33. Ну так привыкай, Милота
Стук в окошко начал настораживать. Сейчас ночь, часа два или три, а мне кто-то очень усердно стучит. И каждый удар индивидуален, один сильнее, другой слабее, это наводит жуть ещё сильнее. Проснулась я от силы минуту назад, только теперь уже в кровати, помню, как встала с кресла, легла на кровать, накрылась пледом и отрубилась почти моментально. Я подошла к окну на носках и в тот же момент в окошко прилетел камень, я отшатнулась, всё ещё ничего не понимая. То ли со сна так тормозила, то ли реально происходило что-то из ряда вон выходящее. Я прилипла носом к окну, замечая недовольного Кислова, который швырнул в моё окно ещё один камень. Вот идиот, а если бы разбил? Но я улыбнулась, распахивая окно настежь. Всё-таки это очень мило...
—Кис, ты чего кидаешься? А если бы разбил окно?—Улыбнулась ему я, а после исчезла в комнате, хватая фонарик, который лежит у меня с доисторических времён, и светя им прямо в лицо кудрявого.
—Ты смеёшься? Таким камнем окно разбить?
—Сколько времени?—Спросила я, сонно потерев глаза. Я не выспалась, тьма на улице стояла кромешная, хоть глаз выколи.
—Половина четвёртого утра.—Невинно отозвался парень.—Ты спала?
—А ещё раньше прийти нельзя было? Конечно я спала. Любой адекватный человек в такое время спит.—Фыркнула я, зевая.—Ладно, я вещи по-быстрому соберу, мне пять минут надо.
Кудрявый недовольно вздохнул, но от этого никуда не деться. Из шкафа я вытащила спортивную сумку, большую такую, надо брать всего по минимуму, но так, чтобы хватило на неделю. Если хватит на неделю, значит я смогу прожить там очень долго, стирать одежду мне никто не запрещал. Я быстро закидывала свои парадно-выходные вещи в сумку, ведь домашнее я могу взять у Кислова, по комнате я почти не перемещалась, на аккуратности не зацикливалась, просто кидала всё в сумку, экономя время, которого и без этого не особо много. Пришлось по-быстрому идти до туалета, чтобы взять банальные средства гигиены: щётка, мочалка, дезодорант.... Кинула в сумку и косметичку, вздыхая и паралельно вспоминая, что может мне пригодится, ведь денег у меня с собой не будет, карта осталась под чехлом телефона...
Я переоделась, нацепила сарафан, светло-розовый, любимый. Не самое время чтобы одевать его, но взять с собой его надо обязательно, ведь в сумку я его уже точно не протолкну.
—А как мне выбираться?—Спросила я высунувшись из окна.
—Через входную дверь, только так, наверное.—Пожал плечами Киса.—Старайся аккуратнее, но если спалят, просто беги, чтобы не поймали.
Я кивнула, отпрянув от окна. Теперь я чувствую себя не детективом, а скорее маньяком, который бежит от ментов. Хотя и я бегу от мента... Сердце бешено застучало от предвкушения приключений. Я закусила губу, на носочках выбираясь из комнаты. Я едва шуршала, идя почти на ощупь. Из-за кромешной тьмы я видела лишь очертания предметов и касалась кончиками пальцев, чтобы ни на что не наткнуться... Проходя мимо комнаты брата я затаила дыхание, аккуратно заглянув и убедившись, что Боря спал. В мыслях я извинилась перед ним, чувство вины сильно гложило моё сознание. Пришлось уходить, чтобы не спалиться, входная дверь тихо скрипнула, и я покинула свою квартиру, оказываясь в подъезде и радостно выдыхая. Плана у меня нет, но всё идёт достаточно чётко... Я сбежала по лестнице вниз, накидывая на плечо сумку с вещами. Подъездная дверь пикнула, выпуская меня наружу, ночной холод окутал моё тело, заставляя мурашки пробежаться по вспотевшей от напряжения спине. Под моим окном всё также ошивался Кислов, он смотрел себе под ноги, но стоило ему только услышать мои шаги, как он резко поднял голову вверх, замечая меня и улыбаясь. Я подошла к кудрявому, неожиданная робость брала верх, мои руки сомкнулись в замок за спиной, взгляд машинально опустился в асфальт. Асфальт был мокрым от дождя, который всё ещё моросил, холодя мои открытые плечи.
—Да чё ты засмущалась-то?—Хмыкнул Киса.
Он сгрёб меня в свои объятия, зарываясь носом в мои волосы. Я крепко обхватила его тело, ощущая острый запах табака, который уже въедается в нос, и кажется мне таким родным, как и сам Киса... Он столько курит... Надеюсь, что сейчас, когда мы съедемся всё будет хорошо, я забуду обо всех проблемах и буду жить счастливой, окружённой любовью и заботой...
—Милота, а почему ты зовёшь меня по прозвищу?—Неожиданно спросил Киса. Он прижал меня сильнее, поглаживая по спине. Мы стояли и обнимались под окнами нашей квартиры, рискованно, но так романтично, обниматься поздней ночью, освещённые лишь лунным светом и под лёгким дождиком...
—А как мне надо тебя называть? Просто тебя как представили, так и зову...—Выдохнув и прикрыв веки отозвалась я. Я хочу спать, и сейчас, стоя в тёплых объятиях кудрявого, меня очень клонило в сон, нигде я не чувствовала себя комфортнее, чем здесь...
—Ну по имени, например.—Задумчиво отозвался Киса.—Никто меня так не называет, но ты... Для меня ты целая вселенная, и чтобы ты не придумала, я в любом случае поддержу... И мне кажется, что это странно, что ты, та которую я люблю, называет меня по прозвищу, которое используют и остальные. Для меня ты Милота, ну или малышка Хенкина, а я для тебя просто Киса, ну или Кислов. Давай хотя б по имени...
—Подожди...—Я отстранилась от парня, сведя брови к переносице.—А как тебя зову... Точно, вспомнила.
И тут до меня доходит, что только что я почти спросила как зовут моего парня. Ситуация сюр, знакомы несколько месяцев, фамилию знаю, а имя это вообще... Но он говорил мне его лишь раз, когда знакомился с Дениской, больше я от него не слышала, поэтому забыла. И даже непривычно, что он всё-таки как ни крути Ваня... Имя звучит слишком мягко для достаточно жёсткой натуры Кислова, ведь в нём заточен острый стержень и ужасно противный характер, но рядом со мной он превращается уже и не в Ваню, а самого настоящего Котёнка, которому хочется поласкаться, чтобы его крепко обняли и легли на грудь, прижимаясь ближе... В глубине души он очень тактильный, хоть и стесняется всей этой нежности. В тёмных глазах я часто вижу это желание коснуться моих волос, лица, взять за руку, приобнять, но он сам себя останавливает, я в этом уверена на всю тысячу.
Укоризненный и одновременно насмешливый взгляд Кислова упал на меня, а я и без этого уже стояла красная как рак, пряча лицо за волосами, которые не успела даже в хвост собрать.
—Знаешь, Милота, ты меня поражаешь.—Едва сдерживая смех, отозвался Киса.—Но если что меня зовут Ваня, ага? Кислов Иван Антонович.
—Да чё смешного?—Буркнула я.—Подумаешь, забыла как тебя зовут... И вообще, мало ли что я забыла, я что, робот по-твоему? Твоё имя слышала буквально один раз, так что не надо тут мне...
—Да ничего, просто ты забыла как зовут твоего парня.—По-прежнему пытаясь не засмеяться, ответил Киса.
—Слушай, чё мы вообще под нашим окном торчим? Пошли отсюда...—Я потянула кудрявого за руку, утаскивая его за собой. Один раз в его квартире я уже побывала, и у меня осталось не самое приятное впечатление, но с его мамой познакомиться я ещё не успела. Событие радующее в той же степени, что и волнующее, вдруг я ей не понравлюсь? Надо постараться быть идеальной, но главное сильно не перестараться, иначе от стресса я позабуду абсолютно всё, а вещи из рук будут валиться, тогда обо мне будет не такое уж и хорошее первое впечатление...—Кис... Ой, ну то есть, Вань...—Опомнилась я, резко осознавая, что иду знакомиться с пустыми руками.—А у меня же даже конфет нет... Как я тогда пойду-то? Всё-таки это твоя мама... Господи, все магазины закрыты, денег нет... Может мне всё-таки не идти? Ну в следующий раз как-нибудь...?
—Во-первых, моя мама уже в курсе о том, что моя девушка сбегает из змеиного гнезда поздней ночью, а я помогаю, а во-вторых специально для волнующейся дурочки поясняю, моя мама совсем не зверь и если ты придёшь без конфет, то это ни капли её не расстроит. Она не съест тебя даже в том случае, если в чем-то у вас разойдутся мнения, главное покажи, что ты достаточно хорошая хозяйка, поддержи диалог касательно меня и помоги ей, она будет в полном восторге.—Киса подмигнул мне.—Ну а вообще она ценит мой выбор, и прекрасно знает, что если я предупредил её, значит намерения у меня серьёзные... Она сама по себе добрая, чтобы не понравиться ей ещё постараться надо...
—А может всё-таки и вправду не надо? Заявлюсь посередь ночи...—Идея казалась мне более чем сомнительной.
—Ага, а ночевать где будешь? На лавочке или в падиках напару с бомжами?—Фыркнул Киса.—Не стрессуй, Милота, всё пройдет как по маслу.
Мы крепко держались за руки, идя по пустой ночной улице. Дождь усилился, мои волосы насквозь промокли, как и сарафан, телу стало холодно от капель, стекающих по коже вниз, меня легонько трясло, но зато ладонь Кисы согревала мою, от одного этого осознания тепло разливалось от щёк по всему моему телу... Мне всё ещё было непривычно, что я теперь чья-то девушка, что меня любят, могут целовать, обнимать, держать за руку и даже заниматься со мной этим...
—Кис... Ой, ну то есть Вань,—Поправила саму себя я. Это было тяжело, привыкать к тому, что Киса теперь Ваня.—Почемы ты так редко берёшь меня руку, или обнимаешь? Ты боишься меня трогать?
Я почувствовала, что парень повернулся ко мне и теперь сверлит взглядом мой висок, поэтому тоже повернула голову, смело заглядывая ему в глаза. Я не боялась задавать Кисе вопросы, я считаю, что если мне не нравится тот или иной аспект наших с ним отношений, то я могу это высказать, чтобы вместе мы исправили проблему. Мало прикосновений? Окей, попробуем сделать больше.
—Ну почему боюсь.—Как-то неуверенно начал Киса.—Просто не уверен, что тебе это может понравится.
—А мне бы очень понравилось.—Мечтательно улыбнулась я, накручивая прядь своих мокрых волос на палец и намекая, что я хочу больше прикосновений его тёплых или прохладных рук.
Так мы и шли, я мечтательно улыбалась, о чём-то бесконечно рассказывая Кисе и крепко держа его за руку, а он слушал, не перебивая и тоже улыбался, смотря на меня своими влюблёнными тёмными глазами. Его взгляд я даже не замечала, как всегда заговорилась о всякой ерунде, напрочь забыв, что мой собеседник возможно тоже хочет вставить хоть слово в мой монолог, с тем же успехом я могла разговаривать со стеной, уверив себя в том, что кусок бетона слушает меня и ему интересно.
—Подожди.—Остановил меня Киса.—Тебя ж трясёт всю, чё ты не говоришь-то, что холодно?
Киса улыбнулся, выпуская мою руку и стягивая кофту через голову и отдавая мне. Его волосы намокли и прилипли ко лбу, а футболка всё ещё оставалась сухой, в отличие от кофты, которую он мне протягивал.
—Ты замёрзнешь и промокнешь, одевай кофту обратно, я итак уже промокла вся.—Отозвалась я, убирая от себя руку с кофтой благородного Кисы.
—До дома немного, ничего страшного если промокну, главное чтобы тебе тепло было. И знаешь, Милота, у тебя дурацкая привычка такая, спорить со мной постоянно, одевай давай кофту, иначе мы оба пойдем без неё.
Я что-то буркнула, но послушала Кису, натянув теплую кофту, которая к тому же очень вкусно пахла им. Может, я бы сейчас завалилась спать в обнимку с его кофтой, вдыхая его запах, но зачем мне его вещь, если сам Кисуля рядом? Если сейчас я поздно ночью иду к нему домой, сбежав от наказания благодаря Кисе, то что это, если не любовь? Когда он снял свою кофту в дождь, чтобы одеть её на меня, лишь бы мне было тепло... Но, наверное, Киса ещё не понимает, что когда он рядом, я чувствую себя лучше всех...
Мы зашли в подъезд, где я по глупости не придержала дверь и она хлопнула так, что мы оба вздрогнули. Поднимаясь по лестнице я всё также держала ладонь Кисы в своей руке, не желая его отпускать, и где-то между первым и вторым этажом я поскользнулась, начиная лететь вниз, но реакция кудрявого была настолько шустрой, что он тут же схватил меня за локоть свободной рукой и поднял обратно. В моих глазах страх вперемешку с восторгом, Киса стал моим мужским идеалом, объектом воздыхания и любовью всей моей жизни...
—Ты чего, дурашка? С лестницы полететь захотела?—Фыркнул Киса, улыбаясь мне.
И я почувствовала, как Киса склонился надо мной, где-то внизу живота разлилось приятное чувство, эта сладость от слова «дурашка» и его близости... Его губы аккуратно накрыли мои, целуя осторожно, словно я — та самая хрупкая главная героиня из какой-то романтической книги... Любовь чувствовалась в каждом его действии и каждом прикосновении ко мне, но я не фарфоровая, при неаккуратном действии не разобьюсь, но этот трепет... Отношение ко мне заставляет усомниться в реальности, поцелуй со вкусом сказки, хочется целоваться так всю жизнь, а послк умереть в один день... Его руки обвили мою талию, крепко прижимая меня к себе, и заставляя улыбнуться, я не хочу держать эмоции в себе, хочу, чтобы он видел меня настоящую... Нежный поцелуй сменился крепкими объятиями, и честно, от переизбытка эмоций очень хочется заплакать. Руки Кисы крепко сжимали моё тело, прижимая меня к нему всё сильнее. Ночь, подъезд и мы, вымокшие до нитки и продрогшие, но зато такие счастливые... И любовь проникала в каждую клетку нашего тела, делая счастливее...
Мы продолжили подниматься по лестнице, даже не разговаривая. Я никогда не могла говорить в подъездах, эхо всю жизнь казалось мне жутким, и я либо начинала говорить почти шёпотом, либо замолкала вовсе.
Мы подошли к двери квартиры Кисловых, где я не на шутку разнервничалась, порываясь уйти обратно на улицу. Естественно мне не позволили сделать и пары шагов в сторону лестницы, Киса распахнул дверь, приглашая меня пройти внутрь.
Щёлкнул выключатель, прихожая озарилась ярким светом, из-за чего я зажмурилась, глаза отвыкли от яркого света. Мы с Кисой по-быстрому скинули обувь, аккуратно составив её на коврик и пошли в его комнату почти на носочках, чтобы не разбудить его маму.
—Ванюш, это ты?—Сонно спросил женский голос из комнаты, в которой прошлый раз мы с ним спали. Я так понимаю, мы разбудили его маму...
—Да, ма, я.—Отозвался Киса.
Из комнаты раздался шорох, шаги босых ног по полу... Через пару секунд в коридор вышла женщина такого же роста, как и я, светленькая, худенькая, больше похожая на сестру, нежели на мать Кислова. Мои глаза расширились от ужаса, на секунду я забыла как дышать и как вести себя, даже не поздоровалась. Я просто оцепенела, не ожидала ведь, что придется так рано познакомиться с его мамой, я даже имени её не знаю! И в голове никакую речь не продумала....
—Мам, знакомься, это моя девушка.—Киса подтолкнул меня в спину, заставляя сделать шаг вперёд.
—Здравствуйте, меня зовут Хенкина Ксюша.—На выдохе представилась я, словно сбросив оцепенение. Но неуверенности во мне было очень много, всё ещё хотелось уйти отсюда, хотя после того, как нас спалили за возвращением домой я понимала, что пути назад точно нет.
—Привет, меня зовут Лариса, и я мама Вани. Давай общаться на ты, и без отчества или тёти, для тебя я просто Лариса, мы же теперь соседи?—Женщина легко и с улыбкой пожала мою ладонь, вытянутую вперёд. Вот как-то так я и веду себя в стрессовых ситуациях...—Чувствуй себя как дома, ты же сестра Бори Хенкина?
—Да.—Кивнула я.
—Очень хороший мальчик, воспитанный, добрый, сдержанный...—Начала перечислять Лариса, но Киса её перебил.
—Мам, какой хороший? Он свою сестру на домашний арест посадил.
—Ладно-ладно.—Замахала руками на сына женщина.—Я вообще не с тобой разговаривала. Лучше бы помог девушке своей сумку донести, ты же мужчина!
После того, как Киса забрал у меня сумку и ушёл, женщина приблизилась ко мне, хитро улыбаясь. Вот честно, я думала, что такие сцены только в фильмах бывают, когда мама парня идёт рассказывать про своего сына его девушке. Но сейчас я прямо чувствовала, что именно это она и хочет сказать, а иначе зачем она выгнала своего сына? Не будет же Лариса мне угрожать, мол, обидишь моего сына я тебе голову откручу.
—Знаешь,—Загадочно зашептала Лариса, смотря вслед сыну.—Я очень рада, что он наконец нашёл себе девушку. Я, когда была чуть старше чем Ванюша уже его родила, а в его возрасте вовсю с мальчишками крутила, а он у меня какой-то несамостоятельный, что ли. Ну не буду же я ему девушку искать, верно? Он всё на тусовки ходил, спал там с кем попало, а я всё боялась, что как-нибудь придёт к нам какая-нибудь девица и скажет, что беременна от Вани моего. Ну месяц назад он начал частенько о тебе заговаривать, я уже тогда поняла, что влюбился мальчишка мой, хоть и отрицал, а сегодня и говорит, мою девушку на арест посадили, я ей сбежать помогу и сюда приведу, можно? Я чуть чаем не поперхнулась, вот честно. Мой сын к нам в дом приведёт свою девушку, это прямо шок! Надеюсь, с Ваней у вас всё сложится, он вредный, конечно, но всё равно очень хороший, а если обижать будет, ты мне говори сразу. Я буду на работе пропадать постоянно, так что дом весь в вашем распоряжении. Готовить умеешь?
—Да. Я могу приготовить как первые, вторые блюда, так и выпечку.—Кивнула я.
—Вот и отлично. С кухней ты сама разберёшься, если что спрашивай у Вани, где что лежит, надеюсь, что с голода вы у меня тут не помрете.—Женщина рассмеялась.—Ты спать наверное хочешь? Иди к Ване, он тебя уже ждёт, я тоже спать буду, на работу рано вставать...
—Спокойной ночи.—Стараясь показаться вежливой, отозвалась я. Поздновато спохватилась, конечно
После ответного пожелания я ушла в комнату Кислова, который уже успел переодеться и завалиться в кровать. Взгляд такой уставший, он уже едва держался, чтобы не сомкнуть веки и не отрубиться. Меня ждал. А я пришла мокрая, замёрзшая, в его кофте...
—Кис, я с собой домашних вещей не брала, можешь дать что-нибудь?—Попросила Кису я, закрывая дверь.
—Блин, мне так впадлу вставать... Возьми со шкафа футболку любую. Я вообще только тебя жду, когда ты ляжешь, меня так рубит, ты не представляешь.—Мычал мне Киса, потирая глаза, он повернулся со спины на бок, внимательно следя за тем, как я подошла к шкафу и начала рыться там.
Я достала какую-то футболку, черную, на которой спереди был квадратный принт.
—Домашняя?
Киса утвердительно промычал.
—Отвернись.—Скомандовала я. Но теперь повиновения не последовало, Киса лишь ещё шире заулыбался, явно ожидая зрелища.
—Да что я там не видел...
—А чё тогда смотришь так внимательно?—Нахмурилась я.—Блять, Кис, просто отвернись. Дай мне хотя бы неделю на то, чтобы привикнуть, что теперь я живу с тобой. И вообще, нифига ты там не видел. Отвернись.
—Ну так привыкай, Милота. Только сейчас я буду просто на тебя смотреть, а потом и трогать. Может всё закончится одним прикосновением, а может мы зайдём и дальше... Но не волнуйся, презики у меня всегда лежат вон в той тумбе, можешь сама проверить.—Мечтательно отозвался Кислов.
—Слышь, кудрявый, ты не наглей.—Я замахнулась и аккуратно ударила Кису футболкой, тоже улыбаясь.—Не буду я с тобой ничем таким заниматься, можешь конечно помечтать, слюньки попускать, но руки не распускай, понял?
—Да ты сама прибежишь.—Фыркнул Киса и отвернулся.
Я быстро переоделась и тоже завалилась на кровать, обнимая Кису и утыкаясь носом ему в шею. Стало так тепло... Через секунду я почувствовала, как что-то тяжёлое рухнуло на мое бедро. Что-то горячее... И мне нетрудно было догадаться, что Киса закинул на меня свою ногу.
—Обалдел?—Промычала я, уже проваливаясь в царство Морфея.
Ответа не последовало, меня лишь прижали крепче, а уже через секунду я уснула, чувствуя себя такой уставшей, но довольной...