Семейные дела
— Вы бы видели этот ужас, – Карвер сделал большой глоток эля. – Каждую неделю новая «случайная» гостья. То дочь торговца, то племянница банкира... И все расфуфыренные. Ну точно не случайно припёрлись.
— О, сладкий, звучит ужасно, – Изабелла подмигнула. – Все эти благородные девицы...
— Благородные? – прыснул Карвер. – Просто у них есть деньги. Мама считает, что это вернёт семье статус. Хотя, может, через наместника имени Амеллов вернёт и успокоится.
— Уверена, леди Хоук желает тебе лучшего, – заметила Авелин.
— О да, только её представления о «лучшем» несколько специфичны, – Марион покачала головой.
Мама всегда хотела для семьи как лучше. Но она никогда не советовалась с семьёй и не знала, что «лучше» все понимают по-разному.
— А что насчёт тебя, Хоук? – Варрик повернулся к Марион.
Девушка провела пальцами по лицу, очертив линию челюсти. Было сложно ответить так сразу.
— О, на меня она махнула рукой, – Марион усмехнулась. – Кто возьмёт в жёны женщину, которая машет мечом и творит магию? Я же веду себя как мужик. Не крашусь, платья не ношу. У мамы было две дочери. И самая красивая погибла, когда мы бежали от Мора. Бедняжка Бетани, сестричка... А я – так. Никто.
Карвер тяжело вздохнул. Ему стало стыдно за мать и частично за себя. Он часто ругался с Марион по поводу и без. А тут услышал это, сказанное так просто и при всех, и задумался.
— Последний раз она сказала что-то вроде «хоть бы Карвер удачно женился, раз уж ты...», – он стыдливо замолчал.
— Договаривай уж, – Марион отсалютовала кружкой. – Раз уж я безнадёжна? Да?
— Да.
— Создатель учит нас, Марион, что каждый достоин любви, – вставил Себастьян. – Даже если путь к ней не всегда очевиден.
— Да хрен со мной, – отмахнулась Марион.
— Чушь, – неожиданно резко произнёс Фенрис. Все повернулись к нему, и он добавил уже тише: – Глупо судить человека, да кого угодно, по таким меркам.
— Вот это да, – протянула Изабелла. – Неужели наш угрюмый эльф...
— Заткнись.
— Как грубо!
— Возможно, твоей матери стоит вспомнить, что она сама вышла за мага-отступника, – заметила Авелин.
— Который, очевидно, не соответствовал представлениям её семьи о достойной партии, – добавил Себастьян.
Варрик хмыкнул в кружку, наблюдая, как Марион старательно не смотрит на Фенриса, а тот – на неё.
Прошло несколько недель. Марион сидела во дворике дома.
— Я пригласил Мерриль на ужин, – Карвер выпалил это так быстро, словно боялся передумать.
Марион оторвалась от книги:
— Прости, что?
— Мы... встречаемся. И я хочу познакомить её с мамой.
— О, создатель, – Марион закрыла книгу. – Ты уверен?
— Да, – он вскинул подбородок. – Мерриль согласилась быть со мной. По-настоящему.
— Я не об этом. Ты же знаешь маму...
— Знаю. Поэтому... – он замялся. – Поможешь?
Марион вздохнула:
— Конечно. Хотя бы потому, что твой выбор не настолько ужасен.
— В смысле?
Марион махнула рукой. Карвер ухмыльнулся, но тут же посерьёзнел:
— Думаешь, она очень разозлится?
— Незнаю, братец, – Марион положила руку ему на плечо. – Но мы справимся. Мы всегдасправляемся. Правда?