Анакин [3]

Некоторым часто кажется, что им чего-то не хватает. Кто-то подсознательно что-то ищет, кто-то просто хочет исчезнуть навсегда, не сумев за всю жизнь даже определить, что именно ему нужно. А некоторые, абсолютно уверенные в том, чего именно им не хватает, ничего не ищут и просто полагаются на удачу. Так в один день я понял, что это не мне повезло найти, но он постарался сделать всё, чтобы мне больше не нужно было ничего искать.

===

Как люди могут быть такими беззаботными?

Я наблюдал за двумя пареньками, которым было так весело, что они не обращали внимания на окружающих. И пусть вопрос и прозвучал, правда у меня в голове, но в целом он был риторическим, я не хотел получить на него ответ. Эти двое не были красавцами, да если бы и были, меня не интересовали парни. И если честно, прямо сейчас больше всего меня занимали собственные веки, которые всё сильнее слипались.

- Посмотри на этого мужика, - я почти пропустил мимо ушей эту довольно громкую, к слову, фразу, но продолжение заставило меня снова распахнуть глаза. - Он так на нас пялился. Педофил, что ли?

Эти два паскудника теперь раздражали меня ещё больше, прервав своё громкое веселье и затеяв не менее громкое обсуждение моей персоны.

- Да ну, не думаю. Он вроде врач, нет? По виду похож.

- Разве врачи носят такие бороды? Да и весь он какой-то потасканный, бомж, наверное.

Я последние силы потратил на то, чтобы вернуть свои брови на место. Мне нужен мой кофе, и тогда я просто уйду, не хватало ещё, чтобы все пялились.

- Придурок, вдруг он тебя услышит?

Вдруг?

- Да ну, не, вряд ли.

Я не до такой степени мёртвый, алло.

- Ну другие услышат. Давай уйдём, пока от старших проблем не отхватили.

А, так они первокурсники. И что, теперь факультеты вообще не смотрят, кого на конкурсы отправляют? С такими-то лицами. Надеюсь, мой факультет не выставил каких-нибудь страшных детей. Я могу судить, если уж на то пошло, я в своё время стал второй Луной университета, и это говорит о том, что я вполне ничего себе.

Ну, был.

Я оценил своё отражение в зеркальной витрине и вздохнул. На голове гнездо, борода торчит во все стороны, потому что я слишком ленюсь бриться. Плюс огромные, как у панды, круги под глазами. Кубики на животе, которыми я так гордился, исчезли, как и мускулы на руках. Да, Луной я был куда красивее, помнится, даже рубашку на сцене сорвал, и все восхищённо визжали. А теперь я больше похож на кусок желе - ткни пальцем, и везде мягонько. Это потому, что у меня нет ни сил, ни желания заниматься спортом. Стыдоба.

- Доктор Джедай, ваш кофе.

- Спасибо.

И когда мне заниматься, если я живу в больнице? Нет, меня никто не заставляет, это мой осознанный выбор, к тому же мне некогда уставать, но с этим мне помогает кофе.

Теперь меня называют доктором Джедаем. До сих пор помню, как умирал от счастья, получив свой собственный кабинет. И с головой нырнул в больничную жизнь, напрочь забыв про всё остальное: никаких больше путешествий, спорта, ничего. Вся моя жизнь сосредоточилась в стенах этого кабинета.

А теперь вот. «Доктор Джедай», бэйдж больше не радует. Сколько я так работаю? Три, четыре года? И у меня в жизни больше вообще ничего не осталось. Даже горящего взгляда и неутомимой жажды спасать всех. Нет, мне нравилось помогать людям, но теперь мне приходилось давить из себя улыбку, чтобы они меня не боялись. И греть себя мыслью, что у меня есть хорошая работа, родители могут мной гордиться. Ну и я могу им помогать, а больше мне ничего и не нужно.

Только всё равно время от времени накатывает такое чувство, что чего-то не хватает. Не могу понять, чего, даже не улавливаю, почему это так важно, но потом оно проходит, и я возвращаюсь к тому, что есть: длинному списку пациентов в расписании и неумолимому желанию хоть ненадолго прикрыть глаза.

Вернуться бы обратно в университет. Ой нет, лучше в школу. Тогда всё было куда проще и беззаботней. Кстати, эти два новичка были вроде в форме медицинского? Посмотрю я на них после выпуска.

===

- До завтра, доктор.

А можно нет?

- До завтра.

Я улыбнулся, хотя не был уверен, что медсестра заметила эту улыбку. А потом схватил портфель и поспешил покинуть кабинет. Цели у меня было две: как можно скорее оказаться в собственной кровати, и чтобы никто не перехватил меня по пути к ней. И я почти близок, мне осталась всего одна дверь, за ней моя машина, и в ней-то уж точно нет никаких больных. Я сильнее надвинул кепку на глаза, сжал сумку и шёл к этой двери на максимально возможной в данной ситуации скорости, ну, знаете, чтобы и быстрее, и подозрений не вызвать. Ещё немного, и я на свободе.

- Доктор Джедай!

Я же мог не услышать, да?

- Доктор! Доктор!

Не мог. Я тяжело вздохнул и повернулся на голос. Ко мне спешил наш медбрат, и вот он-то сиял улыбкой, тогда как моя погасла с его первым «Доктор». Если я не ошибаюсь, его зовут Тон, мы болтаем иногда, и обычно ничем хорошим это не заканчивается.

- Что такое?

- Ваш отец просил передать, что придёт домой к ужину. Вроде всё. Ну, я пойду, - он поклонился и быстро убежал, оставив меня.

Это что, предупреждение?

Отец никогда не водил со мной задушевных разговоров, не приглашал в свой кабинет, ничего такого. Только в первый день, когда я пришёл сюда, он рассказал мне о работе, но на этом всё. Мы иногда ужинали вместе, но с каждым разом это было всё более странно, поэтому сейчас, когда он попросил Тона сообщить мне о том, что приедет на ужин, я занервничал.

Здесь что-то не то.

Но я в любом случае узнаю об этом позднее.

Даже чёрный мерседес, который я купил на свои собственные деньги, больше не радовал. Всё, чего я хотел - лечь в свою кровать, закрыть глаза и никогда больше их не открывать. Может, тогда они хоть болеть перестанут.

Интересно, когда моя жизнь стала вот такой? Одна и та же дорога, которой я езжу два раза в день. Один и тот же магазин. Одна и та же кофейня. Это был мой собственный осознанный выбор? Выходит, что да.

Как обычно, я попал в пробку, и впереди ещё целых 120 секунд красного сигнала. Можно в который раз осмотреть приевшийся пейзаж: всё тот же светофор, переход, дома и деревья вокруг. Как вчера, позавчера, два дня назад, неделю, и, в общем, ничего не меняется. Совсем ничего. Ну, может, люди другие, но я не запоминаю их лица, поэтому не могу сказать точно.

Когда там зелёный?

69. 68. 67...

Я снова отвёл глаза от светофора и в этот момент увидел зонт. Чёрный зонт на фоне яркого неба, я даже присмотрелся, но вокруг ни облачка. Может, владелец боится солнца, не знаю. Но когда хозяин зонта перешёл улицу, и я увидел его лицо, я замер. И все 60 секунд, пока горел красный, тонул и тонул в его чёрных глазах.

Точно так же, как много лет назад.

автор новеллы: Chesshire