Том 2: Цена братства.

Через некоторое время, они подъехали к дому Поповых, мужчина припарковался и затянув рычаг, чтобы машина не дай Бог, не сдвинулась с места, он взглянул на своего сына с женой, а после вышел из машины, ребёнок с девушкой поспешили за мужчиной, Антон заблокировал двери машины и пошёл в сторону дома, Ирина подбежала и взяла мужа под руку, Шастун старший не был против, поэтому лишь взглянул на жену и пошёл дальше, мальчик шёл рядом, думая, что же он опять сделал не так?

–Папа, вы приехали!

К ним на встречу выбежал мальчишка, его рот был испачкан шоколадом, подбежав к своему любимому отцу, он запрыгнул на него и крепко обнял, так и нависнув на его шее, Антон тут же подхватил его одной рукой, прижимая к себе.

–Привет, привет, ты слушался своих бабушку с дедушкой?

Спросил отец, нежно коснувшись губами его маленького лба, оставляя лёгкий поцелуй на её детской коже, на что мальчик лишь широко улыбнулся и поцеловал отца в щёчку, по прежнему обнимая его.

–Угум, дедушка дал мне шоколадку!

Радостно произнёс мальчишка, облизываясь, пятна шоколада теперь были и на одежде Шастуна, так как из-за его тесных объятий, мальчишка дотронулся до одежды губами, оставляя шоколадный след на его рубашке.

–Ваау, только не размазывай её по мне, пожалуйста.

Антон хмыкнул, он взлохматил сыну его густую шевелюру и аккуратно отпустил на пол, мальчик радостно побежал в сторону своей матери, теперь была её очередь получать любовь, на что девушка была с удовольствием согласна.

–Сын мой, чего стоите? Проходите, чай выпьем.

К ним вышел Арсений, на лице сияла нежная, приветливая улыбка, он подошёл к сыну и приобнял его одной рукой, взлохматив его волосы, Ирина ухмыльнулась, наблюдая за ними.

–Уф, пап, это было необязательно.

Антон обнял отца в ответ и отстранившись через время, он поправил свои волосы, убирая их со своего безупречного лица, с улыбкой смотря на своего отца, в такие моменты он вспоминал свою молодость.

–Па, мне нужно поговорить с сыном, вы идите, мы позже подойдём.

Антон всё еще помнил про это злосчастное сообщение, он хотел поговорить об этом с сыном, но наедине, без лишних глаз и ушей, чтобы никто им не мешал, особенно Антону, лезут же со своим состраданием, какая польза от воспитания, если один будет отчитывать, а другой будет лелеять?

–Что-то серьёзное?

Сразу же напрягся мужчина, посмотрев с волнением на своего сына, а после на своего дорогого племянника, который низко опустил свою голову, обречённо выдохнув.

–Я сам разберусь, идите, главное не мешайте. Ладно? Вперёд, Олег.

Антон увернулся от ответа, он не хотел рассказывать Арсению о том, что его дорогой племянник, в котором онидуши не чает, – начал связывать свою жизнь с лезвием, такое слышать было умопомрачительно, не то, что видеть порезы на детском теле мальчика.

–Хорошо, пап...

Мальчик послушно направился вперёд, всё еще низко опустив свою голову, морально готовясь к очередному спросу от отца, только бы понять, что опять его не устроило...

****

–Что такое, пап?

Спросил неуверенно, полушёпотом мальчик, когда они наконец прибыли в комнату, отец зашёл за сыном и прикрыл входную дверь, переводя на сына холодный взгляд зелёных глаз, который проникал в самую душу, от такого взгляда мальчишка лишь немного сжался, словно запуганный котёнок, боясь поднять свои глаза и встретиться с острым взглядом своего родителя.

–Раздевайся.

Коротко отозвался отец, не отводя своего ледяного взора ни на секунду, грозно скрестив руки на своей груди, терпеливо дожидаясь, пока сын выполнит его прямое указание.

–Что?

Переспросил мальчик, оцепенев на секунду, не веря в то, что он услышал, неужели отец решил избить его? Такого раньше не было, да, Антон мог выдать предупреждающие несколько шлепков, когда они с Ромой пересекали границу дозволенного, но на большее Антон был не способен, нет, он мог хорошо выдрать обоих, но рука не поднималась, сердце болело, излишняя любовь не позволяла, да и сам он был против такого рода воспитания, какими бы шкодами они не были, уж телесного наказания они точно не заслуживают.

–Я знаю о твоем пристрастии к лезвиям, Олег, я видел лезвия в ванной, на раковине была кровь. Я еще раз повторяю, раздевайся.

Антон не стал выдавать Пашку, на самом деле никаких лезвий и крови на раковине не было, но смотря по заметавшему взгляду юноши, он на это с лёгкостью повёлся, мысленно ударив себя за свою забывчивость.

–Пап, я не делал такого, поверь мне...

Предпринял первую попытку улизнуть младший, показывать порезы на теле рассержанному отцу было страшнее, чем прыгнуть с двадцатиэтажного дома, страшнее, чем прыгнуть с самого высокого моста, сердце ушло в самые пятки...

–Олег.

Предупреждающе прошипел отец, нахмурившись, одарив сына угрожающим взглядом, всё еще дожидаясь, пока он всё же без пререканий выполнит его указание, в глазах блестнул опасный огонёк.

–Папа, но я правда не делал...

Продолжил мальчик, хотя понимал, что лгать в таком положении лучше не стоит, но и рассказать причину своей слабости, показать своё изувеченное тело не хватило духу.

–Олег, я предупреждаю три раза, это моё второе предупреждение, если ты не услышишь меня в третий раз, я не поленюсь подойти и сам снять с тебя эту одежду.

Антон был полгруппы серьёзен, ему не составит особо труда сдёрнуть с него одежду, если понадобится, секундное дело, но к этому прибегать не хотелось, мужчина терпеливо ждал, пока мальчик сам выполнит его указание, но так же старший осознавал, что его терпения надолго не хватит, его раздражало то, что сын обманывает его, смотря в лицо таким невинным взглядом, если бы отец не знал правду, возможно, он и повёлся бы.

–Прям всё снять?...

Чуть тише переспросил мальчик, посмотрев на своего отца, ему было стыдно, да, отец видел его без одежды, сам купал его в ванной, но всё же...

–А что я, собственно, там не видел? Снимай.

Антон закатил глаза, он явно был не тем, перед кем ему стоит стесняться, словно новоиспечённая девушка, Антон сам часто купал его в ванной, Олег часто бегал перед ним голышом, не желая надевать одежду, когда отец хотел его переодеть, после принятия тёплого душа, если он и стесняется свою мать, отца стесняться нет смысла, и самое главное, у них было всё одинаковое, только у Олега было поменьше.

Олег больше и слова не сказал, он начал аккуратно стягивать свою одежду, низко опустив свою голову, лицо горело пламенем, мальчику было очень стыдно, он был красным, словно спелый помидор, но всё же, ослушаться отца в третий раз он не посмел. Сняв с себя футболку дрожащими руками, мальчик взглянул на отца, который с неким шоком осматривал его тело, по большей степени пострадали руки, сглотнув, парнишка приступил к штанам, развязав резинку, он схватился и тут же стянул с себя всё, в плоть до нижнего белья, заливаясь краской.

–Ууу, красочно...

Озвучил Антон свои мысли вслух, осматривая ноги, которые тоже были изрисованы в длинные, тонкие полосы, живот слава Богу, был чист, что не могло не обрадовать старшего.

–Прости, папа...

Прошептал мальчик, виновато опустив голову, ему больше нечего было сказать, ему страшен гнев взрослого, сердце колотилось в груди, тело обдувал легкий ветерок, Олег был рад, что с той стороны не было ничего видно, было специальное стекло было поставлено и шторы были занавешены.

–Подойди.

Последовало следующее указание, мальчик лишь кивнул и неспеша подошёл своими босыми ножками к отцу, посмотрев ему прямо в глаза, Антон одобрительно кивнул, будучи доволен тем, что сын его послушался.

–Ай!

Взвизгнул мальчик, когда по ягодицам прилетели ощутимые два шлепка, Олег подпрыгнул и закрылся руками, было не особо больно, но ощутимо, вполне, отец не бил даже в пол своей силы, мальчик был в этом уверен, иначе было бы больнее.

–Это тебе за то, что солгал мне, смотря в глаза. А теперь, скажи, зачем? Зачем ты это сделал?

Антон посмотрел на своего сына, который активно потирал мягкое местечко, но ничего сказать против не смел, отец ждал честного ответа.

–Ну... Для красоты? Да, именно, просто так, для красоты.. Ай!

Промямлил мальчик, но за своб ложь тут же поплатился, по ягодицам прилетел ещё один шлепок, вот он был уже довольно неприятным, но не сказать, что было очень больно, просто, неприятно, мальчик ойкнул, закрываясь своей маленькой рукой.

–А теперь, слушай меня, Олег, я буду давать тебе по заднице, если вздумаешь лгать мне снова, поверь, сил у меня хватит. Ну так что, зачем?

Антон с угрозой посмотрел на сына, он не шутил, за каждую ложь он был готов отпечатывать свою ладонь на его ягодицах, если это поможет ему услышать правду из уст младшего.

–Но... Но я же не ребёнок, папа, мне двенадцать, я могу делать, что хочу!

Возмутился мальчик, но тут же, мгновенно пожалел, так как на ягодицы обрушились еще два ощутимых шлепка, эти уже были больнее, они обжигали, мальчик пискнул и посмотрел на отца жалобным взглядом.

–Олег, вот именно, что тебе двенадцать, ты все ещё ребёнок, очень хочешь стать старше? Хорошо, ты поедешь со мной на работу и на собственном опыте познаешь, какого это, быть взрослым. А теперь, я повторяю еще раз, зачем ты резался? Что или кто сподвиг тебя на это?

Не отступает Антон, всё еще ожидая того, что он будет честен с ним, кожа на детских ягодицах слегка покраснела, но было не критично, границу мужчина не переступал, всё же, тираном в его глазах выглядеть не хотелось.

–Ладно, ладно! Я сделал это из-за Вероники, она сделала мне больно, а еще, ты много времени проводишь с Ромкой и чтобы не чувствовать душевной боли, я заменил её на физическую....

Олег всё рассказал, даже если через «Не хочу», мальчик посмотрел отцу в глаза, в уголках детских, крошечных глаз начали накапливаться слёзы, а губа потихоньку начинала дрожать.

–А поговорить? Ты же знаешь, что я всегда тебя выслушаю, всегда помогу, никогда не откажу тебе, ты можешь сказать мне обо всех своих переживаниях, я же твой отец...

Антон почувствовал, как у него у самого наворачиваются слёзы, он отвёл взгляд, он никогда не был готов к тому, что его ребёнок возьмётся за такое, он был зол на сына, но больше он был зол на себя, разочарован в себе, как в отце, если бы сын доверился ему, если бы не молчал, хотя, в его молчании есть его вина, возможно, он и вправду не даёт ему достаточно внимания.

–Одевайся.

Не дождавшись ответа, мужчина направился к кровати, пытаясь контролировать свои эмоции, Олег ничего не ответил, подошёл к своим штанам с нижним бельём и начал одеваться, а после надел и верхнюю одежду, иногда поглядывая на отца.

****

–Пап?...

Олег подошёл к своему отцу и присел рядом, зазвенели пружины кровати, но на это мальчик не обратил совершенно никакого внимания, но то, что его шокировало, так это всхлипы, Антон плакал! Это было чем-то новым для Олега, ведь мальчик не часто видел отца в таком состоянии...

–Всё нормально, иди к остальным, я скоро приду.

Отец поматал рукой, давая понять, что сын свободен, Олег вздохнул, всё же, видеть отца таким было нелегко, да, он иногда бывает строгим, иногда Олег обижается на него за это, но всё так же любит его, ведь он его отец, который посвятил ему всю свою жизнь, чтобы его воспитать, и ещё, продолжает ему посвящать свою жизнь, отдавая ему всего себя.

–Нет, я не уйду.

Олег тут же обнял своего отца, обвив руками его тонкую шею, перед этим сев на его широкие колени, лицом к нему, уткнувшись лицом в его плечо, Антон немного заторможенно среагировал, так как не ожидал того, что сын его обнимет и как-то будет его утешать, после того, как Антон дал ему по пятой точке, хоть и за дело.

–Олег, ты чего?

Удивлённо спросил отец, посмотрев на своего сына, мужчина ожидал того, что ребёнок будет долгое время в обиде, что не захочет с ним разговаривать, а вместо этого мальчик сейчас его утешает.

–Я люблю тебя, папа, я не хочу, чтобы ты плакал.

Сказав это, Олег нежно улыбнулся, смотря отцу в глаза, да, в моменты, когда отец мог хлеснуть его по пятой точке, мальчик конечно чувствовал колющую злобу на мужчину, но позже, он всё равно продолжал любить его, после того, как пелена обиды и гнева пройдёт.

–Олеж...

Антон вздохнул, на лице расцвела нежная улыбка, отец приблизился и поцеловал сына в лоб, оставляя лёгкий поцелуй на его молочной коже, чувствуя запах шампуня, мужчина почувствовал, как к горлу подступает ком, но в этот раз хотелось плакать от счастья, что у него есть такой замечательный сын, хоть и иногда любит поплясать на его нервах. С кем не бывает?

–И я тебя люблю, малыш, я всегда буду тебя любить, и тебя, и твоего брата, слышишь? Прости, если я заставил тебя усомниться в своей любви к тебе, ты мой ребёнок и я очень ценю тебя. Если у тебя проблемы, если у тебя есть какие-то переживания, ты можешь в любой момент сказать мне об этом, я всегда тебе помогу, всегда выслушаю тебя, но прошу тебя, больше не нужно портить себя лезвиями и искать помощь в сигаретах, обещаешь?

Голос отца звучал гораздо мягче, в глазах виднелась теплота, мягкость, в них больше не было удушающего холода, была любовь, спокойствие, умиротворение...

–Обещаю, папа, спасибо за то, что ты являешься моим папой.

Олег кивнул и тут же обнял отца, повиснув на его шее, мужчина улыбнулся и обнял своё маленькое сокровище, слушая тихое, спокойное дыхание ребёнка, на лице появилась непроизвольная улыбка, сердце нагрелось, Антон понимал, его сын его не ненавидит.

–Ты мой маленький, это тебе спасибо, что ты являешься моим сыном.