тайлисан. без прошлого

Глава 11

Представить? Ну что ж… я мысленно вздохнула. Терять мне уже было нечего, хотя разочарования еще и Сафиора я, наверное, не переживу. Точнее, переживу, конечно, но сбегу точно. Больше меня тут ничего не держит. Поэтому покорно закрыла глаза и попыталась выполнить указания.

— Представила?

— Да. — Перед глазами всплыла картинка стола с расставленными предметами, которые словно нехотя выплывали по одному из тумана.

— Что ты видишь?

— Свечу. — Это первое, что возникло перед внутренним взором.

— Какая она? Опиши.

— Желтоватый воск, черный фитиль, стоит в бронзовом подсвечнике…

— Очень хорошо. Она горит?

— Нет.

— А представь, какой бы был огонек. Яркий, наверное? Или, наоборот, еле трепещущий?

— Прямо вокруг фитиля был бы почти белый лепесток. Затем самое большое пламя насыщенного желтого цвета, а по краю оно бы переходило в красный…

— Да. Именно так. А что еще было на столе?

— Стакан с водой.

— И? Обрисуй.

— Высокий, прозрачный, из тонкого стекла. Вода бледно-бледно-голубая.

— А ты когда-нибудь видела бурю в стакане?

— Нет.

— А можешь представить?

— Мм… могу.

— Тогда действуй и не забывай проговаривать, что видишь.

— Воронка в центре, достающая до самого дна. От нее отходят волны, по кругу, нет… по спирали. Высокие. Они бьются о край стакана. Капли вылетают за края.

— Именно так. Вспомни, что еще было на столе.

— Перо. Белое. Птичье. Легкое.

— Представь, что оно взлетает в воздух и покачивается, словно лежа в колыбели… Угу. Молодец. И последнее…

— Цветок. Засохший, чахлый, сухая земля… по-моему, это была фиалка…

— Тебе ее жалко?

— Да не особо.

— Что? — Удивленный вскрик учителя чуть было не заставил открыть глаза, но я сдержалась.

— Это же естественно, — пожала плечами. — К тому же цветы неодухотворенные. Ну… не знаю. Нет, вы не подумайте, мне нравятся растения, но я вполне спокойно к ним отношусь, когда они стоят на подоконнике в горшках.

— Понятно. Но, знаешь, это любимый цветок Петраны. И она очень расстроилась. А хочешь, расскажу, как он выглядел раньше? Темно-зеленые жирные листья, влажная черная земля и мелкие, с резными белоснежными лепестками, цветы.

Перед глазами сама собой встала картинка. Я не любитель выращивания цветов в горшках, хотя какие-нибудь высокие пальмы или елки мне нравились. Всегда казалось, что они оживляют пространство. Но Петрану хотелось порадовать…

— Умница, — сквозь собственные мысли пробился голос профессора, — а теперь открой глаза.

Я тут же послушалась и ахнула! Все, что я представляла, в точности повторялось и на столе — свеча горела, перышко парило в воздухе, в стакане бушевала буря, а засохший цветок расцвел. Но как?!

— Вот видишь, — он улыбнулся, — все твои силы при тебе, и я абсолютно уверен, что стоит тебе научиться контролировать ту свою… кхм… способность, как все будет получаться. Ну что, попробуем дальше?

Я с энтузиазмом закивала. Моя надежда просто взмыла ввысь, окрыляя и даря уверенность. Я могу!!! Я не потеряла способности, они все еще при мне, а значит, я могу научиться всему. Я буду работать день и ночь, но добьюсь того, чтобы оправдать надежды Сафиора и дать достойный ответ всем остальным.

Я с новыми силами взялась за обучение. Учитель не стал мудрствовать и прямо спросил, что мне самой необходимо в первую очередь, предложив написать первые пять пунктов. Тут никакого секрета не было. Я вполне помнила свою комнату и во что она превратилась. Поэтому выбор первых пяти заклинаний был неудивительным: восстановление состояния, очистка, морок, невидимость, защита. В последнем пункте я слукавила. Защита мне была нужна как на помещение, так и на себя.

Кажется, Сафиор догадался о моей маленькой хитрости, судя по его легкой улыбке, но спорить не стал, только головой покачал. А я что? Мне в этом гадючнике еще жить непонятно сколько и желательно не так плохо, как сейчас. Не могу же я и правда ночевать осенью в комнате с разбитым окном?

В голове уже сами собой закружились предвкушающие мысли, как я становлюсь великой магичкой и наказываю обидчиков, а потом приезжает Уфаниэль и на коленях просит простить его… Эх… глупо, знаю, но надежда — это то немногое, что еще держит меня здесь, не позволяя позорно сбежать.

— Ну что? Начнем?

И началось… Сафиор начал с теории, объясняя основы, указывая на подводные камни и замечая мелочи. В принципе, я все это уже слышала и даже знала (Уфаниэль не скупился на объяснения, да и учебники читала), но теперь все было подробнее, глубже, точнее, важнее, и, главное, я не боялась переспрашивать. Так что воспринимать знания стало значительно проще.

Честно говоря, я думала, что Сафиор начнет с защиты, ну или хотя бы с невидимости, но он в первую очередь стал объяснять «заклинание чистоты» и как связанно с ним «заклятие восстановления». Было сложно. Очень. Потому как эти два заклинания были переплетены с теорией времени и идеального состояния. Я не понимала некоторых моментов, порой просто впадая в ступор от сыпавшихся терминов, но продолжала слушать и повторять.

Честно говоря, спустя пару часов я начала думать, что Сафиор ошибся и прежде, чем переходить к таким заклинаниям, надо бы начать с чего-то простого, но… Как оказалось, было два «но».

— Тайлисан, не надо смотреть на меня так. Я прекрасно знаю, что Уфаниэль тебе кое-что из этого уже объяснял, правда, в разрезе эльфийской магии… Ну что ты на меня так смотришь?

— Я… я забыла… — тихо прошептала, чувствуя, как вспыхивают щеки. Стыд волной затопил меня, заставляя все ниже и ниже опускать голову. Я абсолютно не помнила, чтобы Уфаниэль мне что-то из этого рассказывал, но при этом сами названия заклинаний и итоговое действие отложились в памяти. Не знаю, как это произошло. Может, эльф объяснял другими словами, но итог был плачевным. Для меня.

— Ох, девочка моя… — Я вдруг почувствовала, как меня вдруг прижали к чужому телу, а мужская рука мягко погладила по волосам. — Как же ты так… ну, ничего… Прости, Тай, я не думал, что изменения затронут тебя так глубоко…

— Что? — таких слов я не ожидала, даже со своим удивлением справиться не смогла, зато слезы тут же высохли.

— Боюсь, что вот эта твоя сила берет под контроль не только твои способности, но и память, чувства и эмоции. Она тебя изменяет, Тай, перестраивает под себя… И твоя потеря памяти… я думаю…

— Учитель?

— Я думаю, она вызвана именно тем, что в тебе проснулась, ну или появилась эта способность… тяга ко льду. И она прогрессирует. Твоя амнезия, скорее всего, результат огромного стресса. С тобой случилось что-то настолько страшное, что проявившийся лед полностью заблокировал воспоминания. Стер их. А такое возможно, только если нагрузка на психику была невыносима. И теперь, похоже, все болезненное лед стремится стереть. То есть существует вероятность, что ты станешь жить практически одним днем.

— Как? — это все, что я могла произнести. Мысли лихорадочно метались в голове, но ни к чему единому я так и не могла прийти.

— Не знаю, Тайлисан, но… если ты не справишься сама, то я вижу только один выход из ситуации.

— И какой? — я спрашивала, но уже понимала, что он сейчас скажет.

— Заблокировать ее.

— Понятно, — протянула я, осознавая, какой выбор может передо мной встать.

— Но, Тай, это только крайний случай, а пока, я прошу, не пользуйся ею, хорошо?

Я только кивнула. А что еще можно сказать? Что я не хочу отказываться от своего льда, потому что только в нем я могу спастись от боли, но… но именно он то, что приносит ее. Пусть и косвенно. Боги, как сложно! Какой-то замкнутый круг.

— Ладно, а теперь пошли к тебе.

— Ко мне? — Я в недоумении вскинула брови. — Зачем?

— А затем, что тебе пора начинать нормально жить, Тай. Или ты решила поселиться в библиотеке?

— Откуда вы знаете? — полузадушенно прошептала я, затравленно глядя на учителя.

— Ох… Девочка, не глупи.

Накинув на нас невидимость, Сафиор спокойно пошел вперед, вынуждая меня тем самым следовать за собой. Идти туда совсем не хотелось. Было стыдно и страшно, но спорить я не решилась, да и незачем было. Комнату уже давно пора было восстанавливать, а в том, что я смогу это сделать сама, уверенности пока не было.

В блоке все было как обычно. Шумно, людно… Девушки бегали по коридорам, забегали к соседкам, некоторые сидели на кухне. Все было как обычно, если не считать моей двери…

Такого я не ожидала. На глаза снова навернулись слезы, а посмотреть на Сафиора вообще не было сил. На двери крупными буквами горела надпись: «Подстилкам и выскочкам среди нас не место!» — и две доски крест-накрест были прибиты к притолоке.

— Это переходит все границы, — пробормотал учитель, мрачно глядя на дверь. Под его взглядом обе доски рассыпались в труху, а дверь моментально очистилась. А следом на нее легло еще какое-то заклинание, и на губах Сафиора появилась язвительная усмешка. — Вот так-то лучше…

— Что вы сделали?

— Потом увидишь. Открывай.

Внутреннее «убранство» привело его в тихий ужас. Сафиор несколько минут просто смотрел, не в силах вымолвить ни слова, только головой качал. Не понять его было нельзя. В выбитое окно поназалетало птиц и мошек, все было в экскрементах, половина вещей была в воде и потеряла первозданный вид, что-то улетело… пыль, грязь, разруха…

— М-да… — выдавил из себя Сафиор. — Масштабно. Ну хорошо, приступим. Начнем с самого простого… Э… — он огляделся, пытаясь найти это самое простое. — О! Вот. Давай-ка попробуй очистить простыню.

Я кивнула и сосредоточилась на некогда белой ткани. Минута… другая… я выпустила силу, повторяя заклинания и пытаясь уловить структуру. Руки дрожали, и мне было безумно страшно, что не справлюсь…

— Не выходит. — Руки упали сами собой. Я боялась посмотреть на Сафиора, увидеть в его глазах разочарование, услышать, что такая бездарность ему не нужна…

— Не расстраивайся, давай так попробуем. Переходи на магическое зрение и следи за тем, что я делаю. Итак… — Я внимательно следила, как он потянулся силой вперед, как отделил грязь от простыни, затем поднял ее вверх, объединил и перекинул за окно. Потом малым темпоральным заклинанием вернул вещь к первоначальной структуре, закрепив ее и набросив на весь объект. — Видела?

— Да.

— Теперь давай дальше. Одеяло… Так, помогай, я один все не восстановлю. Хорошо. Усложним? Окно… перекинь силу… угу, вот так… держи… тоньше… теперь накинь «заклятие восстановления»… хорошо… еще… да, здесь. Так, ну-ка, окно… ох, я не удерживаю… Умница!

Радостный выкрик Сафиора вывел меня из состояния сосредоточения, и я резко распахнула глаза. Окно было целым! Я глазам не поверила. Я. Сама. Восстановила. Его!!!

— Учитель! — На глаза навернулись слезы, и я не сдержалась и обняла мужчину. — Спасибо! Спасибо вам! — Я склонилась в поклоне.

— Ох, девочка, не благодари, — он мягко улыбнулся, — пройдет время, и я еще буду рассказывать, что имел честь быть знакомым с тобой. Ты поняла, что как только перестала думать и сосредоточилась, у тебя все получилось? — перешел он на деловой тон. — Так что давай закрепляй результат. Тебе всю комнату чистить!

И началось… Не могу сказать, что у меня сразу все получилось, но… Получилось! Через каких-то два несчастных часа я начала восстанавливать и чистить любой объект — пол, стены, потолок, постель, стол, стекла, книги и тетради. Моему счастью не было предела. Под конец, когда комната заблестела чистотой и свежестью, я устало опустилась на кровать, чувствуя, как трясутся руки. Оглядев дело своих рук, я не сдержала удовлетворенного вздоха. Как же мало человеку нужно для счастья! Комната не стала больше или ярче, мебель не блестела новизной, а серые стены не радовали. Хотя по сравнению с тем, что было… Но главное, я наконец-то поняла, в чем проблема. Дело было не в том, чтобы правильно повторить заклинание и направить в нужном направлении силу, главное было удержать саму себя. Поверить и принять.

— Ты молодец. — Сафиор погладил меня по голове, как маленькую.

— Все благодаря вам, учитель. — Я с трудом встала и поклонилась. Этот человек сделал больше всех для меня. Он подарил мне главное — надежду и веру в саму себя! И не отвернулся в самый трудный момент.

— Ты все сделала сама, Тай, а трудные минуты бывают у каждого. Сегодня тебе лучше больше не магичить, — подумав, произнес он. — Лучше завтра повторишь заклинание — одежду почистишь или тетради… Можешь даже попробовать заклинание «наложение чистоты».

— А что оно делает?

— Не позволяет образовываться пыли и грязи. Оно посложненее, потому как в нем заложен коэффициент дискретной темпоральности, наложенный на систематическое самовоспроизведение.

— А… э… — Я не знала, как выразить словами возникшие мысли.

— Не переживай. В книжке оно есть, — усмехнулся он, кивнув на принесенные с собой учебники. — Да и не волнуйся сильно. Оно далеко не у всех сразу получается. Просто потренируешься, а вдруг да и выйдет.

— Хорошо, — послушно кивнула я.

— Но только завтра! — строго пригрозил он. — Ты давно не пользовалась магией, и сильная нагрузка сейчас может только навредить. Тай, я приду часа в два-три за тобой, будем учиться ставить защиту. Я тут тебе оставлю одну книжку, почитай, если время будет. И… Тайлисан, — мужчина неуверенно посмотрел на меня, словно был виноват, — ты понимаешь, что тебе придется самой выходить из комнаты… и на обед идти тоже?

— Хм… — Я с трудом сглотнула. Эйфория тут же пропала, погребенная под натиском обстоятельств. — Я понимаю.

* * *

«Ррр!» — вот уже в четвертый раз прорычал желудок, напоминая, что неплохо бы пойти поесть, но страх выйти из комнаты был сильнее голода. Я только страдальчески поморщилась, но упорно сидела и гипнотизировала дверь.

Трусиха. В который раз я мысленно обругала себя, но встать и открыть дверь, чтобы вновь встретиться с насмешками и пренебрежением, смелости не хватало. Скосив взгляд на часы, я уже почти в панике отметила, что до конца обеда осталось тридцать минут, и если я не хочу голодать, то сейчас самое время решиться.

— В конце концов, — пробормотала себе под нос, — с таким же успехом я могла бы просто сбежать отсюда… Все! — Я резко вскочила и, пока остатки храбрости не покинули меня, резко распахнула дверь.

На мое счастье, в коридоре никого не было, и я облегченно выдохнула, хотя умом понимала, что это всего лишь временная передышка, но я все равно была ей рада.

До столовой я долетела без приключений. Те немногие встреченные мной по дороге в основном не обращали на меня внимания. Кстати, сегодня я впервые увидела «нашествие» старшекурсников. Как объяснил вчера Сафиор, большинство из них возвращаются в Академию не к началу года, а к балу, так как многие задерживаются на практике. Поэтому до этого момента здесь в основном были студенты с первого по третий курс. Зато теперь Академия наполнялась. И хотя старшая Академия должна была питаться отдельно, но на практике редко кто придерживался строгого распорядка. Просто в зависимости от значка Академии, по которому можно было понять курс и факультет, и выдавалась еда. Кому-то трехразовое улучшенное питание, а кому-то один скудный обед.

Взявшись за ручку входной двери, я глубоко вздохнула и потянула ее на себя. Признаться, в первый момент я чуть было не сбежала, но все же взяла себя в руки, твердо идя к раздаточному столу.

В столовой было многолюдно, и сперва меня даже никто и не заметил, что позволило без проблем набрать еды и даже сесть за дальний столик. Я быстро ела, понимая, что с моей везучестью все может измениться буквально через секунду. Да и силы мне нужны. Вчера я много потратила, так что теперь требовалось восполнение энергии.

— Привет, — раздался над головой приятный голос, — у тебя тут не занято?

Подняв голову, я затравленно посмотрела вверх. Да, понимаю, что надо выглядеть уверенной и сильной, но нервы были уже на пределе. Так что два парня даже слегка отступили назад, удивленно переглядываясь. Видимо, мой запуганный вид их несколько обескуражил.

— Не занято, — тише, чем хотела, произнесла я.

 Тогда мы присядем, не возражаешь? — уточнил второй. Я только головой покачала, искоса разглядывая их. Этих ребят я видела впервые. Оба высокие, подтянутые, с приятными лицами. Один был платиновый блондин с красными радужками глаз, а второй русоволосый с серыми глазами. И главное, похоже, они не знали, кто я! — Я Асмин, — представился блондин, — а это мой друг — Лайзар. Мы с боевого, третий курс. А ты? — услышав слово «боевой», первым порывом было вскочить и сбежать, и только приросшие к полу ноги не позволили этого сделать.

— Я Тайлисан Аларди. Второй курс, — умолчала про факультет.

— Очень приятно, — радостно улыбнулся Асмин. Вообще, похоже, парень был открытый и какой-то теплый, несмотря на красные глаза. — А чего ты такая замученная? — Я только плечами пожала.

— Отстань от нее, Ас, — буркнул приятель, — не видишь, девушке неприятно с нами общаться.

— Что? — Я удивленно посмотрела на него. Даже моя паника улеглась от такого заявления.

— А что, не так? — с вызовом посмотрел он на меня. — Чистокровки никогда не любят смесков, или ты особенная?

Я только перевела шокированный взгляд на блондина, но наткнулась на слегка горькую усмешку.

— При чем здесь это? В Академии же полно полукровок.

— Полукровок — да, но не смесков.

— А в чем разница? — не поняла я и, похоже, ляпнула что-то не то, поскольку оба парня шокированно на меня уставились.

— Шутишь? Что, действительно не в курсе? — Я лишь покачала головой. — Полукровка — это ребенок, рожденный от представителей различных рас, — процедил Лайзар, — а смесок — это ублюдок, беспризорник, найденный на улице. Ребенок-сирота, которому при помощи определенного обряда внедряют часть черт расы того, кто его проводил, и тем самым превращают в вечного и самого покорного и верного раба и телохранителя. А иногда и создают существо из нескольких рас, чтобы посильнее были…

— И вы…

— Я частично вампир, — смотря прямо в глаза, проговорил Асмин, — а Лай — эльф.

— Надо же… — Я не знала, что можно еще сказать. — А почему вы здесь?

— Хватит! — вдруг вспыхнул Лай. — Мы тоже имеем право учиться, а не только такие, как вы!..

— Успокойся. — Ас положил руку на плечо друга, а потом повернулся ко мне. — Не обижайся, для нас это болезненная тема.

— Простите, — опустив голову, выдавила из себя. — Я не хотела никого обидеть.

— Ладно, — Ас сделал вид, что ничего не произошло, — а ты откуда?

— Не знаю, — как можно равнодушнее пожала плечами я.

— В смысле? — не понял парень, и даже Лай перестал сверлить меня мрачным взглядом.

— Я ничего не помню. Ни имени, ни откуда я, ни кто мои родители…

— Ничего себе! Разве так бывает?

— Бывает.

— Но тогда, получается, Тайлисан Аларди не твое имя?

— Мое… теперь. Я взяла его себе.

— А как же ты тут оказалась? А с какого момента помнишь? — продолжал допытываться Ас. Даже вперед чуть подался. Видимо, его реально заинтересовала моя история.

— Только пару последних месяцев. Я… — повела рукой, подбирая слова, — просто очнулась стоящей посреди дороги. Там же встретила Уфаниэля ивво Талалионэля, и он помог поступить сюда. — Причин скрывать имя эльфа я не видела. Все равно они рано или поздно узнают все слухи и сплетни про меня, и в таком случае, если сейчас скрою этот факт и скажу им не я сама, будут считать лгуньей. А так они хотя бы задумаются и не сразу начнут кидать в меня камни. Надеюсь.

— Ого! — Парни переглянулись. — И как тебе?

— Трудно. — Я грустно улыбнулась.

— Слушай, — воодушевленно начал Ас, — а давай…

— Асмин АроЭйт, Лайзар Шаррэль! Срочно к куратору! — разнеслось по столовой подобно набату.

— Проклятие! — прошипел Лай, вскакивая из-за стола.

— Приятно было познакомиться, Тайлисан, — улыбнулся Асмин, уже убегая, а я в ужасе осознала происходящее. Вся! Вся столовая смотрела на меня, провожая взглядом убегающих парней.

Проклятие, как сказал Лайзар. Теперь всеобщее внимание было сосредоточено на мне, и, судя по нехорошим усмешкам, сейчас начнется. Словно в ответ на мои мысли, из-за дальнего стола поднялась Рейчиал и плавной походкой направилась ко мне.

— Вы только посмотрите! — ее громкий звонкий голос разнесся по всей столовой, а в сгустившейся тишине он был слышен абсолютно всем. — Наша «звезда» нашла себе дружков по вкусу. А с чего бы такие перемены? То чистокровный эльф, а то пара смесков? Похоже, в твоих услугах больше не нуждаются. Быстро же ты надоела, дешевка. Скажи, а эти смески тебя пользуют на пару или по очереди, а?

В первый момент я почувствовала, как внутри меня снова начинает образовываться лед. Страх, паника и унижение сплелись тесным клубком, вызывая только одно желание — бежать. Спрятаться от этой непонятной жестокости, чтобы меня все оставили в покое. Мелькнула даже мысль, что я переоценила свои силы. Не смогу! Но чем больше она говорила, тем яростнее в душе разгоралось пламя. Оно просто снесло лед внутри меня, опалив все до темноты в глазах. Да кто она такая?! Как смеет оскорблять?! С чего возомнила, что лучше меня и имеет право унижать и топтать?

Медленно, словно нехотя, я встала из-за стола, успев порадоваться, что умудрилась съесть почти все, и посмотрела ей прямо в глаза. Похоже, меня тут совсем перестали считать за человека, способного дать отпор, судя по мелькнувшему в ее глазах удивлению, но отступать она не собиралась. И я тоже!

— Милочка, я смотрю, ты просто жить без меня не можешь. Покоя тебе не даю. Надеюсь, это не любовь? А то, как ты правильно заметила, я все больше по мужикам.

Такого от меня не ожидал никто. Словно камень с высоты, на столовую упала тишина, а потом все взорвалось — крики, смех, громкий шепот. Но это было не важно. А важно было то, что впервые я почувствовала себя уверенно.

— Ты! Сука! Шалава, попавшая сюда через постель! — На руках девушки зазмеились алые сполохи, а в воздухе сгустилась магия. Никакого предвидения не надо было, чтобы понять, что еще минута, и она нападет. Теперь оставалось решить, что делать — бежать и получить удар в спину или успеть первой?

— А… так вот что тебя задевает! — усмешка искривила мои губы. — Конечно, на тебя-то никто и не глянет. Особенно когда натуральной увидит, — фыркнула и… Честно говоря, я сама от себя не ожидала того, что сотворила. Наверное, все-таки усиленная тренировка с учителем дала о себе знать, и в критический момент память выдала то, что было сверху.

В моем арсенале было не так уж много заклинаний, особенно против старшей и более опытной девицы, но в этот момент я просто не думала. Прищурив глаза, я потянулась к своей силе, выпуская ее на волю.

Сначала мне показалось, что опять ничего не получилось. Но потом…

Довольная Рейчиал сделала шаг вперед и подняла руку в атакующем жесте, но не успела. Волна магии ударила в девушку, отбросив ее на пару шагов, и окутала тусклым серебристым сиянием. А потом, словно в кошмарном сне, с нее начала медленно сползать кожа, словно тающий воск, она морщилась, сжималась и стекала. Она стекала с шатенки, «очищая» истинную суть оборотницы от человеческой и сохраняя животное состояние. На кроваво-красном мясе то и дело то возникали клочья рыжеватой шерсти, то вновь образовывалась розоватая кожица. «Очистка» и «восстановление» — два заклинания, которые я мучила вчера, — сплелись в какой-то невообразимый и жуткий клубок, вызвав результат, которого я и сама не ожидала. Я хотела просто убрать косметические чары и иллюзии улучшения внешности, но никак не вызвать физические трансформации! А то, что произошло… Это было страшно! Отвратительно! Непередаваемо!

От некогда прекрасной девушки осталась абсолютно лысая полуволчица с человеческими глазами в кучке разноцветной подранной одежды. Конечности застыли в срединной трансформации — не волчьи и не человеческие, уши удлинились и заострились. Челюсть выдвинулась вперед, появились клыки. Почти волчья морда, но в то же время с человеческими чертами, а оттого еще более жуткая. Сероватая кожа и янтарные глаза, трусливо бьющий по бокам крысиный хвост и дрожащая шкура с клочками шерсти, разбросанными по телу в хаотичном порядке. Монстр…

— Нет… — С губ сам собой сорвался выдох, и я сделала шаг назад, потом еще один, а потом не выдержала и, развернувшись, побежала под оглушительный вой за спиной.

Глава 12

— Учитель, учитель! — Я, запыхавшись, вбежала в кабинет Сафиора. Я бежала так, как будто эта тварь, в которую моими стараниями превратилась Рейчиал, гналась за мной, хотя я прекрасно слышала душераздирающий вой, оставшийся далеко позади.

На мое счастье, мужчина был в одиночестве, разбираясь с бумагами, и при моем появлении тут же вскинул голову, удивленно смотря на меня.

— Тай? Что случилось?

— Я… я… — никак не могла выдавить из себя правду, даже не представляя, как можно объяснить подобное.

— Так. — Сафиор встал и подошел ко мне, а потом повел, как ребенка, за руку и усадил в кресло. Затем отошел на минуту и вернулся уже с бокалом чего-то темно-коричневого. — Вот, выпей и успокойся.

Я тут же послушно глотнула. Горло на секунду обожгло, но уже спустя минуту я почувствовала сладкий фруктовый привкус и свежесть. Стало гораздо спокойнее.

— Итак, теперь рассказывай, что произошло! — велел он, садясь напротив.

— Я использовала магию.

— И? Получилось? — Он подался вперед.

— Ага, — с губ сорвался немного истеричный смешок, — даже лучше, чем ожидала.

— Тай! — укоризненно протянул Сафиор, и я, закрыв глаза, начала быстро говорить.

— Ко мне в столовой подошла девушка-оборотень, Рейчиал, и начала оскорблять. Я ей ответила, но она совсем с цепи сорвалась и попыталась на меня напасть, а я… я использовала заклинания… которые знала. «Очистка» и «восстановление».

— Продолжай, — жестко проговорил он, и я практически видела, как он нахмурился, хотя продолжала смотреть в стакан, не в силах поднять глаза.

— Она превратилась в волчицу… почти волчицу. И она была лысая! Учитель! Я просто хотела, чтобы с нее слетели иллюзии, улучшающие внешность! Клянусь! Не больше! Просто подумала, что она смутится и сбежит! Я не знала, что так получится…

— Перестань! — Сафиор поморщился и устало потер переносицу. — М-да… неожиданно. Честно говоря, даже не знаю, похвалить тебя или отругать.

— По… похвалить? — У меня глаза округлились.

— Конечно. Во-первых, ты смогла за короткий срок уяснить и научиться применять два заклинания четвертого уровня сложности, хотя до этого у тебя не получалось даже первого. Во-вторых, твоя сила даже выше, чем я предполагал, что тоже меня радует. В-третьих, твоя сила такова, что откликается даже на не до конца сформированную мысль. В-четвертых, ты способна на творчество и комбинацию, что редкость среди студентов. Я о таком эффекте даже не слышал. Ну и в-пятых, ты сразу прибежала ко мне и во всем призналась, что говорит о твоей верности, честности и уме. Я рад. А теперь посиди здесь, а я пойду разберусь с последствиями.

Дверь уже захлопнулась, а я продолжала сидеть и тупо смотреть перед собой. В голове все время вертелись два слова «похвалить» и «разберусь». Честно говоря, когда я бежала сюда, то была полностью уверена, что учитель как минимум отругает, а то и вообще откажется дальше со мной возиться, но и понимала, что по-другому поступить не могу. Раз он мой учитель, то и узнавать все о моих проделках должен первым и от меня. Иначе ничего не получится. Но все же… «похвалить!»… нет, не понимаю!

— Куратор, мы все испра… а где профессор Сафиор? — Резковатый голос над головой оказался для меня настолько неожиданным, что я подпрыгнула на месте, с испугом глядя в ярко-желтые глаза смотрящего на меня парня. Высокий, широкоплечий и о-о-очень похожий на оборотня, а за его спиной мрачно маячили еще двое.

— Он вышел. — Сглотнув, я постаралась, чтобы голос звучал спокойнее.

— Да? А ты что тогда делаешь в его кабинете? — подозрительно сощурились золотистые глаза.

Без прошлого

Глава 12

SAPE

Глава 12

— Учитель, учитель! — Я, запыхавшись, вбежала в кабинет Сафиора. Я бежала так, как будто эта тварь, в которую моими стараниями превратилась Рейчиал, гналась за мной, хотя я прекрасно слышала душераздирающий вой, оставшийся далеко позади.

На мое счастье, мужчина был в одиночестве, разбираясь с бумагами, и при моем появлении тут же вскинул голову, удивленно смотря на меня.

— Тай? Что случилось?

— Я… я… — никак не могла выдавить из себя правду, даже не представляя, как можно объяснить подобное.

— Так. — Сафиор встал и подошел ко мне, а потом повел, как ребенка, за руку и усадил в кресло. Затем отошел на минуту и вернулся уже с бокалом чего-то темно-коричневого. — Вот, выпей и успокойся.

Я тут же послушно глотнула. Горло на секунду обожгло, но уже спустя минуту я почувствовала сладкий фруктовый привкус и свежесть. Стало гораздо спокойнее.

— Итак, теперь рассказывай, что произошло! — велел он, садясь напротив.

— Я использовала магию.

— И? Получилось? — Он подался вперед.

— Ага, — с губ сорвался немного истеричный смешок, — даже лучше, чем ожидала.

— Тай! — укоризненно протянул Сафиор, и я, закрыв глаза, начала быстро говорить.

— Ко мне в столовой подошла девушка-оборотень, Рейчиал, и начала оскорблять. Я ей ответила, но она совсем с цепи сорвалась и попыталась на меня напасть, а я… я использовала заклинания… которые знала. «Очистка» и «восстановление».

— Продолжай, — жестко проговорил он, и я практически видела, как он нахмурился, хотя продолжала смотреть в стакан, не в силах поднять глаза.

— Она превратилась в волчицу… почти волчицу. И она была лысая! Учитель! Я просто хотела, чтобы с нее слетели иллюзии, улучшающие внешность! Клянусь! Не больше! Просто подумала, что она смутится и сбежит! Я не знала, что так получится…

— Перестань! — Сафиор поморщился и устало потер переносицу. — М-да… неожиданно. Честно говоря, даже не знаю, похвалить тебя или отругать.

— По… похвалить? — У меня глаза округлились.

— Конечно. Во-первых, ты смогла за короткий срок уяснить и научиться применять два заклинания четвертого уровня сложности, хотя до этого у тебя не получалось даже первого. Во-вторых, твоя сила даже выше, чем я предполагал, что тоже меня радует. В-третьих, твоя сила такова, что откликается даже на не до конца сформированную мысль. В-четвертых, ты способна на творчество и комбинацию, что редкость среди студентов. Я о таком эффекте даже не слышал. Ну и в-пятых, ты сразу прибежала ко мне и во всем призналась, что говорит о твоей верности, честности и уме. Я рад. А теперь посиди здесь, а я пойду разберусь с последствиями.

Дверь уже захлопнулась, а я продолжала сидеть и тупо смотреть перед собой. В голове все время вертелись два слова «похвалить» и «разберусь». Честно говоря, когда я бежала сюда, то была полностью уверена, что учитель как минимум отругает, а то и вообще откажется дальше со мной возиться, но и понимала, что по-другому поступить не могу. Раз он мой учитель, то и узнавать все о моих проделках должен первым и от меня. Иначе ничего не получится. Но все же… «похвалить!»… нет, не понимаю!

— Куратор, мы все испра… а где профессор Сафиор? — Резковатый голос над головой оказался для меня настолько неожиданным, что я подпрыгнула на месте, с испугом глядя в ярко-желтые глаза смотрящего на меня парня. Высокий, широкоплечий и о-о-очень похожий на оборотня, а за его спиной мрачно маячили еще двое.

— Он вышел. — Сглотнув, я постаралась, чтобы голос звучал спокойнее.

— Да? А ты что тогда делаешь в его кабинете? — подозрительно сощурились золотистые глаза.

— А почему я должна тебе что-то объяснять? — Нет, ну а что, я не права? Он не представился, не сказал, что ему нужно, а почему-то требует объяснений!

— Потому что ты находишься в кабинете нашего куратора, — прошипел он, — а его самого здесь нет. Может, ты воровка и мы поймали тебя на месте преступления?

— Что?!

— Успокойся, Кир, ты пугаешь девочку. — Вперед вышел парень с блеклыми сероватыми глазами, смотрящими так холодно, что по спине пробежали мурашки. Он был красив, даже очень, но эти неживые глаза… Брр! — Не бойся, малышка, — он двинулся ко мне, и я невольно подскочила с места

места, — мы тебя не обидим… если ты будешь умничкой и все нам расскажешь… — И он протянул ко мне руку. — Подойди.

Больше не раздумывая, я отпрыгнула, формируя в руках заклинание. Ну уж нет! Издеваться над собой я больше никому не позволю! Недавняя победа придала уверенности в своих силах, и возвращаться к старому состоянию я не хочу. И не буду!

— И не подумаю!

— Не упрямься, детка. — Он все-таки умудрился меня схватить за другую руку и притянуть к себе. Но уроки физической подготовки не прошли даром, я резко выкрутилась, умудрившись оттолкнуть его и с силой ударить в голень, при этом даже не «выронив» заклинание.

— «Очистка»? — скептически вскинул брови тот, кого назвали Кир. — И ты реально думаешь, что справишься таким смехотворным заклинанием с боевиками?

Боевиками?! Я чуть было позорно не упустила кружево плетения. Это что, мои коллеги возможные, получается? И что делать? Уступить или нажить врага?

— Справиться можно даже таким, — твердо произнесла я, — если правильно и неожиданно применить. На вас оно подействует тоже, можете не сомневаться! И эффект будет довольно интересным. Но я не хочу ссоры, поэтому давайте просто разойдемся по разным углам и подождем профессора Сафиора. Идет?

— Ну уж нет… — прошипел «мертвоглазый». — Еще ни одна девка не смела мне угрожать подобным образом! «Очистка»! Я, по-твоему, грязный? Думаешь, раз мы смески, то имеешь право смотреть свысока? Или думаешь, я под мороком прячу безобразное лицо? А?

— Я не девка!

— Конечно, девки хоть симпатичные бывают, а ты…

— Олаф! — Третий, все время молчавший, самый крупный и мрачный из троицы, выступил вперед, схватив приятеля за плечо.

— Все-таки тебя надо почистить! Как минимум язык, точно! — не выдержала я.

— Пусти, я научу ее уважению!

— Что здесь происходит?! — Распахнулась дверь, и на пороге появился Сафиор, раздраженно взирающий на нашу компанию. А за его спиной я с удивлением увидела давешних знакомых.

— Учитель, — хором произнесла троица, склонив головы.

— Я спросил, что здесь происходит?

— Учитель, — Олаф вскинул голову и бросил на меня злой взгляд, — мы прибыли по вашему приказанию, а когда зашли, то увидели, что она роется в ваших вещах!

— Что? Это неправда!

Я в ужасе смотрела на него, боясь перевести взгляд на учителя. А если он поверит? Что тогда? Что я буду делать? И почему остальные молчат? Боги, неужели это никогда не закончится?! Не одно, так другое. Будто эта Академия — просто проклятое для меня место.

А они молчали. Все!

— Рылась, говоришь… — протянул Сафиор, я буквально кожей почувствовала обжигающий взгляд. — Хорошо, с этим я разберусь позже. А теперь проходите, Асмин, Лайзар, проходите, садитесь. Тай, сядь на место, — приказал он, и я, сжавшись, плюхнулась обратно. Боги! Помогите мне! — Итак, вы понимаете, что натворили, а?

— Учитель, — начал тот самый, который пытался остановить Олафа.

— Я сейчас не к тебе обращаюсь, Эрлин, а к твоим друзьям. Конкретно к Олаферу, Асмину и Лайзару. О чем вы думали, когда решились на это, а? Думаете, если дошли до третьего курса и вас признали предквинтой, то все можно? Боевик в первую очередь должен управлять своими эмоциями! И знать, когда стоит мстить, а когда нет. И уж если это делает, то никто и никогда, повторяю, никто и никогда не должен об этом узнать! А сделать глупость и бахвалиться ею… — он покачал головой, — это недостойно звания боевика. Я разочарован. Вы все, да, Киртан, не смотри на меня, и ты, и Эрлин все знали, но не остановили приятелей, получаете выговор и каждый свое наказание. А теперь свободны. Наказания получите завтра с утра.

— Учитель. — Они снова дружно поклонились и направились на выход.

— Тай, — кивнул Асмин, проходя мимо, за что и получил три удивленных взгляда.

— Ты ее знаешь? — расслышала шепот, но кто спросил, я не поняла.

— А теперь с тобой, Тай, — голос Сафиора заставил вздрогнуть и сжаться в кресле.

— Я не делала этого! — выкрик вырвался сам собой.

— И я абсолютно в этом уверен, — спокойно произнес учитель, устало проведя рукой по волосам.

— Что? Как?

— Тай, я прожил уже долго и привык, что студенты порой такое вытворяют, о чем и подумать страшно, причем не всегда специально. Поэтому у меня в кабинете всегда работает записывающий кристалл, который я могу просматривать в любое время. Но даже не делая этого, я верю тебе, а вот Олаферу не очень. И я крайне разочарован, что остальные поддержали его обман.

— Почему? — Я расслабилась и уже спокойно могла спрашивать.

— Хм… — вдруг Сафиор фыркнул и улыбнулся.

— Что? — не поняла я.

— Ты расслабилась, а это значит, что я прав. Будь все по-другому, ты бы испугалась при упоминании кристалла, а тут наоборот.

— Вы меня обманули? — Я ушам не верила.

— Ты спросила, почему я разочарован, — словно не заметив моего выкрика, продолжил он, — все просто. Они поддерживают его ложь, когда он обвиняет невиновного человека. Это то же самое, как яблоко с червоточиной положить на солнце. Что с ним будет, Тай?

— Сгниет быстрее, — потерянно проговорила я.

— Правильно. А если обрезать гниль, то его можно есть. Так вот, у Олафера есть такая червоточина, и если ее не убрать, то он сгниет. Он и так уже почти подошел к этому пределу, а то, что друзья его покрывают, только усугубляет дело. Рано или поздно он перейдет грань и предаст своих. Они, увы, пока этого не видят.

— Они друзья, — пожала я плечами.

— Это не оправдание. Даже наоборот. Они должны либо остановить его, либо расстаться. В любом другом случае гниль одного, как чума, может заразить остальных. И отговорки про дружбу тут неуместны. Не зря говорят, скажи мне, кто твой друг…

— А что означает «предквинта»? — попыталась я перевести тему. Я была и согласна, и нет с учителем, но пока и сама не могла определиться, к чему больше склоняюсь. Да, учитель прав, но в моем понимании друзья на то и должны быть, чтобы поддерживать во всем. Поэтому и не хотела больше дискутировать на эту тему.

— Заметила? Молодец. У боевиков есть понятие «квинта» — это сформированная и испытанная пятерка боевых магов, постоянный состав, больше чем семья или друзья. Именно пятерками они выполняют все задания, и только у боевиков жилье рассчитано не на четверых, а на пятерых. И, предвосхищая твой вопрос, объясню, сделано это так по трем причинам. Во-первых, самые сильные заклинания делаются на основе пентаграммы, где нужны именно пять проводников-магов. Во-вторых, у нас в Розе пять магических человекообразных рас (эльфы и дроу обычно считаются одной расой), и первоначально квинты формировались именно так — по одному представителю от каждого народа, ну и в-третьих, сложные дела должны решаться голосованием, а следовательно, членов отряда должно быть нечетное количество. Но есть и еще одно условие, хотя слово «условие» здесь не совсем подходит… принято, чтобы среди квинты были владетели минимум четырех стихий и дополнительно некромант или целитель. Правда, это уже в идеале. Вот так. А предквинта — это сформированная за два предыдущих года группа, которая в течение третьего и четвертого курсов тестируется, тренируется и притирается друг к другу. Если все нормально, то на пятом курсе они официально становятся квинтой, а после выпуска получают имя своей группы. Конечно, за оставшиеся годы обучения состав может меняться, но только до восьмого курса. Потом все, если не случилось чего-нибудь из ряда вон.

— Ясно, — задумчиво пробормотала я, пытаясь осознать, что если справлюсь, то мне тоже придется жить вот в такой вот квинте. — То есть на факультет боевиков всегда набирают количество, кратное пяти?

— Нет, конечно. Кто-то отсеивается, кто-то сам переходит на другую специальность, кто-то остается в аспирантуре и ждет подходящую для себя квинту, если не может психологически ужиться в другой. Иногда даже бывают боевики-одиночки. Правда, крайне редко. По-разному. Ладно, это сейчас не существенно, — отмахнулся маг и вдруг прищурился. — А тебя не интересует, чем закончилось твое фееричное выступление? — лукаво усмехнулся он, вызвав целую толпу мурашек.

— Ин… интересует.

— Это хорошо, что все-таки интересует, — съехидничал мужчина, а потом расплылся в широкой улыбке. — Ты бесподобна, девочка! Я впервые видел такой уникальный симбионт! Да мы вчетвером, включая ректора, двадцать минут пытались снять твое заклятие! Великолепно!

— Э? — Я опешила от такой искренней радости. — А наказание? — осторожно поинтересовалась.

— Какое наказание? Не волнуйся. Мы просмотрели память Рейчиал, она виновата сама, ты просто защищалась. Мы даже не думали, — тут он нахмурился, — что в младшей Академии настолько все запущено. Признаться, младшекурсники нас мало интересуют, и мы все отдали на откуп аспирантам, старшим по общежитиям и курирующим преподавателям, а там вон как… Придется заняться. Ну да ладно, сейчас не об этом. Твой поступок принес нам неожиданную пользу. Я смог убедить ректора, что тебе в связи со сложностью взаимоотношений и пережитым трудно адаптироваться, а сила просто зашкаливает, поэтому он позволил, чтобы с тобой занимался лично я и на остальные занятия ты ходила по моему усмотрению. Но, — он поднял палец, — поблажки тебе даны всего на месяц. Потом тебе все равно придется вливаться в коллектив и ходить на занятия. Окончательное решение будет вынесено по итогам сессии. Если все пройдет успешно, то тебя переведут на третий курс, как и собирались, и ты доучишься год с ними. Поверь, это совсем не сложно, особенно для тебя.

— Спасибо, — пробормотала я, понимая, что это даже больше, чем я могла надеяться.

— Не за что, — отмахнулся мужчина, задумчиво меня разглядывая. — Это надо было сделать сразу, как только у тебя начались проблемы, и этой ситуации бы вообще не возникло. Но, Тай, ты понимаешь, что жить и обедать тебе придется так же, как и раньше?

— Угу.

— Не расстраивайся. Думаю, после сегодняшнего желающих задирать тебя поуменьшится.

— А что с уроками физической подготовки? — голос внезапно задрожал. Вспоминать те унижения и боль совсем не хотелось.

— А вот с этим надо что-то делать, — поморщился Сафиор. — Я подумаю, что можно будет сделать. Ладно. План таков — до бала никаких лекций и уроков, ходишь в библиотеку, работаешь и выполняешь задания, какие я дам. У нас будет почти неделя, чтобы хоть немного привести тебя в норму. Идет?

— Идет.

— Еще вопросы?

— Да, один, — я помялась, точно не уверенная, этично ли такое спрашивать, — учитель, простите за вопрос, но кто такие смески? Почему к ним так относятся?

— Умеешь ты вопросы задавать, Тай. Впрочем, это не секрет, хотя и распространяться о таком не спешат. Смески — это постыдная страница нашей истории. Точнее, не они, а их появление и существование. Если обобщить, то смесок — это магически измененный раб.

— О! — только и смогла выдавить я.

— Вот-вот. Никто не знает, как и откуда, но примерно восемьсот лет назад тогдашний король Неории создал первого смеска. Судя по дошедшим до нас хроникам, он панически боялся покушения на себя, при этом, будучи довольно сильным магом, физически был слаб и тщедушен. Причем он абсолютно был уверен, что покушаться на него будут не свои, а нелюди. И так как магически он считал себя сильнейшим в Розе, то уверился, что его заманят туда, где не будет магии. Собственно, отсюда и вывод — физически нелюди сильнее, чем люди, а без магии нам нечего им противопоставить.

Откуда у него появилась эта идея, как и ее решение, история умалчивает. Вот только спустя пару лет правления он нашел полукровку-сироту — оборотень с кровью дроу. Дитя в будущем должно было вырасти в сильного воина и мага. Но тут перед королем встал новый страх — а если его телохранитель решит от него избавиться?

Вот здесь и начинается самое интересное. То ли король был гением, то ли подсказал кто, но он провел уникальный обряд. Он сделал из полукровки смеска, влив в него не только свою кровь и магию, но и свою суть. Смысл обряда в том, что смесок становится тенью хозяина, то есть того, кто стал его донором. Он получает магические силы донора, но вместе с ними часть сознания. Он не просто не может предать, он не может помыслить об этом. Телепатическое желание хозяина — закон. Даже не знаю, как полнее объяснить. — Учитель пожал плечами. — Смесок просто не имеет своей воли, желаний, даже жизни. Он умрет вместе с хозяином.

— Какой ужас…

— Именно. Но как ты понимаешь, удачный опыт позволил королю создать целую армию таких рабов, которые умерли с ним в один день, когда он скончался в возрасте трехсот сорока лет от банальной старости.

— И что? С тех пор начали создавать смесков?

— Да. Правда, секрет хранила королевская семья, но они не только для себя старались. Смесков делали в подарок иномирным правителям, фаворитам, высшим аристократам. Считалось, что получить смеска от короля в подарок равно высшей награде. Но при этом к самим смескам относились только как к рабам, игрушкам. С ними делали абсолютно все. Были даже закрытые вечера, куда приходили только со смесками и… играли в них.

— Издевались, — поправила я.

— Именно.

— И что? До сих пор так?

— Нет. Спустя почти пятьсот лет случился вопиющий случай, вошедший в анналы. У нового правителя Неории был брат, который, как понимаешь, не очень хотел быть вторым. И он придумал гениальную в своем злодействе схему. Похитил первенца своего брата и сделал из него смеска.

— И никто не догадался?

— Нет, — усмехнулся профессор, — Рамир, так звали брата короля Усмара, был очень умным мужчиной. Он не только никогда не высказывал даже намека на желание править, он даже смог стать лучшим другом и самому Усмару, и его молодой супруге Анзании. Они не только не подозревали его, но и бегали каждый раз советоваться.

— Но ведь разведка должна была искать…

— А они и искали, и даже нашли. Брошенная любовница короля — чем не идеальная кандидатура.

— Но какой ей прок?

— О! А вот тут самое интересное! На допросе бывшая фаворитка призналась, что наложила на короля проклятие бесплодия сроком на двадцать лет. По закону, если у королевской четы в течение десяти лет нет детей, король имеет право расторгнуть брак. Еще год королева живет во дворце и считается правительницей, но король с ней не делит ложе, дабы не ошибиться, вдруг леди понесла. Итого одиннадцать лет. Ну а за оставшиеся девять леди посчитала, что сможет окрутить его величество. Главное, надо было подождать, пока Усмар нагуляется после брака, а там уже можно «случайно» забеременеть. И все — она правительница.

— Абсурд!

— Не скажи, — покачал головой мужчина. — Не идеальный план, но тем не менее имеет право на жизнь.

— Хотите сказать, что при наличии такого числа магов никто не смог снять ее проклятие?

— Фаворитка покончила с собой после допроса. Пишут, что сошла с ума. Но факт остается фактом, она закрепила проклятие своей смертью. Снимается такое крайне тяжело. Особенно если учесть, что в леди текла кровь вампиров, а следовательно, она была магом крови. Вот тогда лорд Рамир и посоветовал просто подождать, пожить в свое удовольствие. Собственно, что такое двадцать лет при сроке жизни в четыреста?

— А ребенок? Его не искали?

— Искали, но не нашли. Фаворитка лишь сказала, что отдала его, а кому…

— И что потом?

— А потом, спустя пятнадцать лет, во дворце появился Рамир со своим новым слугой, юношей с кровью демонов в жилах. Вот только королева Анзания, будучи на четверть оборотнем, сразу почувствовала в нем своего ребенка.

— Почувствовала?

— Оборотни — лучшие родители. Они никогда не оставят свое дитя, пока живы, и всегда почувствуют его. Что бы с ним ни случилось и как бы он ни выглядел.

— А король?

— Усмар призвал магов, которые подтвердили, что в мальчике течет королевская кровь. И тогда перед королем встал выбор — либо он отрекается от престола, как требовал его брат, либо Рамир приказывает своему рабу убить Усмара. Сама понимаешь, что при таком приказе смесок будет биться, пока не выполнит задание либо пока не умрет. И так, и так один из них должен был погибнуть.

— Король отрекся?

— Да. На тот момент детей у него не было. А Рамир заявил, что фаворитка, сама не зная, прокляла короля бесплодием не на двадцать лет, а навсегда. Точнее, теперь навсегда, ведь проклятие можно было снять только в течение первого месяца. А он сам им отсоветовал. Собственно, выбора у Усмара не было. К тому же королева Анзания проявила недюжинные волю и убеждение, чтобы сохранить жизнь сыну.

— Грустная история, — помолчав, призналась я, — но только не вижу, к чему вы ведете.

— Не видишь, потому что это не конец, — улыбнулся учитель. — Я уже говорил, леди Анзания была довольно сильной личностью и очень умной. Дождавшись полного отречения супруга от трона, она пришла к Рамиру и призналась, что смесок на самом деле его сын.

— Ничего себе!

— Именно! Естественно, Рамир не поверил. Родственная кровь у них была, это факт, и любовниками с королевой Анзанией они тоже были, но сын или нет, установить на сто процентов после обряда, сделавшего мальчика смеском, было нельзя. Да и ее величество подсуетилась. Ее дядя, как раз по линии оборотней, был женат на вампирше из правящего дома. Принцессе по-нашему. А та, войдя в положение племянницы и сочувствуя ей, провернула то же самое, что Рамир в свое время с братом. Она прокляла его кровь бесплодием. Причем, будучи из правящего дома, ее магические силы в этом направлении были велики. Правда, закрепляла она не своей смертью, а жизнями двадцати заключенных, но кого это волновало? Таким образом, юный смесок стал наследником.

— И правил?

— Да, даже умудрился править в течение восьмидесяти лет. Больше — увы. Все-таки смески не могут жить без хозяина.

— А он как смог?

— Королева Анзания. Эта женщина убедила Рамира взять с сына клятву, что первое, что он сделает, это удержит королевство от распада и посадит своего ребенка на трон, когда ему стукнет пятьдесят лет. А в дополнение, когда Рамиру было под четыреста, нашла для него убийц. Смески ведь живут столько, сколько хозяин, и могут пережить его ровно настолько, чтобы найти и покарать убийцу. Вот она и подстраховалась. Почти шесть лет ее сын искал того, кто убил отца, а потом выполнял условие. Таким образом, парню удалось не только пожить, но и править.

Собственно, первое, что он сделал после восхода на престол, — уничтожил все записи о ритуале. Ввел права смескам, смертную казнь за попытку повторить обряд, дал право обучаться в любой Академии абсолютно бесплатно и многое другое.

— Не поняла, — что-то меня царапнуло, — если все так, откуда тогда эти… Асмин и остальные?

— Хороший вопрос! Официально последний смесок умер более трехсот лет назад, и с тех пор никто ничего не слышал о них. И тут всего несколько лет назад объявляется эта пятерка. Шок — это мягко сказано, что было со всеми. Оказалось, что в одном ордене ассасинов откуда-то знают об обряде и продолжают практиковать его. Этих детей создают не только для хозяина ордена, но и в подарок для нелюдей. У них, конечно, в свое время тоже приняли закон, отменяющий создание смесков, но этим и ограничились. Их правители были крайне разочарованы, что таких «подарков» больше не будет. Зато у ассасинов всегда неплохой доход. Один смесок, судя по тому, что удалось узнать, стоит примерно как бюджет средней величины города на год.

— Этот орден еще действует?

— Благодаря появлению этих ребят началось расследование. Логово ордена нашли, многих поймали, но, как понимаешь, далеко не всех. Глава ушел и, похоже, забрал описание обряда с собой. Собственно, по большому счету мы лишь разворошили гнездо, но змеи уползли. Единственный плюс — это около дюжины спасенных полукровок, которых готовили к обряду.

— А эти ребята, предквинта? Как же они?

— Им повезло. Обряд проводится в два этапа. Первый — в младенчестве, когда вживляют чужую кровь и магию, и второй — после полового созревания, когда делают психико-эмоциональную привязку. Киртан оказался очень сильным магом и смог сбежать до второго обряда сам и вытащить пару приятелей. Но как он это сделал, не говорит. Точнее, не помнит.

— Как я? — выдохнула я.

— Боюсь, не совсем. Он помнит все, что происходило с ним в ордене, только сам момент спасения смутно. Скорее всего дело в стрессе и адреналине, ведь, судя по всему, вырвался он практически во время второго этапа. Ну и приятелей прихватил.

— Ясно, — протянула я.

— Ну раз ясно, так беги! Петрана волнуется, — мягко улыбнулся он, и я не сдержала ответной улыбки. На душе сразу стало легче, и я выскользнула в коридор.

Кажется, жизнь налаживается. Я шла по коридорам, впервые за все время улыбаясь и не ощущая угнетающего чувства. Сила у меня все-таки есть, а значит, я сделаю все, чтобы возвратить себе контроль над ней. Да и история смесков, казалось, дала мне сил. Ведь даже в такой тупиковой ситуации можно найти выход.

С таким настроем я и влетела в библиотеку. Петрана, заметив перемены в моем состоянии, радостно заулыбалась и сделала знак подождать ее в подсобке, пока она разберется с посетителями.

— Ну, что произошло? — Женщина, возбужденно сверкая глазами, уставилась на меня.

— Ой, Петрана… — довольно протянула я и быстро пересказала ей события сегодняшнего дня.

— М-да… — под конец выдавила она. — Неожиданно. Хотя я бы не была так уверена, как Сафиор. Боюсь, наоборот, многие могут разозлиться и попытаться проучить.

— Фария Нефал! — незнакомый женский голос громко позвал Петрану. — Фария Нефал!

— Иду! — крикнула в ответ Петрана. — Так, мне надо выдать книги, а ты пока поди почитай что-нибудь в архиве. Ладно?

— Конечно, Петрана. Не волнуйся!

Эх… как только за Петраной закрылась дверь, я обессиленно опустилась на стул. Сил просто не осталось. События сегодняшнего дня и общая усталость внезапно навалились и буквально погребли под собой. Мне отчаянно нужен был отдых, но я прекрасно понимала, что никто мне его не позволит. Слишком сильно я отстала, слишком многое должна сделать…

Утомленно растерев лицо, чтобы прогнать усталость, медленно встала и побрела в архив. Делать ничего не хотелось, заниматься магией тоже, но и просто так отсидеться совесть не позволяла. А значит, надо найти такое занятие, чтобы было и полезно, и ненапряжно.

Фыркнув на собственные мысли, я спустилась в темное помещение архива, задумчиво проходя сквозь ряды пыльных фолиантов: магия, целительство, некромантия, расоведение… учебники, словари, сборники… альбомы, энциклопедии, атласы… Я бесцельно брела между книжных рядов, пытаясь зацепиться хоть за что-то взглядом. Книг было бесконечное множество, но я никак не могла определиться в выборе. Дойдя до конца зала, я уже хотела было повернуть обратно, еще раз пройдясь, как взгляд зацепился за темный проем. Точно! Та найденная библиотека!

Любопытство всколыхнулось, частично даже разогнав усталость. Подхватив факел с магическим кристаллом, я рыбкой скользнула вперед, жадно рассматривая бесценные рукописи. А Петрана сюда еще не добралась, констатировал разум, пока я оглядывала разбросанные по полу книги. Ну и ладно, заодно приберусь.

Я опустилась на колени, рассматривая обложки книг: «Расоведение: восемь первых», «Флора и фауна Эстерхольда», «Особенности применения магии в восьмом мире», «Ольдейхары», «История рода Мирдрохейд», «Великая война — становление Розы»… Удивительно! Ни одно из названий мне не было знакомо, даже на глаза не попадались! И что такое восьмой мир? Роза включает в себя только семь миров, как мне рассказывала Эви. Подхватив с пола одну из книг, я распахнула ее на первой странице и чуть было не выронила на пол. Прямо над ней ярко светилась алая надпись:

Запрещено к прочтению! Доступ только для Хранителей.

Несколько секунд я просто смотрела на сверкающую надпись, но потом все-таки осторожно прикоснулась к странице. Ничего не произошло. Рискнула перевернуть и чуть повторно не выронила книгу — надпись ярко вспыхнула и пропала, словно ее и не было. Только тогда я рискнула посмотреть, что же за книгу я взяла. «Великая война — становление Розы», десять тысяч сто семьдесят девятый год от объединения миров. Ничего себе!!! Этой книжке почти двадцать тысяч лет!

Опасливо покосилась на вход и углубилась в чтение.

Это было невероятно! Оказывается, раньше в Розу входило не семь миров, а восемь! И восьмым миром был тот самый Эстерхольд!

Все началось чуть более двухсот тысяч лет назад, когда драконы, ведомые жаждой знаний и любопытством, открыли портал сначала в Эол, к людям, а оттуда в мир демонов и эльфов, которые уже давно похищали в Эоле людей, дабы пополнять свои запасы рабов. Драконы, будучи защитниками равновесия, посчитали данный факт нарушением законов мироздания и решили обучить людей магии и владению стихиями. Демонам и эльфам такое самоуправство не понравилось, и они попытались сравнять шансы. Так были открыты миры вампиров и оборотней. Массовое открытие порталов в слишком разные по своей энергетической структуре миры привело к нарушению равновесия, и миры начали разрушаться. Положение стало критическим, и тогда драконы решили объединить их всех в одну замкнутую структуру. Так появилась Роза с центром в Эоле. Но спустя несколько тысяч лет оказалось, что структура нестабильна и в срочном порядке необходим еще один мир. Именно им стал Эстерхольд. Закрытый, практически опустошенный в энергетическом и магическом плане, он с радостью согласился на предложение. Да и остальные миры были более чем довольны. Ольдейхары были высокими, довольно красивыми, хоть и необычными — голубоватая перламутровая кожа, с серебристыми, синими и голубыми глазами и платиновыми волосами, — сильными воинами, да еще и непревзойденными магами воздуха, обладающими в боевой ипостаси потрясающими лебедиными крыльями. Их мир был крайне суров, постоянная зима среди практически сплошных гор и мятежного океана, но богат на залежи драгоценных камней и металлов. Неудивительно, что после открытия увеличилось количество браков с ольдейхарами. Но так было недолго.

Сначала мало кто понимал, в чем же причина, но практически все супруги ольдейхаров погибли за каких-то пару сотен лет, резко постарев. Миры стали терять энергию, словно она ускользала сквозь руки. Никто ничего не понимал, но в Розе наступал голод, маги теряли способности, а бессмертные резко старели.

Драконы, как хранители равновесия, начали искать причину, но не успели. Эстерхольд напал на них. В одну ночь была уничтожена почти треть всех драконов и более половины кладок молодняка. Это был страшный удар.

Следующий удар был направлен на демонов, но те смогли отбиться. Магия холода мало подействовала на детей Тьмы. И тогда ольдейхары проявили свое самое страшное оружие, что до этого момента скрывали. Они оказались пожирателями! Неспособные, в отличие от остальных рас, воспроизводить магическую энергию, они могли ее только поглощать и использовать, и каждое подобное использование истончало энергию их мира.

Слишком поздно драконы поняли, что таково было наказание Демиургов этому агрессивному и жестокому народу. Эстерхольд уже вкусил запретный плод и не хотел отдавать силу. Миры Розы и ее жители были прекрасным «питанием» для них самих и их измученного мира.

Война была страшной. Сотни тысяч погибших среди всех народов, «черные» порталы, нежить, уничтоженные прекрасные земли… но выбора не было. Или так, или вечная зима под гнетом Эстерхольда.

В последний год войны, когда надежды уже не было, драконы решились на самый страшный ритуал — семеро потомков первых Хранителей миров должны были взойти на алтарь и, объединив свою кровь, запечатать Эстерхольд семью жертвами, скрепив это кровью сильнейшего дракона. Нет, они умерли не сразу. Жить после обряда им осталось бы всего семь лет. Такова была плата. Даже для людей это был недостаточный срок, но для бессмертных… И все-таки семеро правителей согласились. Семь наследников трона были «убиты» руками своих же родителей в ночь новолуния, проливая священную кровь и окропляя ею вход в портал. Розу сотряс взрыв невиданной мощи, а крик осознавших, что произошло, ольдейхаров еще несколько лет блуждал по мирам, не давая забыть о произошедшем.

Те немногие ольдейхары, что остались вне Эстерхольда, были разысканы и убиты. Миры с трудом, но стали приходить в норму, а о «проклятом» мире постарались забыть. Исчезли все напоминания о произошедшем. Уничтожались книги, творения рук ольдейхаров, даже само название их мира было запрещено произносить, дабы ни у кого не возникло соблазна заново открыть вход в Эстерхольд. Ведь дорога туда не разрушена, а только запечатана. Единственные, кто должен помнить, — это Хранители. Их долг следить, чтобы мир Эстерхольд не был снова обнаружен. Хотя есть надежда, что спустя столько времени все ольдейхары погибли…

Глава 13

— Тайлисан!

Оклик Петраны оказался полнейшей неожиданностью, заставившей подпрыгнуть на месте. Проклятие! Зачиталась. Я нервно покосилась в сторону выхода и отшвырнула книгу на пол, быстро вскакивая и выскальзывая в общий зал архива. Глаза судорожно заметались, выискивая что-нибудь подходящее, и я схватила первую попавшуюся книгу по истории Розы. Хоть как-то в тему…

— Да, Петрана, я здесь!

— О? Читала? — Женщина с интересом покосилась на книгу в моих руках. — И как? Это не очень хороший автор, — покачала она головой, — вот, возьми, эта лучше. — И она достала с полки томик раз в пять толще.

— Хм… спасибо.

— Да не за что! Иди, там Сафиор пришел.

— Угу. Бегу!

В давешней комнате меня уже ждал Сафиор. Он был чем-то озабочен и постоянно хмурился, но как только меня увидел, сразу же улыбнулся. Не сдержав облегчения, я тут же вернула улыбку. Оказывается, где-то в глубине души я все ждала неприятностей.

— Чем занималась?

— Читала про историю Розы, но Петрана сказала, что автор был плохой и всучила вот это чудовище, — фыркнула, показывая учителю «томик».

— Ха! От Петраны другого я и не ожидал. Это, кстати, очень хорошо. Я бы еще посоветовал взять книгу по расам, видам нежити и нечисти и географии миров. Это тебе, так сказать, для легкого чтения. А теперь серьезно. Давай-ка садись за стол и записывай.

Я послушно плюхнулась на стул и открыла тетрадь, ожидая лекции. В глубине души всколыхнулось чувство вины за свое вранье, но я усиленно его задавила, пообещав, что просто больше туда не полезу и читать такое не буду.

— Итак, — начал Сафиор, — для начала повторим вчерашние заклинания. Только, прошу, применяй строго по канонам и по прямому назначению, — усмехнулся он, заставив меня обиженно поджать губы.

Тем не менее учитель оказался прав. Моя магия творила что хотела. Особенно когда он требовал совместить заклинания или использовать их в строгой очередности. Сила словно с неохотой снова мне подчинялась, сопротивляясь каждому действу, но чем больше я повторяла, тем становилось легче. И, что самое удивительное, тем больше я вспоминала и тем меньше чувствовала внутри себя лед.

Было странное ощущение, что, поддавшись своему льду, я потеряла себя. А теперь этот паразит освобождал захваченное пространство. Подобное сравнение меня не радовало, но именно оно давало волю к занятиям, не позволяя опустить руки и лениться. Как-то совсем не хотелось в один «прекрасный» день превратиться в полностью аморфное существо — без памяти и эмоций. В какой-то момент пришло внезапное, как вспышка молнии, осознание, что, возможно, моя потеря памяти как раз и связана со льдом. Что-то произошло со мной, сначала позволившее полностью подчиниться льду, а потом вырвало меня из его лап. И вряд ли в обоих случаях это было чем-то хорошим…

— Тай! Тай, ты меня не слушаешь! — голос Сафиора вырвал из размышлений.

Растерянно перевела взгляд на нахмурившегося мужчину и вдруг не выдержала. Слезы быстрым потоком полились из глаз, и я была просто не в состоянии их сдержать.

— Это… лед… да?.. Я не помню… что произошло… но что-то ужасное… да?.. — Я захлебывалась слезами, с трудом выдавливая слова. Такая истерика даже мне самой казалась неожиданной и странной, но остановиться я не могла.

— Тихо… Тай… успокойся… — он тихо приговаривал, поглаживая по голове, — боюсь, ты права, девочка. Этот твой лед не что иное, как защита, чтобы не сойти с ума от горя. Но теперь все позади… у тебя новая жизнь… И это даже хорошо, что ты не помнишь. Порой горе мешает идти дальше. А у тебя теперь есть шанс. Так не упусти его! Ты не помнишь прошлого, зато перед тобой целое будущее. Не останавливайся, Тай! Иди вперед! Не помнишь, так это же и хорошо! Многих прошлое ломало, не давая жить дальше, а тебе повезло…

— Повезло?.. — всхлипнула я, но где-то в глубине почувствовала, как тугой комок того самого льда начал медленно, но верно оплавляться, истекая, словно кровью, грязной водой.

— Да, Тай, повезло. Так не упусти этот шанс.

— Я… я постараюсь, учитель. — Я в последний раз хлюпнула носом и вытерла покрасневшие глаза.

— Вот и умничка! А теперь-ка повтори последнее заклинание.

Я не смогла сдержать благодарной улыбки. Какое же счастье, что учитель решил обратить на меня внимание. Если бы не он… пожалуй, надо быть честной хотя бы с собой, меня бы здесь уже не было. Как и не было бы шанса на нормальную жизнь.

Сосредоточившись, я начала воспроизводить последнее заклинание, прикрыв веки. Никакой лед меня теперь не остановит. Учитель прав. Надо жить дальше! И надо быть сильной!

— Молодец! — довольный голос Сафиора вырвал меня из концентрации. — У тебя получилось. А теперь покажи-ка все шесть заклинаний, которые я тебе велел выучить. Если нормально справишься, научу, как их все усовершенствовать до нормального уровня, усилить защиту и как ее можно комбинировать и делать исключительно под себя, чтобы никто не снял, а не эту… убогую…

— Убогую?

— Тай! Защита, которую можно поставить одним общедоступным заклинанием, — это не защита! — подняв вверх палец, погрозил он. — У каждого мага своя собственная система щитов, которую он совершенствует, используя не только несколько базовых норм. Так что давай не ленись. А после защиты будем наверстывать пройденные за эти недели твоими одногруппниками заклинания. Плюс необходимо повторить еще весь базовый курс за предыдущий год.

— А как же заклинания на выбор? — убито проговорила я, уже понимая, что выбора-то у меня и нет.

— Тай, ты же все понимаешь! Я согласился на них по трем причинам: первая — они действительно тебе были нужны, второе — хотел посмотреть, что ты выберешь, и третье — нужно было с чего-то начать. В том состоянии, что ты была…

— Понятно.

* * *

Следующие несколько дней слились в один нескончаемый поток — завтрак с Петраной или Сафиором, потом поход в библиотеку и изучение теории, затем два часа помогала Петране в архиве и на выдаче книг, обед в общей столовой, где теперь от меня шарахались и косились с опаской, потом снова возвращалась в библиотеку и уже отрабатывала практику, еще два часа работы в архиве, ужин, а вечером приходил Сафиор и принимал работу. Сперва я показывала то, чему научилась, отрабатывая заклинания, затем он заставлял их комбинировать и выполнять в определенной последовательности. Если его устраивал уровень моих умений, начинал показывать, как усилить их и подогнать под себя, ну и под конец показывал что-то новенькое, что необходимо было выучить на следующее занятие.

За эти дни я полностью подчинила себе лед, и дело было не в моей силе воли, а в том, что я настолько уставала, что сил переживать о чем-то просто не было. Да и задирать меня перестали, во всяком случае в открытую. Слухи о том, что я сотворила с оборотницей, быстрее ветра разлетелись по Академии, отбив у многих желание поиздеваться. Конечно, ведь теперь я могла дать отпор! Впрочем, меня такое положение дел вполне устраивало. Не подходили и не хамили в открытую, ну и ладно. А друзья… их у меня не было, когда они действительно мне были нужны, а сейчас… сейчас мне просто было не до них. Хотя вот именно теперь они стали появляться, или, точнее, навязываться. На следующий же день прямо во время обеда ко мне подошла какая-то невзрачная девчушка и, смотря на меня большими влажными глазами, прошептала:

— У тебя не занято?

Я по уже сложившейся привычке сидела в одиночестве, ни на кого не глядя и ни с кем не разговаривая. Но теперь меня это уже не волновало.

— Нет. — Я быстро взглянула на нее и снова уставилась в тарелку.

— Знаешь, то, что ты вчера сотворила с Рейчиал… Уф! — Она восхищенно выдохнула. — Ты просто молодец! Она уже всех тут достала, а ты ее прямо так… Кстати, я Майни, — резко перевела она тему, словно не замечая моего напряженного молчания. — А ты Тай, да?

— Тайлисан, мое имя Тайлисан, — отрезала я.

— Что? — Карие глаза, казалось, еще больше расширились. — А… ну да… Слушай, а что ты сегодня делаешь? Не хочешь пройтись по магазинам, через четыре дня бал, было бы здорово купить что-нибудь эдакое…

— Нет, — немного резко отрезала, но в душе волной уже поднимался гнев, раздражение и обида. — Не хочу! — И я быстро встала, оставив девчонку растерянно хлопать глазами.

так и не успела. Словно в насмешку, ко мне подплыла смутно знакомая девица. Я попыталась напрячь память, выискивая, где и когда я ее видела, но так и не смогла. Вот только я точно знала, что она мне почему-то не нравится.

— Привет, я подруга Мора. Мне понравилось, как ты отделала эту… Приходи сегодня в парк, будет весело. — И она, не дожидаясь ответа, резко развернулась, задев меня по лицу хвостом, спокойно поплыла к друзьям. А у меня в голове что-то щелкнуло. Эта ее интонация… и слова «Мор», «эта»… я уже слышала их, и слышала, как она отзывалась обо мне. Да и Мор… нет, ничего общего у меня с ним нет и не будет. Что бы ни произошло между мной и Уфаниэлем, это не повод вредить им, да и себе тоже… Что ж, обойдутся без меня. К тому же мне почему-то совсем не верилось в коллективное восхищение мной. Опять решили использовать! Ну уж нет, не позволю!

Мора я пока больше не видела, но это было и хорошо. Боюсь, в какой-то момент я могла не сдержаться и наслать на него какую-нибудь гадость. И не то чтобы я его простила, уж точно нет, но сейчас просто было не время. А вот Рейчиал я встретила вечером, когда вернулась в общежитие. Девушка снова была в норме, но ее так перекосило от ярости, что на миг я даже испугалась. Но все же она сдержалась. Скрежетнув зубами, оборотень быстро скользнула в комнату и заперла дверь. Остальные девушки вообще шарахнулись в разные стороны, словно я была чумной.

Я на это только улыбнулась и отправилась наводить порядок в комнате. С тоской оглядев практически разрушенное помещение, лишь чуть-чуть приведенное в порядок, я почти до ночи восстанавливала все остальное. Да, Сафиор, увы, сдержал обещание, и все, что он сам поправил в прошлый раз, вернул в то состояние, что было до его прихода. Еще один урок. Теперь я должна была полностью справиться сама, как закрепление пройденного материала. Вычистила окна, стены, пол, мебель, обновила постель, восстановила одежду, книги и тетради, а потом вешала защиту. Насчет ее качества уверенности у меня пока не было, но чем ничего, пусть так, а пока не проверю, буду по-прежнему носить все самое ценное с собой.

А еще решила, что пора заводить свой личный гримуар. Школьные учебники не всегда будут под рукой, да и на собственную память у меня надежды мало, поэтому для меня это вещь практически первой необходимости. Одновременно с этим скользнула мысль, что неплохо бы еще научиться рисовать, чтобы в книге были и иллюстрации. Поэтому следующие два часа я занималась тем, что красиво перерисовывала заклинания в гримуар. Точнее, сперва заговаривала его на себя, а потом перерисовывала. В какой-то момент рука сама собой нежно скользнула по обложке, напоминая о тех днях, когда я еще считалась родной для Уфаниэля и Эви, но я быстро отогнала от себя эти мысли. Судя по тому, что эльфийка за все время ни разу мне на глаза даже не попалась, ее отношение ко мне тоже было понятным, ну или Уфаниэль приказал. Не важно!

Мотнув головой, я отогнала дурные мысли, но взамен полезли другие. Моя тайная библиотека. Я приходила туда, пока Петрана была занята, и читала практически все подряд, начиная от истории и заканчивая заклинаниями. Просто не могла себя остановить, хотя каждый раз обещала себе, что больше не буду. Оказалось, что она полностью была посвящена этим таинственным «пожирателям», как их неофициально называли. И книги эти были собраны туда после того, как был принят запрет даже на упоминание их имени. В отличие от моих предположений, запрет вынесли не сразу после войны, а спустя почти двести лет, когда несколько потомков ольдейхаров попытались открыть портал. Их схватили, разделили и скрытно переправили в лаборатории секретных отделов четырех миров. Только драконы были против подобной жестокости, но их голос был в меньшинстве.

А еще я тайно переписывала в тетрадку все, что казалось важным. Странно было, но хотя умом я и понимала, что вряд ли когда-нибудь столкнусь с этими «пожирателями», в душе каждый раз что-то вздрагивало. Только вот понять причину я никак не могла, как и природу своих чувств. Впрочем, всю свою «сознательную» жизнь я живу с то и дело возникающими ощущениями, так что уже особо не удивляюсь и не пугаюсь. Поэтому я строчила все — особенности их магии, как с ними боролись, какие заклинания использовали они, про изготовленные ими артефакты… И каждый раз испуганно вздрагивала, как только слышала легкие шаги Петраны, моментально выскальзывая из «пещеры». К моей радости, у женщины сейчас было столько дел, что о находке она и не вспоминала, чем я бессовестно и пользовалась.

На плечо легла чья-то рука, и я от неожиданности подпрыгнула на месте. Подняв голову, я увидела задумчивого Сафиора, стоящего прямо надо мной и, похоже, уже не первый раз зовущего меня.

— О чем ты задумалась?

— Я? Не знаю… обо всем и ни о чем. Извините. — Мне стало неловко, и я поспешно склонилась над учебником.

— Перестань, разве я ругаю тебя? — Он мягко улыбнулся и сел напротив. — Наоборот, я удивлен, что ты здесь.

— А где мне быть? — Я с искренним недоумением уставилась на мужчину. Может, я что-то забыла?

— Тай, с сегодняшнего дня начались выходные, — мягко, словно ребенку, начал объяснять он. — В Академии практически никого нет. А завтра бал. Я думал, ты тоже убежала в город покупать платье…

В какой-то момент он запнулся, заглянув в мое лицо. Похоже, владеть своими эмоциями я еще не научилась… Бал! Боги, да о чем он?! Как я могу прийти туда, где меня все ненавидят? Что я там делать-то буду? Стоять у стены и напиваться бесплатным алкоголем? Так там одно вино, и чтобы выпить столько, сколько мне надо, чтобы почувствовать там хоть каплю уверенности, придется выпить пару бочек! Да и это вряд ли поможет. В душе сама собой стала разливаться горечь. Бал — это прекрасно, это смех, танцы, шутки, друзья… Вот только ничего из этого мне не грозит. Друзей нет, все попытки сближения за последние пару дней я отклонила сама, а уж мысль о том, что меня кто-то пригласит на танец… вообще вызвала истеричный смешок. Ну если только в очередной раз унизить… Да на меня даже вскользь никто не смотрит. Мышь серая, да еще и… А думать о том, кем меня считают в Академии, было просто больно. Чувство горечи и обиды снова поднялось в душе, но, прикусив губу, я старательно продемонстрировала на лице улыбку и как можно небрежнее произнесла:

— Да мне что-то не хочется. Я лучше почитаю, позанимаюсь…

— Ясно. — Учитель помрачнел, но ничего не сказал, за что я была ему благодарна. Начни он меня утешать, и я снова разревусь. — Тогда жду тебя сразу после завтрака в своем кабинете. Проведем усиленную программу.

— Конечно. — Я благодарно улыбнулась и, не сдержавшись, порывисто обняла его. — Спасибо!

Спасибо за утешение, за то, что позволяешь отвлечься и не думать в одиночестве, глядя на разноцветные огни и смех по ту сторону окна. Не даешь почувствовать себя выброшенным щенком, который умирает от голода и холода, пытаясь пробраться в теплый дом накануне праздника…

* * *

— Доброе утро! — Радостно улыбаясь, я заглянула в кабинет учителя.

— Тай? Доброе утро! Ты рано. — Он мягко улыбнулся и встал из-за стола, отложив бумаги. — Ну это даже и хорошо. Больше времени будет.

— Времени на что?

— Увидишь. — Мужчина лукаво улыбнулся и достал из шкафа два плаща. — Ну-ка, накинь, там сегодня прохладно.

— Учитель, — я настороженно смотрела на него, — мы что, идем в город?

— Идем, — кивнул он, продолжая протягивать мне плащ. — А ты против?

— Нет… но я думала, что мы будем заниматься… — Я растерянно смотрела на мага.

— Успеем, а теперь пошли, пока я не передумал и не засадил тебя за уроки, — шутливо пригрозил Сафиор, но я тут же вцепилась в протянутый плащ, замотав головой.

Пока шли по коридорам Академии, я так до конца и не верила, что мы действительно идем гулять. Вот так просто учитель взял и посвятил мне целый день. Мне… бестолковой ученице?

Только когда мы вышли за ворота Академии, я поверила, что не сплю. Мы шагали по широкой улице, соединяющей Академию магии с центральной площадью, где пересекались дороги к дворцовой площади, аллее Искусств, Академии наук, торговому кварталу и ратуше. За это площадь часто называли Солнцем и говорили не дороги, а лучи. Вот туда-то мы и шли, а я вся дрожала от возбуждения и нетерпения.

— Так, — Сафиор остановился в центре площади, — предлагаю следующую программу. Сейчас идем по магазинам, покупаем то, что тебе нужно, потом зайдем в центральную библиотеку, заведем тебе читательский билет. Как закончим, можно будет пообедать. Зайдем в Академию наук, посмотришь на последние разработки, да и по музеям пройдешься, может, поможет вспомнить хоть что-нибудь. Ужин, и прогуляемся на аллею Искусств. Там сегодня дают представление иллюзионисты. Посмотришь, к чему стремиться. Ну как, идет?

— У-у-у… учитель… — прошептала я, чувствуя, как подступают слезы. Боги! Да что же я реву все время, а?

— Тай, успокойся. — Он мягко улыбнулся и погладил меня по голове. — Боги, бедная девочка, как же ты измучена душой, — почти прошептал он, но я расслышала. — Не волнуйся. Я только рад провести с тобой время. Ну что, уважишь старика?

Я энергично закивала, бормоча слова благодарности, но он лишь посмеивался, бодренько, особенно для старика, направляясь к торговому кварталу.

Некоторое время я шла молча, но потом все-таки не выдержала:

— Учитель, простите меня, что я лезу не в свое дело, но… как же ваша семья? Почему вы не с ними, а… со мной?

— Почему? — его голос стал тише. — Понимаешь, Тай, все мы делаем ошибки, и я тоже. У меня есть семья — сын, сноха и даже трое внуков, но я для них чужой. Когда-то главным, о чем я мечтал, были карьера и наука, и я шел к этой цели, невзирая ни на что. А мои родители мечтали, что я стану семьянином, владетелем края… Они настояли на браке с хорошей девушкой — умной, доброй, порядочной, но тогда мне казалось, что она чудовище, женившее меня на себе. О том, что для нее этот брак тоже был навязанным, я не думал. Я почти сразу уехал от нее, став преподавателем. Мне было все равно, что там, как… А через год получил письмо от отца, что у меня родился сын. Я даже сразу не поверил… и не поехал. У меня тогда как раз первая сессия была и практиканты… Дома я оказался, когда сыну уже было полгода. Я смотрел и никак не мог понять, что делать дальше. Хотел поговорить с женой, но в ее спальне меня встретил брат и вызвал на разговор. Оказалось, что за то время, что меня не было, они полюбили друг друга и теперь хотят быть вместе… Я дал ей развод и сбежал. А когда через несколько лет приехал домой, то увидел счастливую и дружную семью, красивую девушку, словно грезу наяву, и трех ребятишек-погодков, двух мальчиков и девочку. Они меня не ждали… и старший… мой родной сын спросил: «Папа, а что это за дядя?» И заметь, спросил он это не у меня… Вот так-то, Тай, — грустно улыбнулся он. — Я слишком поздно понял, что по-настоящему ценно в жизни, и перенес всю любовь на учеников и стены Академии. Здесь мой дом, тот, который я сам себе выбрал…

— Простите, — прошептала я, чувствуя, как к горлу подкатывает комок.

— Да за что? За свою гордыню и глупость? Забудь, я уже давно смирился со своей жизнью… Хочешь, тебя удочерю?

— Меня как бы того… уже. — Я сдавленно хмыкнула.

— Ну да… Теперь ты меня прости. — Он протянул руку, и я поспешила за нее ухватиться. — Ладно, пойдем-ка купим что-нибудь интересное?

— А что? У меня вроде все есть… — растерянно проговорила я, вспоминая, что деньги-то я и не взяла.

— Уверена? А я вот знаю минимум три вещи, которые тебе необходимы. Во-первых, защитный амулет, во-вторых, необходимо подобрать тебе оружие, и, в-третьих, я надеюсь, ты не откажешься от амулета связи?

— Не откажусь, только я деньги не взяла…

— Тай, не обижай меня. Кто за подарки платит? Думаю, начнем с защитного амулета?

Я вела себя как пятилетний ребенок, и мне, честно, было стыдно, но я ничего не могла с собой поделать. Крутила головой, вертелась, смотрела широко раскрытыми глазами, пытаясь все рассмотреть и запомнить. Сафиор целенаправленно шел к одной из лавок, даже не отвлекаясь на призывные зазывания других.

— Запомни, Тай, лучшие амулеты и артефакты всегда делали и делают гномы. Конечно, демоны и эльфы с дроу тоже порой делают неплохие вещи, но те, скорее, нужно делать под заказ конкретному мастеру. Если выбирать амулет широкого спектра, то лучше к гномам. А вот одежду и обувь — это к эльфам, украшения — к дроу, гномам и демонам, а оружие — к демонам и дроу. Зелья и травы лучшего качества производят оборотни и люди. Кстати, кожаные вещи тоже лучше брать у оборотней. А вот, например, сбрую надо покупать только у людей. Что еще? Ладно, вспомню — скажу.

Через полтора часа я, абсолютно ошалевшая, вышла из лавки. Гном оказался хорошим знакомым учителя, но при этом жутким занудой. Он минут двадцать меня придирчиво изучал, бормоча себе под нос, что я ему чем-то не нравлюсь, но он никак не поймет чем. Я спокойно пропускала это мимо ушей, не впервой, как говорится, а вообще, глядишь, и когда-нибудь мне вообще станет безразлично мнение окружающих. Зато я стала обладательницей двух амулетов. Первый был небольшим медным колечком, надеваемым на мизинец, с четырьмя мелкими камешками — защита от ментального воздействия, от огня, от проклятия и от Тьмы. Негусто, конечно, но для меня и это было в радость. А вторым амулетом стал небольшой кулон из авантюрина на кожаном шнурке. И не позарится никто, и постоянная связь с учителем.

— Учитель… — от благодарности я просто не находила слов. Еще никто, во всяком случае на моей памяти, не пытался обо мне позаботиться. А с учетом последних событий эта забота была в тысячу раз бесценнее.

— Не надо, Тай, все в порядке, — мягко улыбнулся он. — Ну что, теперь пообедаем или сначала в оружейную зайдем?

— В оружейную, — мотнула головой и тут же залилась румянцем от громкой трели желудка. Ну да, поесть нормально я утром не смогла.

— Думаю, сначала все-таки обед, — засмеялся он и потащил меня в сторону виденной ранее таверны.

Таверна с нехитрым названием «Домашняя кухня» принадлежала еще одному гному. Чистые столы и пол, вымытые до зеркального блеска окна и одуряюще вкусные запахи тут же пленили мое сердце. Учитель быстро огляделся, сел у распахнутого настежь окна и заказал такое обилие блюд, что мне стало даже стыдно — салаты овощной и сырный, куропатку с жареными грибами, творожник, пирожки с ежевикой и черникой, чай. Я порывалась заплатить, но он лишь посмеивался. В итоге из таверны я выкатилась сытая, довольная и смущенная.

— А теперь пойдем в оружейную. Надо же наконец подобрать тебе нормальное оружие.

Я только кивнула и послушно направилась следом за учителем, не забывая вертеть головой по сторонам. Наверное, я слишком сильно увлеклась и просто не заметила, как со всего маху налетела на шедшего мимо мужчину.

— Простите, — сконфуженно пробормотала я, поднимая голову, и тут же замерла, полностью утонув в серебристых глазах незнакомца.

— Что… не может… — На секунду мне показалось, что ему сейчас станет плохо. Его зрачки стремительно увеличивались, и казалось, он просто пожирал меня взглядом. Странно, но мне почему-то стало неловко и страшно. Хотя вроде радоваться должна, такая реакция у красивого мужчины. А он и правда был очень красив: высокий, с широкими плечами и узкими бедрами, серебристыми волосами и глазами цвета ртути… А еще почему-то безумно знакомый…

— Вэен? — Раздавшийся за спиной удивленный голос учителя разорвал между нами эту невидимую связь. — Вот так встреча! Что ты здесь делаешь?

Глава 14

— Сафиор? — Серебристые глаза медленно, будто бы с трудом, оторвались от меня и взглянули на учителя. — Рад тебя видеть! Хм… — внезапно он прищурился и ощутимо напрягся, — а с чего это ты средь бела дня просто так гуляешь по городу, а?

— Ужас, — учитель вздохнул и извиняюще глянул на меня, — он никогда не утруждал себя вежливостью и этикетом и вот, смотри, до чего дошел, — Сафиор говорил осуждающе и даже печально, но я видела, что все это не всерьез.

— Кстати, о вежливости, — хмыкнул Вэен, пристально глядя в глаза, — не представишь меня своей очаровательной спутнице?

— Отчего же. Это моя ученица — Тайлисан Аларди. Тайлисан, а этот хам — мой бывший аспирант и ученик Вэенарт эссе Ронд-Хар аде. Кстати, один из лучших магов и воинов на моей памяти.

Аде? Высший аристократ? При этом явно нечистокровный демон. У демонов с этим строго. Приставка «эссе» всегда обозначает благородную кровь, а суффиксы, можно сказать, титул. Всего их двенадцать: низший «урэ» и высший «аде». Дальше только «ас», но это только у членов королевской семьи. Впрочем, все удивление и возникающие вопросы просто рассыпались под его обжигающим взглядом.

— Тай… — тихо прошептал мужчина, будто пробуя мое имя на вкус. — Я безумно счастлив познакомиться, — и он осторожно взял мою ладонь и прикоснулся к ней губами, заставив невольно вздрогнуть от контраста холодных губ и жаркого взгляда.

— Познакомиться? А мне показалось, что ты ее узнал, — тихо проговорил Сафиор и внимательно посмотрел на Вэена.

— Узнал, — не менее серьезно ответил тот, — как не узнать ту, что искал всю жизнь.

— О чем ты? — Теперь учитель уже свел брови, а я только и могла, что стоять и глупо хлопать ресницами.

— Это я расскажу позже и не тебе, — фыркнул он и снова повернулся ко мне, не сводя своего горящего взгляда, отчего мне стало не по себе.

— А мне… — тихо прошептала я, — мне скажете? — голос оказался хриплым, а флиртующие нотки совсем не вязались с тем, что действительно чувствовала.

— Да, Тай. Но только не здесь и не сейчас. Но ведь ты и сама поняла, да? — Он нежно улыбнулся и сжал мои пальцы, которые, как оказалось, так и не выпустил.

Что он имеет в виду? То ощущение узнавания и родства, что буквально прострелило через все тело? Или мгновенно возникшее притяжение? А может, любовь с первого взгляда? На этой мысли я даже хихикнула. Вот уж вряд ли. Не такой это мужчина, чтобы влюбляться с первого взгляда. Хотя чего уж скрывать, о таком бы мечтала каждая девушка, и я уж точно не была исключением! Даже несмотря на легкое жжение тревоги в груди. Определить его природу я не могла, как и причину обуревающих меня буквально противоположных чувств. От страха к желанию и от паники к безосновательному доверию.

— Вэен, ты хочешь сказать… — настороженно начал учитель.

— Да, Сафиор.

— О чем вы? — Я закрутила головой, непонимающе переводя взгляд с одного мужчины на другого. Похоже, учитель о чем-то догадался, вот только со мной никто не спешил поделиться секретом.

— Он расскажет тебе сам, девочка, — вдруг тепло улыбнулся учитель, — но ты не волнуйся и не бойся. Вэен тебя не обидит. Кстати, Вэен, мы идем выбирать Тай личное оружие. Пойдешь с нами?

— Конечно!

* * *

Наверное, это был самый счастливый день в моей жизни. Вэен не отходил от меня ни на секунду, практически все время держа за руку и не сводя с меня сияющих глаз, заставляя смущаться и краснеть. Сафиор только мягко улыбался, с отеческой нежностью поглядывая на нашу парочку, и рассказывал разные смешные случаи из времени обучения Вэена. Оказалось, сам Вэенарт был полукровкой демона и человека, мага-универсала. Родители его матери, будучи влиятельными аристократами, приближенными к королевскому роду, не приняли выбор дочери. Пусть и маг, но человек и простолюдин. Причем, что хуже для них звучало, сам Вэен затруднялся ответить. В результате влюбленным пришлось бежать. В шестнадцать лет родители Вэена погибли, попав под обвал в горах. Причем это случилось в тот момент, когда родители его матери наконец-то примирились с дочерью и зятем. Карета не доехала всего семьдесят километров до родового замка. Вэен чудом остался жив, хотя был на грани, когда его нашли спустя почти сутки после трагедии.

Вэен рассказывал это легко, равнодушно, словно история не имела к нему отношения. С улыбкой заявил, что после случившегося, чувствуя свою вину, его бабуля с дедулей позволяют ему абсолютно все. Даже позволили отправиться в Академию магии, когда ему было всего двадцать лет, что, по меркам демонов, было нонсенсом. Сам он Ашарт не любил, предпочитая путешествовать по Эолу и Леоту. Собственно, получилось довольно забавно. Вэен словно выдал мне о себе краткую справку, чтобы больше не возвращаться к этому вопросу, и быстро переключился на другие темы.

Мужчины вдвоем окружили меня коконом из заботы, понимания и внимания. Они буквально за ручку водили меня по лавкам, скупая все вокруг, рассказывали о городе и его достопримечательностях, истории Розы и забавных обычаях разных рас. А я впитывала в себя их тепло, как цветок после зимы, и радостно улыбалась всем вокруг.

— Тай, а с каким оружием тебе самой нравится работать? — спустя сорок минут, без толку проведенных в оружейной лавке, спросил Вэен.

— Не знаю. — Я затравленно пожала плечами. Да, оказалось, что я действительно ни на что не годна. Двуручные мечи у меня выпадали из рук, катаны выскальзывали, кинжалы падали, лук я даже согнуть не смогла… В общем, полное ничтожество.

— А ты когда-нибудь училась работать хоть с каким-нибудь видом? — продолжал допытываться мужчина.

— Нет. У нас только началась подготовка в Академии, и то… — Я замолчала, договаривать было стыдно.

— У Тай не сложились отношения с учителем, — закончил за меня Сафиор, за что я была ему благодарна. — Да и… хм… Понимаешь, Вэен, у Тайлисан проблема. Девочка только поступила в Академию и… как бы это выразиться, не сошлась характерами с большей ее частью, начались проблемы, что привело к блокировке всех способностей, в том числе и физических резервов. Плюс личные обстоятельства. В итоге я взял Тай на индивидуальное обучение, но, сам понимаешь, как воин я не особо, — фыркнул он, а я стояла, краснея и смотря в пол. Ужасно неловко было выглядеть перед Вэеном ни на что не способной неумехой, да еще и с… проблемами по всем фронтам.

— А до Академии? — осторожно поинтересовался парень. — Родители тебя ничему не учили?

— Я… я не знаю… не помню…

— Как это? — Его глаза расширились, выдавая потрясение.

— Я ничего не помню, кроме того, как несколько месяцев назад вышла на дорогу из леса. Там меня подобрал Уфаниэль ивво Талалионэль. Он мне и помог поступить в Академию.

— Да? Странно, что он тебя не научил. Уфаниэль прекрасный воин. — Вэен непонимающе смотрел на меня. А я не могла даже рот открыть, чтобы объяснить, оправдаться… только молчала, чувствуя, что на глаза снова наворачиваются слезы обиды.

— Проблема в том, — сухо проговорил учитель, — что наш доблестный эльф не посчитал нужным разобраться с причинами, повлекшими блокировку дара Тай. Видите ли, он и так ей помог, а она не оправдала его высочайшего доверия. В итоге он покинул Академию на полгода, чтобы к следующей сессии либо ее отчислили, либо она справилась. Сам он напрягаться не пожелал.

— Проклятие! Он что, совсем сдурел на старости? — яростно сверкнув глазами, ругнулся Вэен.

— Нет, просто слишком зазнался, — буркнул Сафиор, — тебя давно не было. Он теперь ректорин в Академии и глава рода. А подробности Тай тебе сама расскажет, если захочет. Не дави на нее. Девочке и так тяжело пришлось.

— Ясно, — процедил мужчина. — Что ж, тогда, если ты не против, — он посмотрел прямо мне в глаза, — я стану твоим учителем по боевой подготовке. Ты согласна? — Его большая ладонь осторожно сжала мою, словно предлагая поддержку и защиту, а я буквально утонула в его серебристых глазах. Боги, неужели это правда?! Я тут же судорожно закивала, сдерживая предательские слезы. Неужели мне еще раз повезло?

— Молодец, — усмехнулся Сафиор, — Вэен один из лучших магов, но и воин он превосходный.

— Ты не пожалеешь. — Вэен мягко улыбнулся и вдруг поднес мою руку к губам и поцеловал. Меня тут же будто молнией пронзило, а по телу пролилась волна жара. — Итак, — он резко повернулся к продавцу, так и не выпустив мою ладонь, — а давай-ка посмотрим на саи.

Через полчаса я, просто ошалевшая, выходила из лавки, буквально обвешанная оружием. Вэен подобрал мне легкие и невероятно удобные саи из закаленного металла с костяной ручкой, украшенной отшлифованными адулярами, комплект сюрикенов, пару цепей, кинжалы и даже клеймор.

— Остался только один момент, — недовольно закусил губу Сафиор, — где и когда ты сможешь ее тренировать? Сам понимаешь, выходить из Академии в простые дни она не сможет. А раз в неделю… Да и официально ей все равно будет необходимо получать оценки.

— Я понял. — Вэен нахмурился, бросив на меня косой взгляд. — Впрочем, несколько дней у нас в запасе есть, так что не будем пока забивать этим голову, а просто отдохнем. Кстати, Тай, — его взгляд потеплел, — а платье к балу ты уже купила?

— Нет, — тише, чем хотелось, произнесла я, чувствуя себя до ужаса неловко.

— Тогда мы сейчас идем за ним? — продолжал он допытываться.

— Нет.

— Хм… Тай? — Прохладные пальцы осторожно коснулись подбородка. — Что происходит?

— Я не иду на бал. — Мне было стыдно. Как можно объяснить симпатичному мужчине, что тебя все ненавидят и презирают?

— Сафиор? — Голос стал резким, но взгляда от меня Вэен не отвел.

— Там все сложно, Вэен. Первоначальный протекторат Уфаниэля, потом блокировка дара… В общем, по Академии поползли слухи, и… Тай было очень тяжело в последнее время… — Он грустно махнул рукой, не закончив речь. А я еле сдержала слезы, вспомнив, что мне еще возвращаться обратно. Боги, да что я за плакса такая! И ведь держусь, а они, предатели, сами текут.

— Ясно… — зло процедил парень и внезапно притянул меня и крепко прижал к себе. А в следующую секунду я расслышала тихий шепот: — Я никому не позволю причинить тебе вред, девочка. Ты моя, всегда была моей, и любой, кто посмеет даже просто косо на тебя взглянуть, умрет.

Это было сказано настолько спокойно и уверенно, что на миг я даже испугалась, но потом… потом в груди разлилось тепло, и у меня снова чуть было не полились слезы, только теперь уже от счастья. Я верила ему. Не знаю почему, но чувство, что он действительно мне близок, не покидало, неся покой и умиротворение. А еще счастье от осознания, что я нужна.

— Спасибо, — так же тихо прошептала я, и меня тут же отпустили, только перед этим мне почудился легкий поцелуй, коснувшийся моих волос.

Остаток дня я провела в прямом смысле в эйфории, чувствуя себя принцессой, попавшей в сказку. Сафиор постоянно что-то рассказывал, показывал и смешил, а Вэен… Вэен просто все время держал за руку, мягко поглаживая пальцами мою ладошку и отпуская только для того, чтобы купить конфет или вставить мне в волосы цветок. От каждого его жеста я просто замирала, забывая дышать, а уж когда я встречалась со взглядом его серебристо-голубых глаз… Его мягкая улыбка тут же появлялась на тонких губах, заставляя мое сердце биться быстрее.

В какой-то момент, я даже не заметила когда, незаметно исчез Сафиор, прихватив мои вещи, и мы остались вдвоем, но легкая паника, моментально окутавшая меня, не продержалась и пары минут под нежным взглядом мужчины. Кажется, потом мы просто сидели в парке на лавочке, ни о чем не разговаривая, и смотрели, как постепенно темнеет небосвод.

— Тай, — как только на небе появились первые звезды, повернулся ко мне Вэен, — я понимаю, что спешу и я для тебя чужой человек, но прошу, не отталкивай, дай мне шанс стать ближе к тебе.

— Почему? — Я робко заглянула ему в глаза. — Ты же меня толком не знаешь.

— Знаю, — он мягко улыбнулся и прикоснулся кончиками пальцев к щеке, — я очень долго искал тебя.

— То есть? Ты меня знал до этого, до сегодняшней встречи? — В груди вспыхнула безумная надежда.

— Помнишь, я пообещал тебе кое-что рассказать? Я тебя действительно узнал… Знаешь, несколько лет назад, когда я закончил аспирантуру и покидал город, мы с Сафиором пошли это отметить. А в это время здесь находилась веланийская ярмарка. А среди веланийцев лучшие предсказатели, ты знала? — Я только головой покачала. — Представляешь, идем мы с Сафиором по улице, и я случайно задеваю какого-то старичка рукой, поворачиваюсь и глазам не верю. Настоящий веланийский оракул! Глаза его уже закатились, и он начал говорить. Мне, Тай! Он мне предсказал!

— И что? — затаив дыхание, спросила я, невольно подавшись ближе.

— Он сказал, что в моей жизни появится девушка. Я найду ее здесь и сразу узнаю, ведь ее глаза будут отражением моих. Она станет моим началом и концом. Подарит весь мир и заберет его.

— Но… ты уверен, что это я?

— Да, — просто ответил он. — Оракул сказал, что встреча произойдет тогда, когда я отчаюсь найти ее. И…

— И?

— В ее глазах будет отчаяние и надежда, а еще, — теперь на его губах заиграла лукавая улыбка, — она должна была остаться в моих объятиях, ведь сразу почувствует ко мне то же самое. А ты почувствовала.

Все, вот теперь я точно смутилась.

* * *

В Академию я возвращалась в приподнятом настроении. Вэенарт проводил меня прямо до ворот и, задержав на секунду, поцеловал мне руку. Такой простой жест меня просто потряс, и я почти на негнущихся ногах брела до самого входа.

— Эви! — громкий крик сорвался с губ раньше, чем я успела подумать. Наверное, виновато во всем мое радужное состояние, в другой бы раз я поостереглась привлекать к себе внимание. Но увы, теперь деваться было некуда, и я просто стояла и ждала реакции эльфийки.

Впрочем, она не замедлила последовать. Мой выкрик оказался достаточно громким, чтобы все девушки замерли и повернулись ко мне. Из семи пять были эльфийками, а еще две дроу. И все они с нескрываемым презрением рассматривали меня.

— Эвиниэль, кто это? — одна из них элегантно махнула рукой в мою сторону.

— С каких пор ты стала знаться с бродяжками? — тут же рассмеялась вторая.

— Эви, а это, случайно, не та девица, о которой говорит уже вся Академия? Вроде как твоя родственница?

— Нет, — быстро отрезала Эви, не сводя с меня напряженного взгляда. — Это просто знакомая. Идите, я вас догоню.

— Не задерживайся, нам еще необходимо прорепетировать представление к балу, — пробурчала одна из эльфиек, и они все дружно отправились дальше. Только Эви осталась, напряженно смотря на меня.

Мне казалось, что время застыло. Словно сквозь туннель я смотрела, как она неохотно делает шаг вперед, будто бы не желает, но не может поступить по-другому. Закусив губу, я продолжала смотреть, мрачнея с каждой секундой. Теперь я уже не сомневалась, что поступила глупо и опрометчиво.

— Тайлисан, — Эви подошла всего на пару шагов, оставив между нами метра полтора, и сухо кивнула, — ты что-то хотела?

— Нет… — сглотнув, с трудом выдавила, — уже ничего… Извини, что побеспокоила. Просто хотела поздороваться… — Я уже еле выговаривала слова, чувствуя, как к горлу подкатывает ком обиды, и с трудом сдерживала слезы. Несправедливая обида просто раздирала душу.

— Ладно, — она сухо кивнула, отведя глаза, — тогда пока.

— Пока… — Я не шевелилась.

— Надеюсь, у тебя все нормально, — словно извиняясь, кивнула Эви и, развернувшись, поспешно пошла вперед, пока в какой-то миг не остановилась и не взглянула на меня через плечо. — И надеюсь, ты понимаешь, что после всего случившегося у меня нет желания с тобой общаться? Не беспокой меня, — бросила она и быстро пошла вперед, оставив меня одну.

Горячая слеза все-таки предательски скатилась по щеке, но я даже не обратила на нее внимания. Все кончено. У меня больше нет эльфийской семьи. У меня есть только учитель. И с этим надо смириться.

Я шла в комнату, не разбирая дороги, но, на мое счастье, мне никто не встретился на пути, за что я была благодарна всем богам. Не помню, как оказалась в своей комнате, как разделась… Полная апатия и пустота. Вся радость от прожитого дня сменилась бессилием и глухой тоской, а еще страхом, что рано или поздно и учитель, и Вэен тоже бросят меня…

* * *

Утро началось неожиданно. Повернувшись, я почувствовала под щекой что-то прохладно-скользкое. От необычного и странного ощущения я резко подскочила, распахнув глаза, втайне ожидая очередной гадости, но тут мои глаза увидели то, что потревожило мой сон.

Белоснежные, тонкие, почти полупрозрачные лепестки снежноцвета были рассыпаны по подушке и одеялу, источая легкий аромат свежести и зимы. Замерев, я, не веря глазам, смотрела на это чудо, стараясь понять откуда. Недоверчиво провела рукой по ним, пытаясь поверить, что все это мне не снится, и под конец рассмеялась. Меня буквально захлестнуло счастье и радость. Вэен.

Губы так и разъезжались в улыбке весь день, и когда занималась в библиотеке, и когда выполняла упражнения под руководством Сафиора. Учитель и Петрана только посмеивались надо мной, но молчали, за что я была им бесконечно благодарна. Под конец Сафиор просто махнул на меня рукой, предложив отдохнуть.

— Кстати, Тай, ты все-таки не решилась идти на бал?

— Нет. — Настроение тут же упало на несколько градусов. Что мне там делать? Я ни в коем разе не мазохистка, чтобы идти туда, где заведомо мне будет плохо.

— Уверена?

— Абсолютно, — я твердо кивнула, отгоняя мрачные мысли, — лучше пойду почитаю что-нибудь.

— Вот уж нет! — раздался за спиной веселый голос. Резко развернувшись, я встретилась с серебристыми глазами Вэена, держащего в руках небольшой букетик снежноцветов. Губы сами собой расплылись в самой счастливой улыбке на свете. — Я просто не могу позволить, чтобы в такой день ты просидела в комнате. Мы идем на бал!

— Вэен… — Я нахмурилась, пытаясь подобрать слова, чтобы он понял. Это ведь не его будут презирать и оскорблять, а я, боюсь, не перенесу очередного позора, особенно если свидетелем станет он. Особенно он!

— Малышка, — Вэен мягко приблизился и коснулся рукой подбородка, — доверься мне, хорошо?

— Но…

— Тсс! — Он прижал пальцы к моим губам. — Ничего не бойся. Во-первых, нас никто не узнает, это я тебе гарантирую, а во-вторых, если согласишься, я расскажу тебе новость, и, надеюсь, она тебе понравится. Учти, — он сделал нарочито строгое лицо, — я плохо переношу замкнутые пространства, а если ты не пойдешь, мне придется сидеть рядом. Ну же, соглашайся. — И он так улыбнулся, что я только и смогла, что кивнуть.

— А платье?

— Я принес. Надеюсь, с размером не ошибся. — И он подмигнул, заставив меня буквально покраснеть от смущения. — Беги, переодевайся, а я тебя подожду.

Через полчаса я, нервничая и оправляя складки на юбке, вышла к ожидающим меня Вэену и Сафиору. Он не ошибся, платье сидело идеально. Белоснежное, с голубыми кружевами и серебристо-синей вышивкой, похожей на иней, с вкраплениями хрусталиков и топазов. Небольшой вырез, не слишком широкая юбка, рукава-сетки и тонкая пелерина, имитирующая крылья. Оно было великолепно, но я почему-то чувствовала себя крайне неуверенно в нем. Да и вообще, белый цвет вызывал легкий мороз под кожей, заставляя чувствовать себя не живой, а замороженной скульптурой. Но все равно я ощущала себя в этот момент самой прекрасной. Распустила волосы и, смущаясь, вышла к ожидающим мужчинам.

Несколько секунд в комнате висела тишина, пока я не рискнула поднять глаза. О! Это того стоило! Румянец тут же разлился по щекам под жарким взглядом Вэена, который буквально пожирал меня глазами.

— Ты прекрасна, — выдохнул он и нежно поцеловал ладонь, заставив сердце биться в десять раз быстрее.

— Мм, спасибо, — и куда голос делся? — но ты обещал, что нас не узнают…

— Не волнуйся, моя принцесса, я все предусмотрел. — И он извлек откуда-то две белоснежные маски, расшитые кристаллами хрусталя и голубоватыми перьями, — этой ночью мы будем посланниками небес. — И он осторожно надел на меня маску, пряча волосы под тонкой вуалью.