Подонок!
Точно, это лучшее решение: уйти и не причинят себе ещё больше боли.
С такими мыслями Хюнкяр не заметила, как на улице начался дождь и поднялся ветер. Она проверила спящую Ширин, которой, по всей видимости, очень нравилось спать на улице, и решила выйти в сад. Г-жа Фекели оставила дочку в коляске под крышей крыльца, а сама вышла под дождь. Он не был очень сильным, но сейчас полностью отражал её состояние. Ей будто хотелось смыть с себя всю боль и обиды. Она стояла под дождем с закрытыми глазами и пыталась утихомирить свои запутанные мысли. Слёзы перемешались с капельками воды, стекающими по лицу. Уже нельзя было сказать, это она проливает слёзы или это все же осенний ливень. Казалось, что само небо не выдержало такого удара и теперь рыдает навзрыд. В этом дожде смешались чувства обоих: боль и предательство, страдания и непонимание. Постояв под дождем минут 5 и полностью промокши до ниточки, Хюнкяр пошла к малышке. Она осторожно взяла на руки Ширин и зашла с ней в дом. С одежды женщины стекали капли воды. Она быстро поднялась на второй этаж и переоделась в пижаму, дабы не простудиться. Переодев младшую дочку и оставив её на кровати, обложенной подушками, г-жа Фекели быстро спустилась вниз, подбросила несколько брёвнышек в камин и вернулась в спальню. Смыв макияж и сделав все водные процедуры, она легла рядом с Ширин, покормила её, поцеловала малышку в макушку, и, вдыхая её сладкий запах, уснула...
***
Рубашка уже была расстегнута настолько, что видно было его накачанный торс. Корсет уже не держался на ней настолько хорошо. С каждым разом, с каждым послаблениям завязок на нем, понемногу открывалась её грудь. Она расстегнула последнюю пуговицу на его рубашке, положила свои руки ему на плечи и начала сокращать расстояние между ними, притягивая его к себе. Она уже была готова соединить их в страстном поцелуе. Он поддался вперёд, закрыл глаза и вдруг... В голове что-то щёлкнуло.
«Хюнкяр!» — пронеслось у него в мыслях.
Он взял её за бедра и «убрал» с колен.
👩🏻: Что-то не так?
АР: Да... — он еле говорил, — У меня, ык, есть... есть... жена.
После этого он кое-как застегнул рубашку на четыре средние пуговицы и вышел из комнаты. Девушка осталась там в полурасстегнутом корсете и не могла понять, что только что произошло. Али Рахмет вышел из кабака, кое-как нашёл свою машину и сел в неё. Оперевшись на руль, он прокручивал в голове самый ужасный исход его минутной слабости под влиянием алкоголя. Казалось, что он в секунде стал трезвым, как стёклышко.
АР (ударяя рукой об руль): Идиот! Подонок! Ублюдок!
Эти слова были адресованы ему самому. Как хорошо, что он нашёл в себе сили остановится. Но он и так уже перешёл черту. И теперь Фекели терзал себя изнутри из-за этого. Он смог прикоснуться к другой женщине, ещё и позариться на что-то большие, чем прикосновения. А если бы в голове не всплыла Хюнкяр? Он бы изменил ей? Он уже и так изменил! Тот Али Рахмет, что совсем недавно обвинял г-жу Фекели в измене, сейчас сделал то же самое. Пускай он не целовался с ней, пускай не занимался с ней любовью. Хватало того, что он думал об этом, касался её. И, что самое ужасное, ему нравилось. Ему нравился ещё кто-то, кроме Хюнкяр! Это же, чёрт возьми, нереально! Это же отвратно! Возможно, это и не было влияние алкоголя. Возможно, он бы сделал это и на трезвую голову. Дабы отомстить? Он сам не мог ответить на этот вопрос. Но зачем тогда? Какая сила потянула его к той проклятой певичке? Зачем он усадил её себе на колени? Зачем пошёл за ней? Зачем позволил своим глазам смотреть на её эротичные танцы? Зачем разрешил касаться своей рубашки и усаживаться на него? Зачем расстегивал её корсет? Все эти вопросы, возникавшие у него в голове, оставались без ответа и сопровождались матами, летящими из его уст во весь голос. Он сейчас ненавидел себя! Ему было противно лишь от одной мысли, что он мог такое сделать. Да даже то, что он сделал, это отвратительно! Как он теперь будет смотреть в глаза Хюнкяр? Но ведь она тоже такое сделала. Она сделала даже больше — целовалась с Бекиром. С такими запутанными мыслями Али Рахмет завёл машину и уехал из кабака...
***
Утро. 08:23
Ночью Ширин просыпалась несколько раз, но под утро уже спала спокойно. Айла уже проснулась и пошла в спальню к Хюнкяр. Женщина кормила малышку, лёжа на кровати.
Айл: Доброе утро!
Хю: Доброе утро, доченька! Иди к нам!
Айл (ложась рядом на кровати): Вы давно проснулись?
Хю: Нет, только что. А ты, красавица моя?
Айл: Тоже, — она стала гладить сестричку по спинке, — Доброе утро, сестрёнка!
Хю: Мои любимые девочки! Как хорошо, что вы у меня есть!
Айл: Мама?
Хю: Да, солнышко.
Айл: Когда мы поедем домой?
Хю: Доченька, не спрашивай у меня такое, — она немного поникла.
Айл: Почему?
Хю: Не знаю, принцесса. Может, вернемся.
Айл: Может?
Хю (глубоко вдохнув): Айла, дорогая, я сейчас ничего не знаю.
Айл: Ну, ладно.
Хю: Прости меня, что я так говорю.
Айл: Все хорошо.
Хю: Моя девочка хорошая! За что ты у меня такая? Золотко мое! — она поцеловала дочку в щёчку, — Я люблю вас больше жизни, мои доченьки!
Айл: И мы тебя очень любим! Да, Ширин?
Хю: Солнышко! Ты уже поела, моя радость? Молодец!
Айл: Привет! — она взяла её за ручку, — Малютка!
Хю: Нужно идти умываться. Пойдём?
Айл: Да, пошли!
Хюнкяр взяла Ширин на руки, и они пошли в ванную. Девочки сделали нужные водные процедуры и вернулись в спальню.
Хю: Айла, ты присмотришь за Ширин пока я схожу в душ?
Айл: Да, конечно!
Хю: Я быстренько, хорошо?
Айл: Хорошо.
Хю: Я положу её на кровать.
Айл: Угу!
Хю: Мои сладкие!
Хюнкяр быстренько отлучилась в душ, захватив с собой платье, которое собиралась сегодня одеть. Айла осталась нянчиться с Ширин. Девочке очень нравилось ухаживать за сестричкой. Спустя минут 15 г-жа Фекели уже вернулась к детям, облачившись в нежно-персиковое платье за запах. Она также собрала волосы в низкий хвост. Макияж делать не стала.
Хю: Как вы тут, мои хорошие?
Айл (шёпотом): Ширин уснула.
Хю: Моя принцесса! Ты пойдёшь одеваться?
Айл: Да!
Хю (взяв Ширин на руки): Пойдём, красавица моя!
Они пошли в комнату Айлы, где девочка выбрала себе наряд. Она остановилась на тёмно-синих брюках и кружевной белой кофточке с длинным рукавом. После того, как девочки прихорошились, они спустились вниз. Хюнкяр подкинула дров в камин, где ещё было несколько пылающих угольков. Айла приглядывала за Ширин, а она быстренько готовила завтрак. Женщина напекла блинов, нарезала фруктов, достала баночку малинового варенья, которое делала сама года 2 назад. Заварив чай, г-жа Фекели накрыла на стол, и они начали трапезу. Их семейную идиллию прервал телефонный звонок. Хюнкяр сняла трубку.
Хю: Слушаю.
👤: Мама?
Хю: Зулейха?
Зу: Мамочка, привет!
Хю: Привет, дорогая! Что-то случилось?
Зу: У нас нет. А вот у вас, что такое произошло? Почему ты в доме на виноградниках? Ты с девочками?
Хю: Да, дочка. У нас все хорошо.
Зу: Ты одна с двумя детьми?
Хю: Ну, я же не маленькая! У нас все отлично!
Зу: Мам, ты скажешь, что случилось?
Хю: ...
Зу: Мама?
Хю: Вы видели вчерашнюю газету?
Зу: Нет. А что там?
Хю: Посмотри, дочка.
Зу: Ладно, посмотрю. Но я приеду сейчас.
Хю: Нет-нет, не надо. Кстати, откуда ты знаешь, что мы здесь?
Зу: Только что звонила Назире. Сказала, что папа спит на диване в гостиной еле тёплый. А вы с девочками не ночевали дома. Она думала, что вы у нас. А я сразу же позвонила в дом на виноградниках.
Хю: Спит на диване еле тёплый? С ним что-то случилось? — она пыталась спросить это как можно безразличней, но нельзя было скрыть того, что она переживает.
Зу: Назире говорит, что он употреблял алкоголь. По всей видимости, много алкоголя.
Хю: Аллах-Аллах!
Зу: Так вы с ним поссорились?
Хю: Зулейха...
Зу: Да, прости. Я сейчас приеду.
Хю: Дочка, не над...
Зу (перебивая): Я констатирую факт, а не спрашиваю. Вам что-нибудь нужно?
Хю: Нет, у нас все есть.
Зу: Вы не замёрзли там?
Хю: Нет, не переживай.
Зу: Ладно. Я еду.
Хю: Оофф, ладно. Будь осторожной, дорога мокрая.
Зу: Не волнуйся, все будет хорошо.
Зулейха положила трубку и перевела взгляд на Демира, который ожидал какой-либо информации.
Дем: Ну? Что там?
Зу: Сказала посмотреть вчерашнюю газету.
Дем: Что там такое?
Зу: Не знаю. Вчера всем было не до этого.
Дем: Сание!
Сан (входя в гостиную): Слушаю, г-н!
Дем: Где вчерашняя газета?
Сан: На кухне, г-н.
Зу: Ты читала её, Сание?
Сан: Нет. А что там?
Дем: Сейчас посмотрим. Принеси, пожалуйста.
Сан: Сейчас, г-н.
Сание пошла за вчерашней газетой. Спустя несколько секунд она вернулась и вручила газету Зулейхе, стоящей возле телефона. Девушка открыла газету на первой странице и ахнула.
Зу: Что?! Как?!
Дем (вставая со стула): Что там?
Зу: Смотри, — она протянула ему газету.
Дем (увидев фото и прочитав заголовок): Нет! Это невозможно! Ты же понимаешь это?
Зу: Конечно. Это чья-та злая шутка.
Дем: Я убью того урода! Кем бы он не был, убью!
Сан: Г-н, что там?
Дем (протягивая ей газету): Смотри.
Сан (увидев статью): Кому это надо? Аллах, за что этой женщине все это?
Зу: Аллах, папа, наверное, в это поверил и налетел на неё.
Дем: Сто процентов. А потом напился. Хорошо, что ничего себе не сделал.
Зу: Может, поедешь к нему? Пояснишь, что это все ложь?
Дем: Я то поеду, но это касается их отношений, в которые не хотелось бы встревать. Да и плюс там замешан и Бекир.
Зу: Думаешь, он знает об этом?
Дем: Раз ничего не делал, то нет.
Зу: Аллах! Я поеду к маме. Сание, просмотрите за детьми.
Сан: Конечно, Зулейха!
Дем: Я тогда к папе.
Зу: Хорошо.
Зулейха отправилась в дом на виноградниках, а Демир — в особняк Фекели. К тому времени девочки уже позавтракали. Хюнкяр мыла посуду, Ширин лежала в переноске рядом с ней, а Айла игралась на втором этаже. Раздался стук в дверь. Г-жа Фекели взяла дочку на руки и пошла открывать. Это была Зулейха.
Хю: Добро пожаловать, дочка!
Зу: Спасибо, мамуль!
Хю: Проходи!
Зу: Спасибо! Ширин, малютка, пойдёшь ко мне?
Хю: Пойдёт, конечно, — она передала девочку Зулейхе.
Зу: Моя красавица! Айла где?
Хю: Наверху, играется. Сейчас позову её.
Зу: Подожди, сначала поговорим.
Хю: Оффф...
Зу: Мамочка...
Хю: Проходи в гостиную. Сделать кофе?
Зу: Нет-нет, не утруждай себя.
Хю: Все хорошо.
Зу: Нет, правда, не хочу. Только недавно выпила.
Хю: Ладно. Садись, дочка.
Зу (садясь на диван): Ой, сладкая девочка! Мам?
Хю: Да.
Зу: Я видела газету.
Хю: И что?
Зу: Кто такое сделал?
Хю: Не знаю. Но тот, кто сделал, будет гореть в аду. Я из-под земли его достану.
Зу: Папа подозревает тебя в измене?
Хю: Он обвиняет меня в ней! Мы сидели в гостиной вместе с детьми и Хаминне с Фадик. Он пил кофе и взял почитать газету. Потом резко вскочил, подавился кофе, начал кричать на меня, говорить, что пока его нет, я зажимаюсь и целуюсь с другими. А потом я собрала вещи, взяла детей и приехала сюда. Когда мы вчера ехали из дома, его уже не было, — глаза уже были полны слёз.
Зу (взяв её за руку): Мамочка, дорогая! Он даже не выслушал тебя?
Хю (сдерживая слёзы): Ему разве интересно то, что я скажу? Он видит только то, что хочет видеть.
Зу: И что теперь?
Хю: Не знаю.
Зу: Бекир не знает, правда?
Хю: Нет, наверное. Уже бы, как минимум, позвонил.
Зу: Сейчас пойдёт на работу и точно узнает.
Хю: Аллах, человек только приехал на родину, как я уже доставила ему проблем.
Зу: Ты что, мамуль? Ты ни в чем не виновата. Я так понимаю, это просто такой ракурс. Кстати... (она запнулась) А, нет, ничего.
Хю: Говори.
Зу: Нет, мамуль, это будет неправильно.
Хю: Зулейха, мы что, чужие люди? Говори, дочка.
Зу: Оофф... Ладно. Как так случилось, что вы оказались столь близко?
Хю: Мы шли к машине и я споткнулась. Он поймал меня, я схватилась за его руку. Ну, и чисто инстинктивно он притянул меня к себе, чтобы я не упала. Вот в этот момент нас и сфотографировали.
Зу: Что же папа наделал?
Хю: ...
Зу: Аллах, только все начало налаживаться.
Хю: Думаю, что на этом все и закончиться, — немного тише сказала она.
Зу: Что?
Хю: Не знаю, есть ли смысл продолжать что-то дальше?
Зу: Мамочка... Вы же любите друг друга.
Хю: Да.
Зу: Почему бы просто не сесть и не поговорить?
Хю: ...
Зу: Я уверенна, что папа сейчас оклемается от вчерашнего и приедет просить прощения.
Хю: Почему ты в этом так уверенна?
Зу: Демир поехал к нему.
Хю: Что?
Зу: Только не ругайся.
Хю: Зачем? Скажет, что я его послала!
Зу: Нет, ты что! Он просто поговорит с ним.
Хю: Аллах! Дети, мы ещё и вас в это втянули!
Зу: Мамочка, разве мы можем закрыть глаза на это? Я уверенна, что вы помиритесь.
Хю: Не знаю, дочка...
Зу: Мамочка...
Хю: М?
Зу: Все будет хорошо.
Хю: Знаю... — она уже еле сдерживала слёзы.
Зу: Иди ко мне, — она обняла её за плечи.
Хю (подвинувшись ближе к ней и положив голову на плечо Зулейхи): Хорошо, что вы есть! Мои девочки!
Зу: Хорошо, что ты у нас есть! Дорогая моя!
Хю: Если бы не девочки... — по щеке покатилась слеза, — то я бы прорыдала вчера весь вечер. А так только ночью, — она засмеялась сквозь слёзы.
Зу: Мамочка моя! Поплачь, дорогая, поплачь!
Хю (уже не сдерживая слёз; шёпотом): Я очень устала...
Зу: Знаю, мамуль. Все наладится... Все наладиться...
Раздался стук в дверь. Хюнкяр вытерла слёзы и пошла открывать. За дверью стоял...
———————————————————————
Новая глава🥳 Вы опять закидаете меня тапками😅🙈 Главное, что Фекели образумился☺️
Как вам?