17 глава
Я вжимаюсь в спинку дивана и зажмуриваюсь, но тут же распахиваю глаза, и сама тянусь к нему.
Раскрываю губы и с удовольствием принимаю его язык в свой рот.
Данил такой вкусный. Шампанское, табак, мята. Все это смешивается с моим манговым ароматом.
Его губы жесткие и требовательные. Щетина слегка покалывает кожу, давая понять, что я провожу время не с малолетним пацаном, а со взрослым, искушенным мужчиной. Хотя, конечно, по возрасту он ненамного старше меня. Зато по опыту…опыта ему точно не занимать и это чувствуется в каждом его движении.
Не сдерживаю рвущегося из меня стона, разрешаю одной из его ладоней накрыть и стиснуть в пальцах мою грудь.
- Перебирайся ко мне, так будет удобнее, - хрипло произносит Данил, едва оторвавшись от меня.
- Что?
От его поцелуев так кружится голова, что я теряюсь и не сразу могу сообразить, что он имеет в виду.
- Иди ко мне, Юля. Ближе…
Крепкие руки смыкаются на моей талии и рывком приподнимают над диваном.
- Ай.
Секундное волнение и непонимание, чего он хочет от меня, но вот уже я сижу на нем верхом. Мои ладони непроизвольно ложатся на его широкие плечи.
Платье задралось до самых бедер, и я инстинктивно пытаюсь его поправить, но Данил перехватывает меня за запястья и возвращает ладони на себя.
- Здесь никого нет, Юль. Никто не увидит. Только я.
Накрывает мои бедра ладонями и ведет по ним вверх, словно нарочно еще сильнее задирая мое платье. До самых ягодиц.
Я медленно выдыхаю и приказываю себе расслабиться. Решила, так решила. Нечего теперь идти на попятную.
- Поцелуй меня, - просит Данил, и я склоняюсь над его лицом.
Дотрагиваюсь губами до его губ. Целую быстро, порывисто и глубоко. Несколько раз подряд. С каждым поцелуем все сильнее вбиваясь в него бедрами, что получается независимо от моего желания, просто на инстинктах.
А потом делаю то, о чем так давно мечтала. Слегка отстраняюсь и начинаю расстегивать пуговицы на его рубашке.
Данил наблюдает, слегка прикрыв глаза, спокойно ожидая, пока завершу.
Когда дело сделано, я отвожу полы рубашки в стороны, обнажая грудь и кладу на нее ладони.
Его кожа такая горячая и приятная на ощупь. Я сейчас же прохожусь по ней кончиками пальцев, наслаждаясь и возбуждаясь еще сильнее.
Хочется пойти дальше, наклониться и начать целовать.
Прижимаюсь к Дане и утыкаюсь носом в его ключицу. Провожу губами с намерением спуститься постепенно ниже. Одновременно с этим глажу, обмирая от мыслей, что это лишь жаркая прелюдия, что основное все впереди.
Руки Дани перемещаются на мою спину, следом за этим на плечи и спускают лямки платья вниз. А потом он перехватывает инициативу и сам начинает целовать меня в шею. Делает это не в пример смелее чем я, и вот уже он добирается до груди.
Освобождает ее от платья и бюста и стягивает платье еще ниже, к самой талии.
Морской воздух сейчас же начинает холодить обнаженную кожу, но несмотря на это я воспламеняюсь еще сильнее. Его взгляд воспламеняет меня.
Когда он подается вперед и начинает целовать один за другим мои соски, я выгибаюсь к нему, сама подставляя их для поцелуев.
- Охуенная, - говорит Данил, - поглаживая мою спину, прикусывая соски и одновременно с этим вжимаясь то и дело пахом в мою промежность.
- Залип на тебя. Сильно залип.
Я только вздыхаю и наслаждаюсь. Стараюсь не потеряться во всех этих чувственных возбуждающих ласках, но все равно теряюсь, растворяюсь, утопаю.
Его губы на моей груди – экстремальное удовольствие за гранью дозволенного.
А если еще к тому же он говорит такое, оно удесятеряется для меня в десяток тысяч раз.
- Блядь, тяжело сдерживаться.
Еще один рывок, и я вдруг оказываюсь лежащей на спине, а Данил нависает сверху надо мной. Раздвигает мои ноги в стороны и ложится между ними, жестко придавливая к дивану своим весом.
Хочу вскрикнуть, но не успеваю и рта раскрыть, как он снова страстно и жарко меня целует.
А дальше…
Боже, неужели сейчас действительно все произойдет, и я расстанусь со своей девственностью.
Его рука ныряет под подол платья и начинает стягивать с меня трусики. Данил отстраняется слегка и вот я уже перед ним без каких бы то ни было преград, не считая платья и бюста, собравшихся в районе талии, но никак нам не мешающих.
Данил стягивает с себя рубашку, вновь склоняется надо мной, продолжает ласкать мою грудь.
Одновременно с этим я чувствую, как его пальцы накрывают меня между ног, размазывают влагу и начинают слегка в меня входить. Несильно, но мне и этого достаточно для того, чтобы понять, насколько реально все то, что происходит между нами. И насколько чувственно.
Так хочу его, что извиваюсь под ним будто ненормальная, охваченная похотью одержимая. Но тело так сильно отзывается на него, что ничего не могу с собой поделать.
- Пиздец, как хочу тебя трахать, - рычит мне в ухо Данил и сейчас даже ругательство кажется мне таким сексуальным, что еще сильнее и мощнее заводит.
- Трахай, - разрешаю я, - хочу, чтобы ты меня трахнул. Хочу с тобой…
Свой первый раз, чуть не пробалтываюсь, но вовремя прикусываю язык. Неожиданно вспоминаю, как Данил говорил, что не связывается с девственницами, а я не хочу, чтобы он решил не связываться со мной.
Узнает уже позже, когда заметит кровь, а может и вообще не заметит.
Данил отталкивается от меня, поднимается и начинает расстегивать брюки. Я смотрю на него во все глаза, когда он стягивает себя их вместе с боксерами и достает откуда-то презерватив. Разрывает обертку и умелым отточенным движением раскатывает его по всей длине. Снова склоняется надо мной, и я едва дышу от предвкушения.
- Ну же, ну, - бормочу я, и сама двигаюсь ему навстречу, словно какая-то развратная шлюха.
Мне кажется, от переизбытка эмоций я сейчас просто умру. Или сбегу, что будет в высшей степени странным и не характеризующим меня с лучшей стороны.
Данил поглаживает меня в районе клитора, заставляя изгибаться еще сильнее, а потом фиксирует мои бедра и, наконец, начинает медленно в меня входить.
- Хочу растянуть удовольствие, - говорит он, а я замираю, закусывая губу и ожидая с секунды на секунду пронзающей острой боли.
- Поцелуй меня, - прошу я и тяну Даню на себя. – Хочу чувствовать тебя там, и одновременно, чтобы целовал.
Он ложится на меня, целует и в этот момент быстро и с силой входит в меня до основания. Вгоняет в меня свой член так жестко и резко, что я вскрикиваю. Но мой голос и мгновенная, не очень, впрочем, сильная вспышка боли, сейчас же тонут в новом витке офигительно острого наслаждения, нарастающего с тем, как он, после небольшой паузы, начинает входить и выходить из меня, постепенно убыстряя темп.
Впечатывается, вбивается в меня с хриплыми стонами.
Не знаю, почему я не испытываю такого уж дискомфорта. Возможно потому что нереально мокрая и перевозбужденная, но факт остается фактом. Я так его хочу, хочу, чтобы двигался во мне, что все остальное просто отходит на второй план.
- Охуенно узкая, - произносит с очередным толчком.
Рука Дани снова скользит к моему клитору. Одним из пальцев он начинает осторожно надавливать на него.
- Даня, боже, - вскрикиваю я, закрывая глаза и полностью отдаваясь ощущениям.
- Боже, боже, боже…
Прикусываю кожу на его плече, мну и царапаю спину.
- Я же обещал тебе, что кончать с членом внутри будет в разы приятнее. Сейчас ты в этом убедишься, если не пробовала раньше.
На очередном толчке в меня он по-особенному надавливает на мой клитор, и я взрываюсь в таком мощном оргазме, который затмевает все прочие ощущения и растворяет мое тело полностью в пространстве и времени.
А когда возвращаюсь в реальность понимаю, что Данил больше не двигается во мне, он…все также склонен надо мной и внимательно, цепко заглядывает мне в глаза.
- Даня…
Не понимаю ничего, почему он остановился? Он ведь не кончил еще. Или я что-то не понимаю, но ведь не кончил же. Он…все еще во мне, просто перестал двигаться.
- Это что? – говорит он мне и сует под нос свою руку.
Я смотрю и не понимаю вначале, что я должна увидеть.
И только спустя пару секунд до меня доходит, что его пальцы испачканы не только в смазке. Они еще и в крови.
- Что это, блядь, я тебя спрашиваю?
- Все нормально, продолжай, - говорю я, - ты ведь еще не кончил.
- Ты…блядь,…ты…почему не сказала, что ты, блядь, девственница?
- Да какая разница. Ты хотел меня, ты получил. Что еще тебе надо.
- Что еще надо? Ты, блядь…
Хватаю его за бедра, и сама насаживаю на себя.
- Ты хотел трахаться, ты это делаешь. В чем проблема? Ну же, давай…
Данил сжимает меня крепко, словно в тиски, больно прикусывает кожу в районе плеча и с рыком вбивается в меня несколько раз. После чего его тело содрогается мощными оглушающими волнами.
Чуть не раздавливает меня, а затем резко поднимается и начинает искать свои вещи.
- Убил бы, - говорит он, стягивая презерватив, также испачканный в крови, и начинает натягивать брюки. Я сажусь на диване.
Пытаюсь расправить на себе платье и одновременно с этим наблюдаю за ним.
- Не понимаю, в чем проблема, раз ты, по твоим словам, пиздец, как меня хотел.
- Проблема, блядь в том, что я не связываюсь с девственницами.
- И в чем отличие. Я не собираюсь бегать за тобой и пытаться женить на себе, если тебя это волнует.
- Меня, блядь, это еще как волнует.
- То есть, я должна была переспать с кем-нибудь другим и только потом согласиться на вечер с тобой? Ладно, как только вернемся, начну подыскивать кандидата.
Бросаю просто так, с обычной досады. И уж никак не ожидаю, что Данил воспримет мои слова всерьез.
Но он, кажется, воспринимает.
Резко подскакивает ко мне, толкает на диван, возвращая меня в лежачее положение, а сам нависает надо мной. Его ладонь ложится на мою шею и больно стискивает ее. Сжимает так, что доступ кислорода вот-вот перекроется.
- Только посмей, - цедит он, а я в состоянии лишь задушено выдыхать.
- Только посмей.
- Дурак, - восклицаю я, едва он меня отпускает, и я могу снова произносить слова.
Эйфория прошла и на мои глаза навертываются слезы разочарования.
- Здесь есть душ? - произношу отрывисто.
- Внизу, в каюте.
- Отлично.
Вскакиваю, и не сильно заботясь о том, чтобы полностью прикрыться, потому что уже плевать, иду к лестнице и начинаю спускаться вниз.
Мечтаю встать под горячие струи, которые смоют обиду и следы его прикосновений.
Но едва оказываюсь в душевой кабинке, как за моей спиной появляется Данил и сразу же в ней становится максимально тесно.
Потому что она не рассчитана на двоих, и потому что он прижимается плотно со спины и обнимает.
- Я помогу тебе, - шепчет на ухо, проходится губами по моей шее, а потом начинает жадно и порывисто меня целовать.
- Данил, - ахаю я, не в силах сдержать властного, пропитанного похотью, мужского напора.
Его широкие горячие ладони везде. Гладят мою спину, мнут грудь, скользят по животу и бесстыдно поглаживают бедра, то и дело забираясь пальцами в особо чувствительные от новой волны возбуждения складочки.
- Хочу тебя, Заноза, - рычит он мне на ухо, выбивая из моего тела мощные волны возбуждающей, сжигающей дрожи.
Трется о мою шею щетиной, словно ненасытный мартовский котяра. Его член снова твердый и Данил прижимает его вплотную к моим ягодицам.
Прикусывает кожу, на грани боли, а потом разворачивает меня лицом к себе и зажимает у стенки кабинки.
Мои возбужденные твердые соски впечатываются в его грудь, его член трется о мой клитор. Нужно бы помыться сначала, но все побоку. Я удобно устроила руки на его плечах и могу думать только о том, как скоро он войдет и начнет брать меня снова.
- Хочу, пиздец как, но ты, блядь, девственница, - выплевывает он зло вместо того, чтобы бездумно приступить к делу.
- Уже нет, - напоминаю я, но он все равно хмурится.
- Эй, не загоняйся из-за этого, - прошу, пока у него снова не испортилось настроение. – Ты можешь…мы можем снова.
- Секс был только что, у тебя там рана вообще-то, или как? А ты, блядь, хочешь, чтобы я тебе снова сунул, пока она не зажила?
Меня окатывает волной острого, щемящего наслаждения. От открытия, что ему не все равно. От осознания, что он вообще задумался об этом, а не только лишь о себе и своем личном удовлетворении.
- Какой ты заботливый, - смеюсь я, не в силах скрыть радости, и тут же ахаю.
Закусываю губу, потому что сейчас его член задевает мой клитор особенно сильно.
Скользит по нему туда и обратно, вызывая дикую пульсацию между ног, что ведет к полному изменению мировосприятия.
Все мысли снова только о сексе.
- Да, Данил, хочу, чтобы снова сунул, представь себе, - произношу я, задыхаясь и слегка прикрыв глаза от наслаждения. – Хочу кончать, когда ты внутри.
- Ты бля, специально распаляешь? Я итак еле сдерживаюсь.
Отступает и неожиданно включает воду, хотя мы в душе и в этом, вообще-то, нет ничего странного. Теплые струи тут же ударяют по лицам и начинают стекать по нашим телам.
В руках Дани оказывается гель для душа, и он начинает деловито меня намыливать. Грудь, спину, живот. От неудовлетворенного желания все тело стонет и вопит, срочно нуждаясь в продолжении.
- Даня, я хочу тебя, - выдыхаю задушено, когда очередь доходит до промежности. Его пальцы проскальзывают туда, осторожно намыливая, а потом начинают все смывать.
Я стою, полностью расслабленная, и позволяю ему проделывать все это со мной. Попутно любуясь его красивым телом. Черт, да оно просто идеальное. При движении то одна, то другая из четко очерченных рельефных мышц напрягается, и это действует на меня одуряюще.
- Хочу тебя, - говорю я снова, когда остатки пены смыты и, в принципе, уже можно выходить.
Данил выключает воду и заворачивает меня в большое махровое полотенце.
- Посади меня на что-нибудь и оттрахай, как ты хотел.
- Договоришься сейчас, - буркает он.
Его движения отрывистые, мышцы напряжены до предела. Уверена, он жаждет этой разрядки не меньше, чем я. Он же говорил как-то, что его не удовлетворяет один раз за ночь. Поэтому и не хотел девственницу. И сейчас злится из-за того, что вынужден себя сдерживать, хотя ему совершенно не хочется этого делать.
- Твоя стойкость вызывает у меня восхищение, правда, - говорю я. – Но у меня реально ничего не болит, и…
Данил рывком выдергивает из кабинки, и тут же куда-то усаживает. Разводит мои ноги в стороны, встает между ними.
Быстро осматриваюсь.
Мы в небольшой кухне, отделанной деревом. Полотенце откинуто в сторону, а я сижу на гладкой, полированной столешнице. То есть…уже лежу. Потому что он настойчиво заставляет меня лечь и еще шире развести перед ним ноги.
- Трахну тебя, раз ты так просишь, только в зад.
- Что?
Чуть не подскакиваю на месте, но он надавливает ладонью на живот, и я вынуждена опять завалиться на столешницу. И не могу снова подняться. Его ладонь плотно накрывает мою шею.
Звук выдвигаемого ящика и вот уже между моих ног, особенно в районе ягодиц все становится влажным от липкого прохладного геля.
- Извращенец, - бормочу я, пытаясь справиться с паникой.
Ухитряюсь и прикусываю его палец, едва он ослабляет хватку.
Но Данил только смеется.
- Расслабься, это не будет больно.
- Даня, я не хочу. Я не готова…
Но этот же палец, который я только что прикусывала вдруг оказывается в моем рту, и я захлебываюсь словами.
- Пососи, - говорит он, но вместо этого я снова его прикусываю.
Больно, но не в полную силу, просто чтобы вытащил.
- Придурок, выпаливаю, - когда он это делает.
- Твои соски все еще торчат от возбуждения.
- Извращенец. О боже…