Часть 1
Примечания:
Работа довольно старая, была написана и опубликована на Фикбуке в 2021 году, сейчас редактируется. Главы буду выкладывать постепенно, по мере их редактирования. Ссылка на фанфик на Фикбуке: https://ficbook.net/readfic/11205232/28820163
Если вы зайдете на Фикбук, можете увидеть там 22 главы, тут их будет больше, так как каждую главу я разделина на две-три части.
______________________________________________________
Это была ненависть с первого взгляда. Накахара возненавидел наглого самоуверенного кареглазого подростка с каштановыми волосами, едва увидев. Что-то очень сильно раздражало Чую в этом мальчишке: его мерзкая, самодовольная улыбка, частенько расползающаяся на перебинтованном лице, его острый язык и не менее острый ум, при помощи которого он составлял отличные стратегические планы; и даже сам босс Портовой Мафии Мори Огай считал его гением и нередко спрашивал у Дазая совета.
Дазай Осаму, именно так звали этого ублюдка, который по приказу Мори затащил Чую в мафию, путём обмана и шантажа, впрочем, разработав этот план лично.
Так или иначе, но Чуе пришлось работать с Дазаем, потому что так решил босс и объединил их двоих в одну команду. Пока дуэт существовал, не было во всей Йокогаме силы более разрушительной, чем та, которую, собственно говоря, и представлял из себя дуэт под названием «Двойной Чёрный». И хотя напарники постоянно грызлись между собой, подобно бродячим псам, на поле боя действовали слажено, как единый организм, понимая друг друга без слов: по взгляду, по жесту, движению губ.
Дазай, надо сказать, испытывал к Чуе такое же острое чувство неприязни, как и тот к нему. Он не упускал ни единой возможности для того, чтобы подколоть напарника, унизить, оскорбить или бросить на поле боя одного, после применения сингулярности способности, когда тот, теряя энергию и силы, просто вырубался, после того, как Дазай обнулял его дар. За все издевательства над Чуей, Дазай частенько отгребал от него и бывало оказывался в медпункте Портовой Мафии со сломанными конечностями. Несмотря на то, что Накахара был гораздо ниже Дазая ростом и имел на вид хрупкое телосложение, он был намного сильнее Осаму и превосходно умел драться, даже не применяя способность. А с Дазаем Чуя применить дар никогда не мог, так как тот обладал нейтрализующим чужие способности даром. Однако Чую никогда не смущало то, что он не мог применять против Осаму гравитацию, так как и без неё ему всегда легко удавалось избить напарника.
После их драк, которые частенько заканчивались больничной койкой для Дазая или наложением швов на рассеченные брови и губы, гипсов на руки и ноги, Мори Огай, конечно, был в бешенстве и отчитывал Чую, нередко накладывая на него штрафы или лишая премии. Безусловно, Чую это злило, но он всё равно не мог удержаться от того, чтобы не врезать напарнику за его острый язык и злые шутки, даже зная, что после этого потеряет в деньгах. Такой уж был характер у Накахары: он являлся вспыльчивым и несдержанным в гневе человеком.
Шло время, однако между напарниками, казалось, ничего не менялось. Их отношения были по-прежнему сложными, и они всё так же ненавидели, хотя довольно часто спасали друг другу жизнь на поле боя, что было весьма странно, при таких отношениях. Казалось бы, что может быть проще? Один из напарников мог не прикрыть другого в бою, и это выглядело бы, как несчастливое стечение обстоятельств, а Дазай мог сделать даже лучше — не обнулить способность Чуи, когда он применял сингулярность, и это убило бы того, так как отключать самостоятельно порчу Накахара не мог. Однако ни один ни другой в бою ни разу не подвёл напарника...
***
Прошло три года с момента знакомства Чуи и Осаму. Однажды Накахара, направляясь в кабинет босса, услышал выстрелы. Они доносились точно из кабинета Мори Огая, и Чуя, ускорив шаг, уже через несколько секунд распахнул дверь и обомлел от увиденного. На полу в кабинете Мори валялись тела нескольких охранников с простреленными головами. Сам босс стоял на коленях, а за его спиной находился Дазай. Удерживая нож у горла Огая и не обращая внимания на окрытую дверь, Осаму с обезумевшим взглядом, одним движением руки вскрыл горло Мори. Чуя не успел ничего сделать, от увиденного он просто, мягко говоря, охренел, к тому же всё произошло слишком быстро: вот Накахара входит в кабинет, видит тела убитых охранников, переводит взгляд на Огая и Дазая, который уже режет горло боссу.
«Дазай! — кричит Чуя, кинувшись к хохочущему напарнику и отбрасывает его к стене ударом ноги, мёртвый босс падает на пол, кровь из раны хлещет потоком, пачкая дорогой ковёр. — Ты совсем охренел, су-ка? Что ты натворил?»
Но Дазай, будто не замечая Накахару, продолжает хохотать, и Чуя, подбегая к нему, бьёт его ладонью по щеке, пытаясь привести в чувства. Дазай замолкает и смотрит на Накахару так, будто только что его увидел.
«О-о-о! Чу-уя! — радостно восклицает он. — Ты как раз вовремя».
«Вовремя? — переспрашивает Накахара, сомневаясь в здравом ли уме его напарник. — Ты что натворил, суицидальный ублюдок?!»
«Чу-уя, да не кричи ты так, а то все услышат и сбегутся сюда. А тут трупы и босс, и мы с тобой».
«Чего?»
«Мы с тобой, говорю, и босс убитый твоим ножом».
«Что? Ты убил босса моим ножом?» — Чуя снова бьёт Осаму по лицу, на этот раз не ладонью, а кулаком, правда, Дазай отклоняется в сторону, уходя от удара, и кулак Чуи впечатывается в стену рядом с его головой, по стене тут же расползаются глубокие трещины, так как он неосознанно применяет способность.
Войдя в кабинет, Накахара сразу не обратил внимания на то, чьим ножом Осаму резал горло босса, а потом понял, что это действительно его нож, который Дазай неизвестно когда у него стырил, зато известно было для чего: для того, чтобы убить босса именно этим клинком и подставить его — Чую.
«Дверь закрой, — ледяным тоном произносит Дазай, снимая с правого глаза повязку и отлепляя пластырь с щеки, под повязкой и пластырем не было никаких ран, синяков или увечий, непонятно, зачем Дазай их носил. — Нам нужно поговорить».
Чуя смотрит на Осаму, но всё же закрывает дверь, использовав гравитацию.
«Говори, пока я тебя не прикончил».
«Ты не убьёшь меня, Чу-уя. Ведь тогда тебя точно обвинят в убийстве: и моём, и босса. Кстати сказать, ты пришёл в кабинет Мори секунд на сорок позже меня: камеры в коридоре подтвердят этот факт. Никто не поверит, что ты непричастен к убийству босса. Также никто не поверит, что за столь короткий промежуток времени, который разделял наши с тобой сюда приходы можно убить пятерых человек. Тебя сочтут моим сообщником, а я не стану этого отрицать».
«Мразь! Чего ты от меня хочешь?»
«Как, ты ещё не понял? Я хочу, чтобы ты помог мне сокрыть сие преступление, то есть подтвердил моё алиби, если потребуется. И ещё, я, конечно, займу место босса Портовой Мафии, а ты станешь моей правой рукой».
«Что? Зачем мне это? Я никогда не стремился к этому посту».
«Правда? Подумай ещё раз, Чу-уя. Если ты согласишься, я весь мир брошу к твоим ногам, а если нет, то тебе придётся отвечать за убийство босса наравне со мной. — Осаму вдруг притягивает к себе Накахару и целует в губы. Для Чуи всё это настолько неожиданно, что он даже не сопротивляется и не пытается оттолкнуть Осаму. Голова идёт кругом от всех этих событий, и вряд ли сейчас Накахара способен трезво оценивать ситуацию и понимать, что же происходит на самом деле. — А ты вкусный», — говорит Дазай, оторвавшись от его губ.
Наконец, Чуя приходит в себя и отталкивает от себя Дазая, всё же, не удержавшись, снова бьёт его, на этот раз под дых, отчего Осаму сгибается пополам.
«Пошёл к чёрту! — шипит Накахара в лицо Осаму. — Ещё раз так сделаешь, лишишься зубов».
«Не сделаю, если ты не захочешь, — прокашлявшись и разгибаясь, говорит Дазай. — Так что скажешь на моё предложение?»
«И как ты собираешься объяснить всем смерть босса? Каков твой план?»
«Мы скажем, что босс был мёртв, когда мы вошли в кабинет. Это мог сделать какой-нибудь эспер, который способен становиться невидимым; обладает супер скоростью или способностью к телепортации, да и мало ли кто ещё? Камеры можно обмануть человеку с подходящим даром, это ни для кого не секрет. Приход убийцы сюда мог остаться никем незамеченным».
«Нам никто не поверит», — пытается возразить Накахара.
«Поверят, если держаться естественно, — отвечает Дазай. —Кроме того, действуя заодно, мы обезопасим себя. Даже если найдутся те, кто усомнится в правдивости наших слов, они просто нас побоятся. О «Двойном Чёрном» давно ходят легенды, тебе об этом известно. Будешь постоянно при мне, особенно в первое время, пока всё не уляжется. Что скажешь, согласен?»
Чуя тяжело вздыхает, понимая, что Дазай всё продумал, его план был до гениальности прост: стащив нож у Накахары и рассчитав точное время его прихода в кабинет босса, он действительно делал Чую подозреваемым в убийстве Огая, наравне с собой. Ведь действительно, убить пятерых вооружённых людей за столь короткое время, практически невозможно одному человеку, не обладающему способностью Накахары, а значит, Чуя, придя в кабинет, должен был застать кого-то живого и помешать Дазаю. В принципе, так всё и было: Чуя застал в кабинете ещё живого босса, но не помешал Осаму убить его, несмотря на то, что являлся лучшим бойцом Портовой Мафии. А это значит, что, скорее всего, ему никто не поверит и все сочтут его предателем и сообщником Осаму. С другой стороны, Мори был мёртв, и кто-то должен взять управление организацией на себя. А кто лучше Дазая справится с этой задачей? Никто. Да и может начаться борьба за власть, если Осаму обвинят в предательстве. В этом случае погибнет много людей, а Чуе этого совсем не хочется.
«Мой ответ — да», — решается Накахара, и Дазай, с довольной улыбкой, произносит:
«Прекрасно! Я знал, что ты примешь правильное решение, Чу-уя».
«Просто заткнись! Ты не оставил мне другого выбора, чёртов Дазай!»
«Помоги избавиться от улик и вызывай наших людей, нужно сообщить всем о том, что босс найден мёртвым».