46 глава.
Вэл сидела на самой высокой скале, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Ветер играл с её волосами, прохладный, почти успокаивающий, но внутри неё бушевала буря.
Совсем недавно всё казалось таким... правильным. Да, они пережили столько потерь, столько боли, но она верила, что теперь всё будет иначе. Они нашли убежище, они были вместе. И пусть прошлое преследовало её, пусть шрамы внутри не заживали, но рядом с Ньютом ей казалось, что она может дышать.
А теперь...
Теперь всё рушилось.
Она моргнула, но слёзы всё равно скатывались по её щекам. Ньют умирал. Он заразился, и чёртов вирус уже начинал забирать его. И он знал. Знал всё это время.
Он страдал в одиночестве.
А она ничего не замечала.
Вэл сжала кулаки, закусив губу, чтобы не разрыдаться ещё сильнее. В голове звучали его слова: «Ты не можешь спасти меня».
А она ведь даже не пыталась.
Она прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Как же всё это несправедливо.
Какого чёрта мир снова забирает у неё тех, кого она любит?
Вэл так и не ушла со скалы, проведя там весь оставшийся день и ночь. Она не заметила, как усталость свалила её, как глаза закрылись всего на пару минут, но даже в полудрёме боль не отпускала.
Она услышала приближающиеся шаги, но даже не подняла головы.
— Вэл? — голос Норы был встревоженным.
Вэл молча уставилась в темноту горизонта, сжимая руки в кулаки.
— Чёрт... — Нора присела рядом и внимательно посмотрела на неё. — Ты вся замёрзла. Что ты тут делаешь одна?
Вэл не ответила.
Нора нахмурилась и заметила покрасневшие глаза подруги, влажные дорожки от слёз на её щеках.
— Что случилось? — обеспокоенно спросила она.
Вэл сжала губы, пытаясь что-то сказать, но голос предательски дрожал, и ни одно слово не смогло сорваться с языка.
Нора смотрела на неё, растерянная, явно не понимая, что происходит, но видя, в каком состоянии Вэл, потянулась и обняла её.
— Всё хорошо, я здесь.
Вэл не сопротивлялась. Она просто закрыла глаза, позволив себе утонуть в этом кратком, но таком нужном ощущении тепла.
Нора крепко обняла её, чувствуя, как дрожит Вэл. Она не стала ничего спрашивать, просто молчала, позволяя подруге самой решить, когда говорить.
Вэл наконец медленно выдохнула, но её голос всё ещё был хриплым от слёз.
— Он заразился...
Нора чуть отстранилась, с тревогой заглядывая ей в глаза.
— Кто?
Вэл с трудом выдавила:
— Ньют.
На мгновение Нора будто застыла.
— Ты... ты уверена?
— Я видела. — Голос Вэл сорвался, но она быстро сглотнула и продолжила: — Он пытался скрыть, но я увидела эти чёртовы вены... Он накинулся на меня, когда я попыталась закатать его рукав.
Нора крепче сжала губы.
— Вэл...
— Он солгал мне, — с горечью перебила она, смахивая ладонью слёзы. — Он сказал, что не заражён, а потом просто разозлился, когда я начала расспрашивать.
Нора не знала, что сказать.
— Может, он просто боялся...
— Я тоже боюсь! — резко бросила Вэл. — Но я бы никогда не скрыла это от него.
Нора сжала её ладонь.
— Я понимаю.
Некоторое время они сидели в тишине, пока Вэл не заговорила снова:
— Я не знаю, что делать.
— Для начала... — Нора осторожно посмотрела на неё, — давай пойдём внутрь? Ты вся дрожишь, а он вряд ли хочет, чтобы ты тут замёрзла.
Вэл опустила взгляд, понимая, что действительно уже ничего не чувствует от холода.
— Ладно... — выдохнула она.
Нора помогла ей встать, и они вместе двинулись обратно к лагерю.
Вернувшись в лагерь, Вэл чувствовала себя опустошённой. Она даже не знала, есть ли у неё силы спорить с Ньютом, если вдруг снова встретит его.
Нора довела её до палатки и нерешительно спросила:
— Ты хочешь побыть одна?
Вэл кивнула.
— Да... Но спасибо, что нашла меня.
Нора слабо улыбнулась и сжала её плечо, прежде чем уйти.
Вэл зашла внутрь, села на кровать и закрыла лицо руками. Всё тело было тяжёлым, как будто силы окончательно покинули её.
Она не знала, сколько времени прошло, но вдруг услышала, как кто-то зашёл в палатку. По шагам она сразу поняла, кто это.
Ньют.
Вэл даже не подняла головы, просто сказала:
— Если ты снова пришёл врать мне, лучше уходи.
Он замер, но всё же сел напротив неё, чуть опустив голову.
— Я... — его голос был тихим, будто он сам не знал, что сказать. — Прости.
Вэл горько усмехнулась, наконец посмотрев на него.
— Ты даже не представляешь, как я устала слышать это слово.
Ньют отвёл взгляд.
— Я не хотел, чтобы ты знала.
— Да? — В её голосе появилась горечь. — А как долго ты собирался скрывать? Пока не стал бы слишком опасным? Или просто исчез бы, не сказав ни слова?
Ньют сжал кулаки.
— Я не знал, как сказать тебе...
— Ты мог просто сказать правду, Ньют! — Голос Вэл сорвался. — Вместо того чтобы лгать и злиться на меня за то, что я пытаюсь помочь!
Ньют крепко зажмурился, будто это причиняло ему боль.
— Я не хотел, чтобы ты страдала из-за этого.
— Слишком поздно, — прошептала Вэл.
Некоторое время они просто сидели в тишине.
— Ты всё ещё злишься? — тихо спросил он.
Она не ответила сразу.
— Я... не знаю. — Вэл провела рукой по лицу. — Я просто... мне страшно.
Ньют посмотрел на неё, его лицо смягчилось.
— Мне тоже.
Она резко подняла голову.
— Тогда зачем ты отталкиваешь меня?
Он тяжело вздохнул.
— Потому что мне легче, если ты не рядом.
Эти слова обрушились на неё, как удар.
— Что?..
— Если ты отдалишься, если... если не будешь пытаться спасти меня, будет легче.
Вэл уставилась на него, чувствуя, как внутри всё снова сжимается.
— Легче? — её голос дрожал от негодования. — Ты серьёзно сейчас?
Ньют сжал кулаки, но промолчал.
— Ты правда думаешь, что если я отвернусь, сделаю вид, что мне всё равно, тебе станет легче? — Вэл встала, пытаясь справиться с гневом, который бурлил внутри. — Это полный бред, Ньют!
Он поднял голову, в его взгляде было столько боли и усталости, что на секунду Вэл даже почувствовала жалость... Но нет, она не позволит ему снова просто оттолкнуть её.
— Я не хочу, чтобы ты страдала из-за меня, Вэл, — его голос был хриплым, но твёрдым.
— Поздно! — В её голосе была почти истерика. — Я уже страдаю! Я страдаю с того момента, как поняла, что ты болен, а ты ещё и добавляешь мне боли своими дурацкими попытками отстраниться!
Ньют резко поднялся на ноги, их взгляды встретились.
— А что мне делать, а?! — Он взмахнул руками. — Смотреть, как ты ломаешься из-за меня? Как мучаешься, зная, что я обречён?
Вэл замерла, как будто он ударил её этими словами.
— Не смей так говорить, — прошептала она, в голосе прозвучала мольба.
Но Ньют был слишком зол — на неё, на себя, на весь этот чёртов мир.
— А что? Хочешь верить, что всё будет хорошо? — Он горько усмехнулся. — Вэл, я не Томас. У меня нет иммунитета. Я не герой этой истории. Я просто... я...
Он замолчал, с трудом сдерживая эмоции.
Вэл смотрела на него, а потом покачала головой, на глаза снова навернулись слёзы.
— Ты для меня больше, чем просто герой истории, Ньют.
Он отвёл взгляд.
— Я не хочу, чтобы ты это видела...
Вэл сжала кулаки.
— А мне плевать, чего ты хочешь. Я не оставлю тебя.
Ньют стиснул зубы, его руки дрожали.
— Тогда ты будешь ненавидеть меня за это.
— Никогда, — уверенно сказала Вэл.
Они смотрели друг на друга, дыша тяжело и прерывисто. Вэл понимала, что он просто боится, но от этого было не легче.
Вэл сжала кулаки, борясь с желанием просто развернуться и уйти, но ноги словно приросли к полу. Она не могла оставить его вот так, не могла просто сдаться.
Ньют тяжело выдохнул и сел на кровать, опустив голову.
— Делай что хочешь, — повторил он, но голос уже не звучал так уверенно. В нём была усталость. Боль.
Вэл сделала шаг вперёд.
— Ты думаешь, что если будешь отталкивать меня, станет легче?
Он не ответил.
— Думаешь, что если я отвернусь, ты перестанешь быть для меня важен? — её голос дрожал.
Ньют медленно поднял на неё взгляд.
— Я думаю... что если ты останешься рядом, будет только хуже, — сказал он тихо, и эти слова вонзились в неё, как нож.
Она стиснула зубы.
— Хуже кому?
Он промолчал.
— Тебе? Мне? Всем? — Вэл не могла сдержать дрожь в голосе. — Ты правда думаешь, что мне станет лучше, если я просто... оставлю тебя?
— Вэл...
— Нет! — она резко села рядом с ним, заставляя его смотреть ей в глаза. — Ты меня не прогоняешь. Не сейчас, не потом. Никогда.
Ньют смотрел на неё, губы дрогнули, словно он хотел что-то сказать, но не мог.
— Ты мне не безразличен, понимаешь? — продолжала она, едва сдерживая слёзы. — И мне не плевать, что с тобой будет.
Он отвёл взгляд, сжал руки в кулаки. Он молча встал и вышел с палаты, оставив ее наедине с мыслями.