Держись
────୨ৎ────
Перелет был мучительно долгим. Каждая минута казалась вечностью, пока самолет прокладывал свой путь сквозь облака, унося меня от моей прошлой жизни, от всего, что дало свежий глоток воздуха.
Джеймс несколько раз пытался меня подбодрить, что-то говорил про светлое будущее и про то, что тетя Маша хотела бы, чтобы я была счастлива, но даже он, такой обычно сильный и уверенный, то и дело шмыгал носом, выдавая свою собственную боль. Он потерял не просто жену, он потерял часть себя. И я чувствовала эту его утрату, как свою собственную.
Каждая улица, каждый дом, каждое здание были знакомы до боли, и по телу пробегали мурашки, когда мы проезжали по тому самому проспекту.Именно там,жизнь одной маленькой девочки оборвалась навсегда.Теперь же Москва ассоциировалась лишь с потерей и горем.
Я скучаю по Леувардену... Скучаю по его узким улочкам, по запаху кофе и свежей выпечки, по крикам чаек над каналом, по его спокойствию и умиротворению. Скучаю по Йосту.
Как ни странно, но здесь, в Москве, я не чувствовала себя дома. Этот город, который когда-то был моим убежищем, навсегда поставил крест в моей душе, который я никогда не смогу простить и больше не смогу назвать его своим "домом". Слишком много боли, слишком много потерь, слишком много горьких воспоминаний.
Заселение в отель прошло как в тумане. Я просто рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку, пытаясь заглушить рыдания. Хотелось кричать, выть, звать на помощь, но я не могла издать ни звука.
Телефонный звонок пронзил тишину номера, словно удар молнии. Он заставил меня вздрогнуть и вернуться в реальность. На экране высветилось имя:
«Придурок(немного)»
Так и не смогла переименовать его. Эта маленькая деталь вызывала у меня слабую улыбку сквозь слезы.
—Как ты? — шмыгая носом, спросил он. Его голос звучал так хрипло и измученно, что мое сердце сжалось от жалости.
—Все хорошо, Йост. Ложись спать, — прошептала я, посмотрев на часы. У них сейчас глубокая ночь, а он все еще не спит, переживает за меня.
—Как я могу уснуть, когда ты сейчас лежишь там и плачешь? — этот вопрос застал меня врасплох. Я прижала руку ко рту, стараясь сдержать себя,чтобы он не услышал.
—Ради меня... поспи, — я смотрела в окно и видела, как люди уже спешат на работу, погруженные в свои заботы. Мир продолжал жить, несмотря на мою боль.
—Ради тебя... — повторил он эхом.
Я первая сбросила звонок, понимая, что мы оба причиняем друг другу боль. Мне нужно было побыть одной, разобраться во всем что сейчас происходит.
Мне больно терять,сново терять.
Солнце настойчиво пробивалось сквозь шторы, заливая комнату ярким светом. Я на всю громкость включила в наушниках песню "Ik wil je". Ее мотив и знакомые слова хоть ненадолго заглушали боль.
Мысли отступили на второй план. Музыка буквально выгнала их из моей головы, и я, наконец, смогла заснуть, провалившись в беспокойный, прерывистый сон.
Но даже сон не принес покоя. Беспокойная ночь, а точнее, мучительное утро не желало отпускать меня.
Вздрогнув, я подскочила с кровати, разбуженная резким звуком сирены скорой помощи. Столица слишком шумная, слишком суетливая, слишком чужая.
Снова звонок. Я неохотно беру трубку. На экране – видеозвонок от Арины.
—Мы уже скучаем! — машет она в камеру, улыбаясь сквозь слезы. Рядом с ней сидят ребята, а телефон держит Йост.
Он молча смотрит на меня, прищурив глаза, словно пытается разглядеть сквозь экран мое лицо, проникнуть в мою душу. Я отворачиваюсь, делая вид, что ищу зажигалку, чтобы скрыть свои эмоции. Не хочу, чтобы он видел мою слабость.
—Держись, пожалуйста. Скоро все закончится, — гласит сообщение, висящее без ответа в нашем чате.
Сил отвечать на это нет. Но я так же понимаю, как он волнуется. Я чувствую его боль на расстоянии, и это причиняет мне еще больше страданий.
Я снова засыпаю, надев наушники, понимая, что если останусь наедине со своими мыслями, то просто сожру себя изнутри.
—Спокойной ночи... — шепчу я, глядя на луну, будто в надежде оказаться сново с теплом мае.
────୨ৎ────
Тгк: https://t.me/Witt1111