Прости
За дверью стоял...
Пол часа назад. Особняк Фекели
Демир подъехал к особняку, вышел из машины и направился ко входу. Он постучался, ему открыла Назире.
Наз: Г-н Демир, добро пожаловать!
Дем: Спасибо, Назире!
Наз: Прошу, проходите!
Дем: Спасибо. Папа дома?
Наз: Да, г-н.
Дем: Где он?
Наз: Несколько минут назад проснулся и поднялся к себе.
Дем: Можешь позвать его?
Наз: Да, конечно. Вы пока присаживайтесь.
Дем: Хорошо.
Демир расположился на диване в гостиной, а Назире поднялась на второй этаж, чтобы позвать Али Рахмета. Хаминне с Фадик ещё не выходили. Назире постучалась в спальню Фекели — ответа не было. Она сделала это ещё раз, он агрессивно открыл дверь.
АР: Что?!
Наз (немного отойдя взад): Г-н... Там пришёл г-н Демир. Он хочет вас видеть.
АР: Демир? Ладно. Скажи, что я сейчас приду. Сделай нам кофе.
Наз: Как скажете, г-н.
Али Рахмет пошёл приводить себя в порядок, так как выглядел он, мягко говоря, не очень. Да и чувствовал он себя также. Назире в это время спустилась на первый этаж.
Наз: Г-н Али Рахмет сейчас спустится к вам. Какой кофе предпочитаете?
Дем: Простой, Назире.
Наз: Хорошо.
Дем: Спасибо.
Назире ушла на кухню, чтобы сделать кофе, а Демир остался ждать Али Рахмета. Фекели облачился в чёрный брючный костюм и сливовую рубашку и спустился на первый этаж. Назире как раз подавала кофе. Демир встал, чтобы поприветствовать папу.
АР: Добро пожаловать, Демир!
Дем: Спасибо, папа!
АР: Присаживайся, — сказал он, садясь в кресло.
Наз: Что-нибудь ещё, г-н?
АР: Нет, ты можешь будь свободна.
Наз: Хорошо, — она ушла на кухню.
Дем (взяв чашку кофе): Папа, ты неважно выглядишь.
АР: Немного перебрал вчера.
Дем: По какой причине?
АР: Разве ты не знаешь.
Дем: Я знаю только то, что мама сейчас одна с двумя детьми, а ты даже не выслушал её.
АР: Демир, ты видел ту газету?
Дем: К сожалению, да.
АР: И что? Ты считаешь это нормальным?
Дем: Я считаю ненормальным заниматься слежкой за кем-то. Да ещё и нагло лгать.
АР: То есть, ты уверен, что Хюнкяр этого не делала?
Дем: Конечно, я уверен! Она любит тебя больше жизни! Думаешь, она бы согласилась на такое? Да она еле держалась тот день!
АР: Демир, если бы ты увидел такое о своей жене, что бы ты сделал?
Дем: Как минимум, выслушал бы её.
АР: Ну, это же ложь, Демир. И ты, и я прекрасно знаем, что ты слишком вспыльчив.
Дем: Ладно, оставим это. Сейчас мы не обо мне говорим. Как это случилось? Что такого ты сказал маме, что она уехала из дома с двумя детьми?
АР: ...
Дем: Ну?
АР: Мы были в гостиной. Дети тоже были и г-жа Азизе с Фадик. Я пил кофе, взял газету. И чуть не подавил тем кофе, увидев ту статью. А потом...
Дем: А потом ты обвинил маму в измене, даже не выслушав?
АР: Ну... Да, Демир. У меня внутри все горело! Горит до сих пор!
Дем: Я понимаю. Но ты думал, как ей сейчас? Я уверен, что ничего такого не было. Это просто такой ракурс.
АР: Ладно, тогда почему они так близко друг к другу? Даже если это ракурс.
Дем: Это нужно было узнать от мамы. Но ты же поддал сомнениям её верность. Да ещё и при детях и Хаминне с Фадик.
АР: ...
Дем: Вам нужно поговорить.
АР: ...
Дем: Папа?
АР: Демир... Ты знаешь, мы много натерпелись за все эти годы. Сорок лет я умирал от точки и возрождался заново, вспоминая о Хюнкяр. Сорок лет мы жили только лишь надеждами и воспоминаниями. И вот, когда Аллах наконец-то позволил нам воссоединиться, нас стали преследовать ещё большие несчастья...
Дем: Папа, послушай. Единственное, что волнует меня в этой жизни — это моя семья и моя мама. И если ей кто-то причиняет боль, я готов сровнять его с землей. Мама уже не первый раз проливает слёзы из-за твоих необдуманных слов. И, поверь мне, я даже готов препятствовать твоей безумной любви к ней, если она доставляет ей такие страдания. Разве она заслуживает на это, а? Папа, разве она не достаточно пережила? Кому, как не тебе, знать, что она терпела столько лет. Если ты действительно её любишь, то, прошу, поговори с ней спокойно.
АР (сделав небольшую паузу): Ты прав, Демир. Нам нужно поговорить. Но я даже не знаю, где они.
Дем: Они в доме на виноградниках.
АР: Откуда ты знаешь?
Дем: Мы связывались с мамой, Зулейха сейчас там.
АР: У них все хорошо?
Дем: Да.
АР: Слава Аллаху! Поехали!
Дем: Может, Бекира тоже стоит взять с собой?
АР (сцепив зубы): Наверное.
Дем: Папа, пожалуйста, успокойся. Он ни в чем не виноват, я уверен. Вы просто спокойно поговорите.
АР: Надеюсь.
Дем: Ну, все, поехали. Он должен быть в участке.
АР: Назире!
Наз (входя в гостиную): Слушаю, г-н!
АР: Я уезжаю, не знаю, когда вернусь. Накрой стол для г-жи Азизе и Фадик, пускай позавтракают.
Наз: Конечно, г-н.
АР: Спасибо!
Али Рахмет с Демиром поехали в участок. Тем временем Бекиру уже показали газету. Он не был в курсе всех новостей, так как приехал в Чукурова совсем недавно и ещё не оформил подписку на местную газету. Мужчина не на шутку разозлился из-за такой новости. Он тут же набрал в особняк Яманов, потому что номера Фекели у него не было. Ему ответила Сание и сообщила, что г-жа Хюнкяр находиться в доме на виноградниках. Мужчина предупредил всех на работе, что ему нужно отлучиться, и уехал в дом на виноградниках. Спустя минут 5 после того, как Бекир покинул рабочее место, туда прибыли Али Рахмет с Демиром. Мужчины зашли вовнутрь и подошли к секретарю.
👩🏻: Здравствуйте! Чем могу вам помочь?
АР: Здравствуйте! Мы ищем г-на Бекира, адвоката.
👩🏻: К сожалению, вы немного опоздали.
Дем: В каком смысле?
👩🏻: Г-н Бекир минут 5 назад отлучился. Он сказал, что скоро вернётся, так что можете его подождать.
АР: Хорошо, спасибо.
Они вышли из здания.
Дем: И что?
АР: Едем к Хюнкяр. С этим... (он запнулся) потом поговорим.
Дем: Только успокойся.
АР: Постараюсь.
Они отправились в дом на виноградниках.
Настоящее время. Дом на виноградниках
... За дверью стоял Бекир. Хюнкяр очень удивилась, увидев мужчину.
Хю: Бекир?
Бек: И тебе здравствуй, Хюнкяр! — он улыбнулся.
Хю: Привет! Проходи.
Бек: Спасибо.
Зу (вставая с дивана с Ширин на руках): Здравствуй!
Бек: Здравствуй, Зулейха.
Хю: Прошу, садись.
Бек (садясь на диван): Спасибо.
Хю: Чай, кофе?
Бек: Нет, ничего. Я ненадолго.
Хю: Ты видел?
Бек: Да. В участке все только об этом и говорят.
Хю (садясь на кресло): Это было ожидаемо. Дочка, садись.
Зу: Я пойду к Айле, — она понимающе посмотрела на Хюнкяр.
Хю (улыбнувшись): Хорошо, дочка, — Зулейха пошла на второй этаж, оставив их наедине.
Бек: Почему ты здесь?
Хю: ...
Бек: Хюнкяр?
Хю: Так случилось, Бекир.
Бек: Это из-за Али Рахмета?
Хю: Бекир, прошу тебя.
Бек: Прости... Ты знаешь, кто мог это сделать?
Хю: Кто угодно! Но... Думаю, это Шермин.
Бек: Шермин? Она же ваша родственница. С чего ей такое делать?
Хю: О, Бекир, ты многое пропустил за столько лет. Знал бы ты, сколько проблем она нам доставила.
Бек: Она может мстить за что-то?
Хю: Вполне себе. Мы же обеспечиваем её и её дочь. Может, Демиру в очередной раз надоело это делать. Вот она и решила мстить. К тому же, она уже делала такое...
Бек: Что делала?
Хю: Подала в газету нашу с Али Рахметом фотографию. Когда мы ещё не были женаты, и наши дети были первыми врагами.
Бек: Аллах, и такое было?
Хю: Много чего было, Бекир. Особенно за последние года 4. Очень много...
Бек: Хюнкяр?
Хю: М?
Бек: Прости меня, но я вынужден спросить... (он сделал небольшую паузу) Вы поссорились из-за меня?
Хю: Нет, причем тут ты? Это просто неудачный ракурс. Ты тут не причем.
Бек: Али Рахмет, наверное, меня ненавидит.
Хю (ухмыльнувшись): Не только тебя.
Бек: Ты же объяснила ему, что ничего такого не было?
Хю: Я не ус... — её прервал стук в дверь, — Аллах, кто это?
Она пошла открывать дверь, Бекир остался в гостиной. Это были Демир с Али Рахметом. Хюнкяр молча стояла и смотрела на сына.
Дем: Здравствуй, мамуль!
Хю: Добро пожаловать, сынок!
АР: Здравствуй, Хюнкяр.
Хю: ...
Дем: Мы зайдём?
Хю: Проходи, конечно.
Дем: Мам, — он перевёл взгляд на Али Рахмета.
Хю: Проходи, Фекели, — безразлично произнесла она.
АР: Спасибо, Хюнкяр.
Дем: Зулейха ещё тут?
Хю: Она с девочками наверху.
Бек (зайдя в коридор из гостиной): Здравствуйте!
АР (опешив): А, ну, конечно! Кого ещё я ожидал здесь увидеть?
Дем: Папа! Здравствуй, Бекир! — он пожал ему руку.
Бек (протягивая руку Али Рахмету): Али Рахмет.
АР: У тебя ещё есть наглость протягивать мне руку?!
Хю: Не кричи, ты не в своем доме!
Бек: Али Рахмет, я не делал ничего такого, из-за чего мне не стоит пожимать тебе руку!
АР: Да неужели?! Всего-на-всего целовался с моей женой!
Хю: Фекели, ещё одно такое слово, и ты уйдёшь отсюда так же, как и пришёл!
Бек: Послушай, Али Рахмет, у тебя нет права обвинять ни меня, ни мою жену!
АР: Я, по-твоему, слепой, что ли?!
Дем: Папа, не кричи! Мы же договорились, что вы спокойно поговорите.
АР: Я пришёл сюда поговорить с Хюнкяр. Но, вижу, ей не до этого.
Хю: Подбирай слова!
Бек: Али Рахмет, успокойся. Давай спокойно поговорим.
АР: О чём нам говорить?! Расскажешь мне, насколько хорошо целуется моя жена?!
Дем: Папа, ты переходишь границы! Я сейчас сам выпровожу тебя отсюда!
Бек: Демир прав, Али Рахмет! Ты можешь выслушать нас?!
Хю: Фекели, либо мы спокойно говорим, либо ты уходишь отсюда!
АР: Здесь мои дети, Хюнкяр! И я никуда отсюда не уйду!
Хю: Ты думал о детях, когда обвинял меня в измене?!
Дем: Успокойтесь все, пожалуйста. Я не в праве вмешиваться в ваши отношения. И дети не заслужили слушать эти крики. Поэтому мы с Зулейхой сейчас пойдём гулять с детьми. А вы поговорите.
Бек: Хорошая идея, Демир.
Хю: Да, сынок, спасибо. Садитесь в гостиной, я пойду соберу детей.
Бек: Хорошо.
Бекир с Али Рахметом и Демиром сели в гостиной, а Хюнкяр поднялась на второй этаж. Девочки вместе с Зулейхой были в комнате Айлы. Г-жа Фекели покормила малышку и стала её одевать. Айлу одевала Зулейха. Когда старшая девочка была готова, она побежала вниз к папе.
Айл: Папочка!
АР: Моя девочка! Привет!
Айл (садясь ему на колени): Привет! Дядя Бекир, здравствуйте! Привет, Демир!
Бек-Дем: Привет, красавица!
Айл: Папочка, ты пойдёшь с нами гулять?
АР: Немного позже, хорошо? С вами пойдёт Зулейха с Демиром. Нам нужно немного поговорить.
Айл: И мы вернёмся сегодня домой?
АР: Не знаю, доченька. Ты хочешь домой?
Айл: Хочу. Но только вместе с Ширин и мамой. А мама говорила, что не знает, когда мы вернёмся.
АР: Вот и я не знаю, душа моя...
Дем: Скоро вернётесь.
Зу (заходя в гостиную вместе с Ширин на руках): Папа, здравствуй!
АР: Здравствуй, дочка! — он поставил Айлу на ноги и сам встал, — Дай мне мою принцессу.
Зу: Держи, — она передала ему Ширин.
АР: Ширин, красавица моя! Привет! Как я по тебе соскучился, моя девочка! Моя сладкая малышка!
Зу: Мы пойдём, а то Ширин вспотеет.
АР: Да-да, конечно. Хорошо вам погулять.
Дем: Я надеюсь, все будет хорошо, — он посмотрел на маму.
Хю: Конечно, дорогой, не переживай.
Айл: Пока!
Хю-АР-Бек: Пока, солнышко!
Дем (обнимая маму и шепча ей на ухо): Все будет хорошо.
Хю (также шёпотом): Иншаллах, сынок.
Зулейха с Демиром и детьми пошли гулять, а Бекир, Али Рахмет и Хюнкяр остались в доме. Женщина села в кресло рядом с креслом Али Рахмета (это было ненамеренно, просто на диване сидел Бекир). В комнате нависла тишина. Её нарушила Хюнкяр.
Хю: Ну, и что?
АР: Это я должен у вас спросить.
Бек: Али Рахмет!
АР: Что? Если я что-то не так понял, то объясните мне.
Хю: Неужели ты готов меня выслушать, а не обвинят на ровном месте?
АР: Хюнкяр, давай поскорее закончим это.
Бек: Да, согласен. Так вот, это было в тот день, когда ты остался в участке. Мы с Хюнкяр встретились там, а потом пошли к машине, чтобы поехать в особняк к Демиру. По дороге Хюнкяр споткнулась, и я поймал её. Она схватилась за мою руку, пытаясь найти равновесия. А я притянул её к себе, чтобы она не упала. Кто-то в этот момент сфотографировал нас с такого ракурса, где кажется, будто мы целуемся.
Хю (обращаясь к Али Рахмету): Вот и все, понимаешь? Больше ничего не было. Ни-че-го! Или ты не веришь в это?!
АР: Не знаю. Посмотрев на то фото, тяжело теперь верить в такое.
Бек: Али Рахмет, не глупи! У меня жена и двое детей! Хюнкяр тебя очень любит! У вас есть двое прекрасных девочек! Разве, мы бы смогли такое сделать?!
Хю: По его словам, смогли бы, Бекир! Это же только его можно обидеть!
АР: Хюнкяр, не преувеличивай!
Хю: А что, разве не так?! Это же только я причиняю тебе боль! Ты нисколечко не делаешь мне больно!
АР: Хюнкяр, прости.
Хю: Прости?! Можно же было выслушать меня! Но нет, тебе же надо было наорать на меня при детях и маме! Надо же было обвинить меня в измене, правда?! — глаза постепенно наполнялись слезами.
АР: Я... Это были эмоции, Хюнкяр. Если бы ты такое увидела, что бы ты сделала? — в голове всплыли моменты вчерашнего вечера.
Хю: Я бы не стала тебя попусту обвинять! Я бы сначала выслушала тебя! Но это не в твоем стиле, ты так не можешь!
Бек: Али Рахмет, теперь ты понял, что случилось на самом деле?
АР (немного помедлив): Да... Я зря погорячился. Прости, Бекир.
Бек: Тебе не передо мной нужно извиняться. Я пойду. Не буду вам мешать.
АР: Спасибо. Прости ещё раз, — он пожал ему руку.
Бек: Ну, что ты! Хюнкяр, дорогая, пока!
Хю (вставая со стула): Я провожу тебя, — они пошли в коридор.
Бек (обнимая Хюнкяр): Я искренне надеюсь, что у вас все будет хорошо.
Хю: Спасибо, Бекир.
Бек: Пока!
Хю: Пока! — Бекир пошёл к машине, а Хюнкяр вернулась в гостиную.
АР: Хюнкяр?
Хю (садясь в кресло): М?
АР (подойдя к ней ближе): Прости меня, дурака! Прости, Хюнкяр!
Хю: Ты так легко это говоришь! — она ухмыльнулась, — Ты так легко говоришь: «Прости». Будто ничего и не произошло. Будто мое сердце не разорвалось на тысячи мелких частичек. Будто в меня не вонзали кинжал. Будто это не я выплакала все слёзы. Будто из твоих уст не летели слова об измене. Ты так говоришь, будто я обязана тебя простить. Будто я сейчас скажу «Конечно, прощаю», и мы продолжим жить, как ни в чём не бывало. А я так не могу, понимаешь?! То, что ты назвал меня плохой матерью, не так задело меня, как это обвинение в измене! Я все эти сорок с лишним лет хранила в своем сердце одну пустую ячейку. Я хранила её для тебя, зная, что когда-нибудь мы воссоединимся. Когда эта ячейка наконец-то заполнилась, тот, кто там внутри, начал тыкать в меня сотнями маленьких иголочек. Ты хоть понимаешь, насколько кровоточит сейчас мое сердце, моя душа?! Понимаешь?! Нет, ты не сможешь понять! Я же не обвиняла тебя в измене и неверности! Потому что я знаю, что ты бы никогда такого не сделал! А ты поддал сомнениям мою любовь и верность к тебе! И раз такое случилось один раз, то случиться ещё один! А я не хочу такого, понимаешь?! Я достаточно натерпелась за всю свою жизнь! Теперь я просто хочу быть счастлива! Как только я на секунду ловлю это счастье, оно тут же выскальзывает у меня из рук! И мне уже так это надоело! Я так устала! Устала думать, что сейчас что-то обязательно пойдёт не так! Устала, понимаешь?! Я уже не могу! Не могу! Если бы не дети, то не знаю, что бы я делала! Когда самый близкий и самый любимый человек причиняет тебе такую боль, то уже не хочется ничего, веришь?! Ни-че-го! А я хочу быть счастлива! Просто счастлива и все! Мне больше ничего не нужно! Я хочу, чтобы мои дети были счастливы! Хочу, чтобы у них была счастливая семья, где все любят друг друга и верят друг другу! Я не хочу, чтобы девочки росли так же, как рос Демир! Не хочу! Я не могу допустить такого! Если тогда у меня не было выбора, то теперь я уже не знаю, хочу ли я продолжать строить то, что может так легко посыпаться! — говоря все это, она захлебалась слезами; Али Рахмет сидел возле неё на корточках и слушал её крик души.
АР: Хюнкяр, любимая, моя красивая жёнушка! Не говори так, прошу тебя! Наша любовь достойна продлиться ещё сорок лет! Мы столько страдали ради неё, что теперь заслуживаем на счастье! И я не хочу не причинять тебе боль, Хюнкяр! Правда, не хочу! Я — полный идиот, знаю! Прости меня, прости! Я готов сделать все, что угодно, лишь бы ты меня простила! Я исправлюсь, честно! Я научусь слушать, душа моя, научусь! Обещаю, сделаю все для того, что бы ты была счастлива! Я же обещал, что всегда буду рядом! Я буду рядом, жизнь моя! У нас замечательная семья, чудесные дети! Они не заслуживают такого отца, как я, это правда. Я сделал тебе слишком больно, чтобы сейчас просить у тебя прощения. Но, пойми, мне тоже было нелегко.
Хю: В этом то и проблема! Ты думаешь только о себе!
АР: Что?! — он поднялся, — Да если бы я думал только о себе, то этой семьи уже не было бы!
Хю: Ты сейчас серьезно?! — она тоже встала, — Хочешь сказать, что все то, что у нас есть... (она запнулась) ... что у нас было, это результат только твоей работы?!
АР: А что, нет?! Не я всегда обо всем помню?! Не я делаю все, чтобы ты лишний раз не волновалась и не утруждала себя?! Не я беспокоюсь за каждую мельчайшую деталь, касающуюся быта и не только?! Не я склеиваю все наши мелкие трещинки?! Я всегда пытался угодить тебе!
Хю: Хочешь сказать, что я ничего не сделала за этот год?! Думаешь, только ты у нас такой молодец?! Или мне нужно было взять на себя весь быт и все заботы, о которых ты говоришь?! Может, надо было уволить Назире и самой все делать?! Тогда бы я была хорошей женой для великого г-на Фекели?! Да?!
АР: Я такого не говорил! Не перекручивай мои слова, Хюнкяр!
Хю: Ты уже достаточно сказал! Только что просил прощения, а теперь вновь делаешь то же самое! — она присела на кресло, упёрлась локтем на поручень и приставила руку к голове; по щекам стекали слёзы.
АР (присев возле неё на корточки; тихо): Хюнкяр... Прости... — он выглядел, как провинившейся котёнок, — Прости... Прости... Дорогая... Я — идиот... Прости меня...
Хю (схватившись за сердце): Ах! Ай!
АР: Хюнкяр, что такое?!
Хю (начиная вставать): Ничего. Ай!
АР: Куда ты? Подожди, я помогу, — он встал и взял её под руку.
Хю (пытаясь вырваться): Пусти! Ах!
АР: Нет, любимая. Что случилось?! Сердце?! Где таблетки?! Присядь!
Хю: Нет. Я сама. Аай! — она сильнее сжала рукой область сердца.
АР (усаживая её обратно на кресло): Где таблетки?
Хю: В аптечке, на кухне... — она откинула голову на спинку кресла.
АР: Я сейчас, я быстро! — он мигом побежал на кухню, нашёл там аптечку, взял нужные таблетки, налил в стакан воды и вернулся к ней, — Выпей, дорогая. Осторожно, давай.
Хю (запив таблетку): Ммм, спасибо.
АР: Тише, сейчас пройдёт, — он взял её за руку, — Хюнкяр, прости. Это я во всём виноват. Прости, прости, прости! Я не хотел причинять тебе боль! Правда, не хотел! Разве я смог бы намеренно ранить, любовь всей своей жизни? Свое сердце, свою душу, свою жизнь! Хюнкяр, прости! Пожалуйста, любимая, прости меня.
Хю (вытирая слёзы): Нет...
———————————————————————
Новая глава🥳 Чувствую, что я уже в гробу, прикиданная земелькой🙈 Заранее извиняюсь и жду своих тапков😌
Как вам?