39 глава
Данил ушел к себе переодеваться. Я не знаю, ждать ли его еще, или он завалится спать до утра, решив, что на сегодня для него перебор.
- Тише, солнышко, полежи еще минутку спокойно, - ласково уговариваю я сына, но он никак не желает угомониться. Упрямый до невозможности.
Все же я кое-как справляюсь, и начинаю его одевать.
Слышу за спиной движение и по позвоночнику разбегаются мурашки. Данил возвращается.
Проходит в комнату и устраивается на диване в углу.
Я продолжаю свое общение с ребенком, а он наблюдает за нами. Ничего не говорит, просто в задумчивости смотрит, подперев подбородок кулаком.
Я беру Игорька на руки и иду с ним в, уже ставшее любимым, кресло. Сажусь в позу для кормления, поджав под себя одну ногу, снова кошусь на Даню, который все также неотрывно за нами наблюдает. А потом вздыхаю, прямо под его взглядом вытаскиваю грудь и даю ее разевающему рот Игорьку.
После купания сын всегда голодный и кушает с особым усердием. Я расслабляюсь, откинувшись назад, и жду, пока он насытится.
Сегодняшний день оказался длинным, и меня размаривает. Разговаривать не хочется, хотя Данил к этому и не стремится. Наблюдает, думает о чем-то своем.
Сегодня он вообще излишне молчалив. Кажется, будто в его голове решаются какие-то сверхважные вопросы. Что понятно. Он разбирается с навалившимися проблемами.
Странно только, что занимается этим не в своем кабинете, а крутится все время возле нас.
- Похоже, активное плавание в твоей компании усыпляет его не хуже, чем поездки на машине, - замечаю я тихо, когда сынок начинает клевать носом.
- Уснул? – также тихо спрашивает Данил.
- Ага.
Поднимаюсь очень осторожно, чтобы не разбудить, и несу сына к кроватке.
- А ты, тоже хочешь спать?
Я укладываю. Данил поднимается с дивана, и тоже подходит к кроватке.
- Я бы выпила чая, всегда так делаю после кормления, а потом да, легла бы спать.
- Составлю тебе компанию.
Мы заходим в кухню, но не включаем верхний свет, остаемся в приятном полумраке.
Данил ставит чайник, я лезу в холодильник за молоком и печеньем. Достаю и вместе с этим добром подхожу к столу.
- Я сам сделаю тебе чай, отдыхай, - говорит Данил, и я устраиваюсь на стуле.
- Иногда ты можешь быть очень милым, - отвечаю я, когда Даня ставит передо мной горячий напиток.
Даже сам лично добавляет молока, интересуясь, какой точно должна быть пропорция.
- Только иногда?
Он усаживается напротив, кладет локти на стол и снова подпирает голову кулаком.
- По крайней мере, сегодня ты почти идеален, - признаюсь я и отвожу взгляд.
Когда очень привлекательный внешне мужчина еще и заботлив, это та еще гремучая смесь.
Хочу добавить, что Игорьку очень понравилось купаться в его компании, но быстро прикусываю язык. Помню, что на него нельзя вываливать сразу слишком много, иначе он сочтет это за давление на него.
И что он тогда сделает? Снова поставит на колени и заставит ему отсасывать, показывая, что я по-прежнему в ранге шлюхи.
Чтобы не брякнуть лишнего, начинаю усиленно пить, втягивая в себя глоток за глотком. А потом тянусь за печеньем и начинаю его поедать.
- Печенье, да еще на ночь? – поднимает брови Данил. - Может, я сделаю тебе салат?
- Хочу печенье, - говорю я, - а что такое? Боишься, что я растолстею и стану тебе противна?
- Да мне как-то похрен, ешь печенье. В случае с тобой пара лишних кило точно не испугает.
- Ладно, сделай салат.
Данил поднимается с места и отходит к холодильнику.
- Завтра с утра поеду к брату, - говорит он, пока занимается овощами.
Я с удовольствием наблюдаю за его плавными движениями. Хищник на отдыхе, вот так это выглядит со стороны.
Опасно, но так завораживающе.
- Надеюсь, завтра он окончательно придет в себя, - говорю я.
- Врач сказал, ему значительно лучше.
- Отлично.
- Кстати, вторая авария, когда он упал... Мы почти уверены, та машина его задела. Но номеров не удалось разглядеть. Сейчас люди отца опрашивают тех, кто проезжал в тот момент мимо. Возможно у кого-то в машине висел регистратор. Есть курица, порезать в салат?
- Давай, - соглашаюсь я. - И…что это значит?
- Пока не знаю.
Данил сбрызгивает салат маслом и приближается с тарелкой ко мне. Ставит передо мной, вилку кладет на салфетку.
- Спасибо, - говорю я.
Он кивает, и снова располагается напротив.
- Что это значит? – повторяю вопрос.
А пока жду ответ, начиню неторопливо есть.
- Хер знает. Как один из вариантов, кто-то за ним следил и воспользовался моментом. Если так…он, этот кто-то, должен позвонить и выдвинуть свои условия. Ну, типа, не согласитесь, и будет хуже. Пока никто не звонил.
- Не думаю, что Гордей мог ввязаться во что-то опасное или противозаконное. А вот ты…
- Как хорошо ты меня знаешь, Юля, - усмехается Данил.
Веселья в его голосе, конечно же, нет.
Я пожимаю плечами.
- Будем реалистами, Даня. Уверена, для многих ты бесячая заноза в заднице.
- Прямо, как ты.
Я оставляю его замечание без ответа.
- Подумай, кого ты в последнее время посылал, или кому отказывал. В общем, кому перешел дорогу, - говорю я вместо этого.
- Да таких воз и тележка.
- Ну, вот…А если хорошенько подумать? Кто реально мог решиться?
- Да не знаю, - морщится Данил.
Такое направление разговора ему явно не по душе. Ведь тогда во второй аварии косвенно будет виноват он сам. Эта мысль для него невыносима.
- Кроме того, - решаю его отвлечь, - тебе на почту пришел неверный тест ДНК. Не знаю, случайно или нет. Возможно, ты под чьим-то пристальным наблюдением, Данил.
- Заноза…, - предупреждающе рычит Даня, а глаза его сверкают дьявольским огнем.
Как я и опасалась, настроение его меняется прямо на глазах. Из почти расслабленного становится темным, опасным и угрожающим.
Но и я начинаю закипать.
- Что, Заноза? Тест ошибочный. Когда-то я должна была тебе об этом сказать? Или предлагаешь молчать, пока Игорьку не исполнится восемнадцать? Но я не требую от тебя ничего. Просто сообщаю, так что расслабься.
- Я тебе не верю.
- Да мне пофиг, веришь или нет.
Вскакиваю с места и кидаюсь к выходу. Но тут же возвращаюсь.
- Спасибо за салат, - говорю я.
Хватаю тарелку, и спешу к раковине. Быстро мою, каждую секунду ожидая от него какой-нибудь подлости, а когда ничего не происходит, просто покидаю кухню.
Ругаю себя за слабость.
Он проявил немного внимания, и я тут же начинаю раскисать. Повезло еще, что не начал снова самоутверждаться за счет секса.
Он же такая сво…
Не стоит думать, что между нами произошли изменения к лучшему.
Данил уезжает рано утром, мы с Игорьком остаемся предоставлены сами себе.
Не скучаем. В особняке Дани есть чем заняться.
Вообще, я начала ловить себя на том, что как-то слишком быстро привыкаю к былой роскоши.
Огромные светлые комнаты, с удобной функциональной мебелью, в противовес малюсенькой и довольно темной комнатушке дома. Гостиная с камином. Ванна, как небольшой бассейн. Кухня, это вообще отдельная мечта любой женщины.
Свой участок в лесистой местности, машина с водителем, роль которого выполняет охранник. Сколько угодно налички и приличная сумма на карте.
Я прямо сейчас могу зайти на сайт любого магазина и заказать все, что душа пожелает. Самые лучшие памперсы. Косметику, одежду, а, главное, какую угодно еду и самую чистую питьевую воду.
Конец тотальной экономии буквально на всем.
Странно даже, что я до сих пор всем этим не воспользовалась.
А еще...
Самая добрейшая в мире няня, которая должна вернуться к обеду и принять на себя все заботы о малыше.
Опять же оплачиваемая им...
И никто не пилит каждый день, как сильно я опозорила семью, и какая дура, что в свое время не сделала аборт.
Не жизнь, а просто какая-то сказка. Рай на земле, который обеспечивает самый несносный человек на свете.
До дрожи привлекательный внешне. Все в нем идеально. Дерзкий взгляд, спортивная фигура под одеждой, большие ладони с красивыми пальцами. Походка, что не оторвать глаз, голос.
Стоит лишь ему оказаться рядом, как между ног делается влажно и жарко. Хочется секса с ним, и... он готов удовлетворить эту потребность практически в любой момент.
Черт. Остановись, Юля, ненормальная озабоченная мамаша трехмесячного малыша. Не стыдно?
Стоило только начать высыпаться, а Дане не приставать ко мне несколько дней, как мысли о сексе с ним сами лезут в голову.
Валентина Сергеевна сменяет меня, и я прошу Михаила отвезти меня в больницу к Гордею.
Пока еду, списываюсь с Ариной.
Мы несколько раз общались с ней после ее отлета. Я узнавала, как она долетела, как устроилась. Я не говорила ей ничего про аварию.
Я уверена, она бросит все и прилетит, но…если их отец узнает…или Данил ее увидит…
Это все равно, что махать красной тряпкой перед разъяренными быками.
Однако, я сообщу ей, если Гордей захочет. Если это поможет ему поправиться быстрее.
Он уже полностью пришел в себя, хоть у него и обнаружились некоторые проблемы со зрением. Последствия сильного удара головой. Пока неизвестно, восстановится, или нет.
В какой-то момент Данил выходит покурить, и мы с Гордеем остаемся один на один.
- Ты ужасно выглядишь, если честно, - говорю я ему.
- Надо думать.
Он силится улыбнуться, но у него плохо получается.
- Надеюсь, проваляешься здесь недолго. Твой брат просто рвет и мечет. Знаешь, он ненавидит больницы. Больше пяти минут в этих стенах, и у него начинаются приступы паники. Но ради тебя он справляется с этим. Он очень переживает за тебя. Пока ты не очнулся, ни ел, ни спал.
- Уверен, ты смогла его утешить.
- Разве что чуть-чуть. Отвлекался на ругань со мной. Но долго мы так не протянем. Так что…ты просто обязан быстро пойти на поправку.
Гордей снова усмехается.
- Слушай, - осторожно начинаю я после паузы. - Арина…она…
Я хочу сообщить, что она не уезжала никуда с Володькой и у нее ничего не было с ним. Что я забрала ее, она улетела в Турцию, и сейчас активно ведется бракоразводный процесс. Что не знает ничего про аварию, но стоит ей сообщить…
- Ни слова про нее, - цедит Гордей, и видно, каждое слово дается ему с огромным трудом.
Лицо его бледнеет, делается, каменным. - Ни слова, поняла? Знать ее больше не хочу...
Его красивые руки с длинными пальцами, лежащие вдоль туловища сверху одеяла, начинают мелко подрагивать.
- Гордей, - ахаю я...
- Ни слова...не хочу..., - произносит, словно в полубреду.
Какой-то аппарат, к которому от Гордея тянется трубка, начинает надсадно пищать, в палату тут же влетает Данил, а следом за ним и медсестра.
- Так, спокойно, - восклицает она и тут же кидается к Гордею со шприцом. Данил бежит за врачом.
Начинается настоящая суматоха, в центре которой стою я, расстроенная и жутко подавленная.
И это продолжается, пока Даня не хватает меня за плечи и не утаскивает из палаты. Не толкает меня в стену и не нависает надо мной.
- Что ты ему сказала? – цедит зло, а когда я не отвечаю, начинает трясти меня за плечи.
- Что, блядь, сказала?
Я закрываю глаза и молчу.
- Что-нибудь про свою тупую сестру задвинула? Ну? Отвечай!
- Даня…
- Чтобы я не слышал больше про нее. И чтобы он не слышал. Только попробуй снова. А приедет если, если только эта шалава сунется, пойдет по рукам, я организую, уж поверь. Поняла?
- Слава богу, все обошлось, он вне опасности. Но волновать его категорически нельзя. - раздается голос медсестры. – Пожалуйста, отпустите девушку, иначе я буду вынуждена позвать охрану.
Данил отпускает и начинает мерить шагами коридор. Я прихожу в себя от его вспышки ярости и новой порции волнения за его брата, причиной которого на этот раз стала я. Уже и сама поняла, что сглупила, но что ж теперь.
- Извини, - бросаю я через проход, ощущая, как дрожит и срывается мой голос. - Думала, может, ему наоборот, станет легче. Все же любимая девушка…
Он так смотрит, что слова застревают в горле.
- Свали, к херам, пока я тебя не убил, - бросает мне, и я пулей вылетаю из больницы.
Михаил везет нас домой, а я сижу на заднем и еле сдерживаю слезы. Потому что Данил…он снова прежний. Грубый, неуравновешенный, агрессивный.
Показал, каким он может быть, и снова закрылся от меня.
Когда он возвращается, то не предлагает помощь, как вчера, и, уж конечно, не появляется в кухне, чтобы что-нибудь мне приготовить.
- Она такая же шлюха, как и ты, - бросает, проходя мимо, и пулей взлетает на свой этаж.
Хорошо, что не принуждает к сексу. В таком настроении это было бы максимально пошло, унизительно и грубо…Я бы, наверное, с трудом это вынесла.
Но он просто проходит мимо, едва взглянув.
Надеюсь, завтра он уедет с самого раннего утра. Не хочу его видеть.
Когда наутро Валентина Сергеевна заходит в нашу с Игорьком комнату и сообщает, что Данил ждет меня в кабинете, ноги подкашиваются, а из легких разом выбивает весь воздух...
Я довольно бодро поднимаюсь на второй этаж, предпочитая не тянуть, и поскорее узнать, что Дане от меня понадобилось. Но перед дверью в кабинет на меня внезапно находит ступор, и я отчего-то медлю. Не решаюсь войти сразу и тяну.
Быстро считаю до десяти, сбрасываю с себя начавший было окутывать морок неуверенности, толкаю дверь и вхожу.
Рассчитываю найти Даню в кресле, но на этот раз он стоит у окна.
Не курит даже, просто стоит и, сунув руки в карманы, задумчиво разглядывает двор.
- Как там Гордей? – спрашиваю я прежде всего остального.
- Требует, чтобы от него все отъебались. Значит, уже лучше.
- Отлично.
Подхожу к стулу и сажусь.
- О чем ты хотел поговорить? – спрашиваю я, потому что через какое-то время молчание Дани начинает напрягать.
Он поворачивается ко мне и окидывает взглядом.
- Выглядишь отдохнувшей. С няней стало проще?
- Да, спасибо, - отвечаю настороженно.
- Что там у вас сейчас по графику?
- Скоро сон.
- Отлично, поспит в машине. Мы едем в клинику делать новый ДНК тест.
- Что?
- В каком месте я непонятно выразился?
Данил перемещается к креслу, в котором я сижу. Обходит его, заходя со спины, и его ладони опускаются на мои плечи.
- Что тебя смущает, Юля? - произносит он, наклонившись к моему уху и обжигая дыханием. - Ты заявила, что ты мне не изменяла, а тебя подставили. Значит...
Он выпрямляется и начинает разминать мои плечи, поглаживая кожу шеи большими пальцами. - Значит, вполне естественно, что я захочу сделать новый тест. Что в этом удивительного?
- Ничего, просто…Тебе удалось что-то выяснить?
- Пока нет, но мои люди над этим работают. Думаю, ты мне все же наврала. Но…тем не менее, я хочу сделать новый тест. Собирайтесь. Двадцати минут вам хватит?
Он оставляет мои плечи в покое, снова обходит кресло и встает теперь напротив. Скрещивает руки на груди.
- Другая клиника. По пути погуглю, и, для чистоты эксперимента, выберу первую попавшуюся. А также вариант, когда результат будет готов сразу же в течение часа. Что скажешь?
И внимательно, цепко наблюдает за моим лицом.
- Ладно, - пожимаю я плечами. – Если тебе так хочется.
- Мне так хочется.
Из кабинета Дани я выхожу в смешанных чувствах.
С одной стороны, я просто мечтаю, чтобы моя невиновность была, наконец, доказана. С другой…с другой мне снова страшно, потому что…первый же тест, он дал сбой, как бы со вторым не произошла та же ситуация. Как это разозлит Даню, мне страшно даже представить.
И все же я предпочитаю надеяться на лучшее. Как никак, правда на моей стороне. Я ни разу не позволяла себе напиваться до беспамятства, чтобы потом проснуться в чьей-нибудь чужой постели. И из парней...подкатывал воз и тележка, но...не торкало. Желание, да такое сильное, что ни о чем другом я думать не могла, во мне всегда вызывал лишь только Данил.