Глава 8
Мне починили ноут, и я постараюсь за оставшееся время каникул писать как можно чаще.
Добра ^-^
Поступление. Для каждого это слово представляет свою ценность. Некоторые идут поступать по указке родителей, другие - ради мечты. Поступление не ограничивается экзаменами и проходными испытаниями, соперничеством и стремлением взять высший бал. Если ты поступаешь, ты на несколько лет пропадаешь в учебе, заводишь новые знакомства, и возможно, новых друзей. Ты начинаешь учиться. С учёбой ты сам меняешься, медленно, но неотвратимо.
Сквозь сон, я чувствовала солнце у себя на лице. Лучи перемещались то на нос, то на глаза, будто пытаясь разбудить меня. Ветер, сквозь открытое окно, проникал под одеяло и щекотал обнаженную кожу. Природа явно давала понять, что спала я предостаточно.
Повернувшись на бок, я всё же открыла глаза... и взгляд тут же будто затуманился, и стали мелькать моменты инициации. Вспомнив боль, тело свело судорогой, и я свернулась, обхватывая себя руками. Даже на тренировках, получая сильные травмы и переломы, мне не было так больно, как тогда. Некая сила будто выламывала кости, и двигала ими, соединяя и разъединяя, мышцы будто жгли и играли на них, как на струнах музыкального инструмента.
С трудом сдержала крик, так как даже воспоминания давали неприятные чувства всему организму. Мама не говорила, что будет так больно. Или она не знала, или же не хотела пугать. Но факт остаётся фактом - боль была, и такая, что её не скоро забудешь.
Уже шли третьи сутки моего практически беспробудного сна. Первые сутки я спала, и разбудить меня не смог никто. На вторые - в меня вливали бульон, и опять клали спать. И вот сегодня, я наконец-то готова встать с постели.
Сесть получилось с трудом, а встать... не получилось вовсе. Ноги не хотели держать, руки тряслись, и я вновь и вновь падала на постель. От злости и бессилия, на глазах выступили слёзы.
- Черт! - процедила сквозь зубы, впечатывая кулак в одеяло.
Пару раз глубоко вдохнув, и выдохнув, выставила правую ногу чуть вперед, а левую - немного позади, и - встала. Качало меня так, будто я стояла на палубе корабля в шторм, и пришлось быстро хвататься за тумбу.
- Самое тяжелое во все времена - поднять зад от дивана. Сложное я сделала, осталось дойти до ванной. - проговорила вслух, и мелкими шажками направилась к небольшой двери. - Будто меня черти пожевали и выплюнули! Кошмар какой...
Под свой же бубнёж, по стеночке, я дошла до ванной и набрала воду в мраморную бадью. В горячей воде с маслами, боль в теле стала отступать медленно, но верно. Масла, крема и мази стали регулярно появляться и обновлять после тренировок. Что конкретно нужно брать расписал сам мэтр, и мы с Тодом уже на протяжении многих лет обогащаем лавку одного старика.
Когда с водой и маслами было кончено, пришлось через боль втирать лечебные, дурно пахнущие мази. И после этих не самых приятных процедур, я смогла даже сама ходить, не опираясь об устойчивую мебель.
Глянув в окно, с неудовольствием заметила, что яркое солнечное небо стало затягивать тучами, и полезла за плащом с капюшоном. Перед тем, как выйти из комнаты, остановилась около зеркала. Распущенные тёмные волосы, бледная кожа, синяки под глазами...
- Хоть сейчас для роли трупа в театре. - пробурчала, и вышла в коридор.
Внизу раздавались голоса, и, чтоб уж точно найти живых в этом доме, я пошла на них. По лестнице спускалась, сжимая зубы, а внизу, спустившись с последней ступеньки, остановилась передохнуть. На кухне, откуда и были слышны голоса, был Виртан, Армиаль и Тод. Они стояли над игровой доской и ожесточённо спорили. Эта разношерстная компания пыталась выяснить, была ли победа, или нет.
- Смотри! Эта фигура перекрывает твою с этой стороны, а фигура Армиаля закрывает ходы с этой стороны. - пытался донести мысль до Тода брат. - Ты не мог выиграть, так как с двух сторон у тебя угроза!
- Но на пути этих фигур, которые угрожают моей, стоят ещё две мои фигуры, которые мою и защищают. Победа! - с такими же интонациям говорил Тод.
Подойдя ближе, со стороны эльфа, я стала рассматривать положение фигур на игровой доске. Фигуры эльфа грамотно окружали противников, притесняя их к краю доски. Причем он сумел сделать так, что двое противников скоро или сдадутся, или погибнут. Фигура Тода, которая по его версии должна была сейчас победить, действительно находилась под угрозой, но не двойной.
- Тод, две фигуры ушастика пробрались к тебе в тыл, и угрожают практически всем твоим фигурам. Так же, угроза идёт и со стороны авангарда. У тебя братец, тоже в фигура завелась крыса, которая может за пару ходов перебить все твои фигуры. В общем, вы оба проиграли, а Армиаль победил.
Я мило посмотрела на ребят, которые только сейчас меня заметили, но на приветствие их не хватило, они хмуро кивнули и уткнулись носами в доску. Только Армиаль, который уже выиграл, отвернулся от игры и обнял меня. Игра, что так поглотила ребят, называлась хексайдрон. Имелась доска, у которой шесть углов и расписана она мелкими шестигранниками чёрного и белого цвета. На крайних шестигранниках располагались в два ряда по пять фигур. Сами фигуры были похожи на вытянутые вверх кругляши. Играть могло от двух до шести игроков. Выигрывал тот, у кого осталось больше всего фигур, или же тот, кто лишил противника ходов.
- Как ты себя чувствуешь? - спросил эльф, усаживая меня на стул. - Голодна?
- Да. - ответила на второй вопрос, и стала наблюдать, как Армиаль разогревает очередной шедевр кока. - Ты боль снять можешь?
- Это к Медиалю. Ты же знаешь, что лекарь у нас он. - не отвлекаясь от разогрева еды, сказал эльф.
- Точно, брат Таля. - щёлкнул пальцами. - Где он сейчас?
- В городе где-то. Скоро должен вернуться. - Армиаль наконец-то развернулся и подал мне тарелку с едой.
Таль, как и всегда, готовил превосходно и потому еда пропала с тарелки практически мгновенно. Во время еды мы с Армиалем молчали и наблюдали, как двое парней пытаются разобраться в хитрой эльфийской стратегии. Встав со стула, чтобы отнести помыть тарелку, внезапная мысль пронзила меня и я едва ли не споткнулась на месте. Мне теперь официально доступна магия, и хоть сейчас резерв восполнился лишь на половину, но даже этого предостаточно!
Взмахнув рукой, и прочитав коротенькое бытовое заклинание, тарелка стала чистой! Мой радостный возглас разнесся по дому. Можно колдовать, не оглядываясь на закон! Не шарахаясь в сторону при виде людей, одетых в чёрную одежду с золотыми швами.
От моего крика, от игры оторвались парни, и даже Армиаль немного испугался.
- Ты чего? - озвучил повисший в воздухе вопрос Виртан.
- Я. Могу. Колдовать. - улыбка с моего лица не желала пропадать. Только брат почувствовал, что я не договорила, но просить продолжить не стал. Все понял и так.
Он подошёл, и крепко обнял, давая понять, что он всегда со мной и что он всё понимает. Я даже не слышала, что говорили остальные ребята. Эта молчаливая поддержка стоила всех тех слов, что говорили другие.
Отстранившись от брата, я всучила ему тарелку, левитацией подозвала себе ботинки с коридора, оделась и пропала. Мгновенный разрыв тканей мира. Я около года обучалась этому заклинанию, но перемещалась только от стенки до стенки подвала и под присмотром брата. Сейчас же, я открыла глаза, и обнаружила себя стоящей в прогулке, что находится в квартале от здания контроля. Даже здесь уже было очень много констеблей. Не задерживаясь, я вышла на главную улицу и пошла за людьми в чёрной одежде. Пришла, куда нужно, и спросив у молодого парня, где искать нужного мне констебля, отправилась на поиски.
Искала долго, и даже несколько раз спрашивала дорогу у встречающихся констеблей, из-за чего возникло чувство, что у меня прогрессирует топографический критинизм. Один из констеблей, увидев моё бедственное положение, сам проводил меня до нужной мне двери, на которой висела табличка с именем: "констебль Элнер, главный хранитель".
- Главный? - удивилась, прочитав надпись. - А какого главный сам сидит и оформляет инициируемых?
- Ему было скучно. - ответил мужчина, что меня проводил. - Проходите.
Он постучал, открыл дверь, и подтолкнул меня в кабинет. Подло, но действенно. В небольшом помещении оказалось светло. И дело было не в том, что дневной свет проникал через окно, нет, тут была светлая резня мебель, и такого же оттенка мягкие кресла.
- Симанира, верно? - заметил меня хозяин кабинета. - Здравствуй. Присаживайся, как ты себя чувствуешь?
Поздоровавшись в ответ, я присела в мягкое кресло, и заговорила:
- Вам как исследователю, или это простое волнение? - вопрос был задан не в целях оскорбить мужчину, который теперь будто помолодел на лет двадцать, нет, мне просто надо было знать, как и что рассказывать. К счастью, констебль Элнер это понял.
- Мне бы хотелось знать подробности, но и о вашем здоровье я тоже волновался. - мне приятно улыбнулись.
Кивнув, я быстро пересказала ощущения, состояние и симптомы. Если сначала мужчина просто слушал, то потом решил записать. Как он сказал, этот случай надо документировать.
- Как вы справились с болью сегодня, если только что говорили, что с утра встать не могли? - заинтересовался констебль, отрываясь от листа бумаги.
- Понимаете, я с десяти лет занимаюсь у мэтра Фургуаля. Тренировки не всегда проходили благополучно, и потому приходилось часто покупать лечебные масла и мази, которых теперь у меня в избытке. Воспользовалась ими. - я облокотилась о спинку кресла, и проверив состояние своего тела, поняла, что боль скоро вернётся.
- Фургуаль? Светлый эльф? - удивился констебль Эрнел. - Он взял в ученики человека?
- Даже двух. - вновь улыбнулась. - Когда я пришла к нему, у него уже занимался мальчик моего возраста. Он достал нашего мэтра упертостью. Каждый день приходил и просил принять к себе. Мэтр оценил, и принялся его обучать. Когда пришла я, меня поставили в спарринг с тем мальчиком, и по результатам меня взяли.
- Вы победили ученика эльфа? - ещё больше удивился мужчина. Это было даже смешно.
- Меня так же некоторое время обучал эльф. Он меня и привёл к мэтру Фургуалю.
Констебль поднялся со своего кресла, и прошёлся по кабинету, явно переваривая информацию. Я понимала, и потому молчала. Ждала, пока мужчина созреет для нового вопроса.
- Почему первый эльф взялся за ваше обучение? - ко мне опять повернулись лицом.
Вздохнула, думая, насколько много можно рассказать. Мне обещали защиту, секретность, да и мужчина вызывал лишь положительные чувства. Он был действительно хорошим человеком, я знала. И в этом я никогда не ошибалась.
- Случилось так, что в десять лет, на два периода луны я стала работником одного высокопоставленного эльфа. Простите, имени не могу сказать, был заключён контракт. Я была его личным говорящим на торговых переговорах. Так как путешествовали мы отрядом, меня там научили драться, готовить, и держаться в седле. А так же некоторым другим направлениям.
Говорила спокойно, смотря в упор на человека и понимала - не обидит. И потому, когда прозвучал вопрос, сколько я знаю языков, ответила честно:
- Все, констебль Эрнел. Любое наречие, любой диалект или руны. - говорила серьёзно, не шутя, и мужчина это понимал.
Он протёр резко вспотевший лоб платком, и тяжело опустился в кресло.
- Кто... кто вас обучал?
- В начале - мама, а после - сама. По книгам, рукописям, фолиантам и свиткам. - это была правда. К шестнадцати я выучила все языки, доступные нашему миру. Они давались легко, будто я всегда их знала. Но ответа я до сих пор не нашла.
- Сколько ушло времени на изучения стольких языков? - задал новый вопрос констебль.
- Тринадцать. - посчитав, ответила собеседнику.
- Вас обучали с четырёх лет? - сипло спросил мужчина. Главное, не довести его до приступа. Все таки не молодой уже.
- С трех. - поправила аккуратно. - Я все выучила к шестнадцати годам.
Мужчина нажал на какую-то кнопку, и через пару секунд в комнату вошёл паренёк лет десяти. Констебль Эрнел попросил воды, которую ему очень быстро принесли.
- Симанира... Вы уверены, что хотите обучаться в академии? Мы можем выделить вам учителей из управления и они сами будут вас обучать. - сделал странное предложение мужчина.
- Простите, но последним словом матери была просьба пойти учится в академию. Предупреждал ваш вопрос, мама умерла от инфекции.
Предложение было заманчивым, даже очень. Я бы смогла жить дома, ходить на работу и видеться с братом, ведь в академии студенты практически взаперти. За годы проживания в студенческом городе, все заучили, что студентов отпускают в город два раза в седмицу. Остальные пять дней там проходит обучение, и территорию не может пересечь, как чужак снаружи, так и студент изнутри.
- Сожалею. - я кивнула на слова мужчины. - Хорошо, сможете ли вы тогда приходить один раз в неделю на час или два, для составления отчета о вашей силе? Думаю, проблем у вас с ней будет не мало, и нужны будут советы.
- Я буду приходить, но про отчёт будете знать только вы. Это не просьба, условие. - на мои слова констебль кивнул. - Так же, если вы посчитаете нужным рассказать кому либо о моей силе, сначала этого человека, или нелюдя, увижу я.
- Симанира, мы сейчас составим магический договор, и все условия туда включим, хорошо? Те же люди, которые участвовали в вашей инициации, будут подвергнуты клятве на крови, или же им сотру память менталисты. Какой вариант вас устраивает?
- Второй. И менталисты не должны просматривать их воспоминания, это ясно? Просто, указываете период времени и дату. - и мне вновь удалось удивить мужчину. - Я много читаю.
- Заметно. - настороженно сказал мужчина.
Договор составляли долго. Мы учитывали все нюансы, требования и условия. В самом конце констебль принёс нам травяной сбор, и некоторое время мы молча сидели и пили горячий напиток. За окном моросил сильный ливень, а в камине играли язычки горячего пламени. Изредка, мы оба поглядывали на магический пергамент, на котором постепенно появлялись золотые руны. Этот пергамент был хорош тем, что записанное на нем не может быть не исполнено. Обычно, такой пергамент использовали короли для присяги высших чинов и аристократов, но служба контроля тоже не гнушалась такими листиками. Так же магический пергамент проверял написанное на противоречия или несостыковки. В общем, очень полезная вещь.
- Вот и всё. - сказал мужчина, когда засветились последние строки. - Осталось оставить капли крови, и договор заключён.
Наблюдая, как констебль Эрнел роняет каплю крови на пергамент, кровь едва не застыла в жилах. Документ считывал истинное имя.
- Прежде чем я дам свою кровь, вы должны дать мне клятву верности. Иначе договор заключён не будет. - высказалась, когда мне протянули иглу и лист.
- Симанира... Такую клятву приносят только королям. Я не могу этого сделать. - хмуро проговорил мужчина, откидываясь назад.
- Поверьте, я делаю это только ради своей безопасности. И если бы в этом не было нужды, я бы о таком не попросила. - я же наоборот села ровнее. - Для вас угрозы никакой не будет, и я даже разрешаю вам убрать из клятвы слова об обязанности выполнения моих требований. Но остальное должно быть озвучено в клятве.
Молчал констебль долго. А потом, в кабинете резко прозвучали слова клятвы верности. Полной клятвы, без исправлений и дополнений.
В тот же момент я проколола палец, и красная капля упала рядом с полным именем констебля. Имя засветилась на ппргаменте красным светом, как и должно быть у представителей моего рода.
- Симайла Вилео Элегиз, наследная принцесса Заринского престола. - прочитал бледный мужчина.
На меня смотрел, как на приведение, боясь вдохнуть или выдохнуть. Он даже наверное не моргал.
- Принцесса? - переспросил мужчина, надеясь видимо на обман собственного зрения.
- Собственной персоной. - кивнула, смотря с интересом на констебля.
Мужчина резко подорвался на ноги, и опустился на одно колено. Скривилась, но позволила встать. Впервые в жизни мне кланялись вот так, и чувствовала я себя неудобно.
- Простите, но на вопросы отвечать не буду. - опередила мужчину. - Только скажу, сейчас страной правит не мой отец, и он не подозревает, что я жива. Несколько человек знают правду, и все молчат, что советую делать и вам. Я обычная девушка с сильным даром к магии и всё.
- Но... Ваше вы...
- Просто Симанира, констебль Эрнел. - перебила мужчину.
- Симанира... Я сохраню вашу тайну, обещаю. Даже без клятвы сохранил бы. - на меня смотрели честные глаза, без капли лжи, яда и лицедейства.
- Я верю. Но вы должны меня понять. - мне кивнули.
Расстались мы с мужчиной довольные друг другом. К концу разговора мужчина привык называть меня по имени, что было очень хорошо. Из-за пергамента разговор пошёл совсем не так, как хотелось бы, но наверное, так даже лучше. Теперь этот человек будет верен мне и душой, и сердцем. И не Симанире, нет - Симайле, наследнице Заринского королевства.
После того разговора я с трудом добралась до тёмного переулка, промокнув почти на сквозь, и переместилась домой. И там меня уже вылечил Аль, братик нашего кока. Весь разговор с констеблем я пересказала брату только через неделю, когда наши гости разъехались по домам. Он долго молчал, обдумываю сказанное, но пришёл к тому же выводу, что и я - все сделано к лучшему.
Дальше полетели рабочие будни, тренировки и гулянья с друзьями. Мы отдыхали, как могли, веселились и делали безумные вещи. Особенно отличались я и Тод, так как мы оба понимали, конец нашей свободе скоро. Я с завистью и радостью смотрела на Мику, которая нежилась в объятиях нового парня, и понимала, что благодаря брату-извергу парень у меня появится не скоро. Были попытки ребят сделать меня своей девушкой... но все заканчивалось одинаково и они быстро сбегали. Не то что бы я была сильно расстроена, но иногда хотелось любви и ласки. Но "хотелка" быстро успокаивалась, когда я приходила уставшая с тренировок и заваливалась спать.
Поговорив с мэром Фургуалем, мы пришли к решению, что будем ходить заниматься к нему на выходных. А в академии мы должны будем уговорить профессоров заниматься самостоятельно. Нет, магии это касаться не будет, только физической подготовки. В свободное время я стала учить Тода магии, чтобы он поступил сразу на второй курс, как и я. Парень спрашивал, откуда я все это знаю, и когда успела научится, и я даже придумала ответ:
- Тод, я много времени проводила за книгами. Я знаю все в теории, и лишь сама недавно стала пробовать на практике. Так как даётся это легко, я не хочу тратить год на тоже самое, что мы с тобой за два месяца осилим.
И ответ приняли и даже одобрили. Парень стал часто у нас оставаться, и психанув, брат отдал одну комнату в его пользование. Тод, не ожидавший такого, долго благодарил Виртана. Это было понятно... Друг вырос в бедной семье, без отца, и раньше, до мэтра, долго побирался. Мать Тода вскоре перестала уделять старшему ребёнку внимание, и отдалась троим младшим, стараясь вырастить хоть их. И парень помогал, но там этого не ценили... Принимали как должное. И тут, ему просто так отдали комнату, в которой он теперь может оставаться когда нужно или когда хочет, ничего не требуя взамен.
А один раз, я проснулась и поняла - сегодня. К тому дню Тод окончательно перекочевал к нам, и из комнат мы вышли практически одновременно. Он был одет в лёгкие бриджи по колено, светлую рубашку с коротким рукавом и летние ботинки. Я же была одета в бриджи, которые доходили до середины икры и имели много кармашек, зелёную рубашку без рукавов и лёгкие ботинки, похожие на те, в которых мы тренировались. Волосы заплела в высокий хвост, который теперь касался поясницы.
- Я нервничаю. - сообщил мне парень, который выше меня на полторы головы.
- Ты не один в своей беде. - сообщила, пытаясь успокоить трясущиеся руки. - Поедим?
- Сможем? - спросил друг, проводя пятерней по волосам.
- Попробуем.
Мы спустились на первый этаж, и едва ли не споткнулись от увиденной картины, даже волнение отошло на задний план! Виртан, в фартуке с розочками и пони, стоял делал завтрак. Светлые волосы были подвязаны лентой, а на ногах были тапочки с единорогами. Наш смех наверное слышала половина квартала. Мы, согнувшись в три погибели и едва ли не падая, смеялись уже не столько с внешнего вида брата, сколько с его расстеряной моськи.
- Вы чего так рано встали? - растерянно спросил брат, снимая фартук.
- Рано? Через час начало, братец. - успокаиваясь, проговорила, подходя к брату и целуя в щеку. - Доброе утро и спасибо, нервозность как рукой сняло.
- А, да не за что. Это все счастье Таль оставил. Сказал, что ты будешь смеяться. - тапочки брат тоже снял, и теперь выглядел совсем привычно.
- Он не прогадал. - заметил Тод, садясь за стол.
Перед нами, на тарелках, появились аппетитные блинчики, которые умел делать только брат. Даже Таль пытался выпытать рецепт, но, безрезультатно. Рядом была густая сметанка и кружка молока. От такого мы, наверное даже сильно нервничая, не отказались бы.
- Вы сейчас туда придёте, и представьте, какая там очередь будет? - радовал нас Виртан, пока мы ели. - Абитуриенты там собираются с самого рассвета. Приезжие идут уже тоже. Так что или поторопитесь, или подождите.
Мы переглянулись с Тодом, и решили идти сейчас. Отбор будет длиться неделю, и потом, можно будет просто придти и посмотреть на остальных абитуриентов. Мы быстро запихали в себя блинчики, одели обувь и вышли на улицу. Погода выдалась на удивление чудной: светило яркое солнце, обдувал прохладный ветерок, а в воздухе ещё витал запах ночного дождя.
Уже подходя к калитке, я услышала в голове голос брата, который желал мне удачи. За эти годы связь стала прочной, и мы спокойно чувствовали друг друга на расстоянии, разговаривали мысленно, и чувствовали состояние друг друга. Когда стало понятно, что у Виртана есть свои естественные потребности, которые я не хочу ни чувствовать, ни знать о них, нам пришлось перечитывать много литературы, чтобы понять, как ставить блоки. Научились и личная жизнь брата стала куда разнообразнее.
"Мише привет!" - мысленно сказала брату, который наивно полагал, что я не знаю о том, что они с Мишальдой не просто коллеги.
"Ты... удачи, гадость всезнающая." - наивный братец явно хотел сказать больше, но промолчал. Не сдержавшись, улыбнулась.
- Ты чего улыбаешься? - спросил Тод, врезаясь в очередного прохожего.
- Думаю, что в наше отсутствие братец приведёт Мишу. - и опять улыбнулась. - И он считает, что я не догадываюсь.
- Миша? Та девушка с зелёными волосами? - удивился Тод, обходя здоровенного мужчину, ставшего посреди улицы.
- Да, лесная фея. Она в отряде Виртана, а раньше они просто вместе вместе работали. - кивнула, и едва не стала ругаться. Людей и нелюдей набежало столько, что приходилось всех огибать.
- Она лесная фея? - друг, пробираясь вперед меня, похоже решил побить все рекорды удивления за день.
- Да. С очень интересной историей. С дома сбежала, когда её хотели обручить, и неожиданно прижилась у людей. Ей понравилось у нас, наш образ жизни и поведение. Она с родственниками померилась, но возвращаться отказалась.
- Такое у многих бывает. - кивнул друг, и схватив меня за руку, потянул сквозь толпу.
- Нюанс в том, что обучить её хотели с девушкой. - дополнила историю, и врезалась в резко затормозившего парня. - Предупреждай об остановках.
- За девушку? Ты пошутила? - на меня смотрел ошарашенный Тод.
Дальше сквозь толпу парня вела уже я, попутно рассказывая остальное:
- Мишу хотели выдать сначала за мужчину, но тоже против её воли. И тогда, чтоб от неё отстали, сказала, что ей девушки нравятся. На время от неё отстали, а потом находчивые родственники нашли выгодную партию для Миши. Девушку. Ну, наша Миша сумки в руки и к нам. О, вот и академия. - мы наконец-то дошли, и стали пробиваться сквозь дикую толпу к очередям.
В свой адрес мы услышали многое, но сквозь толпу всё таки пробрались. И стоя в очереди, продолжили разговор:
- Она очень сообразительная. - не мог не заметить Тод. - Но чем ей у нас так понравилось?
- Она рассказывала, что их раса живёт по определённым правилам, которые нарушать нельзя. Нарушишь и ты изгнан. У них очень сдержанные на чувства мужчины, а какие у нас правила? Никаких, да и мужчины наши Мише приглянулись.
- Может и мне себе найти фею? - пробормотал друг и замолчал.
Пока Тод думал, я решила оглядеться. Мы находились в парке академии, перед главным корпусом. Здесь было много деревьев и цветов, лавочек, но многие просто сидели на земле. В парке было много людей, куда не посмотри, везде кто-то был. Около входа в академию располагался столы, за которым регистрировали и отправляли на экзамен, а от столов отходил пятнадцать очередей, которые тянулись практически до каменной ограды. И в очередях было очень много народу...
Оглядываясь, я заметила, что присутствуют эльфы, как тёмные, так и светлые, оборотни и парочка драконов. Были и феи, и гномы, и орки, и даже парочку демонов с херувимами заметила. А ещё, было трое нагов. Парни выглядели настолько завораживающе, что я не могла оторвать взгляд. У нагов, как и у некоторых других рас, есть два состояния: человеческое и истинное. Сейчас абитуриенты были в человеческой форме, но даже отсюда было видно их особенности. На коже, при лучах солнца, можно было рассмотреть маленькие чешуйки, глаза... если у людей просто насыщенный цвет глаз, то у нагов он светится будто огонёк в ночи. Вот и у этих парней были ярко-зелёные глаза. Они выглядели как куклы, которых хотелось потрогать, перебрать тёмные волосы и... поставить на полку. Мика была права, я ненормальная. Красивые парни, но рассматриваю их с научным интересом, нежели с любовным... Кошмар.
Заметив на себе пристальный взгляд, наги обернулись и посмотрели точно на меня. На их лицах играла скука, что все портила, да и чувство превосходства. И, я, наверное, их понимала: многие человеческие девушки смотрели с восторгом в сторону нелюдей, и желали, чтоб те обратили свой взор на них. Так как наги продолжали смотреть, я глянула сочувственно в ответ, и ободряюще улыбнулась. Жаль их, красавчиков таких, но такова их участь, раз вышли моськой.
- Сима. - меня вновь дернули за руку, и я обернулась к другу. - Ты чего на змеев засмотрелась? Понравились?
- Черта тебе в свекрови. - пожелала "большого счастья" другу. - Жаль мне нелюдей, съедят их наши девушки. А наги да, красивые. Вот бы потрогать! Интересно, чешуйки жёсткие или мягкие? И как думаешь, длинна хвоста зависит от возраста, силы или генов? И зависит ли? А цвет?
Рассуждала вслух больше для себя, чем для друга, потому как так легче запоминаю, но Тод всё равно не смог сдержаться и не ответить:
- Права Мика - ты больна.
- Сам ты болен, - пихнула парня, когда тот закатил глаза. - Ну, мне же интересно, что я могу с этим сделать? Они отличаются от нас сильно, другое строение, ощущения, у них два состояния! Интересненько же! Как это может быть не интересно? И что делать?
Тод начал странно осматриваться, и резко закрыл мне рот рукой.
- Сейчас? Молчать! Ты забыла одну особенность нелюдей: практически у всех идеальный слух.
Вспомнила, проматерилась, и сняв руку друга с лица, стала аккуратно осматриваться. Таки да, я больна, здравствуй клиника - я твоя. На меня с улыбкой смотрели те самые наги, парочка оборотней, демоны и эльфы. Остальные, слава плохому слуху, меня не слышали.
- Может мне в следующем году поступить? - наивно предложила другу.
- Нет. Стой и жди, любительница "интересненького". - не будем указывать пальцем, кого передразнила эта шпала языкастая.
- Вредный ты. - пробурчала, смотря в сторону.
- До встречи с тобой был примерным ребёнком. - практически справедливо заметил парень.
- Ну-ну, примерный он, как же... - бормотала так, чтоб слышал только друг, но осторожно осматриваясь, понимала - всё слышат. - Не перестанете подслушивать, в первый учебный день разузнаю номера ваших комнат и раздам самым целеустремленным девочкам приглашения от вас, нелюди ушастые, будете потом отбиваться. - бормотала так, чтоб слышали лишь те, кто намеренно подслушивал.
- Ты чего там бубнишь? - поинтересовался друг.
- Наговор от ушлых личностей читаю. - проворчала, оглядывая веселящихся нелюдей взглядом.
- Действует? - друг заинтересованно оглянулся, и едва не заржал в голос, увидев каким интересом мы пользуемся у нелюдей.
- Паразиты вредности в нелюдях не поддаются влиянию, к сожалению. Будем убивать ядрами от паразитов. - с разных сторон раздались громкий смех, и зацепив взглядом всех, поняла - нелюди веселятся за наш счёт.
- Нелюдей? - запутался друг и с сомнением о моем психическом здоровье посмотрел на меня.
- Ударенный? Паразитов вредности! - теперь я сомневалась в умственных способностях друга.
Тод задумался, соотнес все факты и информацию, и хлопнул себя кулаком по лбу. У парня на удивление развито логическое мышление, если он, конечно, соберётся с мыслями, об этом говорил даже мэтр Фургуаль.
- Может полог безмолвия поставим? А то как шуты на площади! - предложил друг.
- Не нужно, мы заходим скоро. - я кивнула в сторону столов.
Перед нами действительно оставалось человек семь, и я благодарила ту женщину, что принимала нашу очередь. Она была быстрой, доброй и очень милой, в то время как у остальных принимающих одно из качеств точно отсутствовало, или два, а иногда даже все три.
В общей сумме, в очереди мы отстояли два часа с мелочью, потом спросили основные вопросы, и после них пропустили в общее здание. Как объяснила все та же девушка, там будет проходить первый этап на определение инициирована сила или нет. Как только за нашими спинами закрылась большая резная дверь, нас под локотки схватил парень в мантии и повёл по длинным коридорам. С нами не разговаривали, да и нам, если честно, не очень хотелось. И так как шли мы молча, отказать себе я не смогла, и как последняя деревня рассматривала картины с удивительными пейзажами, оружие на стенах, и статуи. Парень, что нас вёл, спустя множество коридоров остановился, запихнул нас в зал, и буквально пропал на глазах.
- Перемещение? - спросила у друга.
- Да. - ответил на мой, скорее риторический, вопрос друг. - Старшекурсник?
- Вероятнее всего. - ответила, и отвернулась от дверей.
Мы были в зале с высокими потолками (хотя, если честно, потолка я не видела - зал казался бесконечным) и резными колоннами. На полу были множества узоров, в которых можно было рассмотреть лица, дома, природу. Когда я спросила у Тода, видит ли это он чудо, на меня странно посмотрели.
- Какие лица? Это просто узоры. - друг смотрел на меня с сомнением.
- Каждый видит то, что хочет. - раздалось сбоку. - Благодаря этому необычному полу, можно узнать, насколько развита фантазия и внимание.
Обернувшись, мы увидели девушку, нашу ровесницу. У неё были светлые вьющиеся волосы, темно-карие глаза, смуглая кожа, на которой необычно смотрелись насыщенно-красные губы. По росту она была чуть выше меня, одета в лёгкое голубое платье и босоножки.
- Я Орлия, человек. - девушка протянула мне руку.
- Симанира. - представилась, пожимая руку. - А это Тормидай.
- Приятно познакомится. - улыбнулась Орлия. - Идём садится?
Наконец-то, я обратила внимание на то, что происходило в зале. Много абитуриентов сидели в креслах, и явно ждали своей очереди. На возвышении стоял кристалл, похожий на тот, у которого проверяли мою силу в здании контроля. К камню вызывала пожилая женщина в мантии, сидевшая за столом возле кристалла.
Орлия повела нас к пустующим местам, и не переставая разговаривала:
- Первый этап заключается в том, что у соискателя проверяют наличие магических способностей. После, если результат положительный, проверяют, инициирована сила, или нет. Если инициация у соискателя уже была, он приступает ко второму этапу. Не знаю, какой дурак не проходит инициацию до экзаменов, но, представляете, здесь такие встречаются!
Все время, пока мы ждали своей очереди, Орлия болтала без умолку. Девушка умудрялась перескакивать с темы на тему с такой скоростью, что иногда мы терялись, где конец одного, а где начало следующего. Когда же блондинку вызвали к кристаллу, мы с другом выдохнули с облегчением.
- Я больше её не выдержу. - сообщил мне друг.
- Очень надеюсь, она идёт на лекаря. - ответила, потирая виски, скатываясь с кресла.
- Почему на лекаря? - друг повторил мой маневр и теперь мы вместе полулежали на мягкой мебели.
- Тогда она точно будет не со мной в группе!
- Успокойся, ты ведь все равно сразу на второй курс хочешь. А эта... садистка моих ушей и нервов, точно поступит на первый. - Тоду удалось меня успокоить, и мы дальше полулежали молча - отходили от шторма по имени Орлия!
Но, надо признать, блондинка оказалась права - неинициированных встречалось много. Когда вызвали мой номер, я молилась, чтоб ничего сверх странного не случилось. Шла к кристаллу, как к ядовитой змее. Ноги явно хотели идти в другую сторону, а руки - вслед за ногами.
- Кладите руку, милочка. - проговорила женщина, когда я затравленно остановилась перед камнем.
Кивнула. Вздохнула глубоко, и не дрогнувшей рукой положила руку на прозрачный камень. Свет засиял ровно и сразу же, что могло значить одно - инициирована. Сразу стало легче дышать, и солнце ярче, и птички где-то поют...
- Ступай на второй этап. - мне протянули листок и отправили в правую дверь.
Поблагодарив женщину, довольная направилась к двери, у которой собиралась ждать друга. Тод прошёл первый этап также легко как и я, и получив свой листик, мы оба поспешили на второй этап. Теперь мы шли без провожатого, и нужную дверь пришлось искать самим. Откровенно говоря, это было не слишком сложно: где ещё будет такое скопление народа, если не на вступительном экзамене? Так же, никто не отменял способность разговаривать. Из толпы, нам ответило несколько ребят, подтверждая, что в этой аудитории будет второй этап.
- А почему никто не заходит? - поинтересовалась минут десять спустя, когда никто не вышел и не зашёл в аудиторию.
Один парень, мой ровесник, только хотел ответить, как раздался строгий голос за моей спиной:
- Потому что ещё нет профессоров.
Резко обернувшись, мы все заметили пятёрку профессоров. Они были одеты в мантии, как и другие профессора академии, только в руках у женщин были какие-то папки. В пятёрке было две женщины, и трое мужчин, но это было не существенно. Меня интересовал только один конкретный мужчина, что и ответил на мой вопрос. Боясь быть узнанной, я отступила за спину Тода, и уже оттуда жадно рассматривала профессора.
За столько лет он ничуть не изменился. Те же необычные серые глаза с примесью шоколадного цвета, волосы, как и тогда заплетенные в небрежный хвост, из которого вы падали коричневые пряди, нос с горбинкой. Было такое чувство, что я видела его только вчера, а не долгих семь лет назад.
По мне мазнули взглядом, как и по остальным соискателя, и пятёрка профессоров скрылась в аудитории. А через несколько минут позвали первую десятку. Я не слушала и не видела, что там происходило, кто выходил и что говорили. Даже Тод не трогал меня с вопросами, заметив моё состояние. Я же погрузилась в размышления настолько, что другу пришлось меня звать несколько раз.
- Что? - переспросила очнувшись.
- Наша очередь, идём. - и меня потянули за руку в аудиторию.
Заходила, как на расстрел. Если сейчас надо будет называть имя, то он может что-то вспомнить и тогда, возможно, получиться плохо. Очень плохо. Какова будет его реакция?
- Вы долго будете там стоять? - раздался тот же знакомый, но одновременно чужой голос.
Мы с Тодом дернулись, и стали к остальным. Наконец-то, я соизволила огляделся. Аудитория представляла собой пустую комнату с одним большим длинным столом, за которым сидели профессора. Стены аудитории украшали символы и иероглифы, которые я с лёгкостью могла прочитать. Тут были и руны тишины, и иероглифы сферной защиты, отражения, щита элементов и ещё две руны, которые я не могла прочитать. Почему? Они были наложены друг на друга, и некоторые линии переплетались.
- Девушка, вы нас слушаете? - голос одной из профессоров прозвучал громко и с явной угрозой.
Когда стало совсем тихо, до меня резко дошло, что вопрос адресовался мне и ответ на него ещё ждут.
- Простите пожалуйста. - чувство стыда накрывало меня с головой.
Всё пять профессоров с неудовольствием смотрели на меня, да и абитуриенты поглядывали с вопросом в глазах.
- Вам настолько не интересно, что мы рассказываем, что решили повитать в облаках? - вопрос задавала все та же женщина, которой я явно теперь не нравлюсь.
У женщины были седые волосы завязанные в пучок, морщинистое лицо, нос картошкой, потрескавшиеся губы и злой, холодный взгляд. Не поладим.
- Нет. Простите. Просто... - я не успела договорить, как меня перебила все та же женщина:
- Если нет, то будьте добры, слушать, когда к вам обращаются старшие! - женщина была будто сделана из яда.
Сжимая кулаки в бессильной ярости, я сама себя пыталась уговорить молчать. Вряд ли мне зачтется в будущем, если я сейчас выскажу все, что думаю. Рука Тода, сжавшая мой кулак, подействовала как успокоительное. А следующие слова одного из профессоров вернули былое спокойствие:
- Не поделитесь ли вы с нами, что же вас так заинтересовало, что вы решились прослушать указания сирры Тольтрии? - говорил не мой давний знакомый, а мужчина со светлыми волосами, в которых будто лучик солнца заблудился. У него были добрые глаза, открытая улыбка и он располагал к себе, как никто другой в этой аудитории. Но прислушавшись к врождённому чувству, едва не отшатнулась. От "солнечного" человека веяло злой силой, оставляя противный осадок. Та же женщина, что вызывала только негативные эмоции, наоборот оказалась очень доброй и отзывчивой.
- Руны на стенах. - все же ответила на вопрос, стараясь вести себя так же, как и прежде.
- И что же с ними не так? - заинтересовалась молодая девушка, обладающая длинными рыжим волосами, ярко-зелёными глазами, в которых мелькали чертята, и открытой улыбкой. Эта женщина оказалась такой и внутри, что обрадовало.
- Всё руны и иероглифы читабельны, кроме двух, что находятся за вашими спинами. - высказала то, что меня взволновало. - Могу предположить, что там применена руна истинности, направленная на нас, и руна прозрения, что нацелена на вас. Но, это только мои догадки.
В аудитории стало тихо настолько, что пролетавшая мимо носа одного из профессоров мошка жужжала непростительно громко.
- Можете продолжить мысль? - попросил не чужой мне мужчина.
- Стоит ли? - спросила устало, понимая, НАСКОЛЬКО выделилась. Виртар как предсказал, что тихо учится я не смогу.
Мужчины и женщины переглянулись, и дружно кивнули на мой вопрос. И как объяснить, что руны демонов я изучила в двенадцать лет, а иероглифы херувимов - в пятнадцать?
- Руна истинности не даёт абитуриенту открыто лгать в глаза. Например, о своей силе или же, о чем-то, что может нанести непоправимый вред кому-либо. Руна прозрения даёт вам, профессорам, возможность видеть наши истинные намерения в отношении поступления в эту академию. Всё это не совсем точно, и я могла ошибиться в распознании рун, так как они наложены друг на друга, но большего я не знаю. - за все время моего монолога, я ни разу не посмотрела на профессоров. Было откровенно боязно, но договорив, накрыло чувство безразличия.
Мама, конечно, говорила поступать учиться сюда, но если не получится, обучусь сама. Книги я достать смогу, да и если что, пойду обучаться в управление контроля.
- Вас обучали языкам? - спросила сирра Тольтрия.
- Простите, но эта информация никак не повлияет на результаты поступления. Кроме меня здесь ещё девять человек. Может уже начнём? - я откровенно проявляла неуважение. Да, чревато, да, это мне аукнется, но за прошедшие семь лет я научилась и отвечать, и говорить, когда не надо, и я могу постоять за себя.
Женщина поджала губы в неудовольствии, но экзамен наконец-то начался. Первым из нашей десятки вызвали миленькую девушку, которая показала хорошее владение стихий воды и земли, а также огромный потенциал к лечебной магии. Если девушка не поступит на лекаря, то очень сильно прогадает. Девушку просили показать многое, из программы первого курса, но половину она провалила, что могло значить только одно - до второго курса девушка не дотягивает. После было пятеро парней со склонностью к боевым искусствам, но поступать сразу на второй курс разрешили только одному, да и то, он был демоном. Две девушки совсем плохо владели магией, так как инициация прошла только пару недель назад, и их отправили на первый курс. Дальше, по номеру, должна была идти я, но профессора попросили выйти вперёд Тода.
- Насколько хорошо вы владеете своей силой? - спросил "солнечный" профессор.
- Вы скажите, что нужно делать, и сами ответьте, насколько я хорошо владею силой. - ответил хмуро друг.
Наверное, не знай я Тода так долго, не заметила бы, но друг явно был зол. И не на меня, а на профессоров! Это было настолько удивительно, что первое задание друга я проворонила, но он его, вроде, сделал хорошо. Тоду задавали делать шары из стихий, задания по бытовой магии, немного по защитной и атакующей (что было точно из программы второго курса), и он все выполнял. Месяцы трудов не прошли зря, так как Тоду все же разрешили поступать сразу на второй курс.
- Ну, а теперь номер шестьсот семьдесят четыре. - предвкушающие произнёс "солнечный" профессор, и я вышла вперёд. - Создайте шары стихий.
На руках поочерёдно вспыхнули воздух, вода, огонь и земля. Конечно, можно было зажечь все сразу, но зачем ещё сильнее привлекать к себе внимание? Разговаривал со мной только "солнечный" профессор, а остальные предпочитали играть роль наблюдателей. Так как в аудитории кроме меня и профессоров больше никого не было, они решили на мне отыграться. Просили сделать множество бытовых заклинаний, поисковиков, следилок, призывы стихий не просто шариками, а истинным её управлением. Но многое я не делала, отвечая простое:
- Это программа явно курса второго, а то и третьего, так что я не могу этого сделать.
Я откровенно лгала, и они это знали. Не могли не знать из-за рун. А когда "милый" профессор сорвался и стал мне указывать на мою ложь, я стала играть так, как меня учил Гелуаль:
- Что вы, уважаемый сирр, какая ложь? Сила во мне проснулась едва ли два месяца назад, а за такое время научиться такому контролю, увы, не возможно. - и так как это была чистая правда, профессорам пришлось меня отпустить.
Сила проснулась чуть больше месяца назад? Да, документ есть. За такой строк нельзя обучиться магии? Тоже да! И ведь никто не спрашивал у меня, когда я стала обучаться магии, и сколько у меня было на это время.
Как и Тоду, мне дали допуск ко второму курсу, и отпустили с миром. Единственный, кто все время молчал, оказался Инарэм. Только он следил за каждым моим движением и каждым словом. И я молю Солнечного, чтоб Инарэм не догадался, кто я. Не сейчас. Слишком рано.
Наши имена профессоров этой академии не интересуют, только имена рода. Обращение ко всем студентам одинаковое - шильд, или же шильда, с приставкой родового имени. Если имя рода отсутствует, то тогда становится плохо - студента будут называть по имени. И я очень надеюсь, что Инарэм не вспомнит имя девочки, которой когда-то, очень давно, помог выжить. Ведь это только для меня он останется в памяти навсегда, а у него... надеюсь, что у него сильные провалы в памяти.
- Сим? Как все прошло? - встретил у дверей взволнованный друг.
- Всё отлично, второй курс наш. - улыбнулась широко, откидывая ненужные мысли. - Надо ж было так выделиться, а? И зачем только столько всего учила? Ради неприязни профессоров?
Жаловалась скорее в шутку, чем по-настоящему и Тод это понял. Друг рассмеялся, крепко обнял, и поблагодарил за помощь. На третий этап шли, разговаривая ни о чем, так как боятся больше нечего. Третий и последний этап представляет собой этакий психологический тест на двадцать вопросов. Лист с вопросами проверяют сразу же, перед тобой и тогда же дают ответ, поступил ли ты.
Перед аудиторией, где проходил последний этап, очереди не было совсем. Постучавшись, мы с другом зашли в аудиторию, и нам сразу указали на свободные места.
Вопросы в своеобразном тесте были странными, и казалось бы, ничего не значащими, но в каждый сданный листок молодая профессор всматривалась по минут десять, а то и больше.
На моём листке были вопросы типа: "Как часто вам снятся страшные сны?", "У вас есть надежный круг хороших друзей?", "Как часто вы повышаете голос?" или же "Довелось ли вам видеть смерть?".
Прочитав в одной книге по психологии, я ещё тогда пришла к выводу, что сами вопросы имеют второстепенную роль. Главное же заключается в том, как отвечал абитуриент на тот или иной вопрос, отличался ли почерк в ответах на вопросы, менялся ли наклон рун и как будет реагировать абитуриент на проверку его теста при нем. Именно в этом была суть теста.
На вопросы отвечала не сильно задумываясь над смыслом. Везде старалась писать одинаковым почерком, с одинаковым наклоном и так, чтоб руны не скакали вверх и вниз по листу. Сдавала листок под напряжённым взглядом остальных адептов. Сейчас в аудитории присутствовала практически вся та десятка, что видела мой разговор с профессорами, и, наверное, они ждали продолжения. Но его не будет.
- Хорошо. - сказала профессор, откладывая лист. - через четыре дня, в полдень, приходите на распределение, где вы сможете выбрать себе основной факультет.
- В праздник Рассвета? - уточнила на всякий случай.
- Да. Всего хорошего. - и мне явно дали понять, что разговор окончен. Поблагодарив женщину, вышла из аудитории и стала ждать Тода.
Друг задержался ещё минут на двадцать, но когда вышел, на лице была счастливая улыбка. От переизбытка радости и переживаний, Тод крепко обнял и раскружил меня. И видя его радость, до меня стало медленно доходить. Поступили! Мы оба действительно поступили! Сразу на второй курс!
Когда Тод решил меня отпустить, я сама с визгом его обняла и рассмеялась.
- Мы поступили! - радости не было предела.
- Да. - с улыбкой ответил друг. - Это можно даже отметить.
- И отметим! - кивнула. - Мику позовём, и ребят с тренировок. У нас же будем праздновать? Или пойдём куда? - шла, поглядывая вправо, на друга, и опять не заметила, как столкнулась с кем-то.
Благо, сейчас ситуация поменялась, и я даже не упала. Меня удержал руки того, с кем мне посчастливилось столкнуться.
- Сердечно извиняюсь. - проговорила, отстраняясь.
- Что вы, не стоит извиняться. Мне только в радость, познакомится с такой очаровательной девушкой. - голос был мягкий, чарующий, и, немного приторный.
За талию меня придерживал темноволосый ушастый парень, с острыми клыками, что были видны при улыбке. У него были темно-зелёные глаза, смуглая кожа и аккуратный нос. Всматриваясь в это привлекательное личико, мелькали мысли, что можно влюбится, но... За месяцы общения с ушастыми личностями в детстве, да и в последующие семь лет с другими нелюдями, у меня выработался стойкий иммунитет вот к таким зайкам.
- Не стоит. - помогала головой, стараясь не рассмеяться от этих сладких речей. - И, зайчик, убери лапки с моего тела, это не морковка.
Пока тёмный эльф, а это был именно он, растерянно хлопал длинными пушистыми ресницами, я вывернулась из его рук, и подхватив под локоток Тода, ушла. Как только мы отошли на метров двадцать от ушастика, я весело рассмеялась, а друг подхватил мой смех.
- У меня, кажется, из-за переизбытка радости язык развязался. - сообщила весело.
- Ты тёмного эльфа зайчиком назвала. - не мог успокоится друг. - И про морковку ляпнула! Ой, не могу, уже живот от смеха болит.
Прокручивая ситуацию в голове, сама начинала истерично смеяться. Что ж, если обучение не может пройти тихо, то оно будет проходить крайне весело. Из крайности в крайность, как говорится.
А вечером, сидя в шумной таверне в кругу друзей, мы пили. Пили за поступление, за новые знакомства, за сданные экзамены, за мою неконтролируемую речь, да и вообще, просто пили. Осталось несколько дней до Праздника Рассвета, где мы получим метки учеников. А эти метки будут очень здорово ограничивать наши передвижения, и погулять мы сможем только в выходные, а то и вовсе не сможем.
Конец ознакомительного фрагмента. Источник, где можно получить полную версию книги: https://www.litres.ru/polina-isaeva/darovannaya-mirom/?lfrom=900032517
https://www.litres.ru/polina-isaeva/darovannaya-mirom-kniga-2/?lfrom=900032517
https://www.litres.ru/polina-isaeva/darovannaya-mirom-3/?lfrom=900032517