёс Никита, явно не замечая, что его дружелюбие может быть воспринято как вторжение.
Арина немного проморгалась, словно пыталась прояснить ситуацию. Затем её взгляд упал на мою руку, которая всё ещё висела над дверным звонком. Она прищурилась и произнесла с лёгким раздражением:
— Артём, убери руку со звонка, соседей разбудишь, — прошептала она, в её голосе слышалась смесь недовольства и усталости.
Я смотрел на неё, чувствуя себя немного неловко. В голове пронеслось: «Как же я мог забыть об этом?». Мы с Никитой синхронно повернулись к звонку. Действительно, моя рука всё ещё висела на кнопке. Слегка поджав губу, я убрал руку и повернулся обратно к Арине.
— Ой, прости! — выдавил я из себя, стараясь выглядеть как можно более невинно.
— Просто мы думали, что ты нас ждёшь!
Никита тут же подхватил:
— Да-да! Мы же пришли за твоей душой!
Арина покачала головой и закатила глаза. Это было так мило и одновременно забавно — видеть её сонный протест против нашего визита.
— Вы что, совсем с ума сошли? В такое время? За какой душой Никита? — спросила она, при этом уже на её лице появилось раздражение.
— Он имел ввиду, что мы пришли со всей душой— сказал я с улыбкой, надеясь разбудить в ней желание пообщаться с нами.
— Арина, кто там? — раздался в дали знакомый голос.
Из комнаты показалась кудрявая девушка. И тут уже дар речи потерял я. Да, мы виделись недавно, но это было быстро и скомканно. А сейчас у меня появилась возможность рассмотреть её. Она выглядела так, милой, только что проснувшейся, но в её глазах горела искорка, которая заставляла меня улыбаться.
Соня чуть не столкнулась с дверью, когда шла к нам, не отрываясь от моего лица. Это вызвало на моем лице улыбку — её неуклюжесть была милой. Я заметил, как она замялась на мгновение, когда увидела нас с Никитой, и её лицо изменилось от недоумения к легкому раздражению.
— Что вы здесь делаете?! — удивленно спросила она, подходя к Арине со спины.
Никита, явно не готовый к её реакции, попытался объясниться:
— А мы это, мимо проходили, ии... — промямлил он, прижимая голову к двери, как будто это могло сделать его менее заметным. Я не мог удержаться от смеха: его попытка выглядеть невинным была слишком очевидной.
— Вы что, пьяные?! — возмутилась Соня, её голос звучал резко и недовольным тоном. Я чувствовал, как напряжение в воздухе нарастает. Она смотрела на Никиту с таким выражением лица, будто он только что совершил преступление.
— Вообще-то нет! — проговорил Никита, его глаза стали шире, и он посмотрел на свою младшую сестру с легким недоумением. В этот момент я заметил, как он пытается взять себя в руки, но его попытки выглядеть серьезным явно не увенчались успехом.
— Да ты даже не можешь нормально стоять! — продолжала Соня, скрестив руки на груди и поднимая брови в недоумении. Я видел, как она пытается понять, что же вообще происходит. Её взгляд метался между нами с недоверием.
— Мы просто... — начал я, но Никита перебил меня:
— Мы просто решили немного развеяться! — выпалил он, и я почувствовал, как его голос стал чуть более громким и уверенным. Это было похоже на попытку спасти ситуацию, но меня это только смешило.
Соня закатила глаза и вздохнула:
— Развеяться? В 8 утра ? У вас все дома?
— У меня только мама, папа и братик. Сестрёнка ушла из дома, — произнес он с такой серьезностью, что я не удержался от усмешки.
Соня уставилась на него, словно он только что сказал, что собирается покорить Марс. Её глаза расширились от недоумения, и она перевела взгляд на меня, но тут же отвела его, как будто боялась, что я тоже начну нести чушь.
— Вы вообще зачем пришли? — вмешалась Арина, её голос звучал резко и уверенно.
Она, похоже, чувствовала, что Соня может в любой момент разразиться гневом на Никиту. Я заметил, как её брови нахмурились, а губы сжались в тонкую линию. Это было похоже на защитную реакцию — она хотела оградить нас от возможного конфликта.
Я стоял в центре этой странной сцены, чувствуя, как напряжение нарастает с каждой секундой.
— Мы это, признаться, пришли, молчать больше не можем! — мой голос звучал твёрдо, но в глазах читалась растерянность.
Матвеева, скрестив руки на груди, посмотрела на нас с недовольством:
—О чем молчать больше не можете? О том, что вы идиоты? — её тон был резким, как лезвие ножа. Я почувствовал, как она давит на ситуацию, заставляя меня волноваться ещё больше
Никита, не желая принимать на себя всю ответственность, ответил:
— Нет, ну ты не обобщай, я могу молчать! — он попытался выглядеть уверенно, но в его голосе слышалась нотка паники.
Я повернулся к нему, не в силах сдержать возмущения:
— Вообще-то это ты предложил прийти сюда! — мои слова вырвались с легким упрёком. Я вообще не понимаю как мы дошли до этого, пьяные стоим и нечем какой то бред.
Никита нахмурился и возмутился:
— А почему ты меня не отговорил? — он явно искал кого-то, на кого можно было свалить вину.
И тут, как будто в порыве откровенности, я произнёс:
— Ты сказал, что любишь Арину! — слова вырвались сами собой, и я сразу же понял, что это может вызвать настоящую бурю.
Соня удивлённо посмотрела на нас:
— Что?! — её голос звучал почти шёпотом, но в нём чувствовалась искренность.
Я заметил, как Арина шокированно уставилась на Никиту. Её глаза расширились от удивления и недоумения. Она, казалось, не могла поверить в то, что только что услышала. На лице Сони играла скрытая улыбка, будто она наслаждалась этим моментом. А вот Никита был зол. Его лицо покраснело от гнева и смущения.
— А вообще ты сказал, что жить без Сони не можешь! — произнёс он, будто это могло его защитить. Его голос звучал как последний аргумент в споре, но в нём уже не было той уверенности, которую он пытался показать.
Арина повернулась к Соне с вопросом в глазах:
— Серьёзно? — проговорила она с наигранным удивлением
Соня вновь посмотрела на меня, в её глазах была растерянность, но было кое-что ещё. Она мне не верила, и это было видно — в её взгляде мелькала тень сомнения, которая словно давила на меня с каждым её новым словом.
— Спокойной ночи! — твёрдо сказала Соня, резко захлопывая дверь прямо перед нашими носами. Казалось, в этом резком движении было столько отчаяния и непримиримости, что воздух вокруг сразу стал тяжёлым и подавленным.
Дверь захлопнулась настолько быстро, что я не успел среагировать, чтобы остановить её. Пару минут я смотрел на закрытую дверь, а потом перевёл взгляд на Никиту. Его лицо было сосредоточенным, но в глазах читалась лёгкая растерянность.
— Черт возьми, Артем! — вырвалось у него, и я заметил, как его голос дрожит от злости и разочарования.
— Ты зачем это сказал? Она ведь не поверит мне теперь!
Я вздохнул, пытаясь собраться с мыслями. Никита всегда был эмоциональным, но сейчас его состояние напоминало бурю. Он начал расхаживать взад-вперёд, а я пытался его остановить.
— Слушай, может, нам стоит просто объяснить ей всё? — предложил я, хотя понимал, что это звучит как бред.
— Мы можем...
— Объяснить? — перебил он, закатив глаза.
— Да они нас обоих теперь ненавидят! Ты это понимаешь? Мы как два идиота, которые сами себе яму копают!
Я почувствовал, как мой желудок сжимается от напряжения. Никита продолжал метаться по коридору, и я не знал, как его успокоить. Вдруг он остановился и посмотрел на меня с таким выражением лица, словно искал в моих глазах поддержку.
— Поехали ко мне, они нам больше точно не откроют, — произнёс он, идя к лестнице, и я почувствовал, как его уверенность немного угасает.
Я пошёл за ним, спустившись по лестнице. Каждый шаг отдавался эхом в тишине. Мы вышли из дома, и я осмотрелся, доставая из кармана телефон.
— Надо такси вызывать, сами мы точно не доедем, — сказал я, вызывая такси.
— Пустая трата денег! — Никита уверенно заявил, делая шаг вперёд. В этот момент он споткнулся об скамейку и упал в сугроб, оставив за собой облачко снежной пыли.
Я наклонился к Никите, который лежал в сугробе, и его лицо было покрыто снежной пылью. Он посмотрел на меня с лёгкой улыбкой, как будто, он так падает каждый день, и в этом нет ничего нелепового
— Матвеев, ты живой? — спросил я, стараясь сделать свой голос как можно более серьёзным, но не удержался от улыбки.
**********************
После безумных ночных приключений сон казался настоящим подарком. Я погружался в сладкие объятия Морфея, когда вдруг ощутил, как моё тело становится мокрым с каждым мгновением. «Что, черт возьми, происходит?» — пронеслось в голове, когда я распахнул глаза и увидел Соню, которая лила на меня воду из бутылки.
— Ты что творишь?! — прошипел я, быстро вскакивая с дивана.
Внутри меня бушевала смесь злости и недоумения. Мои волосы прилипли ко лбу, а одежда стала холодной и влажной. Я пытался осознать, что происходит, но в голове всё ещё витали остатки сна.
Соня, не обращая на меня внимания, открыла вторую бутылку воды и направилась к своему брату. Я не мог поверить своим глазам. Она была так спокойна, как будто просто разливала воду на завтрак. «Неужели это её утренний ритуал?» — подумал я, глядя на неё с недоумением.
Не прошло и секунды, как Никита с криком подорвался с места, вскакивая на диван. Его лицо было искажено шоком и недоумением, а глаза расширились, как у человека, который только что столкнулся с призраком.
— Соня, ты адекватная?!? — закричал он, его голос звучал так, будто он только что выбрался из глубокой спячки.
Я не мог удержаться от смеха при виде его реакции — он выглядел как напуганный кот, который только что увидел свою отражение в зеркале.
— И тебе доброе утро, любимый братик! — проговорила она с широкой улыбкой, словно это была самая обычная утренняя беседа. С этими словами она оставила нас двоих в комнате и вышла, оставив за собой лёгкий шлейф весёлого настроения.
Я посмотрел на Никиту, который всё ещё сидел на диване с недоумением на лице. Он явно не ожидал такого начала дня. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь звуками капающей воды и тихими шагами Сони за дверью.
— Вот скажи спасибо, что судьба берегла от этого чертенка, каждый день так просыпался!— выпали Никита, всё ещё пытаясь понять наверное, что только, что произошло
Я лишь покачал головой, моё лицо всё ещё выражало удивление и легкую растерянность.
*********************
Вода из крана была холодной, но это только подстегивало. Умывшись, я посмотрел на себя в зеркало. Усталый взгляд, растрёпанные волосы — обычное утреннее зрелище. Я быстро почистил зубы, ощущая, как свежесть пасты наполняет рот.
После этого пришло время душа. Я включил воду и шагнул под струю. Тёплая вода смывала остатки сна, позволяя мне сосредоточиться на предстоящем дне.
Вытерев тело полотенцем, я переоделся в удобные джинсы и футболку. Я зашёл на кухню, где увидел Соню. Девушка стояла возле открытого холодильника, что-то искала, её внимание было полностью поглощено содержимым. Я чувствовал, как волнение нарастает внутри меня, но не собирался упускать шанс поговорить с ней.
Не теряя минуты, пока Никита не зашёл на кухню, я подошёл к ней со спины.
— Доброе утро, — произнёс я, стараясь сделать голос как можно более непринуждённым.
Я заметил, как она вздрогнула от неожиданности. Мгновение она не реагировала, и я почувствовал, как сердце забилось быстрее. Постояв недолго, она всё-таки повернулась ко мне. Её лицо было максимально серьёзным и сосредоточенным. В глазах читалось отсутствие раскаяния за то, что она недавно нас облила ледяной водой.
— Сам пьёшь, решил и брата споить? — с твёрдостью в голосе проговорила Матвеева, её слова звучали как приговор.
— Я не пью! — со злостью прошипел я, не в силах сдержать эмоции. Внутри меня бурлила смесь обиды и раздражения.
— Я заметила, — проговорила Соня, отталкивая меня, её движения были резкими и уверенными.
Она закрыла холодильник и, отходя от меня, села за стол. Я проследил за ней взглядом и сел напротив. В воздухе повисло напряжение, и я понимал, что этот разговор будет важным.
— Знаешь, за время нашего расставания я много размышлял и понял, — произнёс я, смотря прямо ей в глаза. Я старался говорить уверенно, хотя внутри меня всё ещё бушевали эмоции.
Соня отвлеклась от нарезания авокадо, отложила нож и внимательно посмотрела на меня. Её выражение лица изменилось: в нём появилась настороженность и интерес.
— И что же ты понял? — проговорила она. В её голосе звучал сарказм, но это не имело значения. Я был готов говорить откровенно.
Я глубоко вдохнул, осознавая, что этот момент может стать поворотным в наших отношениях. Взгляд Сони был проницательным, и я чувствовал, что она ждет от меня чего-то настоящего.
— Я не мог тебе изменить, — проговорил я, смотря на неё.
Её лицо изменилось мгновенно. Сначала на нём отразилась растерянность, словно она не могла поверить в то, что слышит. Затем, как будто под воздействием электрического разряда, на её глазах вспыхнул гнев. Я почувствовал, как в воздухе повисло напряжение, и быстро схватил недалеко лежавший нож, готовый к любому развитию событий, если она решит броситься на меня.
— Артем, это шутка? — произнесла она с осторожностью, но в её голосе уже слышалась нотка ярости.
— Ну какие тут могут быть шутки? Измены я не помню. Видео можно смонтировать так, что... — проговорил я с хрипотой, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё кипело.
Девушка резко вскочила из-за стола и подошла ко мне. Я повернулся к ней, смотря снизу вверх. Она была почти на моём уровне, но её ярость делала её намного выше. Вся дрожала от злости, её глаза сверкали так, будто в них горели огненные искры. Я мог видеть, как её челюсть сжата, а губы плотно сжаты в тонкую линию.
В этот момент я заметил, как её руки напряжены, кулаки сжаты так сильно, что побелели костяшки. Я понимал, что она могла бы сделать всё, что угодно. Взгляд её был полон упрека и боли — она искала правду, но вместо этого находила только запутанность и недоумение.
— Ты же знаешь, как это было! — выпалила она, и в её голосе послышались нотки отчаяния.
— Ты не можешь просто так говорить!
Я не стал ей ничего отвечать, лишь с улыбкой посмотрел. Во мне было слишком много смелости, но за эти месяцы я действительно понял многое. И одно из самых важных — я не могу отпустить Соню просто так.
Девушка сделала шаг назад, её глаза полны разочарования, и она выпустила тихий вдох, поднимая голову кверху, будто искала там ответ на свои вопросы. Я чувствовал, как в воздухе повисло напряжение, и это заставляло моё сердце биться быстрее.
— Как я вообще могла в тебя влюбиться? — прошептала она, опуская взгляд на меня, как будто сама не могла поверить в свои чувства.
Я поднял голову, внимательно смотря на неё. Что она имеет в виду? Вопросы роились в моей голове, но я не мог найти слов. Я почувствовал, как внутри меня что-то щёлкнуло — это было похоже на обиду и недоумение одновременно.
— А, что, больше не любишь? Так быстро прошли чувства?! — произнёс я, поднимаясь с места.
Мой голос был полон эмоций, и я не мог скрыть их. Я шагал к девушке, которая делала уверенные шаги назад, словно пыталась дистанцироваться от меня и от своих собственных переживаний.
— Да их вообще не было! — с резкостью выговорила она, глядя прямо мне в глаза. В её голосе звучала такая ярость и боль, что мне стало не по себе. Это было как удар в живот; я не ожидал услышать такие слова.
Её глаза сверкали, полные слёз, но она сдерживала их. Я чувствовал, как пространство между нами сжимается — каждое её слово пробивало меня, как острый нож. Я остановился на месте, пытаясь осмыслить её ответ. Внутри меня всё перевернулось; я не знал, как реагировать на это.
Я не верил ей. Нагло врет, смотря прямо в глаза. Внутри меня разразилась буря эмоций — гнев, недоумение, но также и желание. Я не мог позволить ей уйти так легко, не мог оставить всё на произвол судьбы.
Я медленно положил руки ей на плечи, чувствуя, как её тело напряглось от неожиданности. Она смотрела на меня с удивлением, её глаза распахнулись, словно она не могла понять, что происходит. В этот момент я понял, что больше не могу сдерживаться. Я притянул её к себе, и наши губы встретились в поцелуе.
Сначала она не ответила — её губы сжались, а дыхание стало прерывистым. Я почувствовал, как внутри меня зашевелилась неуверенность. Может быть, действительно ничего не было? Но затем, к моему удивлению, её губы приоткрылись, и она ответила на поцелуй.
Всё вокруг словно исчезло. Я потерял счёт времени и месту — остался только я и она. Я чувствовал тепло её тела, её дыхание, которое смешивалось с моим. В этот момент все сомнения и страхи растворились; оставалась лишь эта искра между нами. Я углубил поцелуй, ощущая, как она начинает расслабляться, отвечая мне с той же страстью.
Её руки нашли дорогу к моим щекам, и я почувствовал, как она притягивает меня ближе к себе. Это было настолько неожиданно и прекрасно одновременно. Каждый миг казался вечностью. Вокруг нас всё ещё витали слова и недоумение, но в этом поцелуе не было места для сомнений.
*********
Немного юморная и неожиданная глава
Мой тгк : forsbooking там будут спойлеры
Тт : fors.booking крутой контент по фанфику