41
—------------------------જஓજ જஓજ-------------------------—
✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨
Arina Kostrova
Я стояла у кухонного гарнитура, руки мои были заняты поиском подходящих стаканов. Деревянные полки слегка скрипнули под моими пальцами, когда я отодвигала ряды хрусталя и стекла.
Наконец, я выбрала пару высоких, прозрачных стаканов, и, поставив их на стол, подошла к холодильнику. Холодный металл дверцы приятно холодил ладони, когда я открыла ее, в поисках двух бутылок с газировкой.
Свет внутри холодильника ярко освещал его содержимое, подсвечивая капельки конденсата на стеклянных стенках.
Отыскав нужные бутылки, я повернулась, чтобы поставить их на стол. И тут я увидела Никиту.
Он стоял в дверном проёме, опершись о косяк, и наблюдал за мной. Его взгляд был настороженным, не привычно тёплым и дружелюбным, а скорее осторожным, испытующим. Он сделал несколько медленных шагов в мою сторону, и я чувствовала, как внутри меня возрастает напряжение.
—Мы давно не общались, — пробормотал он, опершись локтем о холодную поверхность столешницы.
Голос его был тихим, с едва слышным томным оттенком.
Я кивнула, и не медленно подошла к столу. Поставив бутылки на глянцевую поверхность, я взялась за крышку одной из них. Но она не поддавалась.
Крышка была закреплена чрезвычайно крепко, как будто её приклеили. Я попыталась ещё раз, приложив больше усилий, но безрезультатно. В моих руках начало чувствоваться неприятное напряжение.
—Я открою, — проговорил Никита, подойдя ко мне сзади.
Его голос звучал хрипловато, низко, и от этого по моей спине пробежали мурашки. Я вздрогнула, неожиданно для самой себя. Медленно повернула голову, и наши взгляды встретились.
В его серых глазах было что-то такое… поглощающее, в них можно было утонуть. Глубокие, темные, полные неизведанных глубин.
Я не отводила взгляда, затаив дыхание. А потом, чуть отошла, давая ему свободно работать. Он быстро справился с бутылкой, легко открутив упрямую крышку. Затем сам начал разливать газировку по стаканам, и я не возражала. Воздух между нами сгустился, наполнился невидимым напряжением, и я чувствовала, как мой пульс учащается.
—Как ты? — спросил Никита, ставя бутылку на стол и аккуратно закрывая крышку.
—Хорошо, а ты? — мой голос звучал ровно, но внутри меня все сжималось.
Мой взгляд скользнул по его лицу, останавливаясь на резких линиях скул, на слегка припухших губах. Он был красив, чертовски красив, но эта красота была сейчас какой-то отстранённой, холодной.
Его взгляд, однако, был устремлён на бутылку. Он что, всерьёз изучал состав газировки? Или это просто способ избежать зрительного контакта? Почему ты не посмотришь на меня? — эта мысль билась у меня в голове, заставляя сердце биться чаще.
—Тоже хорошо, — ответил он, еле заметно улыбнувшись. Улыбка эта была короткой, почти невидимой, и лишь мельком осветила его лицо.
Глубоко выдохнув, чтобы успокоить подступающую панику, я подошла к нему. Моя рука, сама собой, легкая, почти невесомая, коснулась его руки, лежащей на столе. Его пальцы, длинные и сильные, слегка сжались вокруг моей кисти. Это был такой тонкий жест, почти неощутимый, но в нём была сила, и я почувствовала, как тепло разлилось по моей руке.
Я осторожно подняла голову, пытаясь заглянуть ему в глаза. Сердце колотилось, словно бешеная птица в клетке.
—Я тебя как-то обидела? — мой голос немного дрожал, вырываясь наружу с трудом, словно из-под завала.
В нём слышалось и растерянность, и боль, и надежда, что все можно исправить.
—Почему ты так решила? — спросил он, все еще не смотря мне в глаза, а лишь наблюдая за моей рукой, словно изучая её, как какой-то необычный экспонат.
—Ты даже не смотришь на меня! — вырвалось у меня в отчаянии.
Голос сорвался, в нём звучала вся накопившаяся за это время боль, вся невысказанная обида.
Наконец, Никита, словно делая мне большое одолжение, посмотрел на меня. Его взгляд был холодным, полным чего-то неопределённого, и в этот момент его рука тихо выскользнула из-под моей.
Легкий, едва ощутимый контакт прервался. И в этом прерывании я прочитала окончательный ответ.
—Все в порядке, — проговорил Никита, не отрывая от меня взгляда.
Его глаза, серые и глубокие, как зимнее небо, казались сейчас немного более мягкими, но в них всё ещё читалась какая-то скрытая тревога. Голос его был спокойным, ровным, но в нём ощущалась усталость, словно он потратил много сил, чтобы произнести эти слова.
Я кивнула, слабо улыбаясь. Улыбка получилась натянутой, неестественной, и я почувствовала, как сердце сжимается в груди.
На душе стало неприятно, словно кто-то провел холодной рукой по моей спине. И, кажется, Никита это заметил. Его лицо, на долю секунды, стало ещё более серьёзным, а затем он сделал пару медленных шагов ко мне.
Движения его были плавными, обдуманными, словно он боялся меня спугнуть. Его пальцы, длинные и сильные, осторожно легли на мой подбородок, слегка приподнимая голову.
Я почувствовала тепло его прикосновения, но оно не согревало, а скорее, напоминало о том, что между нами зияет пропасть. Его прикосновение заставило меня посмотреть ему в глаза.
—Ты, может, хочешь что-то сказать? — спросил он, медленно, словно обдумывая каждое слово.
Голос его звучал низко, и в нём чувствовалась какая-то затаённая надежда.
Мой разум помутнел, словно от удара. Что сказать? Слова застряли в горле, кажется, я действительно разучилась говорить. В голове пустота, только беспокойство и неясное чувство обиды, смешанное с неразделёнными чувствами.
—Мы скоро от жажды умрём, где вы пропали?! — внезапно раздался голос моей сестры.
Её голос, резкий и взволнованный, прорезал напряжённую тишину, словно ледяной душ.
Никита заметно поджал губы, его лицо стало напряжённым. Он быстро отвел взгляд от меня, отступая на шаг назад. Его прикосновение исчезло, оставляя после себя пустоту.
—Я к Мире пойду, — проговорил он, бросив на меня короткий взгляд
—Неужели я тебя спугнула? — спросила Аида, подходя к Матвееву ближе.
—Не надейся, — отрезал Матвеев, резко поворачиваясь и выходя из кухни.
—А он ничего такой, — проговорила моя сестра, подойдя ко мне с блаженной улыбкой, которая растянулась на всём её лице.
Её глаза сияли, словно она только что получила самый ценный подарок в своей жизни. В её голосо слышалась некая игривость и уверенность в себе.
Я закатила глаза, жестом отгоняя её назойливость.
Взяв со стола стакан, опустошив его одним глотком, чтобы хоть немного утолить мучительную жажду. Горло пересыхало, и холодная газировка казалась настоящим спасением.
Всё это время Аида наблюдала за мной, её пристальный взгляд вызывал на моей спине целый табун мурашек. Это чувство было неприятным, оно напоминало мне о том, как часто она вмешивается в мою жизнь.
Я качнула головой в сторону, давая ей понять, что жду, что она скажет что-то. Её молчание напрягало меня, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. Что она хочет? И почему смотрит на меня так?
Как только Аида открыла рот, собираясь что-то сказать, в кухню, словно вихрь, влетела Мира.
Я, честно говоря, никогда не радовалась её появлению так сильно.
Её энергичный вход, словно взрыв радости, мгновенно рассеял напряжение, витавшее в воздухе после ухода Матвеева и навязчивого внимания Аиды. Мира, запыхавшись, сбивчиво выпалила:
—Арина, мне позвонили, нужно отойти. — Она уже натягивала куртку, её движения были быстрыми и немного суетливыми, подчёркивая её спешку.
Я кивнула, беря в руки бутылку с водой. Горло всё ещё пересыхало после предыдущего глотка.
Наливая себе ещё немного жидкости, я старалась не обращать внимания на Аиду, которая с интересом наблюдала за моими действиями.
Её взгляд был таким же пристальным, как и раньше, вызывая всё тот же неприятный холодок на коже.
Сестра подошла ко мне, ловко выхватывая бутылку из моей руки и ставя её на стол. Её движения были плавными, уверенными, словно она была хозяйкой ситуации.
—Пошли в магазин сходим, а то мальчишки мало купили.
✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨
Аида и Никита шли позади меня, живо разговаривая о чём-то, и я отчётливо ощущала себя третьей лишней в этой компании. Их весёлые голоса и периодические смешки доносились до меня, но я словно была в своей собственной сфере, отгороженной от них невидимой стеной.
Мои мысли путались, ощущение отчуждённости застилало всё вокруг.
Подойдя к магазину, я протянула ладонь к ручке двери — и в тот же момент почувствовала, как рядом с моей рукой оказалась чужая ладонь.
Подняв взгляд, я встретила взгляд молодого парня, примерно лет двадцати. Высокий брюнет с глубокими карими глазами смотрел на меня с лёгким извинением.
—Извини, — тихо сказал он, убирая руку с моей ладони, его голос был мягким, без малейшей злости.
—Ничего, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие, открывая дверь.
Парень поспешно подставил свою руку у двери, слегка распахивая её шире, чтобы пропустить меня вперёд. Его жест был галантным и одновременно непринуждённым — небольшое проявление вежливости, которое в этот момент мгновенно привлекло моё внимание.
Несколько секунд наши взгляды пересеклись, и я ощутила, как сердце немного ускорило свой ритм.
Я взяла тележку, направляясь к полкам с чипсами. Передо мной раскинулся бесконечный ряд разноцветных упаковок, каждый из которых обещал свой неповторимый вкус.
Мой взгляд метался между классическими солёными, острыми пряными и необычными сырными вариантами, пытаясь решить, что выбрать.
В этот момент ко мне подошла сестра, её глаза также скользили по полкам, внимательно изучая ассортимент. Она остановилась рядом, слегка наклонив голову, и, посмотрев на меня, повернулась с лёгкой улыбкой.
—Я заметила, что Никита к тебе неровно дышит, — проговорила Аида, небрежно беря с полки пачку чипсов.
—С чего ты решила? — удивлённо спросила я, поворачиваясь к ней.
Внутри всё похолодело от неожиданности, от неловкости. Я не ожидала подобных заявлений от Аиды, особенно сейчас.
—Он с тебя глаз не сводит, — проговорила Аида, её улыбка была лёгкой, едва заметной, но я уловила в ней скрытый смысл, намек на что-то большее, чем просто дружеское наблюдение.
Её взгляд был пристальным, изучающим.
—Не говорите глупостей, — пробормотала я, чувствуя, как комок подступает к горлу.
Слова застревают, не желая вырываться наружу. Мои щеки вспыхнули румянцем, а сердце заколотилось быстрее.
—Если он тебе не нужен, я заберу его себе, — неожиданно заявила Аида, направившись в сторону Никиты.
Её движения были быстрыми, уверенными, и в них не было ни капли сомнения. Её слова прозвучали как вызов, как брошенная перчатка.
Я резко пришла в движение, быстро шагнув за ней, хватая Аиду за руку, разворачивая её к себе. В её глазах я увидела не просто шутку, а настоящее желание.
—Что это значит, «заберу себе»? — удивлённо спросила я, пытаясь скрыть нарастающую тревогу.
Мои слова звучали не уверенно, а скорее как вопрос, адресованный не только ей, но и самой себе. Я чувствовала, как напряжение сгущается вокруг нас, создавая невидимую стену между нами.
—Он ничего такой, красивый, — проговорила Аида, её взгляд ненадолго скользнул в сторону Никиты, а затем вернулся ко мне.
В этом взгляде я увидела не только желание, но и некую… уверенность в собственной привлекательности. Её слова, сказанные легко, непринуждённо, тем не менее, звучали как серьёзное заявление о её намерениях.
—Расслабься, вижу же, что он тебе тоже нравится, — проговорила сестра, поправляя свою шапку, её голос звучал как-то слишком уверенно, немного насмешливо.
—Не правда, — пробормотала я, стараясь скрыть волнение, слова получились скомканными и невнятными.
Я отвлеклась, решив переключить внимание на покупки. Быстрым движением руки я сгребла несколько пачек чипсов разных вкусов, стараясь выглядеть максимально естественно, и направилась к полкам с напитками, где уже стоял Никита, рассматривая ассортимент. Аида не последовала за мной, оставаясь у полок с чипсами.
Подойдя к Никите, я остановилась в нескольких шагах, рассматривая ряды бутылок. Моё сердце билось быстрее, чем хотелось бы. Я невольно прикусила губу.
—Так легко флиртуешь с посторонними, — внезапно сказал Никита, его голос был неожиданно низким и серьёзным.
Эти слова заставили меня резко обернуться.
—Что? Прости?! — вырвалось у меня, я была искренне удивлена и немного растеряна.
—Ты всем посторонним так улыбаешься? — повторил он, медленно поворачиваясь ко мне, его взгляд был пристальным и немного вызывающим.
—Тебя так это… задело? — не удержалась я, в голосе проскользнула лёгкая ирония. Вопреки собственному желанию, я взяла с полки бутылку воды.
—Мне нет до этого никакого дела, — резко ответил Никита, словно желая опровергнуть мою иронию.
Он выхватил бутылку из моей руки и молча положил её в тележку.
—Я бы и сама положила, — пробурчала я, раздражение всё сильнее нарастало.
Никита лишь закатил глаза, демонстрируя своё безразличие.
Но я видела, как напряжены его плечи, как сжаты кулаки. Его безразличие — лишь маска.
Матвеев резко развернул тележку к себе, его ладони уверенно легли на ручку направляясь к полкам, со сладостями. Я поспешила за ним, чувствуя лёгкое волнение. Сердце билось быстрее, чем хотелось бы.
—Просто слов нет, — тихо проговорил Никита, его голос был еле слышен, но в нём чувствовалась какая-то скрытая напряжённость.
—Что ты сказал? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие, хотя внутри всё бурлило. Я надеялась, что смогу понять, что он имел в виду.
—Я ничего не говорил, — ответил он, останавливаясь и поворачиваясь ко мне. Его взгляд был непроницаемым, и я не могла понять, что он чувствует на самом деле.
—Ну конечно, — прошептала я, обходя его, стараясь избежать прямого контакта.
Но парень, словно предвидя мои действия, мягко, но уверенно, придержал меня за локоть, не давая уйти.
Я сделала пару шагов назад, медленно поднимая голову, чтобы посмотреть ему в глаза. Его лицо было близко, и я чётко увидела мельчайшие детали. Воздух вокруг стал густым, напряжённым, и я с нетерпением ждала, что же будет дальше.
—Ты спрашивала, почему я на тебя не смотрю, — проговорил Никита, его голос был тихим, но в нём чувствовалась сталь.
Он слегка наклонил голову, заставляя меня встретиться с его взглядом. Серые глаза, обычно такие глубокие и таинственные, сейчас казались напряжёнными, словно он боролся с самим собой.
—А почему ты не смотришь на меня?
Я выдохнула, отводя глаза.
Его пристальный взгляд давил на меня, заставляя чувствовать себя неловко и растерянно. Слова застревали в горле, словно ком.
—Ну, точнее, смотришь на меня, только как на друга, — в его голосе прозвучала горькая усмешка.
Она была едва заметна, но я почувствовала, как в моих венах стынет кровь. В этих словах — всё его разочарование, его боль, и, возможно, моя вина. Острая, колючая боль пронзила меня, подтверждая мои самые страшные опасения. Я была не права. Я действительно испортила что-то очень важное.
—Никита, я… — начала я, собираясь объяснить свою предыдущую реплику, но меня перебили.
—Я вас потеряла, — проговорила Аида, её голос прервал накаляющуюся между мной и Никитой напряжённость.
Она подошла к нам, её лицо сияло, в руках она держала целую охапку шоколадок и конфет, которые тут же начала кидать в тележку. Я внимательно посмотрела сначала в переполненную сладостями тележку, а затем на сестру.
—Ты хочешь, чтобы мы в следующем году сразу к стоматологу пошли? — спросила я, разглядывая яркие обертки шоколадок. Количество сладостей действительно впечатляло.
—Их тут совсем не много, — ответила Аида, наклоняя голову в сторону и прищуривая глаза, словно пытаясь убедить нас в своей правоте.
—Да их тут больше пятидесяти! — подтвердил Никита, его голос звучал весело, но в нём всё ещё чувствовалась лёгкая напряжённость, отголоски предыдущего разговора. Он тоже с интересом разглядывал содержимое тележки.
—Ну вы и зануды, — простонала Аида, беря меня за руку и чуть ли не силой ведя в сторону касс.
Её настроение резко сменилось, и она явно не собиралась больше обсуждать количество сладостей.
✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨
Подходя к дому, я старалась не смотреть по сторонам, избегая встречи с Аидой. Сестра всегда знала, как подловить меня в самый неподходящий момент, и вот она снова решила напомнить о себе, появившись из-за угла.
— Ты надоела мне, хватит сохнуть по Барсову, — прошипела она с презрением.
Я вздохнула, чувствуя, как внутри все закипает. Она всегда умела задеть за живое.
— Перед тобой шикарный парень, — продолжила она, бросив взгляд на Никиту, который стоял у двери, будто ждал подходящего момента, чтобы войти.
— Ну так забирай! — вырвалось у меня, и я почувствовала, как злость накрывает меня с головой.
— Забрала бы, если бы он не был влюблен в тебя, — произнесла она чуть громче, чем следовало, и в этот момент Никита повернулся к нам.
Сердце замерло. Он не слышал наш разговор? Хотя мне уже не было до этого дела. В голове метались мысли о том, что я могла бы сказать или сделать, но слова застряли в горле.
— Арина, я сейчас поставлю пакеты и вернусь, поговорить надо, — твердо заявил он, и я не успела ответить, как он развернулся и зашел в дом.
Внутри меня все закололо. Я осталась одна с Аидой, которая смотрела на меня с хитрой улыбкой, словно зная что-то важное.
— Почему ты так улыбаешься? — спросила я недоуменно, не понимая ее намерений.
— Ты так и не поняла?? — удивленно воскликнула она.
Ее слова повисли в воздухе. Я замерла, не в силах поверить в то, что она хочет сказать.
— Он признаться тебе в любви хочет! — произнесла Аида с искренним восторгом.
Эти слова пронзили меня, как молния. В голове закружилось: Никита? Влюблен в меня? Мысли путались, и я не знала, как реагировать. На душе стало тревожно.
✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨❖✨✨✨
Парк светился огнями, создавая волшебную атмосферу, наполненную предвкушением Нового года. Я шла рядом с Никитой, но мысли мои были далеко. Счастливые парочки проходили мимо, держась за руки и смеясь, и я невольно оборачивалась, ощущая, как внутри меня растет напряжение.
— Так о чем ты хотел поговорить? — произнесла я, стараясь не встречаться с его взглядом и глядя под ноги. Сердце колотилось в груди, и я чувствовала, как волнение нарастает.
— О наших взаимоотношениях, — сказал он, останавливаясь и заставляя меня тоже замереть на месте.
Я повернулась к нему, выдохнув, и подняла глаза. В ту секунду все вокруг словно замерло. Его лицо было серьезным, а в глазах читалась решимость.
Неужели он действительно собирается признаться в любви? Мысли путались в голове, и я поняла, что совершенно не готова к такому повороту событий. Как ответить? Чувства к нему были сложными и запутанными.
— Арина, я в тебя влюбился. Думаю о тебе каждую секунду.
Я замерла. Его признание отозвалось в моем сердце громким эхом. Все чувства, которые я пыталась скрыть, внезапно нахлынули на меня с новой силой.
Я пыталась собрать мысли воедино, но они ускользали от меня, как снег под ногами. Внутри меня бушевала настоящая буря. Я смотрела в его глаза и не понимала, не осознавала, что происходит.
—Арина, ты меня слышишь? — голос Никиты, спокойный и немного отстранённый, вырвал меня из оцепенения, из потока мыслей.
—Ты что-то сказал? — спросила я, поднимая глаза на Никиту.
—Я говорю, что наше общение заходит в тупик, — спокойно, почти безэмоционально произнёс он.
—А ещё… — начала я, ожидая
продолжения, надеясь, что он всё-таки объяснит, что происходит, но мои ожидания не оправдались.
—Это всё, — проговорил он, пожав плечами, словно избавляясь от какого-то груза.
Всё?! А как же его слова, его взгляд, его признание — "ты мне нравишься"? Я же не могла это придумать! Не могла выдумать это чувство, или надежду, что поселились во мне… Этого просто не могло быть. Или могло?
Я резко выдохнула, отступая от Никиты на шаг, пытаясь привести в порядок мысли, которые в этот момент кружились в голове беспорядочным вихрем.
Мозг отказывался работать, я чувствовала себя растерянной, запутавшейся в собственном мире, в собственном восприятии реальности.
Что за самовнушение? Почему мой мозг придумал, что Никита признался мне в любви? Это всё из-за Аиды, она меня настроила на это, внушила мне нереальные ожидания, и теперь я сама себя обманывала, витала в облаках, построенных на её словах.
Когда я думала, что хуже уже быть не может, мне доказывали обратное.
Подняв глаза, чтобы продолжить разговор с Никитой, я увидела позади него две до боли знакомые фигуры. Сердце тут же подскочило к горлу, застучав бешено, мозг закружился, словно готовясь взорваться от переизбытка эмоций.
Мира и Денис стояли совсем рядом, чуть поодаль от нас, но их близость была очевидна. Они стояли так близко друг к другу, что я невольно затаила дыхание. Никита, заметив направление моего взгляда, обернулся, а затем снова посмотрел на меня, его лицо выражало немое беспокойство.
В следующее мгновение Мира поцеловала Дениса. Это было слишком. Слишком неожиданно. Слишком больно. Я не была готова к этой сцене, к этому зрелищу. Слезы, подёрнутые инеем от мороза, застывали на ресницах, а волосы, развеваемые ветром, липли к лицу, словно пытались скрыть мои слезы от чужих глаз.
—Арина, — тихо прошептал Никита, осторожно кладя руку мне на плечо.
В ответ я лишь замотала головой, давая понять, что сейчас не готова говорить, не готова к разговору, не готова к объяснению, что происходит в моей душе.
Боль от увиденного затмила всё остальное, и я просто стояла, стискивая кулаки, чувствуя, как горькие слезы застывают на моих щеках.
—Неужели после всего того, что он сделал, ты до сих пор любишь его? — спросил Никита.
Грубость в его голосе была явной, резкой, словно удар. Он не пытался смягчить свои слова, не пытался выбрать более подходящие выражения. Это был прямой, неприкрытый вопрос, который заставил меня вздрогнуть.
—Никита, замолчи, — прошептала я, голос мой был едва слышен, задавленный эмоциями и слезами.
—Я разве не прав?! — Никита резко развернул меня к себе, его пальцы, сильные и немного грубые, подняли мою голову, заставляя встретиться с ним взглядом.
—Забудь его и живи дальше! — продолжил он, его голос звучал уже на повышенных тонах, словно он пытался пробить стену моего молчания, моего отчаяния.
— Или так и будешь по нему убиваться? — последние слова прозвучали с определённой настойчивостью, заставляя меня чувствовать себя неловко, виноватой, не в силах дать ему адекватный ответ.
Мой тгк : forsbooking там будут спойлеры
Тт : fors.booking крутой контент по фанфику