Достичь луны.

Она снова наклонилась, пытаясь хорошенько нацелиться. Мой взгляд опустился на ее великолепный зад.

– Зависит от того, на что смотреть.

Когда она наконец ударила, кий лишь царапнул по сукну, пройдя мимо шара.

– А я думал, ты знаешь, как играть.

– Конечно, знаю.

– Что-то не похоже, – усмехнулся я.

– Просто я нервничаю оттого, что ты стоишь за моей спиной.

Я наклонился к ней и показал, как правильно держать руку, чтобы удерживать кий в позиции, из которой было бы легче бить по шару. После того как она поняла, в чем фишка, я перешел на другую сторону стола. Мои намерения были исключительно альтруистическими – по крайней мере, до того момента, как ее блузка разошлась на груди и я получил возможность любоваться ее аппетитными округлостями.

У меня перехватило дыхание. Она, видимо, носила бюстгальтер, который поддерживает лишь нижнюю половинку груди, и я мог видеть два идеальных шара с атласной кремовой кожей, слегка прикрытые черным кружевом.

Роскошные сиськи вдобавок к потрясающей заднице.

Я поднес бутылку с пивом к губам и ждал, когда она нанесет удар, но продолжал глазеть на нее поверх бутылки, делая долгий глоток. Единственное, что меня отвлекало от созерцания ее прелестей, был кий, ритмично ходивший взад-вперед между ее пальцев.

Мое воображение тут же услужливо подсказало мне, что она могла бы так же держать вместо кия…

Я заставил себя закрыть глаза, когда она наконец нанесла удар по шару. На этот раз Чеён умудрилась попасть в цель, только забила один из моих шаров вместо своего. Она так радовалась, что я не решился сообщить ей об этом.

– Это значит, что я могу сделать еще один удар?

– Разумеется, схожу-ка я еще за пивком. Хочешь?

– Да, только не пиво. Я уже переполнена до предела.

– Хорошо, что ты хочешь?

– Удиви меня. Я выпью все, что ты мне предложишь.

Да, мне определенно нужно отлучиться на минутку.

– Мне, пожалуйста, еще одну «Стеллу» и один из этих коктейлей. – Я указал на «Маргариту».

Губы бармена растянулись в улыбке.

– Джей сегодня, видимо, подбивает клинья к какой-нибудь очередной даме сердца.

– Не угадал. Джей, наверное, дома и занят исключительно собой. Это я здесь с… – Черт побери, а кто она мне? Не подружка, это точно. Не коллега, хотя мы и работаем в одном офисе. Я не могу даже назвать ее сотрудницей. Так и не подыскав нужное слово, я остановился на самом простом варианте:

– С женщиной.

Чеён уж определенно женщина.

Я отсутствовал всего несколько минут, но, когда вернулся к бильярдному столу, с Чеён болтал какой-то тип. Во мне мгновенно поднялась волна здоровой мужской ревности.

Я подошел к Чеён и встал рядом с ней. Вручая ей выпивку, я пристально посмотрел на этого ловеласа.

– Держи. Не хочешь познакомить меня со своим кавалером?

– Это Уилл, он предложил показать мне несколько ударов.

– Да неужели?

Уилл держал напиток в левой руке. На его пальце все еще был след от обручального кольца, которое он, видимо, недавно снял.

– Мы будем занимать этот стол еще минут пятнадцать. Вы с женой хотите сыграть, когда мы закончим?

Ничего особенно я не сказал, но он без лишних слов понял мой намек, как это бывает между мужчинами.

– Может, в другой раз. Меня ждут друзья.

Приятно было пообщаться с тобой, Уилл.

После того как мы с Чеён закончили игру, мы уселись за столик в тихом уголке бара. Она быстро прикончила первую «Маргариту», и официантка тут же принесла вторую. Ее подавленное из-за хмыря с бабочкой настроение сменилось на приподнятое, конечно, не без помощи винных паров.

– Расскажи, какой из всех подарков, которые ты получал на день рождения, твой самый любимый.

– Мой любимый подарок? Даже и не знаю. Когда я рос, папаша покупал мне кучу всякого дерьма. Думаю, все же тачка, которую он подарил мне на семнадцатилетие.

– Как скучно. – Она сделала глоток коктейля, и на губах у нее остались крупицы соли.

– У тебя тут… – Я жестом указал на свой рот. – Соль.

Она подняла руку и вытерла губу, но с другой стороны.

Я усмехнулся и потянулся к ней через стол.

– Дай я это сделаю.

Повинуясь порыву, я снял соль с ее губ, поднес палец ко рту и слизал с него крупинки соли. Может, я обманываю себя, ведь недаром я эгоманьяк, но могу поклясться, что ее губы приоткрылись, и если бы наклонился поближе, то услышал бы короткий вздох.

Твою мать, а ведь она наверняка легко заводится в постели.

Я кашлянул.

– А как насчет тебя? Какой подарок для тебя был лучшим в жизни?

– Родители подарили мне сертификат на лазерную коррекцию зрения, когда мне исполнилось восемнадцать.

– Лазерная коррекция? Но ты ведь носишь очки?

– Да, я не воспользовалась подарком. Я пошла к доктору и объяснила, что родители ошиблись и мне не нужна операция.

– Как же так получается, что ты не захотела делать операцию, и в то же время считаешь, что это лучший подарок в твоей жизни?

Она снова сделала глоток коктейля.

– На самом деле я хотела сделать операцию. Во втором классе Мисс Ким обзывала меня бабулькой, потому что мне нужны были две пары очков: одна, чтобы видеть, что написано на доске, а вторая – чтобы читать. Это прозвище так и прилепилось ко мне, я ходила с ним все начальные классы.

– Я что-то упустил? Твои родители подарили именно то, что тебе было так нужно, а ты отказалась от подарка?

– На самом деле родители не могли себе позволить такую дорогостоящую операцию. Она стоила шесть тысяч долларов, а отец уже лет двадцать ездил на одной и той же машине. Но все же это был лучший подарок, который я только могла пожелать.

Какая же она милая вдобавок к потрясающим сиськам, в высшей степени соблазнительной заднице и умным речам. Должен добавить, эти губки тоже очень ничего.

– А как обстоят дела сейчас? Если бы осуществлялось любое твое желание, чтобы ты сегодня хотела получить на день рождения?

Чеён в раздумье постучала пальчиком по губам.

– Принять ванну.

– Ванну? Типа этих спа-процедур с грязью и всего такого прочего?

– Нет, просто хочу хорошенько понежиться в ванне. У меня в квартире только душ, и я так скучаю по настоящей ванне. Дома я имела привычку принимать ванну по утрам в субботу – надевала наушники и отмокала, пока не начинала морщиться кожа. Сейчас мне этого очень не хватает.

Я медленно отпил пиво из кружки, разглядывая ее.

– А ты скромна в желаниях.

Она пожала плечами.

– А как насчет тебя? Если бы сегодня ты праздновал день рождения, что бы ты выбрал в качестве подарка?

Я чуть не подавился от внезапно возникших фантазий. Лучше молчи.

– Хороший минет был бы самое то.

Чеен как раз отпивала коктейль и расхохоталась, забрызгав меня.

Я вытер лицо салфеткой.

– Ну, теперь кроме соли на мне еще и коктейль.

Она хихикнула.

– Прости.

×××

Мы, спотыкаясь, добрели до квартиры
Чеён только после двух ночи. Это я настоял на том, чтобы проводить ее домой.

– Ш-ш-ш… – Она приложила пальчик к губам, призывая меня к тишине, хотя больше шумела сама.

– Эт-то квартира Джони-ии.

Точно. Она напилась в стельку.

Я забрал ключи у нее из рук.

– Ничего страшного, если он услышит, что ты пришла с другим мужчиной, это пойдет ему только на пользу.

Чеён чуть посторонилась, чтобы я мог открыть для нее дверь. Глубоко вздохнув, она положила голову на мое плечо, пока я возился с замком. Черт! Похоже, эту проклятую штуковину заело.

– Он не будет ревновать, – невнятно пробормотала она. – Я ему не нужна.

Я покрутил ключи в замке еще несколько раз, и замок с лязгом открылся.

– Ну, в таком случае он полный идиот.

Я распахнул дверь и вручил ключи Чеён. Она тут же их выронила и захихикала, когда мы столкнулись лбами, пытаясь поднять их с пола. Сквозь ее смех я услышал, как открывается дверь в соседнюю квартиру. Чеён ничего не заметила.

Когда Джонни вышел в коридор и увидел нас, во мне внезапно проснулся собственнический инстинкт. Чеён стояла спиной к нему и не видела, что у нас появился зритель. Она улыбалась и смотрела на меня огромными голубыми глазами, и тут на меня что-то нашло. Я наклонился и запечатлел на ее губах нежный недолгий поцелуй – просто чтобы прощупать почву.

Но когда я поднял голову и увидел, что глаза у нее расширились, а губы приоткрылись, словно приглашая продолжать, мои дальнейшие действия уже не имели ничего общего с желанием подразнить наблюдателя.

Желание, вспыхнувшее во мне, казалось непреодолимым. Я потерял контроль над собой. Мой рот обрушился на ее губы, которые приоткрылись для меня. Я просунул туда язык и провел по ее языку. Он был соленый и пряный от текилы, и это было самое восхитительное, что я когда-либо пробовал. Внезапно я почувствовал, что просто невыносимо хочу ее.

Повинуясь внезапному порыву, я прижал Чеён к себе, крепко обхватив руками. Я уже не замечал парня, в которого она была влюблена и который сейчас наблюдал за нами, – во всем мире были только я и она. Все вокруг исчезло, когда я еще глубже проник в ее рот, и она с готовностью прижалась мягкими полушариями к моей груди. Звук, который она издала, когда моя рука накрыла ее феноменальную задницу, побудил меня продолжать. Я ничего не хотел так сильно, как только прижать ее к двери и потереться о нее своим набухающим членом. И я уступил бы порыву и сделал это, если бы ублюдок-сосед не испортил нам весь кайф.

Джонни покашлял. При этом звуке Чеён отстранилась от меня и обернулась, обнаружив, что предмет ее обожания стоит и смотрит на то, что происходит между нами. Она выглядела ошеломленной, и в глазах ее промелькнула тень сожаления, что мне крайне не понравилось. И это несколько меня отрезвило.

Сжав ее лицо в ладонях, я наклонился и прошептал:

– Может, это заставит его проснуться. – А потом поцеловал ее в щеку. – Увидимся завтра в офисе, именинница.