Кто ты Агидель?(Заморожен)

– Да я всего-то пару дней просидела в кабинете за бумагами, а тут у вас чуть ли не убийство произошло! Про Влада в живой броне я вообще молчу... – Агидель мерила шагами комнату, возмущаясь тем, что девочки не сочли нужным сообщить ей о таком важном происшествии.

– Агидель, да чего ты так взволновалась? Всё же обошлось, – совершенно невозмутимо произнес Морок, наблюдая за мечущейся женщиной.

– Обошлось?! Да с того, Морок, что это дело из ряда вон! При тебе Железяку чуть в камень не обратили! А ты спокоен, как питон, проглотивший кролика! – Агидель вплотную подошла к Мороку, глядя на него с нескрываемым изумлением.

Их словесную перепалку прервала Маша, лихорадочно искавшая аналоги древней магии шкатулки в своем планшете.

– Странно... Ничего похожего. Эта магия... словно осколок тьмы. Частично напоминает твою, Агидель, но концентрация мрака в ней превышает все допустимые пределы, причем многократно! – потрясенно проговорила волшебница растений, беспомощно разведя руками.

– А может... это дело рук Повелителя? – предположил Морок.

– А зачем Повелителю каменить... обкаменивать... тьфу! Превращать Железяку в камень? – недоумевала Аленка, ища ответа в глазах самого Железяки.

– Может, в этом и кроется разгадка? Железяку попытались превратить в камень, когда он искал своего пропавшего отца, верно? – предположила Маша, чья догадка, похоже, была ближе всего к истине.

– Ну да, – подтвердил парень.

– Посмотрим местные новости... – сказала Варя, активируя аксилиум и пролистывая свежие выпуски. – Таинственное исчезновение русалки... Пропал тролль, гном... – перечисляла она.

Тут к ней подошел Морок.

– Готов поспорить на полцарства, что они послушали музыкальную шкатулочку и... – Морок шутливо рассек воздух ребром ладони в районе шеи и, высунув язык, изобразил печальную участь пропавших.

Внезапно распахнулось окно. Девочки насторожились, Морок выхватил меч, а Железяка схватил линейку, как последнее средство самообороны. Агидель, готовая ко всему, приблизилась к ним.

Но вместо чудовища в окно влетела запыхавшаяся птичка Сказочника, и по ее взъерошенному виду стало ясно: стряслась беда.

– Фух, да это всего лишь птичка Сказочника... – облегченно выдохнула Варя.

– Ох и напугала же ты нас! Что случилось? – обеспокоенно произнесла Снежка, глядя на птичку, которая отчаянно щебетала, пытаясь что-то сообщить.

Через несколько мгновений лицо Маши исказилось от испуга, и она повернулась к остальным.

– Похоже, со Сказочником что-то случилось! – выпалила волшебница растений.

– Ничего, мы поможем! – решительно сказала Варя, собираясь телепортировать всех во дворец.

– Эй, эй! Мы еще не закончили! – возмутился Морок, указывая на Железяку.

– Да! А как же расследование?! Мой отец... – начал было Железяка, но Варя перебила его:

– Аргх, подождите нас здесь! – с раздражением бросила Варя.

– Одна нога здесь, другая там! – Аленка подскочила к Мороку, демонстрируя свои ноги, дабы подтвердить правдивость слов Вари. Затем она вернулась к девочкам.

– Не скучайте! – крикнула Аленка, и патруль вместе с Агидель исчезли в вихре телепортации.

~~~~~~~~

Девочки вместе с Агидель оказались в тронном зале. Прямо перед ними, на ковре, лежал Сказочник и, судя по всему, крепко спал.

– Какой же он милый... Ну, когда спит... Кажется, он мурлычет что-то... – прошептала Снежка, наклоняясь ближе и прислушиваясь к бормотанию спящего кота.

– «В чашку полную сметанки... опущу я обе лапки...» – отчетливо пробормотал Сказочник, вызвав ухмылку на лице Агидель.

– Да уж... Нашел время стихи читать, – проворчала Варя, тряся кота. – Давайте, помогайте его разбудить!

– Господин Сказочник... – начала Агидель, пытаясь разбудить его, но тут Аленка подбежала к его голове и заорала: – Подъем!!! Пора вставать!!! – но это не возымело действия, а Агидель в шоке отпрянула, потирая ухо.

– «Почеши меня за ушком... повернусь к тебе я брюшком...» – не унимался Сказочник, поворачиваясь во сне то на спину, то на другой бок.

– Да он издевается!!! – Аленку явно начинало раздражать состояние Сказочника.

– Он не издевается, просто спит очень крепко... Слишком крепко... – размышляла Агидель, осматривая кота со всех сторон, стараясь делать это максимально аккуратно.

– Господин Сказочник, проснитесь, пожалуйста, – произнесла Снежка, создавая волшебный колокольчик и тряся им над ухом регента, но безуспешно.

– Это явно какое-то заклятье, но я не чувствую никаких внешних раздражителей... Маш, может, ты что-нибудь найдешь? – констатировала Агидель и обратилась к волшебнице растений. Маша принялась внимательно осматривать тело кота в поисках источника заклятия.

Вдруг дверь позади девочек распахнулась, и на пороге появился Визирь, явно удивленный не меньше их.

– Патруль?! Что вы натворили с нашим регентом?! Отвечайте! – возмутился Визирь, подходя ближе к Сказочнику и девочкам.

– Не ори! И без тебя понимаем, что ситуация ненормальная, – спокойно ответила Агидель. – Это не мы. Когда мы примчались сюда по просьбе птички, он уже был в таком состоянии. Единственное, что я поняла – это заклятье, но что за заклятье и откуда оно исходит – непонятно.

– «Мяу, мяу, мои усы... предмет зависти лисы...» – продолжал слагать стихи кот, не желая просыпаться.

Визирь задумчиво посмотрел на Сказочника, и вдруг его словно осенило.

– Назад! Я сам разберусь! – воскликнул Визирь, отталкивая всех назад.

«И откуда в нем столько пафоса?» – подумала Агидель, наблюдая за манипуляциями Визиря.

– Да это же проклятие спящей красавицы... Чары вечного сна! Это покушение на нашего регента! – с наигранным ужасом воскликнул Визирь, отчего девочки разом отпрянули к двери.

– Покушение?! – недоумевали все хором, кроме Агидель. Женщина настороженно переводила взгляд с кота на Визиря и обратно.

– Чем мы можем помочь? – предложила Варя.

– Приведите Песочного человека, он лучший специалист по таким заклятьям, – сказал Визирь. Но когда девочки уже собрались бежать, он остановил их. – Стойте! Он же еще в спячке... Никифор в командировке, Ундина слишком дорого берет... Вот! Приведите Ибн Дюка – друида. Да поскорее!

– Сделаем! – Девочки уже собирались переместиться, но заметили, что Агидель осталась на месте.

– Агидель, а ты чего? – спросила Аленка.

– Идите, я вас позже догоню... – спокойно ответила женщина. Девочки пожали плечами и исчезли.

Агидель осталась наедине с Визирем.

– Почему ты не переносишься? – Визирь был явно озадачен.

– Да так... Просто интересно... Откуда ты знаешь, что это за проклятие на Сказочнике? – Женщина вплотную подошла к нему, глядя в упор. – В Сказочном мире полно заклятий сна, и вычленить одно из них, да еще и столь точно, не каждому под силу. Тем более знать специалиста, который сможет его снять... Хотя последнее можно списать на знание нужных волшебников из-за работы.

– К чему ты клонишь? – Визирь явно нервничал, хотя и старался не показывать этого.

– Ты околдовал Сказочника?! – почти крикнула Агидель.

Визирь был в растерянности, он не ожидал, что его так быстро раскусят. Его взгляд метался по комнате, ища за что зацепиться, как улизнуть от пристального взгляда брюнетки, но сейчас он был как никогда уязвим.

Напряженная тишина давила на обоих, и лишь бормотание спящего Сказочника разбавляло ее.

Все это длилось, казалось, целую вечность. Агидель не могла позволить ему уйти или просто забыть об этом. А что если он и есть Повелитель? Что если, отпустив его, число жертв возрастет? Она не могла этого допустить... Ей было плевать, что подумает о ней Визирь, ведь на кону стояли судьбы всего Сказочного мира, и риск был вынужденной мерой.

Она нещадно сверлила его взглядом, пытаясь заметить малейшее изменение в лице напротив, но единственным вариантом оставалось признание Визиря.

И вот, спустя десять мучительных минут, казалось, он сдался! Его рот открылся, он собирался что-то сказать...

– Мы вернулись! И привели Ибн Дюка!

Голос Аленки прозвучал словно гром среди ясного неба, и остальные вернулись вместе с ней.

Агидель продолжила смотреть на Визиря, но отошла на несколько шагов, чтобы не вызывать лишних вопросов.

Друид принялся за дело, и через несколько мгновений из тела Сказочника была извлечена иголка, которая, по-видимому, и была источником проклятия.

Пока девочки удивлялись, а Визирь неожиданно взял Агидель за руку и повел к выходу из тронного зала. Женщина, с недоумением посмотрев на него, решила подыграть, чтобы не привлекать внимания. Натянув на лицо улыбку, она последовала за мужчиной в маске ворона. Тот повел ее по знакомому маршруту к их кабинетам.

Подойдя к нужному месту, Визирь открыл дверь и слегка подтолкнул Агидель внутрь.

Женщина, словно зачарованная, не отрывала взгляда от Визиря, пытаясь разгадать его намерения. Он же, приблизившись к стеллажу, полному мерцающих кристаллов, вынул один из них. С тихим рокотом полки разошлись, открывая вход в потайной проход. Агидель, уже видевшая подобное в библиотеке Мышкина, не выказала особого удивления. – Заходи, – бросил Визирь, скрываясь в темноте. Агидель, повинуясь безмолвному приказу, последовала за ним.

Внутри их встретило небольшое, тускло освещенное помещение. В центре возвышалась статуя, скрытая под покровом ткани, а за ней – доска, усеянная фотографиями пропавших сказочных существ и газетными вырезками о злодеяниях, приписываемых повелителю. И тут, словно молния пронзила сознание Агидели. Сопоставив слова Визиря с увиденным, она поняла... Но не успела она вымолвить ни слова, как Визирь сорвал покрывало со статуи.

Перед ней предстала девушка средних лет, застывшая в камне. Мимика и поза выдавали непередаваемый ужас, который она испытывала в момент окаменения. Агидель, охваченная леденящим душу шоком, не могла отвести взгляда. С одной стороны, её догадки подтвердились: Визирь не был повелителем. Какой смысл превращать в камень собственную сестру? С другой – не очередной ли это коварный план? Он ведь был мастером манипуляций, сумевшим заставить Морока похитить Алёнку и ключи. Пока Визирь не докажет обратное, доверять ему было рано.

Пока в голове Агидели бушевал хаос, Визирь приблизился, почти вплотную, так что она ощутила его сбивчивое дыхание на своей коже.

 – Ты единственная, кто должен это увидеть. Не смей рассказывать об этом патрулю... Иначе вместо волшебниц ты увидишь лишь их статуи, – голос Визиря звучал холодно и твердо, как сталь. Агидель понимала, что его не остановить. Ей оставалось лишь кивнуть в знак согласия и понимания. 

– Хорошо, но... у меня вопрос, – произнесла она, стараясь придать голосу уверенность. Визирь отстранился, вопросительно глядя на неё.

 – Почему ты так боишься кому-то рассказать? – Я привык работать один... Не хочу, чтобы кто-то путался под ногами. А теперь иди. Тебя, наверное, уже заждались. И потом, Агидель, ты ведь не хочешь, чтобы о нас подумали что-то не то, верно? – на лице Визиря мелькнула усмешка, но он остался неподвижным, наблюдая за замешательством женщины.

Агидель, придя в себя, молча направилась к выходу. В голове царил полный сумбур. Визирь – повелитель? Можно ли ему доверять? Кто он на самом деле? Бесчисленные вопросы, и ни одного ответа. Покинув комнату, она спустилась в тронный зал, где застала лишь кота и его птичку. 

– А... где девочки? – в голосе Агидели звучало недоумение. Кот поднял на неё взгляд.

 – Они ушли к себе. Не волнуйся, Агидель, можешь идти по своим делам или навестить их, если хочешь! – Сказочник говорил с неизменной доброжелательностью, и к женщине вернулось самообладание. Молча поклонившись, она направилась к выходу из замка.

Ей нужно было во всем разобраться. Кто прав, кто виноват? Лучшим решением было прогуляться и развеять терзавшие её разум мысли. Агидель бродила по саду перед дворцом, чего раньше себе не позволяла. Вероятно, у неё просто не было времени: вся жизнь состояла из работы и помощи девочкам. Она любовалась статуями, которых раньше здесь не видела. Решив, что это Сказочник привнес в сад красоту в своем стиле, она продолжила путь. Вдруг её внимание привлекли две статуи, словно слившиеся в объятиях. Агидель уже собиралась уйти, но, приглядевшись к лицам, застыла в ужасе. Это были Король и Королева... В голове снова что-то щелкнуло. Слова Визиря, статуя в потайной комнате... Это не могло быть совпадением. Перед Агидель стояли её подруга Елена и её супруг... обращенные в камень... Она готова была провалиться сквозь землю, лишь бы не ощущать этой всепоглощающей пустоты. Подойдя ближе, она не выдержала и упала на колени перед монументом. 

– Что мне теперь делать?... – вопрос был обращен к статуе. Ей хотелось проснуться и понять, что это был лишь дурной сон, который больше не повторится. Но она не спала. Это происходило наяву... Обхватив себя руками, Агидель разразилась громким плачем, который, казалось, слышало каждое существо, проходившее мимо дворца. Это был плач от осознания беспомощности, от чувства невыполненного долга. Что она скажет Алёнке? Как оправдает то, что её родители обращены в камень, и она даже не знает кем? Эти мысли давили с удвоенной силой, заставляя рыдать еще горче. Небо, до этого ясное, затянулось тучами, и пошел дождь, словно оплакивая утрату Агидели, понимая её боль и плача вместе с ней.

Но ничто не вечно. Спустя полчаса безутешного плача Агидель успокоилась. Дождь, отражавший её внутреннее состояние, не переставал лить, поддерживая все терзавшие её мысли в «рабочем» состоянии. А Агидель, не найдя ничего лучше, просто прислонилась спиной к основанию статуи и стала молча смотреть перед собой. И на её лице появилась легкая, блаженная улыбка...

Улыбка эта не была знаком радости, скорее – предвестником решения. В её глазах зажегся огонь решимости, сменивший отчаяние. Агидель поняла: время оплакивать прошлое прошло, сейчас она ничего не в силах сделать. Она встала, стряхивая с себя капли дождя и  направилась к себе в кабинет.Надеясь на то,что больше не встретит Визиря,по крайней мере сегодня.