Глава 6
Северус проклинал все, всех, каждого, каждую, по отдельности, вместе. Целый мир, миры, галактику, планеты. Все живое, мертвое и неопознанное.
Грейнджер, Поттера, Минерву, Кингсли, Альбуса, Темного Лорда. Последних двух по особенному и с большей интенсивностью.
Он ненавидел всех.
Он пил и думал. Постоянно.
Гребаный мозг столь низменного существа, как человека.
Рано или поздно, с окклюменцией и без, он начинает накручивать, раскручивать и развивать глупые мысли.
О возможностях, о шансах, о судьбе.
Что если Северус выжил, то это знак. Что это может быть предназначением, призванием.
Что он вновь что-то должен этому грязному миру и что он еще не до конца сослужил.
Пустая бутылка полетела в стену, и осколки рассыпались по полу.
Еды не было уже четыре дня.
И Северус ненавидел себя — помимо прочих. Разумеется, сильнее.
Он, наверное, даже и не переставал этого делать никогда.
Но именно сейчас он увеличил интенсивность.
Он презирал себя и вредил. Он резал кожу и заливал мысли — ведь его некогда гениальный дар окклюмента давал сбои.
Северус, драккл бы его разорвал, беспокоился о мисс Грейнджер.
Эта идиотка перестала приходить, перестала готовить ему и надоедать своей несуразной птицей.
Северус должен был радоваться этому — ведь он сам ее каждый раз оскорблял и велел уйти.
Но черта с два эта заносчивая гриффиндорка поступила бы, как сказал он.
Что-то нечисто. Или есть подвох.
И его раздражало до изнеможения то, что он вообще думал об этом.
Старый идиот.
Каким же жалким был он, каким... глупым. Он посмешище.
Он все тот же мальчишка, с которым никто в юношестве не дружил.
Малейшее внимание, регулярность и доброта — он снова продал душу покупателю.
Вот только она снова не нужна.
Он жив. Он в одиночестве.
И цель его существования, кажется, все такая же, как и всегда.
Делать мерзкую работу за других, чтобы они не запачкались.
***
Его разбудили запах герани дуболистной{?}[Герань дуболистная (Pelargonium) на языке цветов — Настоящая дружба. ] и сквозняк.
— О Северус, ну ради Мерлина! — слишком громко захлопывая дверь, разразилась Минерва. — Сколько можно?!
— Не вопи так, — с трудом поднимаясь на затекших руках, Северус сел. — Чем от тебя несет? — сморщился он.
— Это от меня несет? — удивилась Минерва. — Ты воняешь хуже бомжей в Лютном переулке.
— Ты пришла, чтобы меня пооскорблять?
— Я пришла, чтобы вытащить тебя из этой дыры, — решительно заявила МакГонагалл. — Вставай и собирайся.
— Я никуда не пойду.
— Не веди себя как капризный ребенок! — достав из кобуры древко, Минерва послала в Северуса Экскуро{?}[Очищающее заклинание.]. — Теряешь хватку, — угрюмо она дополнила.
— Я позволил тебе направить палочку.
— Утешаться будешь в одиночестве. Вставай.
— Минерва, — грозно прошипел Снейп, но был прерван практически мгновенно.
— Я не стану тебя слушать, — высокий голос начал резко. — Если не хочешь, чтобы я выволокла тебя отсюда силой, вставай и иди.
На такую самонадеянность Северус поднял бровь.
— Рада, что мы договорились.
Эту женщину, кажется, не смущал тот факт, что Снейп был Пожирателем — то есть он пытал, убивал, однажды даже расчленял. Был смертоносным.
Для нее он навсегда останется учеником, ребенком, подопечным.
Даже во время войны — в тот страшный год его директорства — она прекрасно видела и знала, что он делал это вопреки. Из надобности, через силу, сквозь притворство, ради будущего.
— И куда идти? — устало он спросил.
— Куда скажу.
— Просто прекрасно, — бормоча себе под нос, он встал и отряхнул запачканную кофту. — У меня есть тридцать минут.
Скупой смешок послышался неподалеку.
— И что у тебя за планы на день? Курение, алкоголь, самобичевание?
— Дело не твоего ума.
— Не смей грубить мне, Северус! Я старше!
— Ради Мерлина, — поджав губы, он прорычал. — Веди уже, пока я в состоянии аффекта.
Стоило ему сделать шаг, как вскинутое древко вновь одарило его снопом искр.
Порванная одежда преобразилась в сюртук.
Такой, какой он носил раньше.
— Как великодушно с твоей стороны. Боишься, опозорю тебя? — сочась ядом, Северус спросил.
— Сейчас ты тоже мне позволил на себя направить палочку? — проигнорировав его выпад, с издевкой бросила Минерва. — Дай руку.
— Приглашаешь потанцевать?
— Не дерзи, Северус. Уверена, что ты давно не аппарировал. Хочешь остаться без ноги?
— Уж не приравнивай меня к своим соплякам-школьникам, Минерва. И поторопись, у тебя уже двадцать девять минут.
— Святые угодники, — пробурчала МакГонагалл и схватила Северуса.
Противный рывок в животе. Мир сжался, закружился, съежился.
Сквозь шум в ушах и цветные блики в глазах он различил конечный пункт их путешествия.
Вырвавшись из хватки Минервы, Северус взревел. Как злой и раненый зверь в клетке, он развернулся и двинулся от старой кошки прочь.
Сияние куполом вспыхнуло вокруг. Все поле вмиг было покрыто чарами. Барьером — антиаппарационным.
— Как ты посмела? — оборачиваясь, Северус сквозь зубы выдавил. — Это слишком грязно, Минерва.
— Я не удержу тебя здесь дольше чем на полчаса.
— Я сказал, что не вернусь, — он в ярости на нее прокричал.
— Мне есть что показать тебе.
— Мне плевать. Я дал тебе понять, что мне не интересен Хогвартс.
— Дай мне полчаса, Северус.
— Сними барьер.
— Пойдем со мной, иначе мне придется вести тебя через силу.
— Ты уже, — наступая на нее и вынимая палочку из-за пояса, Снейп зарычал, — привела меня через силу.
— Вызываешь меня на дуэль? — безэмоционально смотря на кончик его древка, спросила Минерва.
— Не забывай, кто ты, а кто я.
— Ты мой друг, Северус, — заставив того дернуться на миг, произнесла спокойным тоном стоящая под прицелом женщина. — Ты тот, кто мне небезразличен и о ком я беспокоюсь, драккл тебя раздери, идиот безмозглый. Думаешь, я могу спокойно существовать, зная, что величайший волшебник убивает себя дешевым пойлом и живет в сарае в нищете?
— Прекрати эту патетику.
— Пойдем со мной, Северус, — сжимая тонкой кистью его грубую ладонь, МакГонагалл вновь тихо попросила. — Дай мне всего лишь полчаса, — подавая его исхудавшее тело на себя, она пошла в сторону замка задними шагами, — и я обещаю, что не потревожу тебя больше.
— Чем ты хочешь меня удивить? — зло огрызался он, но поддался шагу. Нехотя и хмуро. Медленно и тяжело. — И не держи меня, как первогодку, ради Мерлина, — вырываясь, Северус бурчал, а спереди, вновь обернувшись лицом к школе, тихо продолжала идти женщина.
Свист заклинания заставил ее приостановиться спустя несколько минут.
Под вопросительно приподнятую бровь Снейп прошипел:
— Я не желаю быть замеченным.
— Как хочешь, но сейчас всего лишь пять тридцать утра, — пожала плечами МакГонагалл. — Замок полупустой, все точно спят.
Пять утра? Северус нахмурился и неспешно осмотрелся.
Минерва так быстро выдернула его из сна и вытащила из дому, что он даже не успел понять, сколько времени.
Как только они подошли к воротам, Северус замедлился.
Великий Салазар, пусть все это скорее кончится.
Он обещал себе, что, даже если выживет, не дай Мерлин, он сюда больше не придет.
Хогвартс навеки осквернен его грязными действиями.
Дети, которых Северус должен был оберегать и защищать, кричали, плакали и погибали в этих стенах.
Их пытали у него на глазах, а он стоял и улыбался.
Он терпел и он играл.
Лучше бы Минерве поскорее показать, что она хотела, и он навсегда уйдет и навеки покончит с этим местом.
— Заходи, Северус, — пригласила она глухо, и его нога вновь оказалась на этой земле.
Должно быть, замок помнил его как профессора, ведь стоило Снейпу переступить порог, как магия в секунду хлынула по его венам.
Правое крыло, астрономическая башня, подземелья, башня старост, левое крыло, даже Черное озеро.
Все зоны и все секции; все классы, помещения, кладовые, лаборатории, залы — он ощущал.
— Замок до сих пор признает тебя директором, мальчик мой, — произнесла не спеша Минерва. — И этот пост по праву твой.
Словно его поразили заклятием, Северус отшатнулся на мгновение, а затем сбросил с себя чары и направил палочку прямо в лицо МакГонагалл.
— Не смей использовать те же паскудные приемы, какими меня удерживал Альбус! Не смей!
— Я не пытаюсь тебе навредить, Северус.
— Ради Мерлина, Минерва, и трех месяцев не прошло, как я выпутался из оков. И ты считаешь, я снова попадусь в ловушку манипуляций?
Он держал свое древко на уровне смотрящих глаз. Он ждал, что в этот раз Минерва будет продолжать наступать, говорить и переубеждать, будет лгать ему — как все делали с ним, точно так же. Но ее чересчур светлые глаза лишь опустились в пол. Она вздохнула — осторожно. Ее голос надломился, и она сказала всего лишь:
— Как же я виновата перед тобой, Северус.
Секунда. Две.
Спустя недолгий миг и паузу она подняла взгляд на его левое предплечье.
— Я не должна была позволить тебе сделать этого двадцать лет назад.
— Прекрати, — сквозь зубы Северус рычал. — Я не хочу слышать об этом.
Минерва медленно скользила взглядом по нему.
Как будто изучала вновь или пыталась отыскать какую-то деталь.
Так тщательно, с упорством.
— Минерва, не заставляй меня применять силу.
— Мне не позволят взять тебя учителем, Северус, я уже пыталась.
— Прекрати.
— Но если мы покажем им, что замок признает только тебя...
— Минерва, я сказал нет, — рявкнул Северус, и после звона его голоса повисла тишина.
Рассветные лучи лениво освещали дворик Хогвартса.
Отреставрированный.
Было видно, как много сделали после войны.
Северус даже и не помнил общий вид замка во время финальной битвы. Он видел лишь стены хижины, в которой его бросил умирать Темный Лорд.
Еще он помнил глаза Поттера, ладони чертовой Грейнджер, отчаянно пытавшейся его спасти — и удалось ведь идиотке, — волосы Уизли в стороне. Он, должно быть, ужасно раздосадован оттого, что Северус жив.
Шумный выдох МакГонагалл оторвал Снейпа от меланхоличных размышлений.
— Раз не желаешь занимать свой пост, передай его мне, — ледяным тоном сказала она. — Замок не слушается. Нужны твои чары.
— Ах вот оно что, — иронично поджимая губы, Северус убрал древко. — Интересно.
— Мало интересного.
Не обращая внимания на реплику МакГонагалл, Снейп задумчиво почесал подбородок.
Хотелось закурить.
И если честно, то голод длиной в пять дней тоже давал о себе знать.
В карманах было пусто.
— У тебя сигареты нет?
— Перестань травить себя этой дрянью.
— Значит нет, — устало он пробормотал.
Хогвартс был удивительным существом.
Он имел свой разум — все об этом знали.
Северус до сих пор не до конца понимал как, но Альбус умел с ним общаться.
Когда тот передавал свои права Снейпу — конечно же, старик спланировал это заранее, — то пользовался исключительными ингредиентами. Слезами Феникса и смертью.
— Я не уверен, что смогу, — негромко Северус вздохнул, и Минерва нахмурилась. — Передать тебе права на замок, — уточнил он.
— Давай поговорим внутри, — взяв его за руку, она наконец завела Снейпа во двор.
Ступать по земле, пропитанной кровью, было не впервой.
Но в этот раз он ощущал все четче.
Это кровь детская — она дороже взрослой.
Ее запах резче, цвет интенсивнее, а вкус нежнее.
Темный Лорд заставлял всех своих слуг ее пить — хотя бы раз.
Как только отворились двери главного входа, дыхание сбилось.
Противные картинки с Амикусом и Алекто Кэрроу, шум в ушах. Смех Беллы и испуганные взгляды.
Как будто все сон. Как будто он сейчас через миг вновь проснется и он все еще шпион.
Он все еще разменная монета на два фронта.
И прямо сейчас идет война.
Ничего не закончилось. Не кончится.
— Северус, — голос Минервы рядом прозвучал. — Входи.
Он даже не заметил, как они поднялись выше, как прошли по коридорам — отмытыми от крови и от грязи, — как они сюда дошли.
Перед ним открывался вход в ад и в чистилище, в персональную преисподнюю.
Тот самый кабинет директора.
То место, где Северус принимал приказы, где умолял, где рыдал.
— Чаю? — присаживаясь в гостевое кресло, предложила Минерва.
Снейп отмер.
В его разуме опустились стены привычной окклюменции.
Он вновь закрыт.
— У тебя осталось примерно... — не спеша Северус перевел взгляд на часы, — девятнадцать минут. Хочешь потратить их на чаепитие?
— Я люблю чай.
Он промолчал.
И Минерва молчала.
Они просто оставались в тишине на протяжении восьмидесяти трех секунд.
— Ты позвала меня, чтобы молчать? — не выдержал Северус первым. — Я услышал твою просьбу про права на замок, но мне нужно подумать. Или ты уже нашла способ?
МакГонагалл отрицательно покачала головой.
— Нет, — вздохнула она. — Не нашла.
— Но ты думала о чем-то.
— Думала.
Раздраженно вздохнув, Северус прислонился к двери.
— Ну и?
— Поживи здесь, пока не найдем способ.
— Минерва, — в гневе он начал, — я повторил тебе несколько раз, что...
— Это просьба, Северус, — перебила его та самая фраза, которая имела физический вес.
В секунду он кинулся ближе и резко навис над спокойным лицом МакГонагалл.
Пальцы вжались в подлокотники кресла, Снейп шумно и прерывисто дышал.
— Не пытайся манипулировать мной, — отчеканил он сквозь зубы.
— Я правда прошу тебя, — ответила она. — Впервые здесь после войны спокойно, Северус. Сейчас, — уточнила Минерва. — Пока ты внутри, замок не мучает меня.
— Выпей обезболивающее, если у тебя мигрени.
— Северус, я прошу как друга.
Он в отчаянии зарычал.
— Как друга... — досадно усмехнулся Снейп.
Дружба.
Та самая чертова дружба.
Как же Северус ненавидел сам факт наличия чувств.
Как же он ненавидел свою низменность, никчемность.
Дружба.
— Я никому об этом не скажу, Северус. Ты точно так же, как в своем... доме, — с трудом Минерва назвала его сарай домом, — будешь один. Только пока мы ищем способ.
— И какая же выгода в этом всем для меня? — озлобился Снейп резко.
Нагрубил.
Привычно. Как всегда.
— Я могу заплатить.
— О ради Мерлина, — скривился он и выпрямился, возвышаясь посреди.
— Чего тогда ты хочешь?
— Смерти?
— Прекрати, — вставая с кресла, раздраженно прервала Минерва. — Раз у нас еще, — обернулась она на время, — целых десять минут...
Снейп закатил глаза.
— Сходи в свои старые покои. Подумай, посмотри, прими решение.
— Минерва, — как змея, он прошипел. — Я уже принял решение. Нет.
Всплеснув руками, МакГонагалл измученно вздохнула.
— Ты невыносим.
— Это честь для меня.
Молча поджав губы, Минерва поняла, что снова потерпела поражение.
— Дай знать, когда придумаешь, как передать права замка.
— У меня нет совы.
— Значит, зайду сама через неделю.
Северус кивнул.
Еще раз окинув взглядом свою давнюю подругу, он распахнул двери и почти ушел.
— Минерва, — задержался он в последний миг.
— Да?
— Я ведь мог снять барьер, как директор, с самого начала.
— Разумеется.
Подавив ухмылку, Северус наконец вышел.
Он стоял посреди длинного коридора.
Солнце окончательно возвысилось на небе, и проход был освещен сквозь узор окон и решетки.
Красиво.
Снейп помнил, как его восхищали эти узоры в детстве.
Как он любовался ими по утрам и по ночам.
Противнейшее чувство — ностальгия — вдруг взыграло в его черном сердце.
Проклиная Минерву, весь свет и пуще прежнего себя, он двинулся в сторону подземелий.
Путь был быстрым, как назло. Замок играл с ним в игры — и выигрывал, мухлюя.
Мантия за спиной развевалась — как всегда.
Шаги были неслышными; температура — минус.
Он скучал.
Побрал бы его гиппогриф.
Он скучал по этим холодным стенам. По пару от котлов, по запахам от сушеных листьев и даже по лапам пауков.
Северус входил в кабинет беззвучно. Сквозь аудиторию он прошел сразу именно туда — в лабораторию, в которой он варил так много зелий.
Северус ужасно не любил преподавать.
Он ненавидел этих глупых, узкомыслящих студентов.
Всего несколько за почти двадцать лет преподавания были действительно умны и заинтересованы в зельях.
Впрочем, неважно.
Он шел в свой старый мир.
Он шел в пристанище, некогда оживлявшее его бренное тело.
Еще один малейший шаг, и Северус застыл.
Из-за двери лаборатории послышались посторонние звуки.
Он сжал палочку в ладони и неспешно заглянул.
«Age, quod agis»{?}[Делай, что ты делаешь.].
Каштановые волосы и виноградная лоза.
Она жива и она в Хогвартсе.
Ну разумеется.
«Aut Caesar, aut nihil»{?}[Или все, или ничего.].
Выскочка и самонадеянная заноза в его почти обретшей покой и свободу заднице.
Где еще она могла быть?
Не издавая звука, Северус подошел.
Аромат бархатцев с жасмином; громко колотящееся в ее маленькой груди сердце.
Он ощущал себя зверем.
Он чувствовал, что загнал жертву в клетку.
С упоением затаив дыхание, Северус назвал пароль:
— Vim vi repelllere licet{?}[Насилие позволяется отражать силой.].
А его маленькая пташка вздрогнула.