На краю света
Чонгук с самого утра чувствовал себя натянутой струной. Встреча с Минхо вчера прошла... неожиданно гладко. Он ожидал слёз, упрёков, скандала, но всё оказалось иначе. Омега, всегда такой капризный и непредсказуемый, встретил его подчеркнутым спокойствием. Более того — он казался озарённым изнутри, на его губах играла лёгкая, почти тайная улыбка.
«Что-то не так», — пронеслось в голове у альфы.
— Ты в порядке? — на всякий случай спросил он, подходя ближе.
Минхо взглянул на него рассеянно, а потом, осознав вопрос, быстро кивнул.
— Да-да, всё прекрасно. Чонгук, мне нужно с тобой серьёзно поговорить.
Фраза прозвучала так весомо, что альфа невольно напрягся.
— Минхо, что случилось?
Омега посмотрел на него прямо, его глаза светились странной смесью вины и надежды.
— Чонгук, пожалуйста, выслушай меня спокойно, хорошо? — тихо попросил он.
— Хорошо, — кивнул Чонгук, чувствуя, как тревога сжимает его горло. — Говори.
Минхо глубоко вдохнул и выпалил на одном дыхании:
— Вообще-то... я встретил своего истинного.
В воздухе повисла густая, звенящая тишина. Чонгук переваривал услышанное, ощущая, как камень сваливается с его души.
— Нам было хорошо вместе, — тихо продолжал Минхо, — но любви между нами не было, и мы оба это знаем. Не обижайся и... отпусти меня.
Чонгук не сразу нашёл слова. Затем на его лице медленно расплылась улыбка — не горькая, а лёгкая, по-настоящему счастливая.
— Знаешь, — начал он так же тихо, — я приехал к тебе с той же просьбой. Я тоже... встретил свою любовь. Ту самую, единственную.
— Правда? — глаза Минхо широко распахнулись от удивления, а затем засияли искренней радостью. — Я так за тебя рад! Тогда... надеюсь, мы останемся друзьями?
— Конечно, — Чонгук легко обнял его. — Не сомневайся ни на секунду.
Домой он летел на крыльях. Один вопрос был решён, оставался второй — самый главный. Самый сложный.
На следующее утро, отменив все встречи, он вызвал к себе секретарь Джиу.
— Пригласите ко мне мистера Пака, — распорядился он, стараясь говорить ровно.
— Мистер Пак... не придёт, — девушка опустила взгляд. — Он оставил заявление об уходе и оформил отпуск за свой счёт.
— Что? — голос Чонгука дрогнул от шока и боли. — Но когда он успел?!
— Всё оформлено через электронную почту. Документы подписал господин Ким, так как вас не было на месте.
«Собирается сбежать. Снова», — пронеслось в голове альфы с обжигающей ясностью. Горькое отчаяние сменилось холодной решимостью.
— Но не в этот раз, родной, — тихо прошептал он и, резко поднявшись, стремительно вышел из кабинета, оставив ошарашенную секретаршу.
Чимин, получив официальное подтверждение об уходе, ощутил странную пустоту вместо ожидаемого облегчения. Собрав в старый рюкзак самое необходимое, он вызвал такси. Цель была — старый бабушкин домик за городом. Место, где пахло детством, яблоками и тишиной. Там он мог бы перевести дух, собрать осколки своего сердца.
Такси уже ждало у подъезда. Чимин сел на заднее сиденье, назвал адрес и, откинувшись на подголовник, закрыл глаза. Усталость и нервное истошение взяли своё — он почти сразу провалился в тяжёлый, беспокойный сон.
Он проснулся от того, что машина остановилась. Медленно открыв глаза, он увидел за окном знакомые очертания сада и старого крыльца. В салоне было пусто. Он вышел и огляделся. Водитель сидел на скамейке неподалёку, спиной к нему.
— Простите, я заснул, — смущённо произнёс Чимин, подходя. — Почему вы меня не разбудили?
Незнакомец медленно поднялся и обернулся. Чимин отшатнулся, сердце замерло, а потом забилось с бешеной силой.
— Зачем? Мой омега так сладко спал.
— Чонгук? — имя сорвалось с губ Чимина шёпотом полным неверия. — Но... как?
— Еле успел, — улыбнулся альфа. — Подменил твоего водителя буквально перед твоим выходом. Ты даже не взглянул на меня, вся возня была с тем парнем, чтобы он согласился уступить машину. Не волнуйся, я её не угнал, — он сделал паузу, глядя в полные смятения глаза омеги. — Намджун всё уладил.
Чимина разрывало на части. Каждая клетка тела кричала, чтобы он прогнал альфу, но сердце бешено стучало в такт другому желанию — прижаться к нему, снова ощутить то тепло и
безопасность, что он почувствовал вчера.
— Чонгук, прошу тебя, уйди, — его голос дрогнул. — Я всё сказал вчера. Тебя ждёт твой омега.
— Ты сказал всё вчера, а я — ещё нет, — Чонгук сделал шаг вперёд, его взгляд был твёрдым и безгранично нежным. — Во-первых, я никуда не уйду, как бы ты меня ни прогонял. Во-вторых, я тебя больше никуда не отпущу. И в-третьих... — он подошёл вплотную, так близко, что Чимин почувствовал его дыхание. — У меня нет никакого омеги. Кроме тебя.
Он мягко взял его за руку, и его пальцы были тёплыми и уверенными.
— Представляешь, вчера Минхо позвонил мне, чтобы поговорить. Оказалось, он встретил своего истинного и попросил отпустить его. Мы поговорили... и я рассказал ему, что тоже встретил свою любовь. Ту, которую искал всю жизнь.
Чимин всхлипнул, и слёзы, которые он пытался сдержать, покатились по его щекам.
— Правда? — прошептал он, не в силах поверить.
— Правда, — твёрдо подтвердил Чонгук. — Так что... будешь убегать дальше или всё-таки останешься со мной?
— Почему... почему ты поехал за мной, Гуки? — это детское прозвище вырвалось само собой, и Чимин почувствовал, как заливается краской.
— Чимин... — голос альфы стал низким, бархатным, полным нежности. — Ты давно так меня не называл. — Он прикоснулся к его пылающей щеке. — Чимин, я люблю тебя. Так сильно, что теперь пойду за тобой хоть на край света. И я никого больше слушать не буду. Даже тебя.
Эти слова растворили последние остатки страха и сомнений. Чимин поднял на него взгляд, его глаза сияли сквозь слёзы.
— Я тоже люблю тебя, Гуки. Всегда любил.
— Господи, как же хорошо, — с облегчением выдохнул Чонгук и заключил его в объятия, такие крепкие и надёжные, в которых весь мир вдруг обрёл смысл и покой. Они стояли, прижавшись друг к другу, у старого бабушкиного дома, и пять лет разлуки таяли, как утренний туман под лучами солнца.