Девушка дарит им неподходящий подарок
Джейсон
Джейсон берёт в руки огромного, пушистого, радужного единорога, которого она с таким восторгом ему вручила. Его первые секунды — это полный, немой ступор. Он держит игрушку так, будто это неразорвавшаяся граната, которую только что извлекли из земли. Его обычно суровое лицо абсолютно невозмутимо, но в глазах мелькает целая буря: легкий шок, замешательство и попытка понять логику происходящего.«Эм... Спасибо», — произносит он своим хриплым голосом, и в его тоне слышна искренняя, хотя и сбитая с толку, благодарность. Он поворачивает единорога в руках, осматривая его стеклянные глаза и блестящее копыто.
«Честно? — он на секунду замолкает, подбирая слова. — Я лет пятнадцать, наверное, ничего плюшевого в руках не держал. Если не считать того медведя, что чуть не отгрыз мне сапог на Аляске».
Он не станет притворяться или восторгаться. Вместо этого его губы дрогнут в едва заметной, сдержанной улыбке, глядя на её сияющее лицо. «Ладно, — хрипло говорит он. — Поселим его на койке. Будет... талисманом». И в этом жесте — в принятии этого нелепого подарка и нахождении для него хоть какого-то практического, пусть и шутливого, применения — будет заключаться вся его настоящая благодарность. Позже, когда её не будет рядом, он поставит единорога на полку, может, даже поправит его, чтобы тот не падал. И этот несуразный сувенир станет для него не предметом насмешки, а молчаливым напоминанием о её любви, которая способна размягчить даже его каменное сердце.
Салим Осман
Салим смотрит на подарок — сложный, современный, электронный конструктор для сборки робота с кучей микросхем и проводов. Его лицо озаряется такой же широкой улыбкой, как если бы она подарила ему самый дорогой в мире ковёр.
«Вау! Это нечто! — искренне восклицает он, с любопытством переворачивая коробку в руках. — Я, честно говоря, никогда такого не видел. В детстве у меня были простые механические пазлы, но это... это целая наука!»Он не станет притворяться, что разбирается в этом. Вместо этого он тут же вовлечёт её в процесс. «Смотри, тут столько деталей! Ты мне обязательно должна помочь. Мы будем собирать его вместе, как настоящие инженеры!». Он будет смеяться над своей же неловкостью, когда маленькие детали будут выскальзывать у него из пальцев.
Для Салима ценность подарка не в его практичности или соответствии его интересам. Ценность в жесте, в том, что она хотела его порадовать. И он превратит эту небольшую неудачу с выбором в новое общее приключение. Он будет с энтузиазмом изучать инструкцию, шутить, что его пальцы больше приспособлены для чистки старого оружия, чем для сборки хрупких схем, и в конце концов, они проведут несколько веселых вечеров за этим занятием. Ему будет важно не собрать робота, а провести это время с ней, и в этом проявится вся его мудрость и глубокая, человечная натура.
Эрик Кинг
Эрик получает в подарок абонемент на занятия по спонтанной импровизационной театральной студии. Его первая реакция — это мгновенная аналитическая оценка. Его мозг, против его воли, выдает статистику: «Большинство людей, посещающих такие курсы, не имеют актерского таланта. Эффективность для снятия стресса — сомнительна».Но он запирает эти мысли внутри. Он смотрит на её ожидающее, полное надежды лицо, и его обычно сосредоточенное выражение смягчается. Он принимает из её рук сертификат, и по его лицу пробегает настоящая, теплая, хотя и немного растерянная улыбка.
«Импровизационный театр... — повторяет он, как бы пробуя это слово на вкус. — Это... очень неожиданно». Он делает паузу, и в его глазах идет борьба между его логической натурой и желанием сделать ей приятно. И в этот раз побеждает последнее.
«Знаешь, — говорит он, и его голос теряет привычную деловую окраску, становясь тише и задумчивее. — Мой отец... он всегда говорил, что я слишком зациклен на цифрах. Что я забываю просто... жить. Спасибо. Это... вызов для меня. В хорошем смысле». Он не станет клятвенно обещать, что станет звездой сцены. Но он честно посетит хотя бы одно занятие, и потом будет рассказывать ей об этом с таким искренним недоумением и смешными подробностями, что это станет их личной шуткой.
Ник Кей
Нику девушка дарит крошечного, хрупкого щенка карликовой породы, который умещается на ладони и дрожит, глядя на него своими бусинками-глазами. Реакция Ника — это полная, оглушительная тишина. Его мощная, испещренная шрамами рука, привыкшая держать винтовку, с предельной, почти невероятной осторожностью принимает этот маленький, тёплый комочек.Он молча смотрит то на щенка, то на неё. Его большое, сильное тело кажется еще более огромным на фоне этой хрупкости. Щенок, преодолев страх, пытается лизнуть его грубый палец.
«Он... такой маленький», — наконец, произносит Ник своим глубинным, низким голосом, в котором слышится не растерянность, а какое-то новое, незнакомое ему самому чувство.Он не станет говорить, что это не его собака, что ему нужен сторожевой пёс, а не диванная подушка. Вместо этого он очень медленно, боясь сделать резкое движение, прижмёт щенка к своей широкой груди. И в этом контрасте — между его исполинской фигурой и крошечным существом — будет нечто невероятно трогательное.
«Ладно, — тихо говорит он, обращаясь уже к щенку. — Значит, ты теперь мой». Его забота, его сила теперь будут направлены на защиту этого создания. Он построит для него уютный лежанку, будет учить его командам своим тихим, спокойным голосом, и этот пёс станет его самым преданным и неожиданным спутником. Этот подарок откроет в нём, могучем и сильном духом, новую грань — способность к безусловной, нежной опеке.