встреча
Энергетик стоял слишком далеко на полке, и даже не смотря на мой рост, приходилось вставать на цыпочки.
— Давай, ещё чуть-чуть, – зацепился пальцами за банку и тяну её на себя, но она предательски прокатывается и падает с грохотом на пол, – блять.
— Не разбилась? – мужской голос раздался откуда-то сзади, и он был чертовски знакомым.
— Нет-нет, всё в порядке.
Обернувшись, я столкнулся с ним глазами, с тёмно-коричневым омутом. Очевидно, мужчина не ожидал меня увидеть. Конечно, он меня узнал, поэтому, улыбнулся уголком губ и практически прошептал: «Привет». А моё сердце забилось в сотню раз быстрее.
***
Он никогда меня не любил. Наши отношения даже отношениями назвать трудно. Я знал это и всё равно тонул в своих чувствах каждый раз, когда мы встречались. Четыре года назад я похоронил все воспоминания связанные с этим человеком, и плохие, и хорошие. Почти три года назад мы виделись последний раз, он приезжал поздравить меня с победой и попрощаться. Он ушел из моей жизни, казалось, навсегда. Я взял «руку», уехал, женился, развелся, стал другим человеком. Я простил его за всё, за ту боль, что он мне причинил. За то, что он бросил меня во всех смыслах этого слова.
Наше знакомство состоялось ещё до Школы Экстрасенсов. Я только начинал практиковать, а он уже был опытным экстрасенсом. Оказалось, во всех смыслах. Всё, что он делал, как умел проникать в души и сознания людей, как смотрел и общался с мёртвыми, словно с живыми, вызывало невероятные чувства. Гецати был моим кумиром, до которого тогда я ещё не дорос.
Он был для меня всем, особенно, когда я переехал в Москву. Наши переписки быстро перешли во встречи, а встречи в практики. После, я уже и сам не понял, как добился его максимального внимания. Мы вместе просыпались, вместе засыпали. Вместе завтракали, обедали и ужинали. Он наделял меня энергией, жизненными соками и различными эмоциями. А после, я влюбился по-уши в его черты лица, его прикосновения, запах. Влюбился в его скотское отношение ко мне. Мне нравилось быть в его руках. Нравилось, как он звал меня по фамилии, когда был готов кончить, нравилось как смеялся над моими глупыми шутками. Я был в тени его силы, никто не знал кто я. Но я всегда был рядом, пока он сам всё не прекратил. Это давно покрылось завесой воспоминаний. Закрылось, словно ничего и не было.
ОКТЯБРЬ 2018
— Может мне в чёрный покраситься? – Матвеев стоял у зеркала в домашних растянутых шортах и Костиной чёрной футболке, что была явно велика.
— Зачем тебе это нужно? – Гецати лежал в постели, закинув руки за голову, он неистово любовался видом мальчишки напротив, что ещё пятнадцать минут назад прыгал на нём сверху, – Ты и без всего этого ничего такой.
— Такой ответ меня не устраивает, – Дима скрещивает руки на груди и наигранно надувает губы, – я хочу быть более чем «ничего такой».
Это было их обычное утро выходного дня, на съёмной квартире у Кости. Они не жили вместе, Дима просто приезжал в пятницу вечером и уезжал рано утром в понедельник. И так каждые выходные. Они могли не общаться всю неделю, даже не переписываться, но падали друг к другу в объятия каждый вечер пятницы. Всё это походило на отношения двух взрослых людей, но по факту - нет.
— Когда начало съёмок? – Дима плюхнулся рядом с Гецати, подбиваясь к нему под руку.
— После Нового Года, – аланцу нравилось вечное Димино любопытство, он находил это привлекательным и возбуждающим, – сейчас отберут пятьдесят человек и погнали.
— Можно я… попробую? – глаза парня поднялись на мужчину, – Вдруг у меня получится?
— Нет, – он отрезал, – тебе нечего делать там.
— Но почему? – они снова пришли к одному и тому же разговору о способностях Димы, – Я же постоянно тренируюсь и практикую! Неужели я не заслуживаю попробовать себя в чём-то более пиздатом?
— Нет! – повторил мужчина, – И больше не говори со мной на эти темы. Ты знаешь, что я это не люблю!
Это могло бы перерасти в ссору, если бы Дима, как всегда, не пошёл на уступок, потому что любил Костю.
МАРТ 2023
В пизду энергетик. Моё сердце и без того завелось как двигатель спорт-кара, и стремилось вырваться из груди. Я летел домой со скоростью света, а дыхание спирало. Давно я не ходил так быстро.
Стоило мне вернуться в Россию и первого кого мне повезло встретить – ебучий Гецати. Почему я так нервничаю? Я же забыл его. Более того, я даже не следил за ним в социальных сетях. Почти. Прошло уже сраных четыре года, почему я до сих пор так нервничаю?
Хочется сигарету, но я бросил, ровно шестьдесят семь дней назад. Так гласил календарь «Бросаю курить» в телефоне. И я ни разу не срывался.
Руки окоченели и не давали достать ключи от подъездной двери из рюкзака. Я и забыл, какой март в Москве холодный и противный. Прямо как моё настроение сейчас. Очень кстати пошёл мелкий снег, что в одно мгновение таял на волосах, делая их влажными.
— Блять, – ещё одна попытка нащупать среди хлама и продуктов ключи, с грохотом они падают на асфальт, – наконец-то.
Запах дома ударил в нос, почувствовалось тепло и умиротворение. И казалось бы, сейчас я должен выдохнуть, почувствовать себя в безопасности, но нет. Я всё ещё ощущал на себе тот взгляд старого друга, словно пыль на лице.
Мир был так тесен, что даже в ночном магазине через два квартала от моего дома, невозможно было спрятаться от прошлого.
Он не прикоснулся ко мне, но мне всё равно хотелось отмыть следы этой встречи с себя. Одежда тут же полетела в стирку, а горячие капли окутали тело. Вода была спасательным кругом, очищала мысли и душу. Солёные капли потекли по щекам, но их не было видно. Это был крик о помощи, сердце разрывалось, как и четыре года назад.
Разум был как прокрученный через соковыжималку лимон, поэтому сон пришёл моментально. В сновидениях опять был он. Но это уже не казалось негативным. Он улыбался и смотрел на меня совершенно иным взглядом – тёплым и искренним. Вокруг были люди без лиц, а мы стояли и смотрели друг на друга, как близкие друзья.
Проснувшись, я ощутил лёгкость и силу, однако, сердце всё ещё пропускало удар каждый раз, когда в мыслях возникал образ мужчины.
***
Утро вторника в день съёмок дарило угрюмой Москве солнце. Это был хороший знак. Сегодня мне предстояло узнать своих соперников, ведь это держали в тайне даже от самих участников. К десяти утра такси подъехало в «назначенное место», поездка заняла сущих двадцать минут.
Пришлось нарядиться и потрудиться над укладкой. Костюм, который я купил по-приезде в Москву облегал всё, что было нужно, поэтому, переживать за картинку в кадре не стоило.
Курить всё так же хотелось, но я держался.
На входе в особняк замечаю знакомые лица. Кроме Олега, я никого лично не знал. Они стояли и курили, обсуждая, кто же вошёл в девятку «сильнейших».
— Да ладно, – радостный Олег протянул мне руку для рукопожатия и, обняв, прихлопнул по спине, – добро пожаловать домой!
— Всем привет, – фраза получилась настолько скромной, что взгляды со стороны Марьяны и Саши Шепса ополчились на меня, словно ястребы на охоте.
— Ты приехал последний, – блондинка протянула руку, – рада познакомиться, Лина, наслышана о тебе!
— Взаимно,– улыбаюсь, а в животе начинает щекотать от волнения, – надеюсь, слышала только хорошее!
Прозвучал голос ассистентов, о том что пора начинать и мы толпой отправились внутрь. Съемки планировались до позднего вечера.
Все были на дружеской волне, это заставляло немного расслабиться. До момента, пока я не увидел его – сидящего в кресле, закинув ногу на ногу. Гецати даже не поднял глаза, будто никого и не ждал, продолжая рыться в своём телефоне.
— Константин, мы нашли последнего участника, – Олег улыбался во все тридцать два, немного подталкивая меня вперед, – кто бы мог подумать! Я ожидал, что из такси выйдет Голунова, честное слово!
Костя поднимает глаза и меня бросает в неприятный жар. Живот снова скрутило, как будто укачало на каруселях.
— Привет, – первый делаю шаг в свою личную пропасть.
Он неторопливо поднимается со своего места, поправляя пиджак и направляется ко мне, вальяжно вышагивая:
— Привет-привет, – протягивает руку для рукопожатия, – Константин.
Мы чё, блять, знакомиться будем? Хочет сделать вид, что мы не знакомы?
— Знаю, – на эти ебучие уловки я не поведусь, – мы встречались раньше.
— Да-да, помню, Школа… – он улыбается, а руку не отпускает, – но теперь-то мы на другом уровне.
— Это… точно.
Если этот мерзавец хочет поиграть со мной – он этого не получит! Однако, лицо мужчины не выдавало никаких негативных или хитрых эмоций. Он продолжал держать мою руку и смотреть в глаза, пока это не показалось вечностью.
Но в его взгляде читалось: «Я не помню тебя, Матвеев, и не помню ничего, что было между нами! Теперь мы на одном уровне, но это не на долго».
— Отпусти руку, – шепчу сквозь зубы и он повинуется.
— Ну что ж, пора начинать! – с энтузиазмом воскликнул Шепс старший, хлопнув в ладоши, и мы все отправились на место съемок.
ЯНВАРЬ 2019
— Перестань психовать! – мужчина сидел на кровати, спустив ноги вниз, он наблюдал за тем, с какой скоростью Матвеев собирает свои вещи с пола, – Хочешь уйти, вали! Только без истерик, я это не люблю.
— Да ты нихуя не любишь! Только себя!
Это была их первая крупная ссора. Из-за банальной ерунды, но в душе парня настолько скопилась обида, что выливалась наружу, не в силах больше сдерживаться.
— Нет, это не так, – он резко встал с кровати и буквально перегородил путь младшему, – хочешь поистерить? Пожалуйста! Только не в моём присутствии!
— Я заебался под твою дудку плясать! Ты у нас весь такой ахуенный, мистер контроль, мистер спокойствие!
Щёку Матвеева обожгло. Гецати никогда не поднимал на него руку, до этого момента. Мужчина резким движением притянул младшего к себе, глядя глаза в глаза. Димины же стали медленно наполняться едкими слезами:
— Убери от меня руки! – Дима отчеканил каждое слово, практически выплюнув их аланцу в лицо.
Вид Константина в миг переменился, спесь спала и во взгляде проявилось сожаление:
— П-прости… – он отпустил парня и быстрыми шагами направился на балкон.
Дима осел на пол, горло душили слёзы, образуя комок. Кто бы мог подумать, что в их мирной идиллии, где просто секс «без чувств», может возникнуть такая ссора…
МАРТ 2023
Съемки настолько изнурительная процедура, что к концу дня я был выжат до последней капли. На лице уже не отображались никакие эмоции, живот крутило от голода, а в висках пульсировало.
Все потихоньку разбредались по своим машинам. Мне дико хотелось пройтись пешком, вдохнуть весенней прохлады и проветрить голову. Мысли о Гецати отошли на второй план. Больше он себя не проявлял, за весь день. Это попахивало странностью, но кто знает, что у него в голове.
— Ты домой? – сзади подкрался Олег, бесшумными шагами.
Киваю ему в ответ. Он закурил, а в носу засвербело. Сигаретный дым своими лапами пытался пробраться в каждую клеточку лёгких, но я держался.
— А тебе в какую сторону? – он выпускает дым почти в меня, от чего руки чешутся отобрать у него сигарету и затянуться.
— На проспект Мира, – Олег в ответ положительно поднимает брови и ещё раз затягивается.
— Костя в ту сторону едет, – блять, этого не хватало, – попроси, он подкинет. Ты сейчас такси хер знает сколько прождёшь.
— Да не, я пешком пройдусь. Погода хорошая, - погода была откровенное говно.
На зло всем из-за спины Олега выходит он, размахивая ключами от машины. Его расстёгнутое чёрное пальто развевается, а шлейф парфюма перебивает сигаретный запах:
— Всё ребят, всем пока, – жмём руки, – до послезавтра!
— Константин, подождите! – Олег, ёптвою мать, – Захватите Диму, вам по пути.
Костя даже не задумался, лишь пожал плечами:
— Поехали, – отлично, теперь он будет считать, что я подговорил Олега.
— Нет, спасибо. Я пешком, – выжимаю из фразы полнейшее недовольство, от чего взгляд Шепса округляется в непонимании.
— Как хочешь, – Гецати разворачивается и продолжает спускаться по ступенькам.
Олег буквально толкает меня в плечо, с подтекстом: «Иди же!», от чего я чуть кубарем не спускаюсь со ступенек.
— Это твой шанс! Докажи этому индюку, что ты изменился и что ты – серьёзный соперник! – блять, почему Шепсы такие настойчивые? – Костя, подождите! Он едет с вами!
Здесь мне уже становится неловко. Глаза непроизвольно закатываются в недовольстве и не остаётся другого варианта, как сесть в машину к любви всей своей жизни. Видимо, чтобы снова наступить на грабли, которые ебанут по лицу так, что мама не горюй.
Ещё не прогретый автомобиль обдаёт холодом. Минут семь было потрачено на прогрев. Всё это время стояла гробовая тишина, затем мужчина завёл двигатель и включилось радио, с какими-то заурядными треками.
— Если хочешь, включи что-то своё, – первое, что разбавило наше молчание.
Он был непоколебим, демонстрируя гордыню и стать. Было невозможно прочесть о чём он думает, даже приложив экстрасенсорные способности, которые я знатно прокачал, пока был в Китае.
— Не хочу, – отрезал я, – останови вон там, на остановке, я пешком дойду.
— И для чего этот цирк?
Его интонация не была напыщенной, но я словно вернулся на четыре года назад. Будто он опять стоит на голову выше меня в пищевой цепочке этого мира каменных джунглей.
— Ты же устроил цирк со знакомством… – выдерживаю паузу, ожидая реакции, но её не последовало, – Чтобы Олег не переживал.
Гецати хмыкнул, поправив рукава пальто:
— А вас что-то связывает? – он никогда не ревновал, но сейчас эта фраза звучала именно как ревность.
— Что за вопросы? – я никак не хотел продолжать этот бессмысленный диалог, ведущий в никуда, но при этом интерес побеждал.
— Ничего, – он снова вернул на себя маску спокойствия и серьезности.
— Тогда останови.
Я был готов выпрыгнуть на ходу, лишь бы не сидеть так близко к нему, лишь бы не чувствовать его запах и не ощущать на себе его броские взгляды.
— Нет.
Я удивлённо уставился на мужчину, пытаясь состроить недовольное выражение лица, но он не отрываясь смотрел на дорогу, иногда озираясь на прохожих на остановках.
— Что значит «нет»?
— То и значит. Я везу тебя домой, – ни одной эмоции на лице, – или куда тебе там надо.
— Если ты сейчас не высадишь меня – я выпрыгну на ходу.
Мускулистая рука потянулась на кнопку блокировки дверей:
— Рискни.
Теперь-то я узнал старого доброго Константина, что любит поиграть при любых обстоятельствах. Поиграть на забаву себе, в первую очередь.
Радио, как на зло, выключилось и мы снова оказались в гробовой тишине. Понимание, что я бесполезно начинаю бунт, пришло именно сейчас, ведь это только ещё больше раззадорит аланца и заставит его думать, что мне не всё равно.
Гецати запустил пальцы в волосы, проводя ладонью назад и вернул руку на уровень губ. Туда же упал и мой взгляд. Ещё пару лет назад, я бы всё отдал, чтобы снова их поцеловать, мять своими губами и кусать до капелек крови. Он слегка оттягивает нижнюю губу, что выглядело исключительно как приглашение к поцелую и никак иначе. Внизу живота скрутился узелок, который не предвещал ничего хорошего.
— Ты изменился, – он снова первый приоткрыл завесу тишины.
— А ты нет, – улыбается, – что смешного я сказал?
Костя пожимает плечами и улыбка сходит на нет, возвращая морщинку между бровей. Мы встаём в пробке.
— Ну класс, теперь я из-за тебя опоздаю, – ага, было бы куда опаздывать.
— Ты никуда не спешишь, – его тон снова стал острым как стальной нож.
— Спешу!
— Я знаю когда ты врёшь, Дим, – моё имя, слетающее с его уст, ласкало слух, – тебя всё так же легко считывать, все твои вибрации. Сейчас ты нервничаешь, а значит – врёшь.
Я не стал продолжать и отнекиваться, ведь он был прав. Он знал и считывал все мои эмоции, как с облупленного. Я всегда был открытой книгой, в отличии от него. Его мир был закрыт от чужих, запечатан семью печатями, словно старая книга магии.
— Я не нервничаю.
— Снова ложь. Где ты научился врать? – он ударяет кулаком в моё плечо.
— Я учился у лучших, – конечно, имею ввиду его, ведь он знатно туманил мне мозги полтора года.
Дальше мы опять ехали в полной тишине, рассекая огни вечернего города, пока не стали подъезжать к моему дому.
Моя рука потянулась к ручке двери, совершенно забыв, что Гецати их так и не отпирал. Он как дикий зверь выжидал в тени, готовясь напасть на добычу. Мою руку накрыла его, горячая как лава, ладонь:
— Пригласишь на чай? – он снова развлекался, балуя себя моими эмоциями и реакциями. Это его самая любимая конфета – мои страдания.
— Не надейся.
Щелчок. Двери были открыты и я мог освободиться из этой западни.
Но на долго ли?