Анакин [3]

Я уже совершенно от этого отвык.

Это я о своём свежевыбритом лице, которое не видел уже довольно долго, и почти забыл, как оно на самом деле выглядит. Да, я весь какой-то дряблый, но на самом деле гораздо больше, чем думал, похож на того второго Луну университета, которым когда-то был.

- Доволен? - я вернулся в комнату к человеку, заставившему меня это сделать. Он некоторое время смотрел на меня, потом коротко кивнул и выдал своё стандартное «угу».

 - Слушай, - я подошёл ближе. - Считай меня эгоистом, кем угодно, но я, честное слово, ненавижу это твоё «угу». Не мог бы ты, если тебя не затруднит, перестать его использовать?

Со и Као прекрасно знали, как это меня бесит, и частенько отвечали мне так, просто чтобы позлить. Но они были друзья, а этот человек мне совсем не нравится, и поэтому от каждого его «угу» я внутри кипел и взрывался так, что убивать хотелось.

- Если бы я мог в ближайшее время уйти, я не стал бы тебя просить. Но раз мы не можем пока избегать друг друга, так пожалуйста, сделай усилие.

- А что? - он слегка наклонил голову. Раньше я бы подумал, что он издевается. А теперь уверен, что он искренне не понимает.

- Это какой-то недоответ. Как будто тебя всё раздражает и недостойно, и ты не хочешь разговаривать. Не всем нравится слышать такое.

В том числе и мне.

- Ты не хочешь, чтобы я говорил так?

- Да, лично я так отвечаю, когда слишком зол или не хочу разговаривать с кем-то. Если ты не имеешь в виду именно это, то пользуйся каким-нибудь другим словом, пожалуйста.

- Понял.

- Отлично.

Вот и славно, что мы всё прояснили. Иначе я бы что-нибудь когда-нибудь разнёс.

- Я буду пользоваться им, когда зол или не хочу разговаривать.

Да как он так вывернул-то? Я почесал голову.

- Не будешь спать дальше?

- Уже семь.

- Серьёзно? - я и не заметил. Мне показалось, мы проснулись часа в три, может, в четыре.

- Ты два часа проторчал в ванной.

Оу. А я-то думаю, чего у меня ноги затекли.

- Я давно не брился, - на самом деле я побрился минут за пятнадцать. Остальное время разглядывал своё лицо. Не то чтобы оно мне слишком нравилось, я ж не нарцисс какой, но я слишком давно его таким не видел.

- Странный.

Я резко на него посмотрел. Абсолютно понятно, кого он имеет в виду.

- Что именно?

- У тебя столько эмоций, и они всё время меняются, - он удивлённо покачал головой.

- Это не я странный, это ты странный. Эмоциональный диапазон как у зубочистки. Ты хоть улыбаться-то умеешь? - я говорил прямо, но, если честно, почти сразу же захотел забрать свои слова назад. Что-то такое мелькнуло в его глазах, и мне стало стыдно.

- Пи' говорит, что улыбаться нужно когда ты счастлив.

- Так ты улыбаешься с ним или с Као?

- Да, - он кивнул, и я выдохнул. По крайней мере, он знает, как это делается.

- Когда ты так молча на меня смотришь, меня всё время подмывает спросить, чего ты хочешь, - я посмотрел на него, потому что правда был уверен: он хочет что-то спросить, но не знает, как.

- Я пытался... думать, - медленно начал он, и я не перебивал. - Думал о том, как мне следует разговаривать.

- С братом ты тоже такой?

- Нет, - он покачал головой. - Ему и Као я могу сказать что угодно, и мне не нужно волноваться, что они рассердятся.

Что?

- То есть ты пялился на меня, потому что не мог решить, как со мной разговаривать, чтобы я не разозлился?

Он кивнул, и я едва удержался, чтобы не закатить глаза.

- Вчера ты разозлился, когда я не подумал над тем, что говорю.

- Когда это?

- Когда я сказал, что выброшу твои вещи с балкона.

А, так он сказал это не подумав. Подождите, ему же больше двадцати, зачем ему нужно время, чтобы подобрать слова? Я тоже задумался и даже наклонился к нему, чтобы внимательно осмотреть. Он удивился, но не отодвинулся.

- Не похоже, что у тебя какие-то нарушения, почему тебе нужно много времени, чтобы придумать что сказать?

- Я не так часто разговариваю. Путешествую много, но людей встречаю редко.

- И тебе это нравится? Одному путешествовать удобно, конечно, но разве тебе никогда не бывает одиноко? Попробуй завести друзей, может, тебе понравится.

Я не знаю, что у него за история, какая у него семья, и как он жил. Насколько ему комфортно быть одному. Но как у врача, его состояние вызывает у меня тревогу. Было бы легче, если бы это была какая-то видимая травма, но, судя по всему, проблема не в этом, а в его ментальном здоровье, а тут я ничем помочь не могу.

- Никто не хочет со мной путешествовать.

- Как это? Наверняка кто-то найдётся, - я похлопал его по плечу. - Ладно. Не думай слишком много, говори как тебе удобно. Если мне что-то не понравится, я тебе скажу, хорошо? Как с этими твоими «угу».

- Ты так говоришь, как будто собираешься остаться.

Чёрт, я забыл.

- Эм, я имел в виду, если мы встретимся ещё раз, - по спине пробежал холодок, когда я понял, к чему он клонит.

- Ты сказал найти кого-то, друга...

Ну... сказал.

- А этим кем-то... не можешь быть ты?

Может, какая-то девушка и завизжала бы от избытка чувств после такого предложения, но я совершенно точно не она.

- Я не хочу, чтобы Пи'Пху волновался за меня, поэтому улыбаюсь и говорю, что счастлив, - он сверлил меня своими чёрными глазами. - Но на самом деле я и понятия не имею, что это такое.

В общем, совету «Не думай слишком много и говори как есть» он последовал, хотя и сомневался на каких-то словах, но зато вон какое длинное предложение завернул.

- Мне просто кажется, что ты поможешь найти ответы.

- Что?

- Ты забавный и выглядишь как придурок.

- А вот здесь тебе бы не мешало сначала подумать, прежде чем открыть рот.

- Но за твоим напускным плохим настроением явно что-то другое, - он очевидно пытался меня понять. - Если мы будем путешествовать вместе, я, может, смогу найти свой ответ. А ты - разобраться со своими чувствами.

- Ты что, меня уговариваешь?

- Да.

- Тогда скажи, что я чувствую, - я скрестил руки и заломил бровь. Посмотрим, что он скажет.

- Я не знаю. Просто знаю, что, если ты не разберёшься с этим, оно может стоить тебе жизни.

- Говоришь так, словно разбираешься.

- Посмотри на меня и поймёшь.

Я заглянул в его глаза и... в общем-то ничего там не увидел. В смысле совсем ничего. Если пустота - это ответ, то да, я его получил.

Он знает, потому что сам через это прошёл.

====

Мы проведём вместе два месяца.

Два месяца, прежде чем я вернусь к своей прежней жизни, а он уедет в другую страну. И от того, как мы уживёмся, будет зависеть, какими долгими они окажутся. Надеюсь, я не пожалею о своём решении.

Я пожалел уже пару часов спустя.

- Ты же планировал поездку, так где твой план?

Я чётко помню, что сказал таксисту отвезти нас куда-нибудь за территорию отеля, но не очень далеко. А теперь мы стояли на пустынном пляже и ругались.

- Я планирую только страну, но не очень думаю куда именно там поеду, - просто ответил он.

Мы хотели сходить куда-нибудь, но я уже сорок раз пожалел об этом решении и примерно столько же предложил вернуться.

- Что ты обычно делаешь, когда приезжаешь в другую страну?

- Иду куда глазами посмотрел.

- Это какой-то кривой тайский.

Он объяснил, что языку его учила мама, а в Англии он редко пользовался тайским. Иногда Као разговаривал с ним, но когда переехал к старшему брату, тоже стал пользоваться английским.

- Я легко запоминаю слова, - он пожал плечами. - И если кто-то говорит чётко и ясно, то я могу понять.

- Ладно. Но куда же нам пойти?

- За ветром.

- Чего?

Я и забыл какой он сильный, пока он не схватил меня за руку и не потащил за собой. Я едва поспевал за ним и довольно скоро сбился с дыхания. Поверить не могу, что у меня всё так плохо с физической формой.

- И куда ты меня привёл? - я упал на одно из сидений в зоне отдыха, когда он наконец отпустил меня. Сам Парм уставшим совсем не выглядел.

- Сам не знаю.

- Ты тащил меня сюда, пока я не выдохся, просто так?

- Просто считай это тренировкой, чтобы подкачаться немного.

Я как раз хотел бы подкачать ноги парой хороших пинков.

- Если бы ты не сказал, что у тебя проблемы с речью, я бы решил, что ты набрался от Као его отвратительных привычек.

Као очень странный, я всегда считал, что он не похож на нормальных людей. Кроме всего, он ещё и совершенно прямолинейный, поэтому у него часто возникали проблемы с окружающими, ведь он говорил абсолютно всё, что думал. А этот хлыщ явно провёл в компании моего друга не один год.

- Только не говори, - я подозрительно прищурился. - Что это именно так и есть.

- Не знаю.

- У меня голова от одной только мысли об этом болит.

- Но ты забыл. Не важно, на кого я похож, я - всё ещё я.

Мы какое-то время молча смотрели друг на друга, пока не услышали приставшую лодку. Парм поднялся, а я всё думал над его словами.

- Идём, - он снова схватил меня за запястье и хотел потащить следом, но я успел вырвать руку. Когда он повернулся, я начал понимать, что он имел в виду.

- Я никогда не забывал. Ни на минуту, - не думаю, что сказал что-то не так. Я прекрасно помню нашу первую встречу и то, как из врага номер один он каким-то образом превратился в компаньона по путешествию. Я сам взял его за руку и теперь шёл впереди. Понятия не имею, что он делал, и, в общем-то, прямо сейчас я сам не знал, что делаю я. Мы прошли так немного, и тут я понял кое-что и резко к нему повернулся.

- А куда ты собирался?

- К лодке.

Он покосился на своё запястье в моей руке и даже слегка тряхнул им. Я взбесился, когда понял, что его глаза как-то странно на меня влияют: я постоянно неосознанно в них заглядываю.

- И зачем нам лодка? - я перевёл взгляд на предмет. Быстрая моторная лодка покачивалась на волнах неподалёку.

- Скоро узнаешь.

Кажется, Парму не понравилось, что я устал и стал идти медленно, поэтому он просто перехватил мою руку и теперь потащил меня сам к тому месту, где была моторка. Думаю, даже если бы я упал, он бы не остановился.

Хозяин небольшой моторки уже собрал свои вещи и собирался сойти на берег, когда подоспели мы. Парм рассматривал лодку, а я неуверенно топтался рядом. Судя по виду, она ему понадобилась позарез, и я уже испугался чего-нибудь непредвиденного.

- Только не говори, что ты планируешь её украсть, - шепнул ему я. Он удивлённо на меня посмотрел, и в его взгляде очевидно читалось сомнение в моей адекватности.

- Ты правда врач?

- А что?

- Я много врачей видел, но таких, как ты - никогда, - он закинул сумку на плечо, как раз когда хозяин лодки вылез на берег. Я тут же схватил Парма за руку, мне теперь было жутко любопытно, что он имел в виду, и я не отпущу его, пока не получу ответ.

- Каких?

Он тяжело вздохнул и отвернулся. Но всё же ответил.

- Таких же поехавших.

- Ах ты скотина!

- Господин Пху!

Я много чего хотел высказать этому зарвавшемуся наглецу, но мне пришлось пересилить себя и закрыть рот, потому что к нам спешил хозяин лодки. Он подошёл ближе и теперь выглядел удивлённо, хотя бы потому, что никто из нас господином Пху не был.

- Вы брат господина Пху? - Надо ли говорить, как эти двое похожи?

- Да, вы его знаете?

Чего? Я думал, Парм с ним знаком.

- Господин Пху и господин Као как-то приезжали сюда. Они заняли мне денег на эту лодку, когда у меня были трудные времена. Все здесь очень их уважают, - он широко улыбнулся. - Вы хотите попасть на какой-то остров? Я могу отвезти.

- Я хочу попасть сюда, - Парм протянул ему телефон. Лодочник только глянул быстро и тут же вернул телефон обратно, будто боялся, что уронит.

- Да, туда тоже можно.

Это было просто.

Хотя я передумал. Лодки - это совсем не весело. Особенно для меня, потому что я слабый и уже лет пять тяжелее ручки не держал ничего. Буквально через десять минут на борту меня замутило, я испробовал все приёмы, которые знал, но ничего не помогало.

- Эй.

- Что? - у меня дрожал голос.

- Подними голову.

- Меня вырвет.

- Подними же.

Может, это как-то поможет, я не знаю. Парм много путешествует, он лучше разбирается. Я послушался и сделал как он сказал.

А он просто меня сфотографировал.

Он не думал обо мне! Он просто хотел фотографию!

- Ты забавный.

Меня всё же вырвало.

- Смотри вперёд и не опускай голову, - велел он и рукой придержал за подбородок, чтобы я действительно это сделал. Мне было так плохо, что я даже не заметил, как он оказался передо мной.

- Как у тебя получается вот так стоять?

В болтающейся во все стороны лодке он стоял спокойно, как на берегу. И никаких признаков морской болезни, аж завидно.

- Я же сказал тебе смотреть вперёд, - он сел рядом, а когда я повернулся к нему с вопросом, он пальцем ткнул меня в щёку, чтобы я вернул голову в указанном направлении.

- Ты и своё лицо так же трогаешь?

- Зато прыщей не будет.

- Ты же чистоплотный.

- Я - да. А вот твоё лицо...

Громкий всплеск разбиваемых носом лодки волн заглушил его слова, но я понял, что он хотел сказать.

- Ах ты!.. - я почти придумал что сказать, но не успел, меня снова вырвало.

Прямо на него. Лучше любых ругательств.

Мне стало куда хуже: голова разболелась, меня тошнило, и противно тряслись руки. Парм сунул мне под голову спасжилет и притянул ближе, чтобы я мог опереться на него, что я и сделал, практически навалившись всем своим весом на его плечо.

- Я точно умру, если воды станет больше, - пробормотал я.

- Ты не умеешь плавать?

- В таком состоянии я сумею только утонуть, и поверь, тебя я утащу за собой.

- Я же тебе помогаю.

- Отвали. Всё, что ты можешь - это добить, чтобы не мучиться.

- Приехали! - от крика лодочника я даже смог побороть тошноту и сесть ровнее.

Немного погодя нос лодки мягко ткнулся в песок. Я вылез на берег с такой радостью, какой никогда ещё не испытывал. Выбравшийся следом Парм тут же принялся фотографировать всё вокруг. С этой своей огромной камерой и серьёзным видом он прямо как профессиональный фотограф. Ему я, правда, никогда не скажу об этом, а то зазнается.

- Спасибо.

- Что?

- Ты так смотрел, как будто любовался.

- Это ты так думаешь.

Он умеет читать мысли или что? Я отвернулся к морю. Если мы проторчим здесь долго, я определённо умру. Ещё и одет неподходяще. Я осмотрел себя: рубашка, джинсы и кроссовки. Я же не знал, куда мы отправимся, меня сюда силком приволокли, можно сказать. Я повернулся к виновнику этого всего, а он, оказывается, фотографировал меня.

- Ты что, в зоопарке?

- Вроде того.

- А ты можешь вернуться в прежний режим серьёзного нелюдима? - я не надеялся, что он согласится, конечно, но стоило попробовать.

- Нет.

Не сработало.

Он снова вернулся к съёмке всего вокруг, а я принялся оглядываться. Остров выглядел необитаемым, никаких признаков людей я не заметил. Хотя, может быть, они живут на другой его части. Но это место выглядит красиво и первозданно, если люди сюда и заглядывают, это случается редко.

- Как ты узнал про этот остров?

Парм сделал ещё один снимок, а потом отвлёкся от камеры, чтобы ответить мне.

- От Као.

Это неспроста, и мне не нравится. С этим именем не может быть связано ничего хорошего.

- Так ты с самого начала знал про него?

- Нет, Као только вчера прислал.

- И ты не рассказывал ему обо мне?

- Сказал, что встретился с тобой. А он сказал мне съездить сюда.

Что-то здесь не так. Что-то не то. Теперь я не уверен, что мы приехали сюда только потому, что Парму захотелось поснимать пейзажи.

- Там люди, - это замечание выдернуло меня из раздумий.

Неподалёку и правда бегала пара ребятишек, и я вздохнул с облегчением, когда увидел, что они одеты обычно. Может, немного потрёпанно, но, по крайней мере, не завёрнуты в банановые листья. С Као станется заслать нас на какой-нибудь дикий остров просто ради веселья.

- Парм...

Мне опять стало плохо. По крайней мере, он не стал надо мной смеяться, и даже руку, в которую я вцепился, не отобрал. Он поднял мне голову за подбородок, чтобы посмотреть, что со мной, и это было зря.

Меня опять вырвало.

И всё бы ничего, если бы он не полез со своими разглядываниями. Меня вырвало бы на землю, и всё, а теперь посмотрите на него, он только руку с камерой успел отвести, чтобы не попало.

- Парм, - у меня задрожал голос. Он не бесился, вообще выглядел спокойно, но глаза полыхали. Я непроизвольно шагнул назад. - Я не хотел.

- Угу.

Он сказал это, потому что злится?

- Прости пожалуйста.

- Ничего.

- Это не ничего. И стой где стоишь. Эм, зачем ты отложил камеру? Она же дорогая, наверное, а если песок попадёт? - я поднял руки, но пятился назад.

- Ничего.

- Парм, ты... - мы снова играли в эту идиотскую игру «Кто первый отведёт взгляд».

- Стой спокойно.

Нужно ли говорить кто проиграл?

Я моргнул, а потом повернулся к нему спиной и, не раздумывая, побежал прочь. Мне не нужно было оборачиваться, я знал, что он побежал следом.

- Не подходи!

Он ничего не ответил, и прежде чем я успел сообразить, он уже поймал меня за руку. Ну конечно, он вон какой длинноногий и тренированный. Я испуганно обернулся. Я правда испугался, но он сделал то, чего я вообще от него не ожидал.

У меня даже ноги подкосились. Нет, не потому что он ухмылялся.

А потому, что он меня обнял.

- Всё, всё, хватит, - меня сейчас снова стошнит от этого запаха.

- Не хватит, - он только крепче прижал мою голову к своему плечу. И всё бы ничего, если бы мы, блин, не обнимались, и от нас не воняло рвотой!

Парм такой Парм.

Ненормальная смесь своего брата и придурочного Као.

Это ещё страшнее, поверьте мне.

Чёрт!

автор новеллы: Chesshire