Глава 14
Лиза прислонилась к стене, засунув руки в карманы брюк из полушелковой ткани. Она смотрела на двух человек, разминавшихся перед спаррингом на ринге прямо перед ней. Под потолком спортзала располагалось несколько рядов грязных окошек, через которые в помещение проникал тусклый дневной свет, кроме того, с потолка на тяжелых цепях свисали лампы дневного света. Из-за столь смешанного освещения возникало ощущение, будто в помещении висит неестественная полумгла.
В трех углах спортзала находились ринги для спарринга, а пространство в оставшемся углу было разделено фанерными перегородками: там располагался местный офис и самодельные индивидуальные шкафчики. Войдя в спортзал, Лиза все внимательно осмотрела, запомнив количество присутствовавших людей и их местонахождение. Ира, в свою очередь, сразу же направилась в крошечную женскую раздевалку со шторой вместо двери, которая, похоже, раньше служила кладовкой.
Лиза не пошла за ней в раздевалку по нескольким причинам. Ей хотелось предоставить Ире как можно больше личного пространства. Проследуй она за девушкой, это привлекло бы к ним обеим ненужное внимание. Кроме того, Лиза уже когда-то побывала в этой раздевалке вместе с Ирой и знала, насколько там было тесно. Лиза не забыла, как выглядит Ира, когда переодевается перед тренировкой. Ей не хотелось стоять в полуметре от девушки, пока та раздевается, потому что, несмотря на все свои благие намерения, Лиза знала, что столкнется с огромным искушением. Прошло уже шесть недель с их последней встречи, и Лиза ни дня – да что там, ни одного часа! – не могла не думать об Ире. Она не могла признаться девушке, сколько раз за время их разлуки она представляла, как прикасается к ней. Признаваться в этом самой себе Лизе тоже не хотелось.
Так что Андрияненко стояла в тени у стены, откуда она могла видеть все помещение и в то же время быть как можно ближе к Ире.
Примерно в шести метрах от нее Ира легонько подпрыгивала на месте на грязном брезенте, которым был затянут пол ринга площадью метров десять. Она ждала, пока ее соперник поправит перчатки и вставит в рот каппу. Уже почти три месяца дочь президента выходила на свободный спарринг против мужчин ее весовой категории. Других женщин, которые часто здесь тренировались и обладали подходящим опытом для спарринга с ней, не было. Ира ходила в спортзал Эрни достаточно долго, чтобы здешние мужчины приняли ее за свою и захотели тренироваться в ее компании. После того, как Ире впервые удалось несколько раз с грохотом уложить на мат одного из них ударом ногой с разворотом и мощным правым хуком, они позабыли, что перед ними женщина, и стали драться с ней на равных.
Ира наблюдала, как к ней приближается молодой парень, радуясь промелькнувшей в его взгляде агрессии. Ей нужно было как-то выплеснуть физическое неудовлетворение и душевный разлад. Внезапное возвращение Лизы и их изменившиеся отношения выбили Иру из колеи. Лишь схватка на ринге с противником, способным травмировать ее, могла по-настоящему отвлечь девушку и стать для нее подходящим испытанием. На ринге ей волей-неволей придется сосредоточиться и разжечь в себе боевой задор. Ира знала, что Лиза где-то неподалеку и наблюдает за ней. Она не стала искать коммандера взглядом, ей не хотелось видеть Лизу. Но Ира чувствовала ее присутствие, и в глубине души хотела, чтобы Лиза была здесь.
Ира бесилась от того, что присутствие коммандера действовало на нее умиротворяюще. Девушка чувствовала, что Лиза о ней заботится, хотя это было частью ее работы. С самого начала Лиза вела себя так, что Ира поверила, что именно она стоит у Лизы на первом месте, а не отчеты или оценки работы команды, которые, похоже, волновали большинство предыдущих агентов, возглавлявших охрану Иры за все эти годы.
Ира бесилась о того, что в Андрияненко ей нравилось буквально все. Она подняла руки в перчатках и с удовольствием замолотила по перчаткам противника. Ей отчаянно хотелось избавиться от лица Лизы, которое никак не уходило из ее мыслей.
***
Она хороша, даже лучше, чем раньше, подумала Лиза, наблюдая, с какой легкостью Ира передвигается по рингу. В отличие от большинства кикбоксеров-мужчин, рассчитывавших в основном на свои мощные удары кулаками, отправлявшие противника в нокаут, Ире приходилось больше полагаться на ноги, которые, как у многих женщин, служили более эффективным оружием, чем руки. Поэтому многие удары руками просто не достигали Иры. Хорошо поставленным ударом ноги она вполне могла отправить мужчину в бессознательное состояние. Но, в то же время, Ира не смогла бы отразить град прямых ударов в лицо, попытайся их нанести мужчина даже меньшей комплекции. Пока же она хорошо справлялась. Ей удалось блокировать целую серию ударов кулаками и отбросить противника назад отличным ударом ногой, угодившим парню в бедро.
Не переставая следить боковым зрением за всеми, кто был в спортзале, Лиза позволила себе удовольствие просто любоваться девушкой, ведь такая роскошь выпадала ей нечасто. Ира затянула волосы в хвост, а выбившиеся непокорные пряди спрятала под свернутую красную бандану, повязанную на лоб. На ней были широкие темно-синие шорты и оборванная снизу белая футболка, оставлявшая обнаженной талию. Лиза смотрела, как играют мышцы на животе Иры, а потом ее взгляд упал на пирсинг в пупке, и она вспомнила свои ощущения, когда водила ладонью по этому колечку.
Это случилось в первую ночь, которую они провели в квартире Дианы. Трепет воспоминаний о той ночи нисколько не ослаб, хотя Лиза не раз прокручивала ее в голове. Она пришла в квартиру первой и около часа ждала Иру. Лиза пыталась читать какой-то журнал, который она отыскала на столике рядом с диваном, но обнаружила, что не может сосредоточиться. Она слишком волновалась. Она беспокоилась за Иру, зная, что за ней наблюдают агенты, которые могли задуматься, что она могла делать в квартире подруги. В принципе, Ира не скрывала свои сексуальные предпочтения, но в любом случае было неосмотрительно позволить кому-то узнать об этом. Слухи о любовной связи дочери президента с агентом Секретной службы дали бы богатую пищу для разговоров.
Лиза напомнила себе, что знала этих агентов, и в глубине души верила, что они не станут болтать, но старую привычку, заставлявшую ее оберегать личную жизнь от посторонних глаз, изменить было трудно. Несмотря на терзавшие ее тревоги, Лизе не терпелось увидеть Иру снова. Она так долго сопротивлялась, а теперь не могла думать ни о ком и ни о чем, кроме Ирины Лазутчиковой. Услышав звук поворачивающегося в замке ключа, Лиза вскочила с дивана и вышла из гостиной в маленький коридор перед входной дверью. Запыхавшаяся, с улыбкой на лице, в квартиру вошла Ира.
– Привет, – сказала девушка, пристраивая сумку и бутылку вина на столик в прихожей. Какое-то мгновение Ира выглядела робкой.
Лиза помнила, как в тот момент подумала, что еще не видела, чтобы Ира выглядела такой юной.
– Привет, – ответила она и поцеловала девушку.
Этот поцелуй задумывался легким и нежным, в качестве приветствия. Но они не виделись почти целый день, после всего лишь одной ночи, проведенной вместе. Этого было катастрофически мало. Тогда казалось, что им всегда будет мало друг друга. Кто-то из них застонал, и они обе принялись яростно раздевать друг друга прямо в коридоре. Полуобнаженные, они не могли оторваться и перестать ласкать друг друга, хотя бы для того, чтобы избавиться от одежды полностью.
Пока они обменивались жадными поцелуями и легкими укусами, Лиза сжимала грудь девушки, в то время как Ира старалась расстегнуть джинсы Лизы. Они так страстно хотели друг друга, что могли вот-вот упасть на пол, позабыв обо всем на свете.
Наконец, Лиза откинула голову назад и, задыхаясь, взмолилась:
– Постой! Тут должна быть спальня. Я хочу сделать это по-человечески.
Глаза Иры горели необузданной страстью. Она схватила девушку за пояс джинсов – ей все-таки удалось расстегнуть верхнюю пуговицу – и потянула за собой.
– Скорее! В комнату для гостей, сюда, – проговорила она хриплым от желания голосом.
Лиза последовала за Ирой, обняв ее сзади за талию и ощутив гладкую кожу и крепкие мышцы. Накрыв ладонью золотое колечко в пупке Иры, Лиза вдруг подумала, что по степени сексуальности это ощущение было самым острым в ее жизни. Она затормозила Иру как раз на пороге спальни, прижавшись к ее спине своей обнаженной грудью и одновременно обхватив обеими руками груди девушки. Лиза сжала пальцами соски девушки и прошептала ей на ухо:
– Вчера ты заставила меня умолять тебя.
Ира дернулась в объятиях Лизы и подалась навстречу ласкавшим ее рукам.
– Хотите поговорить об этом, коммандер? – нашлась она с ответом, протягивая руку к ширинке джинсов Лизы.
– Теперь твой черед, – шепнула агент, нежно прикусывая Иру чуть ниже уха. Она достигла низа живота девушки, когда той все же удалось расстегнуть ее джинсы и проскользнуть внутрь.
– Господи! – выдохнула Лиза, почувствовав пальцы Иры там, где все уже было влажное и горячее. Когда пальцы Иры проникли внутрь, у Лизы едва не подогнулись колени. Она еще сильнее сжала девушку, уткнулась ей в шею и поддалась нахлынувшему наслаждению. Но, поняв, что оргазм не за горами, Лиза напряглась.
– Нет-нет-нет! – пробормотала она, с трудом отступая назад и заставляя Иру извлечь руку. У Лизы шла кругом голова от возбуждения, но она все-таки сказала:
– Не так быстро.
Лиза встряхнула головой и сделала глубокий вдох, стараясь не обращать внимания на пульсацию внизу живота, волнами расходившуюся по всему телу.
Ира повернулась к Лизе лицом и вновь устремилась в ее джинсы, готовая взять ее прямо здесь, но Лиза поцеловала ее и стала отвлекать, покусывая нижнюю губу девушки и потихоньку подталкивая ее к кровати. Лиза не отрываясь целовала Иру и при этом держала ее руки подальше от себя, обхватив ее запястья.
Прикоснись к ней Ира снова, она бы точно уже не удержалась. Она и без того дрожала от зарождавшегося оргазма. Когда они упали на кровать, Лиза сразу заняла позицию сверху и прижала вытянутые вверх руки Иры.
– Не спеши, – снова сказала она хриплым шепотом, ловя зубами сосок Иры.
Девушка вскрикнула от неожиданности и попыталась освободить руки, одновременно сжимая ногами бедро Лизы.
– Дай мне дотронуться до тебя, давай сейчас по-быстрому, – простонала Ира.
– Уже скоро, – пробормотала Лиза в грудь девушки.
Она так давно не занималась любовью по-настоящему и так страшно хотела Иру все эти месяцы, пока возглавляла ее охрану. Тогда она боролась со своими желаниями, но теперь в этом не было необходимости.
– Как же сильно я хочу тебя, – призналась Лиза.
Когда язык Лизы наконец оказался между ног Иры, та запустила руки в волосы коммандера. Пальцы Иры то сжимались, то разжимались во время этой сладкой пытки. Когда она стала умолять, Лиза вошла в нее пальцами. Когда Ира наконец взмолилась, Лиза медленно проникла глубже. А когда девушка закричала, Лиза довела ее до оргазма и потом нежно ласкала каждую клеточку.
После агент прижалась щекой к бедру Иры и лежала так, уставшая и довольная, без тени сожаления. Но даже в тот момент, когда она прислушивалась к успокаивавшемуся дыханию Иры, каким-то шестым чувством Лиза догадалась, что за это удовольствие придется платить, потому что счастье чаще всего не дается даром.
Лиза вздрогнула, когда Ира грохнулась на пол ринга. Воспоминания о той ночи тут же уступили место нуждам сегодняшнего дня. Инстинктивно Лиза шагнула вперед, но заставила себя остановиться, видя, что Ира поднимается на ноги. У Лизы сжались кулаки при виде пошатнувшейся Иры, но девушка, похоже, оправилась от сильного удара слева, который попал ей в лицо, и дала знак противнику продолжить бой.
Лиза внимательно следила за Ирой до конца поединка, который, слава богу, закончился спустя несколько минут. Похоже, с ней все было в порядке, она пришла в себя. По крайней мере, Ира быстро отбивала удары руками и даже сумела сделать эффектную подсечку, в результате которой парень упал на спину и не сразу оклемался. И все же Лиза была несказанно счастлива, когда Ира сошла с ринга и отправилась в раздевалку.
Увидев девушку в чистой футболке, Лиза пошла к ней навстречу.
– Отличный бой, – сказала она, с облегчением отметив, что взгляд девушки был незамутненным, а походка – ровной.
Ира пожала плечами и слабо улыбнулась.
– Но я не смогла отдубасить его как следует.
Лиза улыбнулась.
– Ты почти это сделала.
Не успев остановить себя, она подняла руку и легонько погладила большим пальцем синяк, который начинал проступать на щеке Иры в том месте, куда угодила перчатка ее партнера по спаррингу.
– Быть может, в следующий раз вам стоит надеть шлем, мисс Лазутчикова, – ласково сказала Лиза.
Глаза Иры распахнулись от этой ласки. Прикосновение Лизы было таким нежным, что отозвалось в душе девушки еще сильнее, чем сексуальное желание.
– Я подумаю об этом, коммандер, – шепотом ответила она, не в силах оторваться от внимательного взгляда Лизы.
– Хорошо, – тихо произнесла агент. – Потому что я не хочу, чтобы с вами что-нибудь случилось.
– Да, знаю. Это же ваша работа, – сказала Ира.
Но обиды в этих словах не было, и они вышли из спортзала вместе, довольные неожиданным миром, который негласно установился между ними впервые за весь день.
***
Около семи вечера обессиленная Лиза вошла в командный центр и побрела к своему столу. Ей, наконец, удалось обсудить с Ирой расписание. Пока они обговаривали официальные встречи на следующие десять дней, девушка была искренней, но, в то же время, отстраненной. На вопрос о личных встречах она лишь слабо улыбнулась и сказала, что таких встреч она не планирует. Лиза призналась себе, что, возможно, разговаривала с Ирой резче, чем намеревалась. Ей было так трудно видеть Иру после шестинедельной разлуки, когда все, что было между ними, внезапно обернулось полным хаосом.
Вздохнув, Лиза посмотрела на стопку заметок, которые оставил для нее Алекс вместе с папкой с отчетами за то время, пока он выполнял функции коммандера, а она выздоравливала после ранения. Только Лиза уселась за стол и положила перед собой документы, как к ней подошла Касатка.
– Простите, коммандер, – обратилась она официальным тоном.
Она стояла, распрямившись, как на плацу. Осталось только еще честь отдать.
Лиза рассеянно посмотрела на нее и спросила:
– Что случилось, Ань? Какие-то проблемы?
– Нет, мэм. Я хотела извиниться за сегодняшний прокол. Я несу за это полную ответственность.
Лиза откинулась на стуле, внимательно изучая серьезного агента. Восемь месяцев назад Касатка едва не погубила свою карьеру, позволив Ирине Лазутчиковой, соблазнить себя. Эта ночь, которую они провели вместе, компрометировала Касатку как профессионала и должна была повлечь за собой ее перевод на другое задание или даже увольнение со службы.
Но агент поступила необычно. Она сразу явилась к Лизе и призналась ей во всем, взяв ответственность на себя без малейших оправданий. Касатка дала слово, что ничего подобного больше никогда не повторится, и, насколько знала Лиза, так оно и было. Лиза не задумывалась о том, питала ли Аня какие-то чувства к Ире. Это ее не касалось. А вот то, что случилось сегодня, имело прямое отношение к ней, как к коммандеру.
– Касатка, на такой работе, как эта, извинения недостаточны и к тому же неприемлемы. Ты несешь ответственность за дневную смену, а это значит, что, если что-то идет не так, то это полностью твоя вина.
Зрачки агента расширились, но она лишь сказала в ответ:
– Да, мэм. Я понимаю.
Лиза кивнула и продолжила.
– Я знаю, что понимаешь. Так же я знаю и то, что действия Цапли порой очень сложно предугадать. Когда-то я уже говорила всем вам – и, наверно, стоит повторить – для начала необходимо признать, что она не хочет с нами сотрудничать. Отсюда вытекает, что вы должны быть готовы к неожиданным действиям с ее стороны. Сегодня вы явно поленились, но вам повезло. Не будь меня в тот момент на улице, вы бы ее упустили.
– Да, мэм.
Аня на секунду представила, что они действительно упустили Цаплю, и у нее внутри все сжалось. За последние месяцы они и вправду расслабились, ведь казалось, что Цапля наконец-то угомонилась. Она не убегала от них уже так долго, что они успели позабыть, что с ней всегда нужно быть настороже. Касатка вспомнила подкатившую к горлу тошноту, когда она увидела по монитору, как Цапля прошла мимо стойки регистрации в вестибюле и вышла из здания. Что если бы они потеряли ее, и с ней что-нибудь случилось?
Лиза подавила улыбку. Касатка была похожа на человека, которого ведут на казнь. Выдохнув, Лиза спокойно сказала:
– Ань, ты хороший агент. Мало того, ты очень ценный кадр, потому что можешь пойти за ней в те места, где другой агент вряд-ли сможет остаться незамеченным. Так что сохраняй осторожность и бдительность, в общем, всегда будь начеку. Это все.
Лиза снова взялась за свои бумаги, и только тут Касатка ответила:
– Да, мэм. Спасибо огромное.
За час Лизе удалось просмотреть большую часть документов и отобрать те, с которыми требовалось ознакомиться подробнее. Она уже не могла читать, ничего не лезло в голову. После вылета из Флориды она не спала больше полутора суток. В обычных обстоятельствах такой недосып не слишком бы ее беспокоил, но из-за напряженности между ними с Ирой она порядком вымоталась. Лиза чувствовала себя уставшей и одинокой. Поднявшись со своего места, она потянулась и направилась к выходу. Ей хотелось выпить и лечь спать.
Не успела Лиза покинуть пределы офиса, как ее окликнул один из агентов, дежуривший в ночную смену.
– Вас к телефону, коммандер.
Подавив вздох, Лиза развернулась и сняла трубку с ближайшего телефона.
– Андрияненко, – резко сказала она без следа усталости в голосе.
– Это Карлайл, – услышала Лиза знакомый мужской голос.
– Да, сэр?
– Жду тебя завтра в восемь утра на совещании у меня в Вашингтоне, – сказал ей начальник.
Лиза напряглась, ее усталость как рукой сняло. Подобные приказы от начальства были редкостью и у нее сразу возникли догадки. Происходило что-то очень серьезное, и это наверняка касалось Иры, если Карлайл вызывал ее в Вашингтон.
– Мне нужно знать, должна ли я усилить охрану Цапли, сэр.
На том конце провода повисла тишина, лишь укрепившая подозрения Лизы. От нее скрывали какую-то информацию, связанную с Ирой. По привычке она проверила все мониторы, которые показывали разные фрагменты здания, все выходы, гараж, лифты и коридор перед квартирой Иры. У Лизы было такое чувство, будто она вот-вот увидит подозрительную личность, готовящуюся к нападению.
– От тебя не требуется каких-либо действий. Просто будь на совещании, Андрияненко, – буркнул Карлайл.
Лиза сжимала трубку, в которой раздавались короткие гудки, и чертыхалась про себя. Ей во что бы то ни стало нужно узнать, что происходит.
***
Без десяти восемь утра Лиза прошла по пустынному коридору мимо кабинета Стюарта Карлайла, направляясь сразу в конференц-зал. В некоторых кабинетах уже кто-то работал, но многие двери еще были закрыты и только ждали секретарей и сотрудников. Лиза толкнула нужную дверь и оказалась в помещении, которое можно отыскать в любом правительственном здании. Она кивком поздоровалась с незнакомой рыжеволосой женщиной, которая уже сидела за столом для совещаний.
В центре комнаты стоял длинный прямоугольный стол, окруженный стульями с прямыми спинками. В углу виднелась кофеварка и стаканчики. Лиза обошла стол, налила себе кофе и села напротив женщины, просматривавшей документы. Рядом с ней на столе лежал портфель. Кроме обмена нейтральными кивками больше ничего не последовало. Обе женщины сочли, что все необходимые разъяснения они получат от того, кто будет проводить совещание.
В течение следующих десяти минут в конференц-зал вошли порознь трое мужчин, одетые в стандартные костюмы госслужащих: темно-синие форменные пиджаки, серые фланелевые брюки, белые рубашки и галстуки в полоску. Одетые в таком стиле мужчины наводняли коридоры и кабинеты Минфина, штаб-квартиры ФБР и любой другой структуры госбезопасности, которые располагались на Капитолийском холме. Последним в переговорную вошел непосредственный начальник Лизы – Стюарт Карлайл.
Они были знакомы больше десяти лет и, пожалуй, даже стали друзьями – насколько это было возможно в таких условиях. Оба понимали, что дружба дружбой, но последнее слово все равно за системой, на которую они работали. Системой, незастрахованной от ошибок. Порой одна ошибка разрушала карьеру или лишала жизни. Но и Лиза, и Карлайл сходились во мнении, что, несмотря на недостатки, эта система все же была лучшей из существующих.
Карлайл коротко кивнул девушке и уселся во главе стола. На другом конце стола устроился худой, подтянутый мужчина лет сорока пяти с сединой в темных волосах. Он холодно кивнул каждому из присутствующих. Напротив Лизы, слева от рыжеволосой женщины, сидел мужчина примерно одного с Лизой возраста с легкой щетиной на лице. Он наверняка играл в футбольной команде в колледже.
Все эти люди были незнакомы ей, но, тем не менее, она могла предположить, кем они были. Женщине чуть за тридцать, короткая аккуратная стрижка, легкий макияж, консервативный костюм. Уверенна в себе, но не выставляет это напоказ – значит, она, скорее всего, не работала на присутствовавших в конференц-зале мужчин. Похожа на независимого консультанта или, например, криминалиста. Ее, по-видимому, вызвали для какой-то экспертной оценки, и, возможно, ей не было дела до межведомственных разборок. Чего нельзя было сказать о мужчинах.
Двое рядом с Карлайлом, скорее всего, работали на ФБР или ЦРУ, или на обе конторы одновременно. Их лица были серьезными, без тени улыбки. Выглядели они несколько враждебно и явно недовольно – возможно, потому, что совещание проводилось не на их территории. Это встревожило Лизу. Ведь если эта встреча проходила на территории ее конторы, значит, она точно касалась Иры. Это обстоятельство заботило Лизу больше, чем она признавалась самой себе.
Карлайл начал совещание ровно в восемь часов.
– Давайте познакомимся и перейдем к делу. Агент Секретной службы Елизавета Андрияненко, возглавляет охрану Цапли, – сказал Карлайл, кивком указав на Лизу. Они встретились глазами, но взгляд начальника был совершенно непроницаемым. Кивнув в сторону мужчины с сединой, Карлайл продолжил: – Роберт Оуэнс, Агентство национальной безопасности. Специальный агент Линдси Райан, подразделение ФБР, специалист по профайлингу, – представил Карлайл рыжеволосую женщину. – И Патрик Дойл, специальный агент ФБР, возглавляющий оперативную группу, занимающуюся делом Ухажера, – закончил Карлайл.
Лиза вся напряглась, но на ее лице не дрогнул ни один мускул. Кодовым именем «Ухажер» называли мужчину, который преследовал Ирину Лазутчикову в прошлом году. Он оставлял ей послания, фотографировал и предположительно пытался убить, ранив при этом Лизу. Она впервые слышала о существовании такой группы. Алекс ни словом не обмолвился ей об этом. Значит, скорее всего, он тоже ничего не знал. Отсюда вытекало, что это дело забрали у Секретной службы, оставив в неведении людей, которые непосредственно обеспечивали безопасность Иры. Лизу охватила ярость. Но ей нужно разузнать как можно больше, прежде чем точно понять, на кого можно было обрушить весь гнев. Поэтому она внимательно слушала, сжав кулаки под столом и до боли стиснув зубы.