15. Язык любви, чувства, отрицание...
—Открывай глаза уже, хватит спать.—Пихал меня сбоку Боря.
Он уже и сдёргивал с меня одеяло, и тряс, и хлопал дверьми, но никак не мог растолкать меня. Это всё потому, что мой мозг категорически отказывался понимать, зачем же вставать в такую рань, когда сейчас лето?
—Сколько время?—Промычала я. Со сном бороться не очень получалось, я не могла даже приоткрыть глаз от усталости, давившей на веки. От сна я, казалось, не отдохнула, а лишь сильнее устала.
—Пять утра. Блин, Ксюш, вставай давай. Ты и так все будильники проспала, нам ещё на вокзал ехать в другой конец города!—Возмущался Боря.—Ты вообще во сколько спать легла?
—Не знаю. Телефон убрала часа в три, проплакала где-то полчаса, а потом только вырубилась...—Продолжала мычать в подушку я.
—И чё ты, не едешь?—Вздохнул брат. Он погладил меня по спине, видел, с каким лицом я ходила весь вчерашний вечер.
Хотя зачем я вру, я даже не выходила из комнаты. Вчера не стало моего любимого пса. Да, сейчас он жил у бабушки, потому что он надоел отцу и вообще он предлагал его продать, но это никак не меняло любви к нему. А вчера я узнала, что его не стало... Мягких облачков, Бароша. Весь вечер рыдания в подушку, а потом ещё половина ночи также, в слезах. Это меня очень задело. Я просто не могла принять того факта, что моего лучшего друга не стало. Который был рядом с самого моего детства. Я просто не представляю жизни без него... И даже когда его перевезли к бабушке я ощущала его незримое присутствие рядом. И самое ужасное, что никто больше из членов семьи никак не отреагировал на смерть пса. Боря пытался меня поддержать, но и сам немного шмыгал носом, Оксана была настолько взвинчена, что на ней это никак не отразилось, я вообще сомневаюсь, что она воспринимала какую-либо информацию, мама тоже не особо расстроилась, через пять минут после этой новости уже ушла с подругой в кафе, весело смеясь, а отец как сидел с каменным лицом, так и остался. Наверное, я слишком близко к сердцу восприняла всё происходящее, но так больно и пусто внутри, что даже не верится, что это не сон... Хотя как не верить, если я сейчас пытаюсь разлепить глаза и понимаю, что ужасно опухла и болит голова?
—Еду конечно. А то кто за тобой смотреть будет.
Я села в кровати, но всё также не открывала глаз. Боря подал мне одежду, а я в свою очередь выгнала его из комнаты, чтобы дал мне переодеться. Из-за того, что полуторачасовой сон совсем сбил меня с толку я сначала оделась и только потом пошла мыться. Когда я умывалась, меня то и дело шёпотом поторапливал брат, который спускал вещи Оксаны вниз, ведь такси уже приехало и нас поставили на платное ожидание.
Я опять пулей вылетела из квартиры, при этом стараясь издавать как можно меньше звуков, чтобы не разбудить родителей. Честно, мне уже даже страшно, что они с нами со всеми сделают, когда узнают, что Оксана переехала. Мама то ладно, она против не будет, а вот отец... Он мент, на его глазах произошло не мало жести, поэтому он иногда не чувствовал границ от слова совсем.
—Ну ты и копуша!—Хмыкнул Боря, видя, как я выбегаю из подъезда и чуть ли не падаю со ступенек.—Давай садись уже.
—Разбудить меня пораньше не мог, вот теперь и плати.—Хмуро отозвалась я, садясь в машину. Утро явно не задалось, я даже зубы почистить нормально не успела.
Всю поездку мы тупо молчали. Ехать почти час, потому что наш дом стоит на самой окраине, а единственный вокзал вообще в другой части города, если не в противоположной. А в Коктебеле ещё и дороги петляющие такие... Вообще насчёт молчания я не уверена. Стоило только Боре оказаться в тепле и спокойствие, как он тут же положил мне голову на плечо и отрубился. Меня вот тоже ждать не надо было, почти сразу, когда мое сердцебиение и дыхание успокоились, я удобно устроилась и уснула, не думая уже ни о чём...
***
—Ну вы и черепахи! Я уж думала поезд без нас уедет. Привет, Борюсик. Ты вымахал, аж выше меня стал.—Услышала я весёлый голос Олеси сквозь сон.—А вот Ксюшка никак не меняется, разве что сон у неё всё крепче становится. Оксан, ты не тухни. Радуйся, что уезжаешь из этой дыры. Сейчас самое главное уехать, а потом твой папаша от тебя отвянет, а ты, Борь, скажи, что ничего не знал и ночевал у друга. Или на рыбалку ходил. В общем, придумай что-нибудь, а то всыпет тебе Костик. Он же правильный аж до зубного скрежета, прям тошнит от его правильности.
—А так и не скажешь, что вы родственники.—Отозвался Боря.—Взгляды на жизнь абсолютно разные.
—Потому что Костик остался в прошлом веке, а время оно ведь меняется... А он нет. Вот и пришлось мне идти дальше, а его оставить в том времени, потому что его было не переубедить.—Голос Олеси заметно погрустнел.—Теперь мой долг вам помочь, ведь избавиться от его контроля совсем непросто. И уж если я едва выбралась, а он мой брат, то вы из клетки отца можете и не сбежать. Действовать против Кости надо уверенно и быстро, пока он не заметил. Но если уж не быстро, то хотя бы продуманно. Я, разумеется, буду пытаться вам помочь, но от всех неприятностей не спасу, так что если проколетесь сами, то извините...
Повисло удручённое молчание, я продолжала притворяться что сплю, не знаю зачем и почему. Хотя Боре, наверное, тяжело меня держать. Ведь он сейчас точно держит меня на руках и прижимает к себе, чтобы я не просыпалась. Вот такой он у меня... Самый лучший всё-таки.
—Мама, а когда Ксюша проснется?—Услышала я голос Дениски снизу.—Я хочу играть с ней!
—Ну ты-то рано спать лег, а тетя поздно. Давай дадим ей отдохнуть, а потом она с тобой поиграет, хорошо?—Ответила Олеся. Потом по-видимому мальчик кивнул, раздался какой-то непонятный шорох, если не ошибаюсь, то Леся подхватила сына на руки, звонко целуя его в щёку.—Ты ж мой хороший. Ну что, давай прощаться? Пока-пока, Дениска. Ты Ксюшу и Борю слушайся, не вредничай, и с дядей Костей поздороваться не забудь, ты же помнишь, что он любит, когда ты с ним здороваешься? Вот ты веди себя тут хорошо, а я буду звонить тебе каждый день, спрашивать, как ты себя вёл и если хорошо, то куплю тебе машинку в Питере, ту самую, которую ты хочешь, идёт?
—Идёт!—Весело откликнулся мальчик.—Мама, смотри, ту-ту!
—Да, там поезд. Вот мы сейчас на этом и поедем. Хочешь посмотреть, как поезд внутри выглядит?
—Даа!
Я открыла глаза, и вправду, Олеся держала на руках Дениску и болтала с ним, ища нужный вагон. Боря поставил меня на ноги и что-то спросил, я просто покивала, так как даже не поняла, что он вообще спрашивал. Сон продолжал давить на веки, казалось, что я вообще ещё не проснулась, всё было как-то нереалистично... Оксана шла за Олесей и даже не говорила ни со мной, ни с Борей, волновалась очень. Я же замешкалась, ища телефон в сумке, Боря подождал и мы вместе пошли отдельно от всех.
—Так, Ксюш, смотри. Тут все Денискины вещи, он тебе сам покажет, что да как. Спать его ложи строго в два часа, на сончас, а вечером в десять. Но встаёт он рановато, часов в восемь-девять. Телефон Дену не давать, и сладости тоже. Гулять почаще, только смотри внимательно, он у нас со ступенек летает частенько, по возможности вообще на руках спускай, а то ещё лоб рассечет, проблем не обоерётесь. А ты, Боря, Ксюше помогай. Чтобы всё вместе делали, Дениска мне всё доложит, да?—Ребенок радостно закивал.
Сумка с детскими вещами перекочевала ко мне, но я почти сразу же отдала её Боре, я лучше ребёнка поведу. Оксана на прощание нас даже не обняла, а Олеся, вышедшая из вагона вновь, сказала, что она уже плачет в подушку. Ну Леся с нами попрощалась, обняла, поцеловала сына и счастливая умчала в вагон, чтобы помахать сыну. Денис, судя по всему, был весь в мать, позитив из него так и хлестал, поэтому он даже не расстроился, что Олеся ушла и оставила его здесь. Малыш тут же побежал гонять голубей, весело смеясь и размахивая руками.
***
Денис спал на моей кровати, пока я упивалась одиночеством, которое теперь я видела очень и очень редко. Я сидела на кухне, листала ленту соцсети, пила чай и радовалась жизни. Малой должен был спать ещё около получаса, за это время я вполне могу успеть что-нибудь ему приготовить, надо же как-то радовать ребенка.
Я открыла рецепт запеканки в телефоне и достала миску. Делала я всё тихо, но при этом довольно быстро, чтобы не разбудить Дениса, он, конечно, ныть особо и не будет, но сейчас у меня в приоритете его комфорт, а не чей-либо ещё.
Настойчивые звонки в дверь заставили меня вздрогнуть. В тишине они звучали особенно громко. Я обматерила Кислова всеми матами, которыми могла и побежала к двери, чтобы он не разбудил Дениса. Ладно, про комфорт ребенка я частично соврала. Я просто хотела побыть в одиночестве и тишине. И почему я так уверена, что в дверь звонит Киса? Да потому что он всегда в своей манере. Его не звали, а он всё равно пришел, да ещё и трезвонит так, будто мы тут все глухие.
—Ты чего, с дуба рухнул?—Шёпотом зашипела на парня я, стоило мне только распахнуть дверь. Я, между прочим, не ошиблась, в дверь трезвонил Киса.—Я и с первого раза поняла, что кто-то пришёл. И вообще, пальцы оторвать тебе мало! Достал звонить уже, ты даже в квартиру не зашёл, а уже достал меня так, словно я двое суток с тобой под одной крышей провела! Это просто невыносимо, Кислов!
Киса выгнул бровь и широко улыбнулся. Всё-таки, этот человек не меняется. На него орёшь, а он стоит и давит счастливую лыбу. Ну вот бесит, честное слово!
—Ладно, что тебе опять надо?—Облокотившись о дверной косяк устало спросила я.
—Ты чё злюка такая?—Кудрявый попытался меня приобнять.
—Руку свою убрал.—Опять разозлилась я.—Твой приход никогда не несёт ничего хорошего. Давай уже быстренько и по делу, зачем опять припёрся.
В коридоре раздалось шлёпанье ног. Я ненавижу Кислова. Он всё-таки разбудил Дениса и сейчас по-любому начнет меня подкалывать. Мы с Деном как две капли воды, очень похожи, потому что в нем больше генов матери, а вот у нас с Борей гены отца взяли верх, по крайней мере если смотреть на внешность.
—И опять истеришь. Только почему шёпотом? Ещё и обнять себя не даёшь, а вот дня три назад ты сама за мной бежала.—Хмыкнул Киса. По-моему у него было слишком хорошее настроение, даже этим он меня уже достал.—А ещё говорила, что бояла...
—Заткнись.—Уже громче прошипела я.
Денис вышел в прихожую, удивлённо разглядывая Кислова, в небольшую щель, так как я опять не пускала кудрявого за порог. На щеке ребенка отпечаталась подушка, а взгляд был всё ещё немного сонным.
—Ого, быстро ты...—Тут же отозвался Киса.—Твой?
—Да, конечно.—Язвительно начала я.—Я родила в четырнадцать, тщательно прятала от посторонних глаз своего ребёнка, поэтому у него нет документов и он даже не зарегистрирован.
—Чё, реально?
—А ты как думаешь?—Ответила Кисе я, а потом присела на корточки к Дениске, позволяя Кисе пошире распахнуть дверь.—Иди на кухню пока, я сейчас приду, хорошо?
Обычно послушный Деня решил меня проигнорировать. По-моему, мы все ему уже до чёртиков надоели, а тут новый человек... Мальчик с интересом разглядывал Кислова, который в ответ также пялился на него. Братья по развитию, честное слово, только одному три, а другому семнадцать.
—Привет, меня зовут Ваня.—Кудрявый присел на корточки, протягивая ребёнку руку.
Деня подошёл к Кисе, взяв его за ладонь двумя руками и начал напряжённо сопеть, разглядывая её.
—А тебя-то как зовут? Скажи Ване.—Обратилась я к Дениске. Так непривычно было звать Кислова по имени... В моей голове он всегда был именно Кисловым, в жизни я называла его Кисой, как-то мне в голову и не приходило, что есть люди, называющие его Ваней.
—Денис.—Проговорил мой мелкий брат. Он продолжал сопеть и разглядывать руку Кислова.
Кудрявый улыбался ребёнку, наблюдая за ним. И я тоже не смогла сдержать умиления, Киса такой милый рядом с Деней.
—Чей ребёнок-то? На тебя похож, кстати.—Не глядя на меня спросил Киса.
—Тети моей. Она уехала на пару дней, а я вот, с Денисом сижу.—Ответила я.—Дениска, пошли одеваться, а то перед гостем своим в одних труселях скачешь. А ты заходи. И дверь закрой на замок. Так уж и быть, ради Дени запущу.
—Ой-ой, а так бы не пустила? А что насчёт того, что было три дня назад? Мне кажется, ты готова была пустить меня не только в квартиру, но и в сердце.—Наглый парень подмигнул мне, а после развернулся закрывая дверь.
—Я просто переволновалась!
Я воспользовалась тем, что Киса стоит ко мне спиной, ударяя его по пятой точке. Звук получился звонким, а Кислов аж подпрыгнул от неожиданности, что вызвало во мне сразу бурю эмоций от страха вперемешку с адренолином до бешеного веселья. Я засмеялась, после чего убежала. Ну недолго я бегала, в общем-то. Киса за два шага догнал меня, закидывая на плечо, а я завопила, от неожиданности. Он так легко меня перекинул, словно не я весила пятьдесят килограмм.
—Допрыгалась?—Весело осведомился Киса.
—Ну и что ты мне сделаешь?
—Ну вообще кое-кто сейчас болтается на моём плече, и если я захочу, то отпущу тебя.
—Попробуй только! И кстати, твой зад находится у меня перед лицом, так что если ты меня ударишь, то жди ответ!—Воинственно вопила я, вися на плече Кисы.
Из комнаты выбежал Дениска. Увидев меня, висящую на плече парня, он заплакал, цепляясь за штанину Кисы и дёргая вниз. По-моему, он требовал, чтобы меня опустили вниз.
—Ну ты чего, Дениска, не плачь. Никто же меня не обижает.—Начала сюсюкать с ним я.—Опускай меня, Кис.
Он ударил меня, после чего я начала колотить его по заднице и только потом он решил опустить меня, не забыв обнять за талию, пока опускал. Тоже в его стиле. Я даже не удивлюсь, если сейчас в его воображении я лежу абсолютно голой. Но почему меня это уже не отталкивает?
—Ну ты ваще, ребенка испугал.—Я ударила Кису по руке. Сегодня мне хотелось поколотить кудрявого, тем более он и сам был особо не против, отвечал тем же.
—Ну ты бы лучше поцеловала меня, а то бьешь, да бьешь, а я целоваться хочу.—Заявил Киса. Он поймал две моих руки в одну свою и прижал меня ближе, не обращая внимания на моего братишку, который теперь успокоился и наблюдал за нами.
—Я тебе ещё выходку с Марго не простила, так что даже не жди.—Усмехнулась я.
—Кстати, ты такая домашняя сегодня...
Я расхохоталась. Может мне кажется, а может Киса пытался сделать мне комплимент. Не знаю, конечно, что он имел в виду, но мне кажется, что он говорил про мой внешний вид. Ни грамма косметики, веснушки на месте, растрёпанный пучок на голове, волосы в разные стороны, грязная одежда. Нет, ну если бы я знала, что это чудо придёт ко мне, то я бы может хоть волосы распустила, да переоделась в нормальную одежду, а он как всегда, словно снег на голову. Я плюхнулась на диван, пытаясь перестать смеяться. Я ему кошка что ли, чтобы домашней быть? Киса видимо не понимал, что же такого он сказал, что я так хохотала. Ну, может если бы он не стоял с таким удивлённым выражениеи лица я бы так и не смеялась.
Денис прополз между ног Кисы и подошёл ко мне.
—Ну вот зря ты плакал.—Улыбнулась Дениске я, стирая с его щек крупные градины слёз, которые не успели обсохнуть.
Деня сел на мои колени, спиной ко мне и откинулся назад, используя меня как подушку. Я его обняла, а Киса сел недалеко от меня. Тишина успокаивала, если не сказать, убаюкивала. Сон и вправду начинал давить на веки, а Денис, сидящей на мне, словно был одеялом, приятно согревающим моё тело. Я слушала размеренное сопение Дениски, который разглядывал свои пальчики и иногда что-то непонятно бормотал себе под нос.
—Кис, а ты же посидишь с нами?—Не открывая глаз спросила я парня. Мне хотелось, чтобы он ответил согласием. Всё-таки он хороший. Когда он уйдет в квартире опять будет пусто, да и Дениска расстроится. Кудрявый очень приглянулся мелкому, а вот с Борей Денис осторожничает. Не знаю почему, но мальчишка ни в какую не сидит на руках у Бори больше пяти минут, да и первым к нему не идёт.
—А ты хочешь?—Вполне резонно ответил вопрос на вопрос Кислов. Он повернул голову и теперь смотрел на меня, а я так и не поворачивалась к нему, даже не открывала глаз.
—Я — нет, а вот Дениска — очень. Ты ему понравился.—Зачем-то соврала Кисе я.
—Почему ты не хочешь?
Есть два типа влюбленных людей, сталкеры, которые следят за каждым шагом своей второй половинки даже тогда, когда эта половинка не подозревает, а есть те, кто до последнего будет отрицать свои чувства даже внутри себя. Так вот, я как раз-таки из второго типа людей. Вот вроде Киса мне нравится очень, но как только я его вижу, появляется желание язвить и вообще выгнать его из квартиры, чтобы не признавать тот факт, что я втюрилась. Слово дурацкое, конечно, но что правда, то правда. Хотя я думаю о нём двадцать четыре на семь и головой понимаю, что да, я пытаю к этому человеку чувства, но блин... Это так тяжело признать! А что будет, если я ему просто сейчас выскажу про свои чувства? Ну откровение за откровение, может и он потом скажет что-нибудь... А станет ли мне после этого легче? Не знаю. Но может всё-таки стоит попробовать?
—Знаешь, мне тяжело об этом говорить...—Аккуратно начала я. Да, мне действительно тяжело давались эти слова, но теперь пути назад нет, а отмахнуться и сказать «забей», это реально проявление слабости. А я не слабая, поэтому обязана сказать.—Но я постоянно думаю о тебе и понимаю, что ты...—Я запнулась, заливаясь краской, как тяжело говорить вслух кому-то о своих чувствах. Когда мне озвучивал всё Киса, это звучало куда проще. Но он бегал вокруг да около, не говорил прямо, хотя ясно давал понять, что я ему как минимум неравнодушна.—Ты мне очень нравишься... Только мне это очень непросто признавать даже для самой себя, и я..я постоянно борюсь сама с собой из-за этого, хотя уверена на все сто в...этом. И мне кажется, что мой язык любви — отрицание. Я поэтому не запускала тебя в нашу квартиру, поэтому злилась и язвила, тогда я даже не понимала, почему меня так и тянет сказать что-нибудь едкое именно тебе... А сейчас... Сейчас я понимаю, что таким образом я выражаю свои... Чувства.
Мои ладони вспотели от нервного напряжения, никогда не думала, что признаюсь кому-то в чувствах первой. Ещё и слова такие сложные... Язык любви, чувства, отрицание... Моё сердце тревожно билось в груди. И сейчас мне страшно, что вот этот парень скажет мне нет. Остальные пусть хоть сколько говорят, но его нет точно разрушит меня... Хотя я знала, что он мне не откажет. Я была в этом уверена, видела в его глазах и нежность, и тепло, такие чувства можешь испытывать только тогда, когда по уши влюблён в человека, когда утопаешь в его омуте с головой и не сопротивляешься, а даже наоборот, топишь себя, чтобы поскорее погрузиться в человека...
—Ты мне тоже очень нравишься... И этот цирк с Марго я устроил ради нас с тобой, чтобы мне на мозги не капали, не встречайся с Ксюшей, не общайся с Ксюшей. Я и тебя хотел предупредить, но у меня даже телефона твоего не было! И я не ожидал, что ты придёшь, вот такая вот вся... Красивая. С этими веснушками, в платье, с кудрявыми волосами. Клянусь, если бы не Маргарита, я бы тебе сразу признался тогда... И ты вообще не такая, как все они. Ты другая, ещё лучше, в сто раз, нет, в тысячу! Короче, ты поняла, что ты тоже мне пиздец как нравишься.—Уже махнув рукой закончил Киса.
Мне хотелось поправить его за мат, но сейчас мне было всё равно, что Денис может услышать и даже повторить за Кисой. Я наслаждалась моментом, которого и ждала, и боялась одновременно. И этой симпатии было так много, что она переполняла меня всю, хотелось и смеяться, и плакать, и всё на свете...
—Денис, слезай.—Кивнул мальчику Киса. Тот сполз на пол, с интересом наблюдая за кудрявым. Сейчас Деня всё впитывает как губка, главное, чтобы мы чего плохого ему не показали.—Иди сюда уже, мелочь.
—А Деня..?
—Ты что, тут трахаться собираешься? Я даже гандонов не брал. Не ожидал, что ты этого захочешь. Знаешь, иногда твои желания очень непредсказуемы, но в следующий раз я учту, что надо брать презики.—Киса нахально подмигнул мне, усмехаясь.
—Кислов, блин. Прикуси язык свой, а то Денис потом также заговорит и мне Олеся вставит по самое не хочу!—Я опять ударила парня, но все равно прильнула ближе, крепко его обнимая, а он только и рад, завалился набок, касаясь губами моих губ. Но это всё равно был не поцелуй, просто случайное касание, заставившее электрический ток пробежать по всему телу.
Его руки гладили мои, пока я обвивала его торс. Иногда он касался моих волос, собранных в пучок, касался шеи, а я даже пошевелиться не могла. Во мне разрасталось счастье. Я вдыхала его аромат, табак вперемешку с одеколоном, который пах хвоей. Счастье пахнет только так, никак иначе...