Достичь луны.

– Значит, ты переехала в Нью-Йорк, чтобы быть поближе к какому-то Джонни? Помнится, ты на днях сказала, что он вовсе не отвечает на твои нежные чувства?

– Так и есть, мы с Джонни стали добрыми друзьями на все последующие четыре года учебы. У него была девушка, с которой он жил, – она изучала историю искусств, подрабатывая моделью. – Я невольно закатила глаза при мысли о ней – Он еще какое-то время преподавал в колледже, а потом решил вернуться в Нью-Йорк, чтобы начать свою собственную практику, а также преподавать в университете.

– А мы скоро доберемся до секса или еще чего-нибудь интересненького в этой твоей истории? Твой Джонни мне уже до чертиков надоел.

Чонгук стоял рядом со мной, распечатывая очередную коробку, и я с досадой стукнула его по руке.

– Между прочим, ты сам захотел послушать эту историю.

– Я думал, она будет более интересная, – ехидно заметил он, нахально ухмыляясь.

– В таком случае, чтобы ты не заснул, я постараюсь побыстрее ее закончить.

Чонгук перебил меня:

– Не стоит обо мне волноваться, спать мне совсем не хочется. Сегодня утром у меня не было выброса пролактина.

– Спасибо за эту ценную информацию. Так ты хочешь, чтобы я закончила свою историю или нет?

– Разумеется, не знаю почему, но я просто жажду услышать, что же все-таки не так с этим Джонни.

– С чего ты решил, что с ним должно быть что-то не так?

– Нутром чую.

– Ну так вот, ты ошибаешься. С Джонни все в полном порядке. Он прекрасный парень, в высшей степени интеллигентный и воспитанный.

Чонгук отвернулся от ящика, подбоченился и уставился на меня в упор.

– Ты сказала, что у него все эти четыре года была девушка. Как я понимаю, они расстались?

– Угадал. Они расстались как раз перед тем, как он собрался возвращаться в Нью-Йорк.

– И он даже ничего не предпринял в отношении тебя, хотя прекрасно знал, что ты в него влюблена?

– Откуда ты знаешь, что я была в него влюблена?

Он снисходительно посмотрел на меня, словно ответ был для него очевиден.

– Но ведь это так?

– Да, но я же не говорила тебе об этом.

– Детка, ты как открытая книга, у тебя все на лице написано.

Я вздохнула.

– Почему для тебя это очевидно, а Джонни, похоже, даже не догадывается?

– Прекрасно он обо всем догадывается. Просто по какой-то причине скрывает это от тебя.

Просто невероятно, как Чонгук мгновенно вычислил то, о чем я, если честно, уже давно и сама подозревала. Мне всегда казалось, что Джонни прекрасно осведомлен о моих чувствах к нему, хотя я никогда ему в них не признавалась. В глубине души я надеялась, что он хоть чуть-чуть на них отвечает, просто не показывает этого.

– Я думала, что, если перееду в Нью-Йорк, наступит наше время.

– Он один сейчас живет? – поинтересовался Чонгук.

– У него нет ни с кем серьезных отношений, но такое впечатление, что за последние несколько месяцев он перебрал половину женщин Нью-Йорка. Почти каждую неделю он приводит домой новую пассию. Последнюю зовут Рэйчел. – Я невольно фыркнула.

– Откуда ты знаешь? Ты живешь с этим типом?

– Нет, конечно. Я снимаю квартиру рядом, пока его сосед уехал работать преподавателем в Японию.

– Так, давай-ка разберемся. Он приводит к себе домой всех этих женщин прямо у тебя под носом и никогда не признавался в том, что знает о твоих чувствах к нему?

– Это только моя вина, я никогда не говорила ему о них.

– Ты тут ни при чем. Этот парень просто полный мудак.

– Это вовсе не так.

– Открой глаза, Чеён! – почти закричал Чонгук.

– Ты понятия не имеешь, о чем говоришь.

– Надеюсь, ты права. Но готов поставить кругленькую сумму на то, что не ошибаюсь.

Я почувствовала, как волна гнева заливает мне лицо, и отвернулась, намереваясь убежать в свой кабинет, пусть сам распаковывает свои коробки! Я постаралась успокоиться и продолжила молча работать, пока не распаковала последнюю вещицу.

Это была небольшая фотография в рамке, завернутая в пупырчатую пленку. Чонгук вышел из офиса, чтобы отнести пустые коробки в пресс для мусора в подсобном помещении. Он вернулся как раз в тот момент, когда я снимала последний слой пленки с фотографии. Красивый мальчик в хоккейной форме лет пяти-шести и рядом – золотистый ретривер, пытающийся лизать его смеющееся лицо.

Улыбаясь, я повернулась к Чонгуку:

– Он просто очарователен – это твой сынок?

Он забрал у меня фотографию и коротко и неожиданно резко ответил:

– Нет.

Наши глаза встретились, и я уже была готова задать следующий вопрос, но он прервал меня:

– Спасибо, что помогла распаковать вещи. Извини, мне надо готовиться к следующей встрече.

×××

Наш сорокапятиминутный психотерапевтический сеанс для семейных пар близился к завершению.

– На этой неделе я хотела бы предложить вам следующее упражнение. По крайней мере, раз в день, если что-то вдруг напомнит вам о супруге, тут же сообщите другому об этом. Эти милые мелочи очень важны – они помогут вам не забыть, что ваше сердце всегда рядом с любимым, даже если вас разделяют тысячи миль.

Тут я услышала нечто похожее на фырканье из-за полуоткрытой двери. Поэтому, когда закончился сеанс, я, весьма заинтригованная, направилась на поиски Чонгука. Он стоял в копировальной комнате по соседству с моим кабинетом и делал копии каких-то документов.

– Ты, кажется, мне сейчас что-то сказал? – спросила я, не имея возможности прищучить его за недостаточностью улик.

– И не думал. Отец всегда учил меня, что если я не могу сказать женщине что-нибудь приятное, то лучше промолчать.

Значит, мне не показалось.

– Так ты подслушивал меня во время моего сеанса психотерапии? И смеялся над советами, которые я давала моим клиентам, так?

Чонгук насмешливо прищурился.

– Даже и не думал подслушивать. Очень надо, но ты оставила дверь открытой, да еще так громко говорила во время сеанса. Ты что, не знаешь, что вовсе не обязательно кричать, чтобы тебя услышал человек, сидящий по другую сторону экрана во время видеоконференции?

– И вовсе я не кричала.

Чонгук закончил копировать документы и вытащил пачку бумаг из лотка.

– В любом случае, если ты не хочешь, чтобы я слушал твои дурацкие советы, потрудись впредь закрывать дверь в свой кабинет.

У меня чуть глаза не вылезли на лоб.

– Дурацкие советы?! О чем это ты говоришь? Я лицензированный психолог, защитивший диссертацию на тему преодоления барьеров в семейных отношениях путем открытости в общении при психотерапии для семейных пар.

Чонгука фыркнул, опять.

– Ну, понятно – значит, ты эксперт. Так что пусть все это остается на твоей совести. – С этими словами, все еще усмехаясь, он вернулся к себе в кабинет.

Он понятия не имел, о чем говорил. Мои советы были проверенными, основанными на результатах многолетних исследований семейных пар, которые действительно хотели наладить отношения. Я просто не могла это так оставить и последовала за ним в его кабинет.

– А какой совет дал бы ты семейной паре, вынужденной жить вдали друг от друга?

– Уж разумеется, более реалистичный, чем твой. «Расстояние между вами – это лишь испытание, посланное вам, чтобы проверить, на что вы готовы пойти друг ради друга». Это полное дерьмо. Где ты вычитала такую нелепую фразу? На какой-нибудь глупенькой поздравительной открытке?

Я вытаращила глаза.

– И как же ты представляешь реалистичный совет для такой пары?

– Совет очень простой. Нанять хорошего адвоката по разводам. Отношения на расстоянии не работают.

– Как я понимаю, ты был в такой ситуации и обжегся, поэтому считаешь, что и у других это не сработает?

– Вот и не угадала. У меня никогда не было отношений на расстоянии и знаешь почему? Они просто не работают, я знаю это по опыту. А какой опыт у тебя по части таких отношений?