53 глава
- Нет, это совершенно и категорически исключено. Не хотела никогда, и уж точно не захочу теперь.
- Ладно, ну а что насчет крутых свадебных фото?
- Если хочешь, мы можем сфоткаться итак. Иди сюда.
Юля поворачивается ко мне, жмется тесно, закидывает на шею руку. Пальцами другой цепляет телефон, включает камеру и наводит ее на нас.
- Сееелфиии, - восклицает наигранно радостно, и снимает, после чего отлипает и снова возвращается к малышу.
- Твой папа пристает со всякими глупостями, - ворчливо жалуется сыну, а у меня в душе растет волна негодования.
Кое-как я с этим справляюсь, но едва мы выдвигаем из отеля, как я снова давлю, и перехожу в активное наступление.
- Гостей на свадьбу ты бы сколько позвала? Ну так, навскидку?
- Боже, никого. К чему этот пафос, Даня? По мне, так совершенно ни к чему. И если ты решил испортить нам прогулку, снова заговорив об этом…
- Ладно-ладно, отбой, - хмыкаю я, в очередной раз включая задний ход.
Хотя по факту отступать, конечно, не намерен.
Там, в больнице…
Юля сидела со мной, пока я висел на волоске, поддерживала, и терпела все мои капризы. Ее ни на секунду не смутил мой предполагаемый диагноз, а это дорогого стоит.
Кто, если не она? Та, для кого готов на все, что ни попросит.
Вот только парадокс, она не просит ничего.
Но все равно я ее дожму. Так или иначе она станет полностью моей.
Две недели пролетают, пиздец, как незаметно, и вот уже мы с семьей возвращаемся домой.
Новое слово в моем лексиконе, но почему-то именно оно по нескольку раз на дню всплывает и пульсирует в мозгу.
Семья. Мы с Занозой Юлей и наш малыш, к которому за эти дни я прикипел и привязался намертво.
Только вот не дожал. И что теперь?
Из-за упрямства стервочки, мы типа как обычные любовники? Мы типа, че, как сожители с незаконнорожденным ребенком?
В отеле и на пляже все мужики чуть не головы на нее сворачивали, а один так вообще пялился не переставая и нагло пускал слюни.
Юля думала, я не замечаю, но мы просто гуляли с сыном, и я не ввязывался исключительно из-за него.
Зато потом, когда Юля кормила Игорька, спустился вниз, нашел того козла и популярно объяснил, что может с ним произойти, если и дальше станет заглядываться на чужих женщин.
На первый раз этот хрен отделался более или менее легко, да и мне пачкаться особо не хотелось. И все же злило, блядь, конечно злило, что просто так у нас с Занозой, никаких официальных прав.
Однако же Юля…все еще талдычит про какой-то неосознанный панический страх. Несет, по факту, откровенный бред и повторяет его, словно попугай.
Ей, блядь, как будто нравится формулировка, а еще дразнить меня и издеваться.
В общем, держусь я, по моим меркам, долго, но и моему терпению наступает максимально критический предел.
Юля сама виновата.
Черт, да на фактически не оставляет просто выбора.
- Ну, что? - спрашиваю я у Юли, едва переступаю порог дома, и попадаю в гостиную. – Ты уже звонила в деканат?
- Да, договорилась на завтра. Привезу им все документы, а со следующей недели уже можно приступать к учебе. Я все подготовила. Единственное…я почему-то не смогла отыскать свой паспорт. Точно помню, что он лежал вместе с загран, который кинула на полку сразу после нашего прилета. Но…Черт, обыскалась просто, но найти так и не смогла.
Конечно, не смогла, потому что он лежит во внутреннем кармане моего пиджака.
Достаю.
- Что? Почему он у тебя? – хмурится Заноза, а мне вдруг отчего-то становится крайне не по себе.
Когда брал, а потом делал то, что делал, я совсем не переживал. Но вот сейчас….
Но делать нечего, тем более, что я совершенно ни о чем не жалею.
Вздыхаю, и протягиваю Занозе документ.
Юля, хватает, и хочет положить обратно на полку, но в последний момент передумывает.
Открывает, пролистывает, и…замирает, впиваясь глазами в выведенные перед ее носом строчки.
- Что…Что это такое…Даня, - лепечет она, прочитав.
Медленно поднимает на меня полный недоумения взгляд.
- Все, как ты хотела, - говорю я. – Никакой предсвадебной шумихи, белого платья, толпы гостей и всего остального, чего ты так "панически" боишься.
Заноза хмурится, с каждым произнесенным мной словом все сильнее и сильней.
- Данил, ты…ты…Ты не имел права. Просто не имел права, ты…
Обрывает себя. Видимо от переизбытка эмоций, временно не способна говорить.
Потрясает в воздухе паспортом, в котором стоит свежий штамп о нашем браке, а потом отбрасывает его подальше, точно он заразный, чуть ли не чумной.
- Ты…с ума сошел, Даня…, - лепечет Юля, прихватывая ладонями пылающие щеки. - Это...это слишком, даже для тебя!
- Нет, просто подстроился под твои запросы, - отвечаю я, все еще надеясь, что Заноза не станет сильно дуться.
Ведь все исполнил, практически, как заказывала. Вот только навряд ли удостоюсь благодарного взгляда и признания своей сообразительности.
Я наступаю, Юля синхронно делает несколько шагов назад.
- Я не хотела…
- Это было неизбежно, Юля.
- Неизбежно?
Я киваю, и снова приближаюсь. Заноза отшатывается и кидается к двери.
- Юлия Милохина? О боже. Даня, скажи мне, что этот документ обычная подделка. Может, розыгрыш...
Я отрицательно мотаю головой.
- Ты…Нет, ты ужасный человек, ты…
- Все по твоим желаниям. В чем я отступил?
- Ненавижу!
- Еще скажи, что больше не хочешь меня видеть.
- Именно. Я не хочу. Я…Да я…Ррр...
И ее пальчики непроизвольно сжимаются в кулаки. Для полной картины не хватает только, чтобы принцесса топнула ножкой.
Снова приближаюсь, но Заноза и на этот раз начеку. Ловкая непокорная девочка.
- Ненавижу! И не прощу тебе, Данил! О чем ты вообще думал, когда провертывал эту аферу! – возмущенно выкрикивает мне в лицо, и снова кривит губы.
Я же...Хочу только одного - поймать ее в объятия.
Шагаю, но она действует на адреналине и увертывается. Пользуясь тем, что я не сильно напираю, подбегает к двери, и заносит над порогом ногу.
- Я так зла на тебя, Даня. Даже не думай сейчас меня преследовать! - выкрикивает она.
И с этими словами громко захлопывает дверь прямо перед моим носом...
Я запускаю пальцы в волосы, бездумно морщусь, тру лицо. Покачиваюсь с пятки на носок, дышу. Считаю, блядь, чтоб успокоиться, до гребаной тысячи.
Нихера ничего не помогает, и я решаю спуститься в тренажерный зал, чтобы хотя бы немного сбросить напряжение.
Юлия
Прекрасно знаю, что Даня из себя представляет. Вот только все равно не думала, что он решится провернуть такое…Такое, что просто язык не поворачивается.
Это приравнивается к подделке документов, но ему, как всегда, на это наплевать. И конечно, за это ему ничего не будет. А если бы кто-то все же захотел докопаться, уверена, не получилось бы, потому что сработано чисто. Но главное, он даже не раскаивается, а наоборот, считает, что учел все мои пожелания.
Я вылетаю на террасу, и ухватываюсь за деревянные поручни для равновесия. Дышу и прихожу в себя.
Юлия Милохина.
Жена. Настоящая официальная жена. После стольких месяцев отчаяния, боли и безысходности. После всех разногласий, что возникали между нами с тех пор, как все-таки сошлись.
Неважно, каким образом, и глубоко плевать, что не горела желанием, теперь это свершившийся факт. Я его жена. Та, которая носит теперь его фамилию и состоит в официальном браке с ним.
Мне страшно, тупо страшно осознать реальный масштаб подобного, но вместе с тем где-то глубоко внутри во мне разрастается бурлящая огненная лава.
Мы вместе, и у нас теперь настоящая семья. С какой стороны не посмотреть, не подкопаешься. У Игорька любящий его отец, а у меня своевольный, наглый, доминирующий, хоть и жутко сексуальный и страстный муж.
Это ли не то, о чем я в глубине души так долго и болезненно мечтала? Хотела, но запрятывала это желание так глубоко, что сама себе противоречила?
Я не лукавила, когда уверяла, что процесс церемонии и штамп в паспорте мало что значат для меня. Главное – это то, что мы вместе в данном моменте. А загадывать, как будет наперед, я, наученная опытом, категорически не люблю.
Штамп не панацея. А каждый день с ним по-прежнему - хождение по тонкому канату.
Меня поддерживало осознание, что я в любой момент могу соскочить и вернуться в свою жизнь. Пусть самую обычную, зато полностью самостоятельную.
Мне нравилось, что он хочет большего. Нравилось дразнить, а в самый последний момент ускользать.
Теперь, когда все настолько…железобетонно, я не совсем понимаю, как мне удерживать его, и подогревать его интерес к себе.
Именно это останавливало.
Именно по этим причинам меня устраивало все, как оно шло.
Меня то да, а вот Даню нет. Он не захотел мириться с таким положением вещей.
Не стал откладывать в долгий ящик, и решил вопрос со свойственной ему решительностью.
Что ж…
По крайней мере, теперь вся ответственность за это решение лежит на нем. Хочет, пусть получает. Официально. Но это не значит, что я стану для него безвольной покладистой куклой.
Если хочет, пожалуйста. Но я не дам ему собой руководить.
Подумав так, я отталкиваюсь от поручня, и возвращаюсь в дом. Иду искать Даню.
Наверху в кабинете, в спальне, и у сына в детской его нет. Подумав еще немного, я направляюсь в сторону спортзала. А подходя, по звукам, доносящимся оттуда, понимаю, что мой новоиспеченный муж с ажиотажем избивает грушу.
- Даня, ты с ума сошел, - восклицаю я, и поскорее вбегаю в помещение.
- Даня! Тебе же еще нельзя! Слишком мало времени прошло!
Он не реагирует, лишь сильнее размахивается, еще яростнее лупит кулаком по груше. Пот стекает по его обнаженным плечам, из чего я заключаю, что он занимается этим с момента, как я сбежала от него на улицу.
- Я тебе не позволю, - говорю я, и уверенно надвигаюсь на него. – Тебе нельзя еще, ты понимаешь?
- А ты меня останови.
И прямо перед моим носом, словно делает назло, он наносит новый яростный удар. А в следующий момент я уже протискиваюсь между ним и грушей.
- Даня, прекращай давай, - ору я.
- Отвали, - рычит и злится он, но занесенный кулак опускает.
Я скрещиваю руки на груди, и повыше задираю подбородок.
Он тяжело дышит, и просто испепеляет меня взглядом.
- Успокойся, - цежу я, - и подумай о своем здоровье.
- Тебе-то что? Даже наоборот, вдруг повезет, и ты останешься вдовой? Тогда, может, оценишь всю выгоду моего решения.
- Не мели ерунды. Ты прекрасно знаешь, что мне не нужны твои деньги, Даня, как не были нужны никогда. Все, что меня интересовало и интересует, это ты.
- Да? Тогда почему все время отталкиваешь?
- Я не отталкиваю.
- Этим и занимаешься.
- Нет.
- Да, блядь, да, Заноза Юля. Люблю, только замуж за тебя я не пойду. А если вдруг и окажусь, то сразу пошлю всех, и в первую очередь тебя, далеко и надолго нахер. Грош цена твоим словам, Юля, грош им всем цена.
С каждым словом градус его злости повышается, и мне кажется, что хочет снова приняться за грушу. Бесцеремонно отпихивает меня. Но я напираю, и не даю ему себя отодвинуть.
- Ладно, если так хочешь, я побуду немного твоей женой.
- Премного благодарен.
Его губы изгибаются в злой саркастической усмешке.
- А что ты хотел, Даня? Чтобы я с благодарностью кинулась тебе на шею?
- А почему бы и нет? Раз любишь так, как говоришь.
- Ты провернул все втихаря, ты все решил за меня!
Я не сдерживаюсь и повышаю голос.
- Решил, блядь, потому что ты сама решить никак не можешь.
Теперь мы оба на взводе, градус напряжения в зале взлетает запредельно.
- Да я боялась просто!
Идиот.
- Боялась? Чего? Если снова начнешь задвигать про травму...
- Того, что ты очень быстро наиграешься, а для меня это все слишком серьезно. Того, что все повторится, и мы с сыном снова останемся у разбитого корыта! И дело не в деньгах, я о сердце говорю, Даня.
Слова вылетают против моей воли. Они вырываются словно из глубин души.
Данил замирает. Хмурится, поймал и переваривает.
- Наиграюсь?
Немного сбавляет тон, кажется даже озадаченным.
- Да, ты же такой. Все что недоступно, тебя манит. Все, что тебе принадлежит, быстро вызывает скуку. Я же не перенесу во второй раз...
Он медлит несколько секунд, хмурится, трет ладонью лоб.
- Так ты поэтому мне отказывала? – спрашивает уже полностью нормальным тоном.
Я прямо вижу, как напряжение покидает его тело, а мышцы понемногу расслабляются.
- Конечно поэтому, почему же еще, - произношу ворчливо, не в силах больше скрываться за личиной спокойствия. Обнажаю перед ним душу.
Отворачиваюсь от него.
- Значит, поэтому. Значит, все же нет никакой детской травмы?
Отрицательно мотаю головой.
Данил хватает за плечо, и разворачивает к себе.
- Что, и насчет свадьбы ты врала? – не спрашивает, но требует он. - Ну, что не хочешь платье и гостей?
- Нет, насчет этого нет. Действительно не хочу и не хотела никогда. Твое…, - вздыхаю, и сглатываю. - На самом деле, твое решение кажется мне идеальным.
Мне тяжело в этом признаваться, но понимаю ведь, что это действительно так.
- Если бы не ты, я бы…не решилась никогда.
Мне всегда нравилось, что Данил немного доминирует надо мной. С самой первой встречи.
Для других я всегда была сильной и слегка колючей стервой. Но с ним...с ним я словно превращалась немного в маленькую девочку. Капризную, но доставляющую своими капризами удовольствие. С ним мне всегда кайфово расслабляться. Знаю, что проконтролирует и поддержит у грани.
Он стал моим первым мужчиной, показал мне, какими страстными и огненными могут быть отношения, каким сногсшибательным и желанным секс. И я позволяла ему все. Без каких бы то ни было преград. И мне нравилось, так нравилось…
Хоть потом он и превратился в наглого бесячего засранца. Но даже тогда я текла от него, хотела и кончала. Жаждала не только физически, нравилось просто находиться рядом. Сердечный ритм ускорялся лишь от одного присутствия, лишь от одного упоминания о нем.
Ну а сейчас…Когда он не скрывая говорит о своей любви ко мне, а главное, доказывает действиями…
Он ведь любит действия намного больше слов.
Когда он так трогательно заботится о сыне…
- Я не собираюсь бросать тебя, Юля. Не после того, что мы вместе пережили. Не после того, что я, блядь, передумать успел в своей башке. Если бы ты знала только. Я люблю и буду любить тебя всегда. Не мыслю жизни без тебя и сына.
Он говорит, а я любуюсь его развитой литой мускулатурой, его прессом, и его…лицом. Твердой линией подбородка, покрытого легкой щетиной, дерзко изогнутыми губами, красивыми скулами. И…конечно…Конечно же его глазами.
В глазах всегда скрывается все самое важное, сейчас в них отражается то самое, о чем он говорит мне на словах.
Я шагаю к нему, и обвиваю руками за шею. Как он и хотел.
- Я вспотел, Юля, аккуратней.
- Не важно.
Прижимаюсь сильнее, зарываюсь пальцами в волосы. Чувствую, как от моих касаний по его сильному тренированному телу проходятся волны дрожи.
Мое сейчас же отзывается на это сладкой истомой между ног.
Мой. Теперь он полностью мой. Даже не верится. Такой красивый, наглый, независимый, и полностью мой. Хочет меня также сильно, если не сильнее, чем я его. И не только физически. Хочет, чтобы вместе.
- Я тоже люблю тебя, Данил. Так сильно.
Если бы ты только знал.
- Вот такого засранца, но ничего не могу поделать. Мы с сыном очень нуждаемся в тебе.
- Иди ко мне…Черт, стой, мне надо в душ…
Но я отрицательно мотаю головой, и лишь сильнее вцепляюсь в его плечи.