Outcast

Забыв обо всем на свете, я запустила свои руки под верх его, как ни странно, раздельного костюма и прошлась кончиками пальцев по рельефным мышцам живота, которые только сильнее напряглись от моих прикосновений. Его тело было манящим, кожа горячей и мокрой от пота. Это просто сводило меня с ума, пробуждая чувство, которое до сегодняшнего дня было мне мало знакомо. Я не могла оторваться от его губ и не хотела, чтобы наш поцелуй когда-нибудь заканчивался. Мой незнакомец придерживал меня за волосы, изредка слегка грубо оттягивая меня за них, направляя мои губы в нужном ему направлении.
Наконец он оторвался от меня, и я, не сразу сообразив, что произошло, снова потянулась к его губам. Но он снова отстранился, дразня меня, заставляя его умолять своим взглядом вернуть нам наш поцелуй. От этого я слегка пришла в себя и надулась:
- Я и не хотела тебя целовать, - гордо заявила я притом, что мои руки всё еще были прижаты к его напряженному прессу.
- Правда? - усмехнулся он, и в темноте я пыталась разглядеть его улыбку и уголки губ. - Твои губы умоляют меня поцеловать тебя, девочка.
- Не правда, - вырвалось у меня. Тяжело дыша, я перестала его обнимать, хоть для этого от меня потребовалась определенная сила воли. - Даже если тебе показалось, хоть на какую-то долю секунду, что мне приятно твое общество, человек в маске, то ты ошибаешься, - продолжала я уже не в силах остановиться. - Отпусти меня сам, в конце концов!
Я прямо таки чувствовала, как под маской человека-паука он нагло приподнял одну бровь и вновь усмехнулся над моими детскими капризами. Он быстро провел носом по моему и, по-прежнему улыбаясь, выпустил меня из своих крепких объятий. Из моей груди вырвался тяжелый выдох то ли разочарования, то ли облегчения, что все это не зашло слишком далеко.
- Ты сама в маске, - заметил он, отойдя от меня чуть подальше. - Я, правда, не знаю тебя. Даже не догадываюсь, - просто сказал он и, достав еще одну сигарету, глубоко затянулся.
- Какой кошмар, я целовалась с каким-то противным курягой. - Я закатила глаза и демонстративно закашлялась, отгоняя от себя противный дым.
- А ты, значит, хорошая девочка? - парировал он, продолжая курить и не обращая на меня внимания.
- Нет, - грубо ответила я, почему-то обиженная его тоном. - Если я не воспитана, как быдло, это не значит, что я - "хорошая девочка".
- То есть, по-твоему, назвав тебя хорошей, я сказал тебе что-то обидное? - снова заметил он, ещё больше улыбаясь и смущая меня. - Логично.
- Нет, совсем нет. - Я сжала руки в кулаки, еще больше разозлившись. - Просто мне противны такие мудаки, как ты.
- Так говорят все девушки. Но мы-то с вами знаем правду: вы, девушки, просто обожаете нас, плохих парней, и мечтаете, чтобы мы ради вас изменились. Это так просто - притворись идиотом, и девушка твоя. Стой перед ней на коленях, и она будет плевать на твою голову, - цинично заметил он с таким голосом, будто все это было ему знакомо.
- Ах, вот оно что, какая-то девушка разбила тебе сердце, бедняжка, А теперь ты стал циником, который пытается переспать с первой встречной на балконе? - я скрестила руки на груди и очень сильно жалела, что он не может увидеть моего возмущённого лица.
- Я не пытался переспать с тобой на балконе, - заметил он. - Ты вся дрожала от моих прикосновений. - Его голос был слегка хриплым, приглушенным. - Готов поспорить, что у тебя никого не было и ты бы ни за что не отдалась мне здесь, если на то пошло. И к тому же, никто не разбивал мне сердце.

-Может быть, потому что его нет! - я чуть ли не сорвалась на крик, сама не понимая, что я пытаюсь доказать незнакомцу, с которым только что сходила с ума от страсти. Все это было странно: не видеть лиц друг друга, не знать имен... И ссориться так, будто мы парочка или как минимум друзья, которые знают друг друга 100 лет.
- Остынь. Я, вроде как, слишком возбудил тебя, - наконец, снова с иронией, заметил он и выбросил сигарету с балкона. Затем он снова надел на свои губы и подбородок маску, лишив меня всякой надежды увидеть его лицо.
- Ты слишком много о себе думаешь, – отрезала я и, поправив свои волосы, удалилась с балкона с гордо поднятой головой. Когда, наконец, оказалась в зале, где было слишком много народу и громкой музыки, чтобы кто-нибудь смог заметить меня, прислонившись к стенке, тяжело дыша, остановилась. Не знаю почему, но с моих губ не сходила безумная улыбка, несмотря на то, что мы наговорили друг другу много гадостей. Я прикоснулась пальцами к своим губам, где ещё несколько минут назад чувствовала его, и закрыла глаза, старясь запомнить этот вечер.

***
Я проснулась от того, что рядом со мной мяукал кто-то маленький и пушистый. Недовольно открывая глаза, я увидела белую кошку. Кажется, сегодня я осталась ночевать у Холли.
- Снежинка, из-за тебя я не досмотрела свой сон! – проворчала я и перевернулась на другой бок, отворачиваясь от надоедливой кошки, но не тут-то было: проказница залезла мне на спину и принялась мяукать еще настойчивее.
- И почему ты не пристаешь к хозяйке?! – снова возмутилась я, уже беря кошку на руки, и, улыбнувшись ей, принялась гладить.
- Потому что меня она и так достает каждый день, – донесся голос из-под одеяла, а потом оттуда показались сонные глаза Холли. По её лицу было видно, что накануне вечером она много плакала, но я решила пока не говорить ей об этом. Вчера она сильно напилась, и нам с Сэмом снова пришлось отвозить её домой, и дабы убедиться, что подруга в порядке, я осталась ночевать у неё.
- И все же она очень милая, – прошептала я, обнимая Снежинку, которая, кажется, была очень довольна таким положением вещей.
- Который час? – сонно спросила Холли и, взглянув на телефон, простонала: - Три часа дня. Что, вчера все было так плохо?
- Я не знаю, Холл. Зачем ты так сильно напилась?! Неужели он не уследил за тобой? – спросила я, недовольно хмуря брови.
- Кто – он? – снова чуть не заплакав, переспросила подруга и закрыла глаза.
- Ну, Эштон. Я видела тебя рядом с ним. Кажется... - неуверенно предположила я, поглаживая Снежинку.
- Этот мудак не пришел. Это был не Эштон, а Джейсон. Все были в костюмах, ты видно что-то напутала, – со злостью сказала Холли, и тяжело вдохнув, улеглась на подушки. – Не верю, что он не пришел и до сих пор не звонит. Кажется, ему плевать, на всё, что между нами было.
- Холл, между вами, по сути, ничего серьезного и не было, а ты уже на придумывала себе воздушных замков, – вырвалось у меня, хотя я вовсе не хотела добивать подругу.

- Зачем ты так говоришь? Думаешь, я не могу понравиться такому, как Эштон? Не могу понравиться по–настоящему? – она поправила свои рыжие волосы и с подозрением уставилась на меня.
- Ну, Холли, пойми. Я не хочу тебя обидеть, но, кажется, Эштон не из тех парней, кому нужны отношения. И таких девушек, как ты, он просто использует. Потому что ты... Ну... Ты легкодоступная, – наконец я высказала ей все, что думаю, в лицо и посмотрела ей в глаза, стараясь вложить в свой взгляд как можно больше дружеской поддержки.
- Что? – опешила Холли и сложила руки на груди. – Это я-то легкодоступная? Да, может, я не такая снежная королева, как ты, но называть меня Шлюхой... Тебе не кажется, что это слишком? – она повысила голос и посмотрела на меня так, будто я была ей врагом номер один во всем мире.
- Стоп. Я не называла тебя шлюхой! – сказала я, защищаясь. – Просто пойми, Эштон может заполучить любую девушку, если захочет, а чтобы заполучить тебя, ему даже не пришлось напрягаться. Ему это не интересно, – просто сказала я, вставая с постели. Я подошла к зеркалу и неспроста: в таком состоянии Холли запросто могла наброситься на меня с кулаками, так что лучше держаться от нее и её ногтей подальше.
- С каких пор ты такой знаток мужской психологии? – фыркнула она, кидая в мою сторону подушку.
- Я не знаю, – я пожала плечами и задумалась. – Просто я знала такого парня, как Эштон, ещё в детстве в приюте. Эштон – типичный плохой парень, который скрывает свои комплексы за маской могучего альфа-самца. – Я закатила глаза и сжала кулаки, вспоминая взгляд Эштона. – Ну и, конечно, его красота и тело - все это сводит вас всех с ума.
- Но не тебя, – заметила Холли и с подозрением уставилась на меня. – Почему ты все так же холодна к нему?
- А почему мне должен нравиться придурок, который не уважает девушек? – вопросом на вопрос ответила я. – Я слишком люблю себя, чтобы влюбиться в парня, который все равно вытрет об меня ноги.
- Не представляю, как ты можешь так рассуждать, – сказала Холли, не веря своим ушам. – Как ты можешь быть такой холодной и равнодушной ко всему? Тебя ничем не возьмёшь. Ни богатенький классный парень, вроде Энди, ни Эштон... Никто тебе по-настоящему не нравиться. Ты свободна от всего этого дерьма. Иногда я даже завидую тебе, Ванесса.
- Да уж, я сама в восторге от своего стального сердца, – усмехнулась я, закрывая глаза. Перед внутренним взором на секунду встал вчерашний незнакомец и его пухлые очерченные губы, которые в тот вечер принадлежали только мне. Интересно, кто он? И будет ли он меня искать?

***
Когда я зашла в школу, народ прямо-таки расступился передо мной. Сначала я подумала, что все уставились на Холли, но она ещё плелась где-то на лестнице. Я неуверенно осмотрелась по сторонам, ловя на себе взгляд каждого, кто стоял в школьном коридоре. Тяжело вздохнув, я прижала к себе два учебника и, застучав каблуками по полу, направилась в класс.
Я слышала их голоса. Они говорили обо мне, перешёптывались между собой. Один парень так сильно открыл свой рот и выпучил на меня свои большие серые глаза, что его подружке пришлось помочь ему его закрыть.
Сегодня я оделась довольно обычно – черные гольфы, туфли на толстом каблуке и белая блуза до середины колена. Не понимаю, почему на меня все так пялятся, хоть я и привыкла, что на меня все смотрят и относятся с благоговейным уважением, но не до такой же степени!
И тут меня догнала Холли и, взяв под ручку, шепнула на ухо:
- Ты и правда очень красивая с этим цветом волос, – сказала мне она и улыбнулась, помахав парню из волейбольной команды. Но даже в эту секунду он смотрел только на меня.
Точно. Волосы, я и забыла, что покрасила их. Я-то чувствовала себя так, будто я уже очень давно хожу в таком виде. Я подошла к шкафчику и сложила туда свои учебники, как вдруг услышала голос Сэма:
- Мне кажется или в нашей школе стало слишком жарко? – усмехнулся он, обнимая меня при встрече. Холли тоже потянулась обнять друга, но почему-то вместо обычного теплого приветствия, Сэм скорчил недовольную рожу и наспех обнял подругу. Я вопросительно уставилась на него, а Холли сделала вид, что ничего не заметила.

И, вообще, Сэм сегодня выглядел довольно странно – очков нет, прическа носила беспорядочный характер, который очень ему шел, а майка открыла для меня тот факт, что у него тоже есть крепкие мускулы.
- Это, наверное, все на тебя пялятся, – усмехнулась я, потрогав его за плечо. – Ты – качок, – сказала я, и мы вместе рассмеялись.
- Эштон в конце коридора, – зашипела Холли на нас обоих. – Если он подойдет ко мне, буду с ним холодна, как лед. Урод.
Я закатила глаза, слабо веря в то, что такое возможно. Пара ласковых слов от Эштона, и Холли растает, как фруктовый лед при 30 градусной жаре. Я отвернулась к своему шкафчику в поисках тетради по математике, слушая разговор Сэма с самим собой и нетерпеливые вздохи Холли.
Наконец, я услышала, как подошел кто-то ещё, и тут же узнала его голос:
- Рыженькая, ты чего, дуешься на меня? – спросил у Холли Эштон, и я улыбнулась, зная, что сейчас она закатит ему целую истерику.
- Чего тебе нужно? – с тонной гордости в голосе спросила Холли, и я уверена, что она смерила его снисходительным взглядом.
- Детка, если бы я тратил объяснения на то, что мне нужно от девушек, я бы был ещё девственником, – усмехнулся он, и от такой наглости у меня чуть не отпала челюсть. – Ты огонь, красивая, сексуальная, вот что мне от тебя нужно.
Я тяжело вздохнула и, приготовившись взорваться, повернулась к ним всем и просто сказала сквозь зубы:
- Но, к сожалению для тебя, твой член уже повидал слишком много шлюх. – Мои глаза вспыхнули, когда я встретилась с его кристально-чистым голубым взглядом.
Я ожидала, что его реакция будет быстрой, стремительной и сражающей на повал. Что-нибудь в его фирменном духе: « Я так люблю унижать тебя, Ванесса», но к моему удивлению, он молчал. Он молчал, наверное, секунд тридцать и просто смотрел на меня. Сэм продолжал что-то говорить, Холли изучала свои локоны, видимо приняв мои слова, как оскорбление и на свой счет.
Мы с Эштоном же просто молчали, и это молчание было громче, чем все разговоры в школьном коридоре. Он даже пытался не поменяться в лице, сделать свой взгляд, как обычно, лукавым, ехидным или же непроницательным. Но я видела, как, почему-то, он занервничал, как забегали его желваки, а глаза слегка сощурились, но не презрительно, а будто, глубоко в душе, он предался воспоминаниям.
- Ну, что, я права? – спросила я и улыбнулась настолько мило, насколько могла. Для большего эффекта я слегка взмахнула волосами.
- Права, – просто сказал он, отпустив Холли, и покинул нашу компанию. Я смотрела ему вслед, и тут произошло кое-что еще, чего я никак не могла ожидать. Он обернулся... Обернулся и посмотрел на меня таким взглядом, как смотрит парень, который хочет съесть свою девушку, посадить под замок и никогда не отпускать. Но, наверное, мне показалось. Точно, показалось.
- Что это с ним? – спросила Холли, возмущенно. – А с тобой что? Что ты привязалась к нему? Что вы друг друга вечно обзываете? – завалила она вопросами нас, и мы с Сэмом переглянувшись ответили:
- Неважно.

***
Я думала, что на сегодня мои приключения закончились, но это оказалось не так. Уставшая и отсидевшая 7 уроков, я, как обычно, снова пошла к своему шкафчику, чтобы сложить все учебники и отправиться домой. Как вдруг, открывая дверцу, я обнаружила маленькую записку. Не знаю почему, но я была уверена, что это от Энди, и уже хотела выбросить её, но что-то в последний момент заставило меня раскрыть и прочитать написанное.
Большим размашистым подчерком в записке было написано несколько предложений, от которых мое сердце начало биться с бешеной скоростью:
«Клуб «Inception». Приходи сегодня ночью, я буду там без костюма человека-паука. Может быть, узнаем друг друга».

�������m\��