Часть 14
Поколесив по Токио, любовники решили снять минку на неделю и побыть здесь вдвоём, вдали от проблем и родного города.
Осаму отправил сообщение Верлену и Акутагаве по Line о том, что его не будет на работе в течении недели. Чуя связался с Агентством и взял недельный отпуск, хотя Фукудзава его отпускать не хотел, но Чуя был настроен решительно и сказал, что не может выйти на работу в эти дни, и независимо от того, дадут ему отпуск или нет, на работу он всё равно не выйдет.
— Не боишься, что тебя уволят? — задал вопрос Осаму.
— Не уволят, а если уволят, ты же возьмёшь меня обратно? — усмехнулся Чуя.
— Конечно, любимый, хоть сейчас пиши заявление о приёме на работу.
— Да я шучу, они меня не уволят.
— А если им станет известно о нашей связи?
— Не знаю, Рампо всегда о чем-то догадывался, а вот остальные и Фукудзава вряд ли одобрят. Думаю, что Фукудзава будет в бешенстве, если узнает, что я как-то связан с тобой.
Парни сидели на берегу реки, протекавшей по территории минки, которую они сняли, рядом с ними стоял мангал, в котором Дазай разжёг угли и теперь ждал, когда они немного прогорят, прежде чем начать жарить якитори. Чуя открыл бутылку вина и разлил его по бокалам.
Стукнувшись бокалами со словами: «За нас!», парни отпили из них немного вина, Чуя придвинулся к Осаму ближе, облокотившись спиной о любовника и угодив в его тёплые объятья.
— Осаму, — проговорил вдруг Чуя.
— Что? — переспросил Дазай.
— Пообещай мне кое-что.
— Что именно?
— Что ты завяжешь со своими попытками суицида.
— Что, навсегда завязать?
— Именно.
— Ну хорошо, пока ты рядом, мне как-то и не особо хочется умирать. — Осаму отпил вина из своего бокала.
— Не особо хочется, да? — Чуя запрокинул голову назад и встретился взглядом своих небесно-голубых глаз с карими омутами.
— Вообще не хочется, — поправил себя Осаму и, склонившись над Чуей, поцеловал его в губы. — Пора якитори жарить, — сказал он, разрывая до одури сладкий поцелуй. Чуя отстранился от Дазая, позволяя ему встать и приступить к готовке, а сам приложился к бокалу.
Осаму нанизал кусочки мяса на бамбуковые шпажки и выложил их на мангал, после чего вернулся к Чуе, угодив в его объятья и снова взял в руку бокал с вином, после чего сделал несколько глотков из него.
— Что будет дальше? — задал вопрос Чуя, поглаживая Дазая по голове.
— Не знаю. Давай подумаем об этом, когда вернёмся в Йокогаму.
— Ты скажешь ей?
— Конечно, нет смысла продолжать этот фарс. С самого начала мой план был обречён на провал, и я это знал.
— Так ты заранее задумал спрыгнуть с высотки в день свадьбы?
— Я всегда мечтал умереть красиво. Мне кажется, что это был бы достойный конец для меня.
— Никогда не мог понять ход твоих мыслей, — Чуя замотал головой. — Это ж надо такое придумать. Дазай, ты совсем никогда не задумываешься о чувствах других людей?
— Иногда, — задумчиво проговорил Осаму, допивая вино из бокала и ожидая, пока Чуя снова его наполнит. — Если ты о чувствах Хигучи, то вряд ли бы её слишком расстроила моя смерть.
— Почему? — Чуя наполнил оба бокала и сделал глоток из своего.
— Потому что она была со мной по той же причине, что и я с ней. Её сердце разбито, и она искала утешения в моих объятьях, как и я в её.
— Надо же! И кто же он?
— Не догадываешься?
— Акутагава.
— Верно.
Осаму сделал несколько глотков из своего бокала и закурил сигарету, затянувшись, он выпустил колечко дыма и снова отхлебнул вина из бокала.
Чуя тоже сделал несколько глотков вина и взял сигарету из пачки Chapman со вкусом кофе, которую Дазай положил на землю. Осаму поднёс огонёк зажигалки к сигарете Чуи, и тот закурил.
Поглаживая Дазая по руке, Чуя вдруг спросил:
— Злишься на меня?
— Нет, — Осаму качнул головой.
— Значит, простил?
— Мы оба наделали много глупостей, прежде чем кое-что до нас дошло. — Осаму щёлкнул Чую по носу, вставая и переворачивая якитори на другую сторону.
— И за некоторые поступки до сих пор стыдно. — Чуя затянулся сигаретой и отпил немного вина из бокала.
— Ты прав. — Осаму сел рядом, обнимая Чую за плечи и притягивая его к себе.
Вскоре первая партия якитори была готова, Дазай выложил её в миску и нанизал на шампура новую партию шашлыка.
— Это вкусно, — проговорил Чуя, пробуя шашлык и запивая его вином.
— Ага, — кивнул Осаму, прожёвывая один из кусочков и прикладываясь к вину.
— Я скучал, — прошептал Накахара на ухо Дазаю. — Когда ты ушёл, я, наконец, понял, что ты для меня значишь.
— Правда? И поэтому ты пришёл в штаб мафии, чтобы устроить разборку из-за Юан?
— Отчасти. Я злился на тебя и на себя, к тому же я думал, что она беременна от меня, и что ты делаешь всё это из мести. — Чуя отправил в рот ещё один кусочек якитори и запил его вином. — Давай забудем о прошлом.
— Что ж, давай забудем, — согласился Осаму, откусывая кусочек мяса и тоже запивая его вином.
Они просидели на берегу реки ещё несколько часов, попивая вино и поедая шашлык, а потом отправились в дом. Конечно, уснули они не сразу, а долго целовались, лёжа на кровати и лаская друг друга, после чего занялись любовью, а уснули уже, когда за окном забрезжил рассвет. Так прошла неделя. Любовники прекрасно провели время, и им совсем не хотелось возвращаться в родной город, но хочешь не хочешь, а уезжать пришлось. Перед тем, как они погрузились в машину, Дазай вдруг сказал:
— Раз уж мы в Токио, нам следует разобраться здесь кое с кем.
— И с кем же ты хочешь разобраться? — задал вопрос Чуя.
— «Чёрный Грифон», необходимо уничтожить эту банду наёмных убийц.
— Да? Почему же ты раньше не думал о её уничтожении? Прошло полгода.
— Мне было не до них. Они, кстати, пару раз присылали наёмных убийц в Йокогаму и ко мне лично, но я был готов к этому, ведь без охраны я в город не выезжаю. Я знаю, где они скрываются. Дело пяти минут для тебя.
— Ты заранее придумал этот план?
— Ну что ты? Откуда мне было знать, что так всё сложится, да и это ведь ты был за рулём и поехал в Токио.
— Ладно, неважно. Говори, куда ехать, — произнёс Чуя, садясь за руль.
— Путь уже проложен на навигаторе, — ответил Осаму, открывая дверь и падая на сиденье рядом с водительским.
— Среди них есть эсперы?
— Есть несколько, но они не доставят проблем. Хотя, конечно, бойцам могут вколоть препарат, который на время даёт способности.
— Порчу применять не придётся?
— Думаю, нет. Ударишь неожиданно, уничтожив все цели разом и все дела.
— Хорошо.
***
Вернувшись в Йокогаму, босс мафии сразу же отправился на своё рабочее место, Чуя тоже пошёл на работу в Агентство. Никто не спрашивал Осаму, где он пропадал целую неделю, никто, кроме жены, которая явилась в его кабинет к обеду, услышав слухи о том, что супруг вернулся.
— Осаму... — начала Хигучи, входя в кабинет босса. — Где ты был? Ты пропал прямо со свадьбы и даже не предупредил меня о том, что куда-то уезжаешь.
— А, Ичиё, это ты? — произнёс Осаму, отрываясь от бумаг и вставая из-за стола. — Проходи, нам нужно поговорить.
— Я уже поняла и догадываюсь о том, что ты хочешь мне сказать.
— Правда? Хотя я всегда знал, что ты умная девочка. Мы зря с тобой поженились. Это была ошибка. Мы ведь не любим друг друга, зачем этот фарс? Давай лучше сразу разойдёмся, пока мы не возненавидели друг друга.
— Осаму, — проговорила Хигучи, присаживаясь на диван и глядя супругу в глаза. — Ты, конечно, прав, мы не любим друг друга и решение пожениться было слишком поспешным, да и не имело под собой серьёзных оснований, но за эти полгода, что мы были вместе, ты стал важной частью моей жизни. Может быть, стоит попробовать, раз уж мы сделали этот шаг? Развестись мы всегда успеем.
— Нет, — Осаму покачал головой, подходя к Хигучи и глядя девушке в глаза. — Ты же знаешь, что в моей жизни был один человек, которого я любил и люблю до сих пор.
— Ты говорил, я помню, — Ичиё кивнула.
— Эту неделю, когда меня не было в Йокогаме, я провёл с ним. И хочу быть с ним и далее. Мне жаль, если я причинил тебе боль, прости.
— Я всё понимаю, — проговорила блондинка. — Я рада за тебя и не держу зла.
— Мне жаль, что у тебя с Акутагавой не сложилось. — Осаму присел на диван рядом с Ичиё и, обняв её за плечи, поцеловал в лоб. — Ты знаешь, Рюноске такой дурак, что не видит своего счастья, ты лучшая из девушек, кого я знаю.
— Спасибо. Я, наверное, пойду работать.
— Иди.
Хигучи ушла, а Осаму снова погрузился в изучение документов. По окончанию рабочего дня, Дазай созвонился с Чуей и договорился с ним о встрече.
— Я сейчас еду домой, могу заехать за тобой в Агентство, — предложил Чуе Дазай.
— Осаму, ты же знаешь, что в Агентстве лучше никому не знать о наших отношениях, — ответил Чуя.
— И долго ты собираешься скрывать их от коллег? Рампо ведь знает, верно?
— Да, но он ни кому не скажет. Остальные не должны знать, пока. Давай лучше в баре пересечёмся.
— В каком?
— На набережной. Ты знаешь этот бар, он мой любимый, очень романтическое место.
— Sky Lounge Bay View? — уточнил Осаму.
— Да, через час.
— Хорошо.
***
Чуя уже сидел в баре и сделал заказ, Дазай задерживался, и Накахара позвонил ему, чтобы узнать причину.
— Подъезжаю, — сказал Осаму в трубку и отключился.
А минут через пять Чуя услышал звук подъезжающих машин, он сделал несколько глотков вина из бокала, в ожидании любовника, а затем на улице послышались одиночные выстрелы, а после и очередь из автомата. Чуя бросился к выходу и увидел, как Дазай пошатнулся, за секунду до этого раздалась автоматная очередь, несколько пуль вошли ему в спину, Накахара не успел применить способность, чтобы отбить их, а затем он услышал крик охранника:
— Снайпер! — Охранник бросился вперёд, закрывая собой Осаму и заваливая его на землю, пуля, выпущенная из снайперской винтовки, вошла ему в голову, телохранитель был мёртв. Всё это произошло очень быстро в считанные секунды, Чуя не сразу определил откуда ведётся стрельба по Дазаю и его охранникам, которые тоже вели беспорядочный огонь.
Наконец, определив примерное расположение нападавших по пулям, Накахара, отправил их в обратном направлении, но прежде он сбросил с крыши соседнего здания снайпера, который снова собирался произвести выстрел. Накахара взлетел вверх, поднимая в воздух способностью огромные камни и куски асфальта, и, ударив по одному из булыжников, направил его в снайпера, который, получив такую подачу, слетел с крыши вниз и падал он уже мёртвым. Тем временем охранники Дазая уложили человек десять нападавших, а двое секьюрити бросились к Осаму и, прикрывая его собой, поволокли в машину, после чего автомобиль рванул с места. Накахара добил остальных нападавших, направив в нескольких из них огромные камни, объятые красным свечением, придав им ускорение гравитацией, отчего от нападавших в следующий миг осталось лишь мокрое место. Остальных он добил их же пулями, которые горе-бандиты необдуманно пустили в него.
Осмотрев поле боя, Чуя убедился в том, что все враги мертвы, восемь человек из охраны Дазая, которые прибыли сюда на двух машинах сопровождения вместе с боссом, тоже живыми не выглядели, остались лишь четверо бойцов и те двое, которые увезли Осаму. Трясущимися от волнения руками, Чуя достал из кармана куртки телефон и набрал номер Дазая, ему никто не отвечал, и Накахара начал переживать о том, жив ли Осаму, ведь он видел, как в него попало несколько пуль. Сев за руль одной из машин сопровождения, Чуя отправился в порт, ведь куда ещё могли увезти Осаму его люди, если не туда? В Портовой Мафии и врачи работали хорошие, да и там было безопасней в такой ситуации. По дороге Чуя снова набрал номер Осаму, но опять тишина, и эта тишина его очень сильно напрягала.
Кто покушался на Осаму? Жив ли он? Эти вопросы не давали Чуе покоя всю дорогу, пока он ехал в порт, а прибыв туда, увидел машину Дазая, значит, охрана привезла его в порт, как Накахара и думал. Но всё ли с ним в порядке? Чуя вышел из машины и подошёл к автомобилю Дазая. Возле которого стоял один из охранников.
— Что с Дазаем? — задал вопрос телохранителю Накахара.