3 глава
тгк: Дневник Нотта
https://t.me/justtbriefic
Летние каникулы шли своим чередом. Сильвия старалась жить, как раньше, хотя в глубине души тяжесть разговора с мамой никуда не уходила.
Днём она много времени проводила на улице: гуляла по узким улочкам их городка, помогала маме по хозяйству, читала книги в саду под тенью старой липы. Иногда они с Урвеном ходили на рынок, где домовик помогал нести корзины с фруктами и хлебом. По вечерам Сильвия забиралась на чердак, где у неё был маленький уголок с подушками, и тренировала простейшие защитные заклинания. Она пока справлялась неуверенно, но каждое успешное заклинание давало ей крупицу уверенности.
Жизнь шла, и почти на время начинало казаться, что всё это - сны, выдумки, чужие страшные истории. Но иногда, когда ночью она просыпалась от внезапного холода или шороха за окном, сердце напоминало ей: всё это реально.
В день её шестнадцатилетия утро началось необычно тихо. Сильвия ещё спала, когда в комнату проникли первые солнечные лучи. Она открыла глаза, потянулась и встала с кровати. Умылась, привела себя в порядок и уже собиралась выйти из комнаты, как в неё зашла мама.
- С днём рождения, моя дорогая! - Эстель стояла в дверях, искренне улыбаясь.
Сильвия крепко её обняла.
- Спасибо, мам.
- Завтрак уже готов. Идём скорее. И у меня кое-что для тебя есть. - сказав это, она подмигнула дочери и повела её на кухню.
Внизу действительно ждал сюрприз. Праздничный стол: тёплые круассаны, свежий сок, её любимое варенье из малины. На середине стола стояла небольшая вазочка с ромашками.
Когда Сильвия села, мама протянула ей небольшую стопку писем, перевязанных лентой.
- Твои друзья не забыли тебя. Получила целую гору поздравлений.
Сильвия с любопытством перебрала конверты: письма от Селестии и других подруг из школы, от соседей, даже от одного преподавателя, который пожелал ей "спокойных каникул и хороших успехов в учёбе". Девушка улыбалась, читая их - это возвращало ощущение нормальности.
Но среди писем лежал ещё один конверт. Он выделялся: плотная пергаментная бумага, аккуратный почерк, восковая печать с гербом Хогвартса.
Сильвия замерла.
- Это... от Дамблдора? - спросила она тихо.
Мама только кивнула.
Руки девушки слегка дрожали, когда она осторожно распечатала письмо.
Внутри был аккуратный лист, и каждая буква словно излучала ту самую невидимую силу, о которой Сильвия столько слышала.
«Мисс Сильвия Розье,
Прошу простить за моё позднее обращение - обстоятельства сложились так, что лишь сейчас я имею возможность направить Вам это письмо.
Вы приглашаетесь присоединиться к учащимся Школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс» для завершения Вашего магического образования. Мы верим, что Ваши способности заслуживают должного развития, и теперь, когда некоторые... препятствия вновь появляются, нам очень важно Ваше присутствие.
Начало занятий - первого сентября. По прибытии в Лондон Вас встретит представитель школы. Подробности маршрута и необходимые материалы указаны в приложенном списке.
Иногда путь в Хогвартс лежит не только по железной дороге, но и через повороты судьбы.
Также, хотел бы с Вами лично поговорить до начала учебного года. Если Вы сможете, то буду ждать Вас в парке Жардин де Бонар, 25 июля в 19:00.
Искренне Ваш,
Альбус Дамблдор
Директор Школы Чародейства и Волшебства «Хогвартс»
Орден Мерлина, I степени, Великий Магистр Визенгамота, Верховный Чародей Международной Конфедерации Магов»
- Что он пишет? - спросила мама, попивая кофе.
- Он приглашает меня в Хогвартс... и хочет встретиться заранее.
Эстель поставила чашку на блюдце и внимательно посмотрела на дочь.
- Послушай, Сильвия, - её голос прозвучал спокойно, но в глубине слов таилась тревога. - Если ты не хочешь... если тебе страшно - ты можешь отказаться. Они как-нибудь найдут решение для своих проблем и без тебя. - она произнесла это так, словно сама не верила в сказанное, словно понимала, что выбор вряд ли так прост.
Сильвия крепче сжала письмо.
- Нет, мама. Пусть страшно, но я этого хочу. Я не могу просто сидеть и притворяться, что ничего не происходит.
Эстель немного нахмурилась, потом подошла и обняла дочь, прижав её к себе.
- Я знала, что ты так ответишь. - в её голосе прозвучала грусть и гордость одновременно. - Тогда тебе нужно идти. Но не одна. Урвен будет рядом.
Домовик, словно подслушав, появился в дверях и почтительно поклонился.
- Урвен готов, госпожа. Урвен всегда рядом.
Сильвия улыбнулась сквозь волнение.
Но в груди всё равно звенело беспокойство: что за «препятствия» упомянул Дамблдор? И почему встреча должна состояться тайно, в каком-то французском парке?
Эстель сделала глоток кофе и вдруг, будто приняв решение, сказала:
- Знаешь что? Хватит об этом. Сегодня твой день, и он не должен проходить под тенью тревог. Не каждый день исполняется шестнадцать лет.
Сильвия опустила глаза на письмо, потом снова подняла их на мать. В её улыбке чувствовалась искренность и от этого девушка почувствовала себя уверенней.
- Ты права, забудем пока об этом.
Они сидели за столом, и разговор постепенно перетёк в воспоминания.
Эстель вспоминала свои школьные годы, рассказывая то смешные, то неловкие истории. О том, как однажды она хотела произвести впечатление на подруг и решила использовать заклинание левитации на пирожке, но тот вылетел прямо в лицо преподавателю.
Сильвия слушала, смеялась, задавала вопросы. С каждой историей тревога отступала, и утро становилось похожим на настоящий праздник.
Потом они пошли гулять: узкие улочки, лавки, запах свежего хлеба, солнечный свет на черепичных крышах. Купили несколько вещей - лёгкое платье, пару книг, сладости. Эстель иногда брала дочь под руку, и это простое движение напоминало Сильвии о том, как важно рядом иметь кого-то своего.
Вечером они вернулись домой и занялись выпечкой. Тесто липло к рукам, кухня наполнилась ароматом корицы. Урвен не отставал, стараясь быть полезным, он подавал нужные ингредиенты.
Булочки получились такие тёплые и вкусные.
Позже Сильвия с мамой сидели в гостиной под пледами, с тарелкой синнабонов и чашками какао, смотрели старый фильм. В комнате было тихо, уютно, и мир казался далёким и безопасным.
Сильвия даже и не вспоминала об этом письме Дамблдора. Ей показалось, что всё стало как раньше. Никаких тайн и загадок, но к сожалению это продлилось не долго.
***
Вечер 25 июля выдался тёплым, но немного тревожным: воздух над парком Жардин де Бонар будто дрожал от ожидания. Сильвия шла рядом с Урвеном по узкой дорожке, ведущей к озеру. Сумерки опускались мягко, окрашивая небо в лиловые и золотистые тона. Девушка чувствовала, как сердце бьётся всё быстрее - то ли от предвкушения, то ли от страха.
На дальнем конце аллеи виднелась скамья под старым каштаном. Там сидел пожилой мужчина в длинной мантии глубокого синего цвета. Его серебристая борода мягко блестела в последних лучах солнца, а глаза за очками искрились тем самым особым светом, о котором Сильвия только слышала.
- Это он... - прошептала она, и шаги её замедлились.
Дамблдор заметил их сразу: он поднялся со скамьи и слегка поклонился, будто приветствуя равную, а не юную девушку.
- Мисс Розье, - произнёс он тихим, но удивительно ясным голосом, в котором было и тепло, и уважение. - Благодарю, что вы пришли.
- Добрый вечер, профессор Дамблдор, - сказала девушка, стараясь держать голос ровным.
- Добрый вечер, господин домовик, - мягко обратился Дамблдор к Урвену. - боюсь, нам с Сильвией придётся поговорить наедине. Речь пойдёт о делах, где лишние уши - даже самые верные и преданные могут навредить.
Урвен тревожно посмотрел на Сильвию.
Она кивнула в знак того, что он может отойти.
Домовик нехотя отступил, пробормотав:
- Урвен будет поблизости. Урвен услышит, если госпоже будет плохо.
Он растворился в глубине парка, но Сильвия знала - он останется где-то рядом, невидимый для чужих глаз.
Дамблдор жестом пригласил её присесть на скамью.
Когда они устроились, он внимательно посмотрел на девушку. Его взгляд был мягким, но в нём чувствовалась глубина, от которой хотелось отвести глаза.
- Сильвия, - начал он спокойно. - Я понимаю, что ваше решение будет не лёгким. Но я должен рассказать вам больше, чем в письме. Вы имеете право знать, что именно сделает ваше присутствие в Хогвартсе таким важным.
Девушка сжала руки на коленях и кивнула.
- Это связано с моей семьёй? - спросила она тихо, заранее зная ответ.
Дамблдор немного замолчал, будто подбирая слова. Его глаза за очками блестели в полутьме - не холодом, а тяжёлой правдой, которую он собирался озвучить. Сильвия сидела рядом, смотря вдаль. Прямо держа спину и, хотя сердце билось стремительно, не отводила взгляда.
- Сильвия, - наконец произнёс он, - я не стану скрывать от вас очевидное. Ваш род известен Тёмному Лорду. И он непременно попытается привлечь вас в свои ряды. Для него фамилия «Розье» означает доверие по крови. Если вы согласитесь, он сочтёт вас частью своего круга, доверенным человеком.
В груди девушки будто вспыхнул огонь. Да, она боялась, но вместе с тем, в словах Дамблдора слышался вызов.
- Вы хотите, чтобы я вошла к нему в доверие, - твёрдо сказала она. - Чтобы стать его оружием... и в то же время его ловушкой. - догадалась Сильвия.
Дамблдор кивнул, и его лицо стало ещё серьёзнее.
- Именно так. Я прошу вас присутствовать на собраниях Пожирателей Смерти. Слушать. Запоминать. Передавать всё мне. Это будет опасно, смертельно опасно. И если он хотя бы заподозрит вас в измене... - голос его чуть дрогнул, - последствия будут страшны.
Сильвия ощутила, как в груди поднимается холод, но не позволила ему взять верх. Она сжала кулаки, удерживая ясность.
- Я понимаю, - ответила она без колебаний. - Но если у меня есть возможность использовать то, что он считает моей «наследственностью», против него... я не могу отказаться. Пусть он думает, что я на его стороне. Пусть доверяет мне. А потом я оберну это против него.
Дамблдор внимательно смотрел на неё, и в его глазах мелькнула гордость - и тень печали.
- Вы молоды, и всё же ваши слова звучат как у тех, кто прожил не одну битву, - тихо сказал он. - Но я обязан сказать вам: вы вправе отказаться. Я не осужу.
Сильвия выпрямилась ещё сильнее. Лицо её озарилось странной решимостью, словно она впервые нашла точку опоры.
- Нет, профессор, - сказала она уверенно. - Я приму этот путь. Я сделаю всё, что смогу, ради магического мира. Пусть это опасно - но я не позволю Волан-де-Морту управлять моей судьбой и судьбой многих волшебников.
В тишине парка слова повисли особенно весомо. Дамблдор на мгновение прикрыл глаза, а когда открыл их снова - в его взгляде было то редкое сочетание: уважение, благодарность и тихая боль, с которой он всегда смотрел на тех, кто соглашался встать на трудный путь.
- Тогда, - произнёс он медленно, - я приму вашу помощь. И даю слово: я сделаю всё, чтобы вы были в безопастности. Но знайте - этот выбор уже делает вас частью силы, которая способна изменить ход истории.
Сильвия кивнула. Она чувствовала, как дрожь внутри уступает место твёрдости. Страх не исчез - но теперь он стал лишь топливом для её решимости.
Дамблдор поднялся со скамьи и поправил мантию, а за ним встала и девушка. Вечер окончательно окрасил небо в густой индиго, над парком зажглись первые огоньки фонарей.
- Ваше решение, мисс Розье - заслуживает уважения. Но помните: впереди будет много испытаний. Не спешите всё брать на свои плечи сразу. У вас будут союзники, и я - среди них.
- Благодарю, профессор. Я вас не подведу, - ответила Сильвия, и в её голосе больше не было ни тени сомнения.
На лице Дамблдора появилась лёгкая, усталая, но искренняя улыбка.
- Тогда увидимся в начале учебного года, - произнёс он мягко. - А до тех пор... берегите себя.
Он чуть склонил голову в знак прощания и, сделав несколько шагов в сторону дорожки, словно растворился в сгущающихся сумерках.
Сильвия осталась сидеть ещё на мгновение. В груди у неё всё ещё стучал страх, но поверх него - крепла уверенность. Теперь у неё была цель.
Из тени парка вышел Урвен, тревожно заглянул ей в лицо.
- Госпожа в порядке?
- Всё в порядке, Урвен. Можем идти домой, - ответила девушка, поднимаясь со своего места.
Домовик низко поклонился, а Сильвия ещё раз взглянула на пустую скамью под каштаном. Впереди был Хогвартс. Впереди было много опасностей.
Но теперь она знала, на чьей стороне будет стоять.