five
Эмилия проснулась в том же холодном углу, где провела предыдущую ночь, но на этот раз было что-то другое в воздухе. В комнате было тише, и даже её мысли были менее беспокойными, чем раньше. Она всё ещё чувствовала боль, но теперь было немного легче. Кажется, её состояние начало немного улучшаться, хотя мысли о том, что её всё ещё держат в плену, не покидали её.
Она сидела на полу, скрестив ноги, и смотрела на стены, стараясь найти хоть какое-то утешение в этом кошмаре. Вдруг дверь открылась, и в комнату вошёл человек. На этот раз это был не кто-то из тех, кто мучил её до сих пор. Этот человек был знакомым — Глеб.
Он молча подошёл, его взгляд был напряжённым, но в нём не было прежней жестокости. Он как будто снова стал человеком, а не тем, кем был раньше. Эмилия подняла глаза на него, и на мгновение их взгляды встретились. Она не могла понять, что это значит, но в её глазах отражалась хотя бы небольшая надежда, как будто перед ней стоял не просто ещё один мучитель, а человек, который хоть немного мог её понять.
— Как ты? — его голос был тихим, почти без эмоций. Но в его словах было что-то искреннее, и Эмилия почувствовала, что это не просто вопрос. Он действительно хотел узнать.
Эмилия не могла ответить сразу. Он был частью этого мира, миром боли и страха. Но в его вопросах было что-то такое, что она не могла проигнорировать.
— Я… — её голос был слабым. — Я не знаю, как мне быть.
Глеб сделал шаг назад, как будто не знал, что делать. Он всё ещё оставался в том мире, где его решения принимались мгновенно и без раздумий, но что-то в его душе изменилось. Он знал, что ей было больно, но не мог поверить, что она ещё могла говорить, что она вообще ещё жива. Он не знал, что ответить, и всё, что он мог сделать — это молчать.
— Мы не можем оставить тебя здесь. Это не то, что ты заслуживаешь, — сказал он, избегая смотреть ей в глаза.
Зачем он это говорил? Почему он вдруг стал таким мягким? Его слова задели её, потому что она понимала: за всей этой маской жестокости, которую он носил, всё же оставался человек. Но она не могла забыть, что он был тем, кто участвовал в её похищении, тем, кто помогал этим людям. И даже если его взгляд стал мягче, она всё равно не могла нормально смотреть на него.
— Ты не должен ничего объяснять, — ответила она, пытаясь собрать свои силы. — Ты – один из тех, кто меня держит, кто причиняет боль. Так что не стоит говорить мне, что ты не хотел этого.
Глеб посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло сожаление. Он хотел что-то сказать, но слова как-то не выходили.
Несмотря на её слова, Глеб всё-таки подошёл ближе. Он присел рядом, не так, как раньше – с угрозой в глазах. Сейчас он был рядом, почти как человек, хотя и не мог быть уверенным в своих чувствах. Он молчал, но его присутствие было значимым.
— Я не могу просто взять и уйти, — сказал он наконец. — Я не могу уйти, не сделав что-то, чтобы помочь тебе.
Эмилия снова посмотрела на него. Это не было неискренне, но это всё равно было трудно воспринимать. Она не могла позволить себе верить людям, которые были частью её похищения, а тем более, он её и похитил. Но Глеб… Он был не таким, как остальные. И в его глазах был этот маленький огонёк искупления, который, возможно, был правдой.
— Ты хочешь помочь? — спросила она, не веря собственным словам. — Что ты можешь сделать? Ты ведь такой же, как и все остальные.
Глеб молча кивнул, потом встал и подошёл к столу, который был в углу. Он взял несколько листов, просмотрел их и, обратившись к ней, сказал:
— Я могу помочь тебе сбежать отсюда. Я знаю, что тебе нужно сделать. Но я не смогу это сделать без твоей помощи.
Она не была уверена, что она могла ему доверять, но в её душе, где ещё горела искра надежды, пробудился страх того, что она останется здесь навсегда.
Глеб продолжил:
— Я могу помочь тебе, если ты будешь готова рисковать.
Эмилия молчала. Всё её тело было наполнено страхом и сомнением, но что-то в его словах заставляло её задуматься. Она вспомнила, как её пытали, как её унижали, как ей больно было думать, что она потеряла все шансы на спасение. Но теперь перед ней стоял человек, который мог стать её шансом. Она должна была решить, что делать. Это был её выбор.
— Хорошо, — наконец сказала она, с трудом преодолевая свои сомнения. — Я готова. Но ты должен обещать, что ты не предашь меня.
Глеб кивнул, его лицо всё ещё оставалось строгим, но в его глазах было что-то другое – решимость.
— Обещаю.
В этот момент что-то внутри Эмилии шевельнулось. Может быть, она всё-таки сможет выбраться. Может быть, её шанс ещё не упущен.