Границы, которые трещат
Они не разговаривали три дня.
Не ссорились — молчали. Холодно. Выдержанно. Как будто между ними вдруг выросли стены из стекла: видно — но недоступно. Лилия ела в своей комнате, он — внизу. Она гуляла по саду, он уезжал на встречи. Их маршруты не пересекались, и это устраивало обоих. Почти.
Она сказала себе, что так лучше. Без вопросов, без чужих теней. Без его взгляда, от которого перехватывало дыхание.
Но сердце, увы, не умеет считать разумно. Оно ловило его силуэт в отражениях окон. Оно замирало, когда где-то внизу хлопала входная дверь. Оно ждало.
Зачем?
В тот день всё началось, как обычно: кофе, тетрадь с эскизами, попытка сосредоточиться. Но всё изменилось, когда в гостиной послышались шаги и мужской голос:
— А вот и ты. Не думал, что Фран держит у себя кого-то настолько очаровательного.
Она подняла глаза. Перед ней стоял высокий, загорелый мужчина с улыбкой, от которой сразу веяло опасным обаянием. Джек. Он не представился — он просто был. Тип мужчин, которые входят в комнату, как буря с юга: тепло, шумно и обязательно с последствиями.
— Лилия, — коротко сказала она, осторожно наблюдая.
— Джек. Старый друг Франческо. Пока он решает дела, мне приказали вести себя прилично. — Он уселся на диван, расслабленно раскинув руки. — Но, признаться, не ожидал встретить здесь кого-то вроде тебя. Он стал романтичным стариком?
Она усмехнулась, не отвечая. Но что-то в его голосе было по-настоящему тёплым. Без угроз, без напряжения. Первый человек в этом доме, кто не смотрел на неё как на часть проблемы.
— Он не рассказывал про тебя, — добавил Джек с лёгкой насмешкой.
— А он не очень разговорчив. Особенно в последние дни.
— Хм. Значит, всё серьёзно, — протянул Джек и подмигнул.
В этот момент в дверях появился Франческо.
Он замер. Увидел их — Лилию на кресле, Джека на диване, расстояние между ними — чуть ближе, чем нужно. Его челюсть на миг напряглась. Глаза сузились. Он не сказал ни слова — просто вошёл в комнату, и воздух стал плотнее.
— Джек, — коротко кивнул он. — Рад, что приехал.
— А я-то как рад, старик. Но, похоже, я тебя отвлёк.
— Лилия как раз собиралась уйти, — произнёс Франческо с ледяной вежливостью, не отводя взгляда от неё.
Она встала. Медленно.
— Правда? — переспросила Джек, слегка подняв бровь. — А я думал, мы отлично беседовали.
— Я сказал: она уходит, — уже без улыбки повторил Франческо. Тихо, но с нажимом. Его голос не оставлял места для интерпретаций.
Лилия встретилась с ним взглядом. Впервые за три дня. И в этом взгляде было всё — раздражение, вызов, боль, которую она не хотела показывать.
— Приятно было познакомиться, Джек.
— Взаимно. Не часто вижу, чтобы кто-то вот так с ним спорил, — хмыкнул Джек.
Лилия прошла мимо Франческо, едва заметно задевая его плечо. Он не пошевелился. Но когда она вышла, кулаки его были сжаты.
— Ты с ума сошёл? — спросил Джек, наливая себе виски. — Это твоя женщина?
Франческо молчал.
— Тогда веди себя так, чтобы она сама захотела остаться. А не как будто ты купил её вместе с домом.
Только тогда Франческо отвёл взгляд от двери, в которую ушла Лилия. Взгляд был мрачным. Опасным. И потерянным.
— Она не моя, Джек.
— Пока, — поправил тот и отпил глоток. — Но если будешь вести себя как собственник, не удивляйся, если она захочет уйти по-настоящему.
Джек спокойно потягивал виски, лениво разглядывая камин, будто на самом деле пришёл просто отдохнуть. Но взгляд его время от времени метался к двери, за которой исчезла Лилия. И с каждой минутой становился чуть более цепким.
— Интересная девочка, — бросил он, будто между делом. — В глазах — огонь. И ни капли страха. Это редкость рядом с тобой, Фран.
Франческо ничего не ответил. Он стоял у окна, глядя в сад, где листья шевелились от вечернего ветра.
— Знаешь, — продолжал Джек, — если ты правда не держишь её... Я бы не отказался от такой. Вижу в ней стержень. Хрупкая с виду, но сильная. Та, что не прогнётся. Как раз то, что мне нужно.
Франческо медленно повернулся. Его лицо было спокойным, слишком спокойным.
— Она не твоя, Джек.
— И не твоя, если верить твоим словам. Или ты всё же врал?
— Она — гость. Под моей защитой. Это всё, что тебе нужно знать.
— Под защитой, — усмехнулся Джек. — Звучит как «в клетке». Слушай, если ты к ней ничего не чувствуешь — так скажи прямо. Я не собираюсь отнимать у тебя женщину, если это твоя женщина. Но если нет...
Он сделал паузу, внимательно наблюдая за другом.
— …Тогда не удивляйся, если я проявлю интерес. Я никогда не был против делиться, когда ты теряешь интерес.
— Я не делюсь ею, Джек. — Голос Франческо стал глуже, без привычного холода. В нём впервые прорезалось нечто острое.
— А, вот оно как. — Джек поднял брови, ставя бокал на стол. — Значит, всё-таки твоя?
— Нет. — Он шагнул ближе. — Но и не твоя.
— Ты ревнуешь, — сказал Джек тихо, чуть с усмешкой. — Ты, чёрт возьми, действительно ревнуешь.
Франческо смотрел на него несколько долгих секунд. Потом проговорил сдержанно, почти шёпотом:
— Если ты хотя бы прикоснёшься к ней не так, как следует… ты узнаешь, сколько во мне зверя осталось. Даже ради тебя я не сделаю исключение.
В комнате повисло тяжёлое молчание.
Джек откинулся на спинку кресла и вздохнул, будто наконец получил нужный ему ответ.
— Ясно. Значит, всё-таки твоя, Фран. Только не делай вид, что нет. Она уже внутри тебя. Ты просто не хочешь этого признать.
Франческо отвернулся, вернувшись к окну. Джек промолчал — и на этот раз в его взгляде не было ухмылки.
Только понимание.
И немного сочувствия.