Часть 6

Время шло уверенным шагом. Гарри продолжал жить с Томом. Странно думать, но жили они, как два брата, которые берегли друг друга и избавляли от мерзкого чувства одиночества. Но в какой-то момент всё изменилось.

Жаркое лето действовало Тому на нервы, с его магией постоянно приходилось раздеваться. Именно тогда юноша вдруг заметил, насколько же притягательно его тело. И тут же устыдился. Ничего не изменилось во внешнем облике Тома за три года, но раньше он этого не замечал. К тому же, мужчина проявлял всё более сильную к Гарри привязанность, что лишь усиливало огонь неведанных ранее чувств.

Также в летний зной, Том как можно чаще обнимал Гарри, теперь уже не нескладного, худого подростка, а красивого юношу. И в шутку говорил:

— Ты мой кубик льда в жару.

— А ты мой костёрок в морозы, — так же ласково отвечал ему Гарри, обнимая с желанием остудить. Под палящим солнцем Тому особенно тяжко. — Может, нам стоит сходить и искупаться? Летом, прохладная речка — самое оно!

— Уж мне ли не знать о втором спасении летом, — Том подхватил юношу на руки, совершенно без предупреждения и спроса. — Пойдём. Вещи нам не понадобятся, будем без одежды нырять. Замёрзнешь — я тебя согрею, в любом случае.

— Стой! А вдруг проголодаемся? Где там корзинка, которую я делал? — опомнился парень, хорошо зная, как хочется кушать после купания. — Надо что-нибудь взять. Хотя бы морс!

— Ну вот что ты, в самом деле? — нахмурился мужчина, полностью не получая желаемое. Как всегда. Он отпустил парня, дал возможность всё собрать.

Их мнения часто разделялись. Том шёл по простому пути, тогда как Гарри любил всё усложнять. Как сейчас. Тому достаточно пойти на речку, снять с себя вещи, покупаться около часа, и ещё столько же полежать в теньке. А Гарри едва ли не пикник подавай. И ведь всё возьмёт с собой. Даже то, что не нужно.

Из дома юноша вылетел через пару минут, с озвученной ранее корзинкой, в которой наверняка много вкусностей лежало. И что-то странное держал в своих руках, необычный кубик, по виду напоминающий масло.

— На, попробуй.

— Что это? — тут же поинтересовался Том, перехватывая нечто, что даже не удосужились завернуть.

— Плод моих фантазий. Бери в рот, пока таять не начал. Должно быть вкусно, — с хитрой улыбкой дал «пояснения» Гарри. Над приготовлением он работал не одну неделю. Смешал молоко, сахар и немного масла для более сливочного вкуса.

В руке Тома кубик начинал быстро таять. Не было у него того же холода, что у Гарри. Не думая особо, что его хотят отравить, да и нереально это, ведь чего только за свою жизнь мужчина не перепробовал, он закинул нечто в рот, и ощутил сладкий молочно-сливочный вкус.

— М-м, очень необычно…

— А тебе, видно, нравится. Я рад. Это замороженное молоко с добавкой. Не зря же мы козу завели. Да и маслобойка простаивать не будет, — милая, почти наивная улыбка, как в детстве, озарила лицо Гарри. — А теперь пойдём. Речка ждёт.

Очень вкусная и необычная еда охладила, по крайней мере, рот, и уже за это Том ей заинтересовался. Но всё же во вкусе он убрал бы немного сладкого сиропа.

Добравшись до реки, Том быстро начал раздеваться, а стоящий чуть поодаль Гарри невольно закусил губу, стоило заметить прекрасное обнажение. Хорошо сложенный, красивый, загоревший от постоянных работ в огороде, и в одном только исподнее…

Внутри что-то зашевелилось и отдало приятным чувством чуть ниже живота. Том слишком прекрасен. К его горячему телу хотелось прижаться даже в летний зной. Колдун проклятый, ведь и без того ходит с минимум одежды, а когда и вовсе без рубахи и штанов, как сейчас…

— Ты будешь купаться? — выводит из жарких мыслей своим вопросом Том, заходя в воду.

— Можно, — не стал отказываться Гарри и тоже скинул с себя вещи, по одному шажку забираясь в воду. Купаться он любил, несмотря на способность быстро замерзать. Но близость Тома не давала ему переохладиться. Да и как оно возможно, когда внутри него разгорался настоящий пожар при виде такого…

— Гарри, — Том обернулся со странной смесью удивления и подозрения во взгляде. — О чём ты думаешь?

— М?

— Ты воду замораживаешь.

Том указал на главный источник проблемы. Вокруг Гарри появлялась тонкая корочка льда. Удивлённо оглядевшись, юноша засмеялся от смущения и собрался с мыслями.

— Прости дурака, — тихо извинился за свою несдержанность и быстренько стал приближаться к охлаждающемуся мужчине. Он точно будет не против погреть.

— Если ничего серьёзного, хорошо, — Том полностью расслабился и выплыл на поверхность. Только уши немного закладывало из-за воды, да часть лица закрывало. А от того, что парень подошёл ближе, вода стала прохладнее и ещё приятнее. — Будет холодно — скажи. Я устрою для тебя горячий источник.

— Боюсь, рыбам это не понравится, — засмеялся Гарри и попробовал нырнуть. Главное, держаться поближе к Тому и не допустить повторной заморозки. Если хоть на минуту ослабит бдительность, вновь покроет коркой льда воду.

Вскоре Реддл перестал лежать на спине, разглядывая облака на небе. Вернулся в изначально положение, желая немного поплавать вокруг юноши.

— Ты ведь научился плавать. А сейчас сидишь в воде. Будешь двигаться — согреешься. К тому же, после меня остается тёплый шлейф.

— Всё хорошо. Как совсем замёрзну, сразу к тебе. Обниму всеми лапами, — заверил Гарри и перевернулся на спину, как недавно лежал Том, став плавать неподалёку.

При взгляде на небо, мысли быстро разбегались, и ни о чём не думать стало гораздо легче. Не нужно больше за собой следить. И всё бы хорошо, но Гарри начал думать, и думать в негативном ключе, когда Том нырнул под воду и коснулся его спины с попой, пугая неожиданными действиями до ужаса. Вода превратилась в лёд вокруг него, толщиной в пол локтя.

Едва не заорав, юноша почти взлетел над водой, оказываясь нагишом на льду и начиная верещать от холода:

— Том, ты чего творишь?! Совсем с катушек слетел?!

А тот, зараза, смеялся. Да так заливисто, что невольно лезла улыбка, глуша праведный гнев. Когда же приступ начал стихать, Том воспламенил руки и коснулся ими толстого льда, что начал мгновенно таять с поднявшимся паром и шипением.

— Ты был так забавен.

— А теперь иди сюда и грей меня! — потребовал Гарри, насупив моську. Но глаза его смеялись, этого невозможно скрыть.

Том прорвался к нему с лёгкостью, уничтожая своим огнём ледяную преграду. И когда добрался до Гарри, остудил конечности и тут же обнял весьма красивого в мокром виде юношу, придерживая под попу.

— Зато как прохладно стало, красота. Не дуйся. Мне хотелось поиграть.

— Странноватые игры, не находишь? — проворчал Гарри. И ведь поплыл безвозвратно в горячих руках мужчины. Что бы он ни думал и ни говорил — тело воспринимало всё иначе. И касания Тома не казались родственными. Ему нравилось, и был не против большего. Только… не знал чего именно.

Горячие губы коснулись прохладной, мокрой кожи, чуть выше ключицы, вызвав сильную реакцию. Гарри не просто вздрогнул, он буквально дёрнулся в крепких руках. А внутри снова что-то вспыхнуло. Казалось, жар Тома проникает в его тело, вытесняя холод, у которого выход только один… и потому всё вокруг них начало замерзать.

— Что ты делаешь…?

— Показываю, какие игры опасны, — Том понизил голос, и жар усилился. Ему казалось, что огонь желания давно потух в сердце, и ничто не способно разжечь его вновь… Как же он ошибался.

— Зачем тебе это? И… почему мне так приятно, так… щекотно? — растерянно спросил юноша, смотря в багровые глаза и пытаясь в них найти ответ.

— Нас тянет друг к другу, — стал объяснять Том простую истину, не выпуская из рук дорогой и важный ему кубик льда. — Я понял, почему ты так странно себя вёл в последнее время. Часто останавливал взгляд на мне. Ты любишь меня. Любишь не как брата или отца. Я ведь прав?

Отнекиваться или отмалчиваться смысла не имело. Том всё одно читает его, как открытую книгу. С осторожным кивком, Гарри зарделся и проявил немного больше своих чувств, обнимая крепко за шею.

— А… ты?

— Я чувствовал к тебе тягу. Но окончательно понял сейчас, — Том смотрел в глаза цвета зелени, и его багровые глаза не врали. В них читалась искренность. И не только во взгляде, в жестах также раскрывалось истинное отношение к юноше. — Судьба привела тебя в этот лес. Для меня. И я не упущу подарок жизни.

Контрольный выстрел был совершён, прямо в сердце. Не осознавая того, что творит, Гарри прижался к горячим губам Тома своими прохладными. Что-то словно приказало ему так сделать, и огонь добрался до сердца, испепеляя последнюю тонкую корочку льда. Сделал его по-настоящему живым.

— Ч-что… — выдохнул с заметной дрожью, растерянно смотря на Тома после совершенного, страшась того, что чувствовал, как внутри жар пробуждался… — что со мной? Почему всё… все так, я…?

— Ты неравнодушен ко мне.

Простая истина. Простая и верная. Том стал выходить из воды, в процессе получая лёгкие, ставшие заметно теплее, поцелуи от Гарри по всему своему лицу. С таким трепетом он целовал щеки, нос, веки, когда Том прикрывал глаза, что жажду пробуждал — поскорее добраться до суши, опустить свою драгоценность на землю и согреть во всех смыслах.

Обвивая руками крепкие плечи, ноги Гарри переплетал с ногами Тома, и нежно постанывал, когда молча выносить пожар внутри себя и внешне, терпеть был не в силах. Том ласкал с осторожностью, собирая прохладные капли языком, и возвращался каждый раз к поцелую.

— Где ты… где такому научился? — тихо пролепетал юноша, боясь дойти слишком быстро до своего предела… и что магия может взбунтоваться, которую Том гасил своим огнём.

— Нигде. Я делаю то, что хочу, — отвечая, мужчина полностью опёрся руками в землю, и с удовольствием стал рассматривать изменения на лице юноши. Тяжело дышащий, ставший тёплым, ещё мокрый и взъерошенный. — Время так быстро летит. Ты стал взрослым и таким красивым.

— А ты всегда им был, — с нежностью ответил Гарри, коснувшись ладонью горячей щеки. — Прекрасный и не тронутый временем. Как мясо в заморозке, — и только отвесив неловкий комплимент, он понял, что именно ляпнул. — Извини, несу околесицу. Ты всегда меня завораживал.

— Пойдёт, мне нравится, — с коротким смехом, Том перехватил руку и оставил поцелуй в центре ладони. — Дома продолжим, м? А сейчас давай что-нибудь перекусим, раз уж ты взял еду.

— Да… давай. Я сегодня испёк пирог, — отозвался парень, закусив губу. В поцелуе Тома таилось столько нежности… его всего прошибло. И всё же, он нашёл в себе силы собраться, сесть и начать накрывать на салфетку. — В кувшине морс из крыжовника, немного кислый, но вкусный.

— Кувшин уже в негодность приходит, — покачал головой мужчина, когда взялся за него, решив разлить морс по кружкам, недавно слепленным Гарри, с особой любовью.

Та посуда, что они оставляли себе, всегда была интереснее, красочнее, от того и красивее, чем та, что они продавали вместе с фигурками, вырезанными из дерева, когда Том занимался резьбой и шкурами зверей. Сам кувшин был немного потрескан. Того и гляди, расколется. Небольшой кусочек на горлышке и вовсе отколот.

— Надо бы новый слепить. А ещё сходить к людям, закупиться мукой и сахаром.

— Сходим, какие проблемы? Кстати, скоро собьётся масло, можно будет продать вместе с тарелками, — совершенно буднично ответил Гарри, как будто не они только что целовались на берегу и ласкали друг друга без одежды. И также легко спросил про пирог. — Вкусно?

— Твоя готовка всегда великолепна, — похвалил Реддл сразу, как попробовал первый небольшой кусочек. Каждый он проткнул маленькой палочкой. Для удобства брать, не марая руки и столовые приборы. — Хорошо, всё-таки, что однажды мы купили книгу рецептов. С её появлением, у нас столько разнообразия в еде появилось. И это я не говорю о твоих экспериментах.

— Я всегда старался разнообразить пищу. С самого детства, — Гарри зарделся от услышанной похвалы. Том никогда не преувеличивал его умение готовить и мастерить. — Кстати, то мороженое молоко ещё осталось. В погребе лежит, тебя ждёт. А в следующий раз попробую сделать с чем-нибудь ещё.

— Попробуй с ягодным сиропом, — дал интересную мысль мужчина. — Думаю, сочетание молочного и ягодного будет великолепным.

— Хорошо, попробую. Оно и вправду может выйти вкусным, — улыбнулся юноша, подсаживаясь поближе к Тому и без опаски обхватывая его за руку своими двумя.

Этот день был прекрасен. И обещал закончиться не менее прекрасно. Вдвоём. В жарких объятьях.