Игра 🃏

♠ ♥ ♦ ♣

Томас очнулся не сразу. Сначала был только звук трубы — резкий, пронзительный, словно кто-то решил растолкать его душу железом. Он открыл глаза и увидел потолок. Белый, гулкий, одинаковый, как и в прошлый раз.

Но в этот раз не было ни любопытства, ни вопросов. Было только чувство, будто он сам шагнул в петлю и затянул узел.

Он медленно сел на койке. На нём — синяя спортивка с номером на груди — 003. Всё вокруг казалось до боли знакомым: те же ряды металлических кроватей, те же ровные стены с детскими рисунками. В первый раз он ещё пытался разглядеть в них что-то наивное, будто попал в игровой центр. Но теперь рисунки будто изменились.

Он видел солнце — круглое, жёлтое, с лучиками. И почему-то оно казалось хищным. Улыбка, нарисованная детской рукой, больше напоминала оскал. Рядом — человечек с палочками вместо рук. Когда-то смешной, а сейчас выглядел так, будто у него обрубки вместо конечностей. Томас провёл взглядом дальше — зелёные деревья, домик с красной крышей. Всё это вдруг стало насмешкой. Карикатурой на ту жизнь, которую они оставили.

«Ты сам сюда вернулся», — сказал он себе.
И от этой мысли его замутило.

Томас закрыл лицо ладонями. В висках пульсировало. Перед глазами снова встал тот момент — голосование. Шанс уйти. Шанс забыть, попробовать как-то выкрутиться в реальной жизни. И он… он нажал уйти. Но вновь вернулся.

«Почему? Почему я это сделал?»

Он знал ответ. Потому что на воле его ждали долги. Ждали люди, которые убьют и заберут его органы. Здесь же… здесь хотя бы был шанс. Маленький, призрачный, но шанс.

Томас опустил руки и уставился в пол. Сердце билось тяжело, будто каждая новая секунда давалась с трудом.

Зал оживал. Люди поднимались, садились на кровати, смотрели по сторонам. Никто не говорил. Воздух был густой, как перед грозой. Казалось, сама тишина вот-вот разорвётся.

Томас встал, но ноги дрожали. Он подошёл к стене и коснулся пальцами рисунка. Солнце под пальцами было шероховатым, краска облупилась. И он почувствовал — это место теперь не похоже на детский сад. Оно похоже на тюрьму. Только хуже: тюрьма не заставляет тебя играть, чтобы жить.

— Том!

Он вздрогнул. Голос. Знакомый. Обернулся.

Хьюго пробирался между кроватями. Его лицо было серым, уставшим, но живым. В глазах — та же растерянность, что и у всех, но в ней теплился огонёк: радость, что они встретились.

— Ты жив, чёрт побери… — Хьюго хлопнул его по плечу, пытаясь улыбнуться. — Ну что, друг, второй круг ада.

Томас даже улыбнулся, увидев своего приятеля:
— Ага. Чтобы ни было, мы выиграем игру, заберём эти деньги, и свалим на острова. Девчонки ждут нас.

Хьюго радостно широко раскрыл глаза, стукнув его по плечу:
— Ну надо же. Слышь. Кажись старина Томми вернулся!

Томас похлопал его по плечу, и тихо рассмеялся.

И он понял: возможно это место не такое и ужасное, как кажется. Снаружи намного хуже.

♠ ♥ ♦ ♣

Сэмюэль Рид распахнул глаза. Мгновение он не мог понять — сон это или нет. Перед глазами снова был потолок, ровный, белый, гулкий. И он уже знал, что это значит.

В первый раз он растерянно изучал помещение, пытался понять правила. Тогда всё выглядело почти нелепо — кровати рядами, стены с наивными картинками: человечки, солнце, деревья. Как будто их засунули в детский сад. Но теперь картинка поменяла оттенок.

Солнце с улыбкой казалось издевкой. Человечки напоминали повешенных, висящих на палочках-руках. Домик выглядел слишком тесным, как клетка. Всё это было не игрой, а гротеском.

Сэм сел, потёр глаза. Внутри у него не было паники. Только сухая констатация: «Мы вернулись. Мы сами выбрали это. И теперь выхода нет».

Люди вокруг поднимались, оглядывались, молчали. В этот раз никто не пытался шутить или задавать вопросы. Каждый понимал, что за стенами ждёт не чудо, а смерть.

На соседней койке зашевелился мужчина. Мартин. Сэм сразу его узнал — тот самый, что всегда держался тише других. У него было лицо человека, на котором тень боли не исчезала ни на секунду.

Мартин сел, провёл ладонью по лицу, будто хотел стереть всё, что чувствовал. Но не смог. Его глаза дрожали.

— Мы… мы снова здесь… — прошептал он.

Сэм кивнул. Слова были лишними.

Мартин посмотрел на стены. Долго. Его губы сжались в тонкую линию.
— Они издеваются, — наконец сказал он. — Рисунки… эти… всё это специально, чтобы напоминало дом. Чтобы было больнее.

Сэм ответил спокойно:
— Дом здесь больше не существует. Это место — клетка, расписанная красками.

Мартин опустил голову. Он сжал кулаки.
— Я… я ведь мог уйти. Уйти и… хотя бы быть с ней. С дочкой. Пусть даже… пусть даже в нищете. — Голос дрогнул. — Но я снова здесь, чтобы оплатить её лечение. Но если я умру... кто спасёт её?

Сэм посмотрел на него холодным, аналитическим взглядом. Он понимал: таких, как Мартин, здесь сотни. Каждый пришёл со своей трагедией, каждый думал, что у него есть шанс. Но цифры всегда были безжалостны.

— Если мы останемся в живых, — тихо сказал Сэм, — только тогда есть смысл задавать такие вопросы.

Мартин резко повернулся к нему:
— А если нет?

Сэм промолчал.

Мартин сжал лицо руками. Но внутри он знал: Сэм прав.

Люди оживали, но никто не произносил ни слова. В воздухе чувствовалась общая обречённость.

Мартин поднял голову. Его глаза были полны вины, но вместе с тем — решимости.
— Я не имею права умереть здесь. Ради неё. Ради моей девочки.

Сэм посмотрел на него чуть дольше, чем обычно. В его взгляде мелькнуло уважение.

— Тогда не умирай, — сказал он просто.

♠ ♥ ♦ ♣

Ева дёрнулась, но глаза не открыла сразу. Она знала, где она. Знала, что увидит, если поднимет веки.

Несколько вдохов — и всё же открыла.

Белый потолок. Кровати рядами. Яркие рисунки на стенах: солнце с глупой улыбкой, дети с шарами, домики и радуга. Всё то же самое, что в первый раз — только теперь это не казалось милым. Теперь это било по нервам, словно издевка.

Сонные фигуры вокруг уже поднимались. Но не было прежних улыбок. Люди не тянулись друг к другу, не шептали «как красиво». На их лицах застыл холод и страх. В этом зале уже не было иллюзий.

Ева приподнялась на локтях и села. На ней — новый спортивный костюм, синий, с белыми полосами. Она скользнула рукой к рукаву. Там, под тканью, был её секрет — карманный нож. Лезвие чуть сдвинулось, едва не выпало. Она вжала руку в бок, поправляя, и сердце её застучало быстрее.

«Никто не должен знать. Это мой шанс выжить».

Она опустила взгляд на цифры на груди: 020. Эти цифры уже не казались случайными. Теперь они были клеймом, её именем в этой игре.

Ева глубоко вдохнула, пытаясь совладать с дрожью. В первый раз она цеплялась за надежду, что всё это — просто странный конкурс. Теперь — никакой надежды. Она знала: здесь будут убивать. Она видела это. Она чувствовала это.

И вдруг сквозь шум пробуждающихся людей прорвался крик:

— Ева!!!

Она резко обернулась.

Сквозь толпу рванул Адам. Его волосы растрепаны, глаза налиты красным, он едва не сбивал с ног игроков. На груди — номер 030.

— Ева! Чёрт возьми! — он подлетел к ней, схватил за плечи, прижал к себе так, будто боялся, что она растворится. Его голос дрожал. — Я думал… я думал, что тебя увезли… что я тебя потерял!

Ева на секунду замерла в его объятиях. Чувство тепла, защищённости вспыхнуло — но сразу же погасло. Она вернулась сюда только ради него.

— Я здесь, — тихо сказала она, чуть отстраняясь.

Адам смотрел на неё так, будто видел живое чудо. Его ладони дрожали, он не отпускал её, шептал:
— Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось. Никогда. Мы выберемся, слышишь? Мы выиграем, Ева. Я всё сделаю ради нас.

Ева кивнула, но её пальцы тем временем сжали ткань у пояса, проверяя, не видно ли ножа. Тонкий холодный металл давал ей странное спокойствие.

Адам этого не заметил. Он был слишком захлёстнут своими эмоциями. А Ева, обняв его в ответ, впервые ощутила: она уже не та девочка, что боялась каждого звука. В этот раз у неё есть оружие.

И — выбор.

♠ ♥ ♦ ♣

В полумраке просторного зала, где гулко отражался звук далёкой трубы, Итан распахнул глаза. Потолок был таким же, как в прошлый раз — светлый, расписанный нелепыми картинками: домики, цветы, солнце, словно в детском саду. Но теперь он видел всё это иначе. Не как декорацию, которая должна сбить с толку, а как издевательский фон для предстоящей бойни.

Он не двинулся сразу. Лежал на холодном полу, вслушиваясь в дыхания других, в лёгкий шорох одежды, в приглушённые стоны тех, кто только приходил в себя. В его глазах мелькала тень, но не страха — азарт.

Медленно приподнявшись на локти, Итан окинул зал взглядом. Люди, такие же жалкие, как и в прошлый раз: кто-то обнимал колени и тихо плакал, кто-то шарил руками по стене, будто проверяя, не сон ли это. Итан усмехнулся — уголки губ растянулись в хищной улыбке.

«Вот и снова», — подумал он.

В прошлый раз он вошёл в это место как зверь, загнанный в клетку. Ничего не понимал, считал всё фарсом, дурным сном. Но потом правила проявились ясно: проиграл — умри. Просто и честно, как на улице. Только здесь ставки выше. Здесь нельзя договориться, нельзя купить шанс. Здесь решает лишь умение выживать.

Итан поднялся на ноги, расправил плечи. Он выглядел спокойным, даже слишком. Ни дрожи, ни паники, ни лишних движений. Только та самая улыбка, от которой у нескольких ближайших игроков заметно дрогнули лица. Они отвели взгляд, будто боялись встретиться с его глазами.

— Ну что, — хрипло пробормотал он себе под нос, — теперь я знаю, как вы играете.

Он провёл ладонью по шраму на щеке, словно проверяя, на месте ли он, и сжал кулаки. Сердце билось ровно, но глубоко внутри, за грудной клеткой, просыпалось то, что он сам называл зверем. Инстинкт. Адреналин. Тяга к схватке.

В прошлый раз он боялся проиграть. Теперь же он жаждал выигрывать. Потому что понял: это его среда. Он никогда не проигрывает. Не на улице, не в подворотне, не здесь.

Итан присел на корточки, уткнувшись локтями в колени, и продолжал хищно улыбаться, глядя, как вокруг люди цепляются за остатки надежды. Их страх пах так же, как кровь на бойне — густо и сладко.

— Весело будет, — почти шёпотом произнёс он, и в его голосе звучала уверенность, от которой пробежал холодок.

Для других это место было адом. Для Итана — ареной. И он собирался остаться здесь до конца.

♠ ♥ ♦ ♣

Дуглас стоял в углу, руки в карманах, глаза холодные, как лёд. Он наблюдал. Люди метались, переговаривались, кто-то плакал, кто-то просто сидел в ступоре. Но он видел главное — кто сильный, а кто балласт.

Наконец, он сделал шаг вперёд. Голос его прозвучал низко и твёрдо:

— Здесь выживут не все.

Тишина упала на зал, словно на команду от командира. Несколько человек подняли головы, глядя на него.

— Я собираю тех, кто может драться, кто не свалится от первого удара, — он сделал паузу и провёл взглядом по залу. — Кто хочет жить — вступайте ко мне.

Первым подошёл здоровяк с широкой грудью и битым лицом — видно, не первый раз видел драку. Дуглас кивнул коротко:

— Подойдёт.

Следом — парень с густыми бровями, руки жилистые, видно, что работает на стройке или в шахте. Его тоже пропустили.

Так вокруг Дугласа стало собираться пятеро мужчин, крепких и молчаливых.

И тут к нему шагнула девушка — худощавая, короткая стрижка, но взгляд цепкий, злой. Она сжала кулаки и сказала:

— Я не слабая. Возьми меня.

Дуглас обернулся, посмотрел прямо в её глаза. Несколько секунд — ни слова. Потом ухмыльнулся криво, почти с презрением.

— Ты слабая уже потому, что просишь.

Он развернулся, словно её и не было. Девушка стояла, дрожала от злости, но не посмела возразить.

Остальные мужчины, что уже стояли за его спиной, невольно почувствовали: рядом с ним лучше быть, чем напротив.

Дуглас заговорил снова, глухо, но так, что в каждом слове ощущалась власть:

— Кто со мной — держитесь рядом. Остальные… сами разберётесь.

Он больше не говорил. Ему и не нужно было. Его молчаливая уверенность делала всё за него. Он отобрал себе «мясо», и каждый понимал — теперь у него есть своя сила.

В зале стало ощутимо холоднее.

♠ ♥ ♦ ♣

Металлический скрежет.
Двери распахнулись.

В зал шагнули охранники в красных комбинезонах. Маски — чёрные, одинаковые. Их сапоги гулко отбивали ритм по бетону. Разговоры оборвались. Кто-то зажал рот ладонью.

Вперёд вышел мужчина в чёрном плаще. На маске — трефа.
Он двигался медленно, как будто время принадлежало только ему.
Остановился в центре. Осмотрел зал. Фигуры на доске.

— Игроки, — голос холодный, сухой. — Мы рады вашему возвращению.

Пауза.
Кто-то тихо всхлипнул. Другой осел на пол.

— Теперь вы знаете цену этой игры.
— Одни ушли.
— Другие вернулись.
— Выбор сделан.

Слова падали в тишину, как камни в колодец.

— Вторая игра начнётся через двадцать минут.

Охранники шагнули вперёд и встали вдоль стен. Красная линия. Стена, из которой нет выхода.

Томас опустил голову. Кулаки дрожали, костяшки побелели. «Выбор...» — слово било по вискам, как насмешка. Он хотел сорваться, выкрикнуть, что выбора никогда не существовало, но голос застрял в горле. И в этой тишине он вдруг почувствовал: пока он жив — это не конец.

Хьюго усмехнулся, резко, фальшиво. — «Мы только проснулись...» — шепнул он себе, но плечи дрожали. Глаза метались, ища того, за кем можно спрятаться.

Сэмюэль сидел прямо. Глаза острые, внимательные. «Двадцать минут», — отметил он. Значит, времени нет. Решает расчёт. Всё лишнее — убрать. Всё ненужное — забыть.

Мартина передёрнуло. Он прижал ладонь к груди. «Если я умру... кто будет рядом с моей девочкой?» Слёзы жгли глаза, но он не позволил им упасть. Только зубы стиснулись до скрипа.

Ева застыла. Пальцы у пояса нащупали ткань спортивки, где прятался нож. Он чуть сдвинулся, едва не выскользнув. Она вжала локоть сильнее. «Двадцать минут» — не слова. Приговор.

Адам наклонился к сестре, стиснув её ладонь.
— Мы справимся, Ева. Мы обязаны.
В его глазах горел азарт. Для него это был вызов. Испытание, где он обязан победить.

Итан не моргнул. Его губы изогнулись в хищной улыбке. «Вторая игра» — звучало для него, как охота. Он слегка склонил голову, будто приветствовал ведущего.

Дуглас стоял, скрестив руки. Неподвижный, тяжёлый. В словах он слышал только главное: «двадцать минут». Значит — время собрать людей. Усилить власть. Решить, кто щит, а кто мясо.

Трефовый сделал шаг вперёд.
— Мы объявим начало второй игры.

Он развернулся. Охранники, словно по команде, двинулись за ним. Двери закрылись.
Металл грохнул.
Эхо ударило по сердцам.

Тишина.
Только дыхание сотни людей.

Двадцать минут.
И каждый уже начал свою игру.